Тихий день - счастливый день

      — Из всего ассортимента сладостей ты выбрал это, — Тим махнул в сторону орехового торта с непонятной загогулинкой белого крема на темном шоколаде. — Я даже не люблю орехи.       Дэмиен выгнул бровь.       — Из всего ассортимента, — передразнил он, — это было наиболее съедобным и по составу натуральней, чем все остальные торты. Орехи я могу выковырять. Ради уж твоего дня.       Тим явственно закатил глаза, но, видимо, ценя заботу младшего, поставил чайник и полез в шкаф за чашкой с драконом, которую ещё в прошлый раз Дэмиен забил окончательно и бесповоротно.       — Благодарю тебя, о великодушный защитник города, — фыркнул Дрейк, впрочем, беззлобно, и поставил чашку перед Робином, как бы показывая, что на его сарказм отвечать не обязательно.       — И если ты думаешь, что так просто отделаешься моей компанией, то сильно ошибаешься. Тодд и Грейсон настолько на подходе, что уже в городе. В магазине. Около этой квартиры.       Тим потёр виски и вздохнул, опершись бедром на разделочный стол. Тот недовольно скрипнул — все-таки, Красный Робин был не вот себе ласточкой.       — Я вполне очевидно свалил перед своим днём Рождения в другой город и с головой зарылся в работу, только чтобы вы не устраивали у меня на квартире ненужного тусича. Тебя это не касается, — тут же поправился он, заметив брошенный на него поверх пустой (Дэмиен с удовольствием ее разглядывал) кружки оскорбленный взгляд, — ты не особо праздничный человек. За что я тебя уважаю. Но ты тоже припёрся ко мне за каким-то хреном с тортом.       — Потому что Грэйсон считается моим старшим братом и он мне все мозги проныл тем, что мы семья, а дни Рождения праздновать в одиночку нельзя ни в коем случае, даже если мы собираемся относительно нечасто? — Дэмиен снова выгнул бровь. — И ты мне ещё благодарен должен быть. Я не позволил купить ему оскорбляющий твоё достоинство торт с розовыми рюшами и рыбкой сверху.       — Если это не Стэф его надоумила, то я не знаю, кто, — вздохнул Тим, расслабляясь и осторожно опуская ладонь на чужое плечо, бережно его поглаживая. — Ладно. Против лекций Дика не попрешь. Но орехи, — он оскорбленно посмотрел на Дэмиена. — Орехи.       Робин пожал плечами, не сбрасывая чужой руки.       — Не понимаю твоего недовольства. Орехи я могу выковырять — серьезно — и съесть сам, если тебя это пугает. К тому же, у тебя больше нелюбовь ко дню Рождения, чем к орехам.       Чайник на плите засвистел, заглушив недовольное ворчание Тима, которым парень ответил на реплику младшего. Дэмиен ловко перехватил поданный ему бледно-зеленый заварник и налил в чашку чай. Украдкой, когда Тим отвернулся к шкафчику, насыпал две ложки сахара и скрестил ноги, насколько ему позволил кухонный стул.       Тим только закатил глаза и с улыбкой выдохнул через нос на такое ребячество, но опустил на стол блюдо с конфетами и подвинул сахарницу ближе, изменяя собственным привычкам и тоже наливая себе чай.       И насыпая три ложки сахара.

