Клевер

Рен бродил по городу в гордом одиночестве. Члены баскетбольной команды после тренировки собрались караоке-баре, празднуя день рождения капитана. Кацураги некоторое время находился с ними, затем, сославшись на срочные дела, покинул шумную компанию старшеклассников. На самом деле у него не было никаких дел, просто в кои-то веки захотелось прогуляться в одиночестве. Не так давно в душе поселилось паршивое чувство, а жизненные проблемы лишь усугубляли положение. - Рен-сама! – услышал он знакомый девичий голос. Обернувшись, Кацураги увидел ту, которую хотел бы встретить в самую последнюю очередь. - Сестра Нагасе… - больше себе, чем ей сказал брюнет. По взгляду девушки было понятно, что она думает что-то вроде: «У меня есть имя!» Аяно подошло ближе к Кацураги. - Ты только со школы? – ненавязчиво поинтересовалась девушка, разглядывая его школьную форму. - Ага… - беззаботно ответил он, в свою очередь, изучая Нагасе. - А ты? – из вежливости спросил Рен, отводя взгляд на яркие неоновые вывески и рекламные щитки. Эта его привычка «всегда быть учтивым» иногда раздражала, но он ничего не мог с собой поделать. - Я со студии! Мы записывали новую песню. На следующей неделе ее можно будет услышать по радио! – воодушевленно сообщила брюнетка. - Вот как… - отстраненно произнес Рен. Аяно опустила погрустневший взгляд. Юноша же не обратил на это никакого внимания. - Может, немного прогуляемся? – предложила Нагасе, поднимая на него полный надежды взгляд. Тот перевел задумчивый взгляд с вывесок на брюнетку. - Куда ты хочешь прогуляться? – поинтересовался Кацураги, улыбнувшись. Улыбка казалась приветливой, однако в медовых глазах читалось лишь равнодушие. Аяно растерялась. Ей просто хотелось побыть с ним чуть дольше, поэтому она предложила необдуманно. - На улице прохладно, как насчет того, чтобы немного посидеть в том кафе? – нашлась Аяно, заметив кафе через дорогу. Рен оценивающе взглянул в сторону забегаловки. - Не думал, что знаменитости питаются в подобных местах, - заметил юноша с ироничной улыбкой. Аяно покраснела до кончиков ушей, что не укрылось от взора медовых глаз. - Но если тебе так хочется… - согласился Кацураги. - Угу… - смущенно проговорила Аяно. Молодые люди отправились в кафе. Внутри действительно было теплее. Просторное помещение с ярким освещением и множеством одиноких столиков. В воздухе витал аромат еду и дешевого кофе. За одним из столиков у окна сидела девушка-студентка, обложившаяся книгами. За другим – молодая пара, мило воркующая. Были заняты еще несколько столиков. Рен преспокойно прошел вглубь, не обращая внимания ни на кого вокруг. Аяно последовала за ним. При виде девушки некоторые из клиентов оторвались от своих занятий. Когда Рен и Аяно уселись в укромном закутке, к ним подошла официантка и предложила меню. Ребята сделали скромный заказ, состоящий из черного чая и молочного коктейля. - Ты придешь посмотреть выступление «Clover» на фестивале? – спросила Нагасе первое, что пришло в голову, но тут же прикусила язык, заметив взгляд, которым ее одарил собеседник. - Не знаю… - уклончиво ответил брюнет. Напряженная тишина. «И что я здесь делаю?» - в который раз себя спрашивал себя Рен. Он прислушался к песни, которая фоново играла из небольших динамиков, расположенных по всему залу. - Моя жизнь принадлежит лишь тебе, мой принц… - пел мелодичный женский голос. - Это ведь твоя песня? – уточнил брюнет, взглянув на свою спутницу. В этот момент им принесли их заказ. - Да… - смутилась девушка. Она не понимала, куда делись вся ее смелость и уверенность. Но ей нравилось то, какой она становилась рядом с Кацураги. - Это одна из моих первых песен, - сказала Аяно. - Ты сама ее написала? – неожиданно для себя поинтересовался Рен, пригубив чай. - Нет. В этом деле я не очень преуспела, - она рассеянно улыбнулась. – Когда я дебютировала, как певица, мой продюсер создал мне особый образ, которого я придерживаюсь, как Кисе Аяно. Песни для меня пишут специально отобранные композиторы, - Аяно глотнула молочный коктейль и облизала влажные от блеска губы. – Песни, которые пыталась написать я, получились глупыми и бессмысленными… Хотя они, наверное, и сейчас такие же… - Тебе не нравятся твои песни? – уточнил брюнет. - Не то чтобы они мне не нравились, - растерялась Аяно. – Просто… Мне кажется, что они не отражают мою душу… - призналась девушка. Она вспомнила ослепительный свет