Всё в порядке - это семейка Ким!

Джина всегда волновало то, как ко всему относился его сынишка. Сейчас, в данный момент, когда Тэхен прокручивает в своей голове неразборчивую песню, а бедный и измученный жизнью Сокджин наблюдает издалека, о, а еще Хосок орет из-за прилипшей жвачки в волосах, он немного напуган. Тэхен смышленый и очень милый мальчик, который любит витать в облаках и рассказывает странные истории мелким братишкам. — Тэхени хен сказал, то что у меня под подушкой личинки живут, которые когда-нибудь съедят меня, — без капельки страха говорит Чимин, сидя рядом на диване, — А еще он смотрит как мы спим, я сам видел. — Что? — будто только проснувшись, спросил Джин. Эта неделя вышла очень сложной для него, а еще друзья собираются навестить. Ох, придется готовить и убираться. Намджун пропал с Юнги и Чонгуком на улице. Но это даже к лучшему. — Я видел как он смотрит на меня ночью, — так же безэмоционально говорит малыш, уже помогая брату с этой розоватой жвачкой в волосах. — Больно! -кричит Хосок, почти плача, — Больно! Оторвешь! — Мини, принеси папочке ножницы, — говорит Джин, смотря на беспредел в волосах старшего, — И как так можно было, Хосок-а? — Я просто заснул, — протерев подступающие слезы, отвечает он. джин просто выдыхает огромный ком сожаления. Ну, не то чтобы он сожалел об этом. О своей связи с огромной глыбой по имени Намджун. О маленьких дьяволах, которые сейчас наводили в его жизни полный хаос. Джину все это нравилось. Причесывая лохматые волосы Хоби, он напевал песенку, медленно поднимая взял на Чимина. Плюшка бегала по комнате, наводя порядок к приходу гостей. «Ну хоть кто-то решился помочь папочке» — думает Сок и отпускает малыша на пол, понимая, что курочка в духовке уже готова к подаче. Осталось лишь приправить лимоном. Чимини в очередной раз убирает бардак за братьями, решаясь спрятать комиксы старшего, дабы тот их не нашел и не начал раскидывать по комнате. Он убегает в комнату родителей, пряча журналы под матрасом и замечает Тэхена, мирно спящем в чужом шкафу. Чим подкрадывается к братику, представляя себя тайным агентом или ловцом животных и в ту же секунду прыгает на бедного мальчишку, не сильно ударив пухлыми ручками по нему. — А ну фвставай! — бурчит он, пока Тэхен барахтается в поиске свободы, — Разносишь бардак! Плохой братик! — АААААА! -кричит вошедший Хосок с игрушечным мечом в руках, — Кого бъют? Кто в опасности? — он поправляет шлем на голове, который на пару размеров точно уж больше, — Опять не поделили печенье? — Тэхен отлынивает от работы, — дуется Чимини и перестает лупить братца, собирая какие-то тряпки с пола и пиная их обратно в шкаф. Он просто пытается своей маленькой ножкой затащить вещи папочек обратно в огромный шкаф. — Я просто спал, а меня чуть не избили! — актерскому мастерству надо было поучиться у Тэхена, — И вообще я помогал папочке с готовкой, пока вы танцевали под томато, — выпрямляется мальчик и идет к выходу гордо подняв подбородок. Чимин показывает тому язык. Тоже мне, помощник. А Хосок уже давно не слушает их, он рассматривает красавчика «в доспехах» в зеркале. Джин наконец накрыл на стол, приготовил парочку закусок и даже позвонил мужу, чтобы тот не забыл про фрукты и соки. Зная Намджуна, он по названиям перечисляет то, что тому надо взять в супермаркете, и подчеркивает: " Никакой алкашки!» — Почему? — как-то грустно спрашивает Нам. — Дети, Намджун, — выдыхает Джин уже в сотый раз, — Я то пригляжу за детьми, но не за тобой, любимый, — добавляет он и тот смеется в трубку, — Пожалуйста, не забудь опять Чонгука в овощном, — и кладет трубку. Сокджину нравится вся эта суматоха, которую подарил ему Намджун. Сейчас стоя в квартире, которую они взяли как только появился Юнги, он предавался сладким воспоминаниям. Там, где стоит сейчас заваленный книгами шкаф, когда-то изрисовал стену Хосок. А вот в ванной как-то чуть не утонул Юнги. Чонгук катался по лестнице закрученный в ковер, а еще Чимин с Тэхеном вообразили себя помощниками Санты и лезли в горящий, именно подоженный, камин. Сокджину нравилось все это и он никогда бы не подумал, что такое с ним случится. От воспоминаний пробежались мурашки по всему телу и послышался скрип входной двери. — Чонгуку нельзя есть столько сладкого, он станет как воздушный шар, — возмущался вошедший Юнги и скинул куртку на пол. — Намджун вновь давал мелкому шоколадные чоко-крекеры? — спросил Джин, вышедший им на встречу. Он улыбнулся, рассматривая мужа с пакетами и Чонгуком на руках. — Если бы ты слышал его крик, то купил бы ему коробку этих чертовых чоко-крекеров, — сказал Намджун и отпустил мелкого, — Хей, — поцеловав любимого в щеку, улыбнулся по домашнему он, — Как дела? — Не спрашивай, — снова выдохнул Джин и взял пакеты с его рук, — Хосок украсил твою рабочую рубашку цветочками, — добавил Джин, прежде чем как зайти на кухню. — Чего? — приподнял бровь Нам, снимая обувь. Чонгук валялся на полу дожидаясь, когда же с него снимут эти неудобные ботиночки с железным человеком. — Папаня! — бежит с теплыми объятьями к нему Чимини и прыгает как бабочка, — Фу, холодный! — Папа! — слышит Нам еще пару голосов и мысленно съебывает с этого дома. — Ох, Тэ! Хосоки! -обнимая каждого, улыбается он и кряхтит от больной спины, — А теперь дайте папочке переодеться к приходу гостей. Чимин первый отлипает и смотрит в сторону валяющегося Чонгука. Тэхен же прилипает к ноге отца и идет с ним в комнату, даже не думая отпускать. Хосок сам раздевает мелкого и тащит в ванную, дабы отмыть щечки Чонгука от шоколада. Юнги уже давно переоделся, помыл руки и во всю помогал Джину с продуктами в пакетах. Сокджин быстро поправил свою футболку, понюхал и вроде бы как не пахнет, принялся ставить стаканы на стол. Сколько раз он их уже протер? Три раза уж точно. Часы на стене медленно тикали, показывая половину седьмого. Через пару минут должны были быть гости и Сокджин немного нервничал. Ладошки потели как будто перед комиссией или родителями. Он вспомнил пару моментов, как знакомил родителей с Намджуном и улыбнулся. Тогда он разбил любимый мамин сервиз. — Ну и как я выгляжу? — преврав его воспоминания, спросил Нам. Он покрутился и встал ближе к мужу, чмокая его в кончик носа, — Вот ты прекрасен как и в наш первый день. — Фу, противный, — улыбается Сокджин и тает от такой ласки. Он дает возможности вновь втянуть себя в мокрый поцелуй и слышит как Юнги чуть ли не блюет. Образно. — Чимин готов к столу! — входит он так же эффектно, как и его отец. Пухлые щеки сияют румянцем, а на голове Сокджиново масло, которым он укладывает волосы. — Дети готовы к еде, — выходят остальные и тут же тянутся на ручки. Сокджин смеется и слышится звонок в дверь. — Вперед встречать гостей!