***

      Дик ласково разворошил и без того лохматые волосы Тима и, решив что это недостаточно для выражения всей его старшебратской любви, обнял парня, снова начиная трепать его по голове. Тим покорно расслабился, разрешая издеваться над собой сколько душе угодно. Джейсон, за обе щеки уплетающий торт — вместо белой загогулинки Дик сливками нарисовал очень косую, но отдаленно напоминающую формой птичку — и наслаждающийся своей свободой в широком кресле, добродушно заметил:       — За уши будем дергать, Замена.       — Ищи хорошего хирурга.       Тим закатил глаза, снося все ласки старшего брата и снисходительные взгляды младшего.       — С вами только патологоанатома.       Джейсон подмигнул, подтаскивая к себе третий кусок и принимаясь за него. На майке парня красовались два пятна — одно от чая, который на него случайно вылил Дик, когда бросился к Тиму, другое от, непосредственно, торта, — на штанах две маленькие мокрые капли от кипятка. Довольное и измазанное тортом лицо придавало всей заброшенной обстановке квартиры домашнее спокойствие, и Тим не был уверен, стоит ли ему радоваться тому, что здесь стало уютнее или нет.       Дэмиен, на удивление спокойный и расслабленный, пил вторую чашку чая и доедал конфеты из вазочки, когда любвиобильность Дика переключилась на него.       — Понятия не имею, почему вам так не терпится разбежаться по разным сторонам, когда вместе так уютно, — заметил он, прижимая к себе с одной стороны Дэмиена, с другой Тима и протягивая ногу к Джейсону.       — Птичка, — добродушно заметил Тодд, пафосно взмахивая ложкой, — из нас четверых наиболее социально ориентированное создание — ты. Потом идёт Замена, но у него это включается, когда отключается режим одиночки-который-хочет-чтобы-от-него-все-отвалили, потом я, потом бесененок.       Дэмиен смерил старшего таким взглядом, что Дику, который тщательно наглаживал Тима по волосам, показалось, что сейчас разверзнется ров и засосет Джейсона внутрь. Впрочем, больше Робин ничего не предпринял, и Дик только вздохнул, показав, что реакция Дэмиена незамеченной не осталась.       Они немного помолчали; Тим, кажется, убаюканный, задремал, притершись к старшему; Дэмиен, тоже успокоенный, опустил голову на плечо Дика и сквозь полуопущенные ресницы оглядывал комнату, в которой им посчастливилось собраться: уличный сумрак проникал в занавешенные окна, отплясывал уходящим солнцем на ламинате, дверках шкафа; полосатый диван и кресло, напротив — шкафы, тумба, на которой стоял телевизор, небольшой столик, заваленный ворохом документов и чашек; сверху, на импровизированной пирамиде Хеопса, покоился давно ушедший в режим сна ноутбук. Робин вытянул ноги, и Джейсон легонько пихнул его стопы своими.       — Думаю, Замена вполне себе доволен праздником.       Дик перевел на лицо Тима взгляд, ласково убирая челку так, чтобы ему было видно умиротворение в расслабленных чертах лица младшего брата. Тим уже полноценно спал, развалившись в пространстве между рукой и грудью старшего, крепко сомкнув глаза и посапывая.       — А когда спит, не такой уж и бесящий придурок, — фыркнул Дэмиен, закидывая ногу на колени старших и, тоже смежив веки, пробормотал: — Хотя и праздника-то никакого и не было.       — Мы просто завались на его хату, бросили в него подарки, сунули в руки пакет с едой и заставили задуть свечи, — фыркнул Тодд. — Вполне себе праздник в стиле Замены. Спокойный и без излишеств. Искренняя забота старших и одного младшего братьев в виде торта в лицо прилагается бонусом.       — Я его лицом в торт пихнуть не старался, — заметил Дик, впрочем, гордый тем, что Тим от попыток Джейсона и Дэмиена ловко увильнул и всё-таки задул несчастные свечи, из-за которых потасовка и началась.       — Зато ты кричал: «Вперед, Тимми!» и размахивал какой-то тряпкой, а это считается агитацией. Ая-яй, Дикки, как тебе не стыдно.       — Действительно, — закатил глаза старший, впрочем, улыбаясь и всё-таки забрасывая на Джейсона ноги.       Дэмиен сонно вздохнул и приоткрыл один глаз.       — Дайте поспать, содомиты. Только-только задремал.       Тим солидарно засвистел носом сбоку и вцепился в колени младшего и руку Дика, кажется, улыбаясь сквозь сон.