Герой

Мидория слышит какой-то шум и ощущает передвижения, но сквозь сон, к сожалению, увидеть ничего нельзя, и ей надо бы открыть глаза. Но делать этого совсем не хочется, ей уютно и комфортно , так и хочется подремать ещё пару минут. Но неожиданно на её плечо ложится чья-то рука, слегка встряхивая, пытаясь разбудить спящую. Изуку с большой неохотой вяло открывает глаза, спросонья что-то понять трудно. — Мидория, просыпайся, мы приехали, - над её ухом звучал знакомый голос, но кто это был, она не видела. Она ничего не ответила, только поёрзала на своём месте и устроилась ещё уютнее, продолжая так же сладко дремать. — Мидория, - её всё так же продолжали будить. Изуку неохотно приоткрыла веки и подняла голову. Над ней свисала знакомая двухцветная макушка, а разноцветные волосы защекотали её нос. — Тодороки, - она мутным взглядом посмотрела в его глаза, улыбнулась и снова облокотилась на Шото. — Мы приехали, - попытки Шото были небезнадёжными, но похоже Изуку до сих пор не проснулась, она всё также нелепо улыбалась, глядя на него. — Мы приехали? Ч-ч-что? К-когда? - она резко подорвалась, когда поняла, что происходит. Она не просто заснула. Всё это время она спала на плече Тодороки. Сейчас ей жутко неудобно и от этого она быстро тараторит, а щёки её нались румянцем. Мидория опустила голову, пытаясь спрятать своё покрасневшее лицо.— И-извини меня, я... я заснула и совсем ничего не слышала, и ... — Ничего страшного, - он прекрасно понял её невнятное бормотание и перебил, — почти все ушли... В салоне автобуса и вправду никого не было, кроме водителя. От этого Мидории стало ещё неудобнее. Весь класс стоял снаружи и забирал свои вещи из багажного отделения. — Нам тоже нужно идти, - продолжил Шото. — Угу, - кратко ответила она. После этого их расселили по комнатам: Изуку повезло, её соседями по комнате стали Очако и Ашидо. После должно было пройти общее собрание, поэтому, не теряя времени даром, девочки стали разбирать вещи.

***

Кацуки бесился и бесился по-страшному, да ещё и этот вечно болтающий о какой-то фигне Киришима. Ещё одно слово и он прибьёт этого придурка. Но дело было не только в его друге или в характере, в чём-то ещё... — Чувак, ты вообще слушаешь меня? - недовольно спросил Эйджиро, глядя на Кацуки. — Нет, - честно отвечает Кацуки. — Я так и знал, - Киришима тяжело вздыхает. — Ты об этой херне весь день говоришь, уши уже вянут, - Кацуки кажется, что он точно убьёт этого идиота, - поэтому заткнись, если хочешь жить. — Так значит ты слушал меня? - в глазах Киришимы блеснула надежда. Терпение Кацуки висело на волоске. Он смотрит на Киришиму как на идиота, кажется, одного взгляда хватает, чтобы понять, о чём пытается сказать Кацуки: «я тебя прикончу». — Прости, я действительно не думал, что ты слушал меня, - Эйджиро понял всё без слов, - в автобусе ты всё время пялился на Мидорию с Тодороки... — Ни на кого я не пялился, - он усмехнулся словам Киришимы, - нафиг мне нужна эта дура и её двумордый дружок? — Да ладно, Бакуго, признайся уже самому себе. — Признаться в чём? - он вопросительно смотрит на друга, приподняв одну бровь. — В том, что тебе нравится Мидория, это же очевидно! Очевидно? Бакуго так не думает. Он знает Мидорию с малого возраста и эта глупая девчонка ничем не могла его зацепить. Ее веснушчатое личико, изумрудные глаза, непослушные вьющиеся волосы - это всё обычная и ничем непримечательная внешность, или нет? Может ему просто было жалко её? Хотя и это звучит абсурдно. — Даже не думай это отрицать, - Эйджиро будто прочитал мысли Бакуго, - ты постоянно таращишься на неё, бесишься когда рядом с ней крутится Тодороки, да и знакомы вы с детства. Бакуго не знал как ответить. Может Киришима прав? Но тогда как это могло произойти, когда только его так угораздило? Или это всё же жалость, которую Бакуго никогда не испытывал. — Она привлекательная, милая, умная, - молчание Кацуки напрягало Киришиму и что говорить в такой ситуации, он не знал, - и у неё мягкий характер, я бы тоже запал на такую девушку. Бакуго бросает на своего друга испепеляющий взгляд, последние слова явно были лишними.

***

Все ученики 1А класса собрались в холле, у них общее собрание. Вокруг стоит гул и изредка доносятся чьи-то смешки, но все резко затихает, когда в холле появляется Символ Мира, их наставник на ближайшие две недели. — Рад видеть вас в полном составе, - бодро заговорил герой. В холле повисла тишина, дети ждали слов Всемогущего. Герой никогда не был наставником, поэтому подходящие слова не сразу приходили в голову. Вдуматься только, он наставник, ему и самому трудно в это поверить. Его непростая работа не позволяла даже задуматься об этом. Так он подвергает опасности не только детей и себя, но и весь мир. Кто знает, на что будут готовы злодеи, когда узнают, что Первый Герой оставил свой пост на пару недель ради учеников академии? Поэтому всё было в строжайшей секретности. И это тяжким грузом давило на героя, трудно было решиться на такое. — Что ж, - продолжил Всемогущий, - сегодня у вас свободный день, можете осмотреться, разобрать свои вещи и немного погулять. Но с завтрашнего дня мы начинаем тяжёлую и упорную работу, поэтому сильно не расслабляйтесь. Всё остальное сообщу вечером. Все потихоньку стали расходиться, а Мидория всё также сидела на месте. Все время, что шло собрание, она чувствовала себя дискомфортно, её будто прожигали взглядом. Это чувство уже было знакомо ей, тяжёлый взгляд Бакуго трудно не почувствовать. Но что снова случилось? А Кацуки было трудно не смотреть, не смотреть даже в её спину. Да и признать было трудно, но похоже Киришима прав. Бакуго прикрыл глаза руками, сдавливая виски, шипя от собственных мыслей. Разве у него есть шанс? Всё время он издевался над ней, избивал и причинял ей боль, такое невозможно забыть. Впервые Кацуки почувствовал себя подонком. Было противно от самого себя, от своих поступков и скверного характера. О чём он только думал? Он настоящий идиот...