софитов, оглушительную музыку и бурные овации. И ту пустоту, которую она ощутила. - Вот бы мне такой талант, как у Юмико… - мечтательно проговорила она. - Юмико – это… - Рен задумался, пытаясь вспомнить девушку с этим именем. - Это наша с братом кузина, а так же лидер «Clover» - Все песни, что они поют, написала она? - Да. Обычно Юмико пишет текст, а брат – музыку! - У вас прямо вся семья музыкальная, - усмехнулся Кацураги. - Пожалуй… Все кроме отца… - рассмеялась Нагасе. Рен непроизвольно отметил, что у нее очень красивый смех. - Мой отец очень предвзято относится к музыке и шоу-бизнесу, - с улыбкой заметила она. - Серьезно? – удивился брюнет. - Он долго не разрешал мне начать модельную карьеру. «Это для глупых кукол!» - говорил он, - пародировала Аяно своего отца. – Но брат переубедил его. - Нагасе? И как же? – почему-то Рену действительно это было интересно. Это была не та притворная вежливость, как в начале разговора. Сейчас он по-настоящему заинтересовался беседой. Аяно задумалась. - «Аяно и есть красивая кукла. Она пустая внутри, поэтому дай ей шанс найти себя». Как-то так… - задумчиво произнесла брюнетка. Рен рассмеялся. Искренне, по-настоящему. Девушка смутилась. - Ты так спокойно об этом говоришь? – удивился Кацураги, не в силах скрыть улыбку. - Но ведь он говорил правду… - удрученно сказала брюнетка. – Я была пустой. Многие эмоции я наигрывала, но не испытывала на самом деле. Хотя не спорю. Его слова разозлили меня. Я захотела доказать обратное. Поэтому пообещала отцу, что всегда буду первой в учебе, если он позволит мне попасть в шоу-бизнес. - Значит, позже ты поняла правдивость его слов? – усмехнулся Рен. - Да… Первый год у меня были проблемы с моей «эмоциональностью». Но за три года я все-таки преодолела этот порог! – гордо заявила Аяно. - О! Три года?! Я в это время жил в Америке. Не удивительно, что я ничего о тебе не слышал. Ведь после нашего знакомства я узнал, что ты очень популярна! Особенно среди школьников, - взгляд юноши стал мягче. - Чем ты занимался в Америке? – в свою очередь поинтересовалась девушка. - Первое время привыкал к местному поведению, учил английский, - усмехнулся брюнет. Он заметил, что Аяно внимательно слушает его. - Начал играть в баскетбол, учиться несправедливости жизни, общаться с девушками, - он замолчал, погружаясь в воспоминания. - И как тебе…Америка? – осторожно поинтересовалась Нагасе. - Сильно отличается от Японии, - спокойно ответил Кацураги. – Когда я туда приехал, меня поражала их манера общения, нормы поведения. Их границы намного шире, чем здесь. Образование абсолютно другое. И люди… Такие разные, но одновременно с этим очень схожие, - задумчиво перечислял парень. – Закон улиц – вот, что они ценят… - Наверное, это лучше увидеть своими глазами… - сделала вывод Аяно после минутной паузы. - Да, так и есть, - подтвердил Рен, но его мысли были уже далеко отсюда. Аяно допила свой молочный коктейль. - После выпуска я снова вернусь в Америку… - неожиданно заявил Кацураги. - Что?! – растерялась Аяно. Ее лицо стало бледнее мела. - Почему? - Мои родители разводятся, поэтому я хочу увезти мать подальше… - Подальше от чего? – девушке казалось, будто ей в сердце вонзили нож. - Недавно моя мать узнала, что отец изменял ей… - начал Рен. – Сначала она сделала вид, будто ничего не замечает, а потом выяснилось , что у любовницы есть сын. И он от моего отца… - юноша сцепил руки в замок. Взгляд его медовых глаз потускнел. - Как же так? – сорвалось с губ девушки. Рен ничего не ответил. Нагасе поняла, что это прозвучало весьма неуместно. - Что ты думаешь об этом? – тихо спросила она. Юноша взглянул на нее. - Это отвратительно… Но… - он запнулся. – Я не имею права осуждать моего отца. Ведь я не лучше, - его губы тронула горькая усмешка. – Я не понимал всю низость своего поступка, пока не увидел слезы матери… Я очень виноват перед Ами и Йоко-сан… - Кацураги нервно взъерошил волосы и откинулся на спинку стула. «Почему я ей все рассказываю?» - не понимал брюнет. Он чувствовал необходимость довериться кому-нибудь. - Если ты виноват, то стоит извиниться, - с неожиданной наивностью и прямотой заявила Аяно. - Если бы эти извинения могли хоть что-нибудь изменить… - отстраненно произнес Кацураги. Нагасе промолчала. Она вспомнила разговор с братом тогда в агентстве. «Такому ребенку, как ты, никогда не понять!» - его слова эхом отзывались в ее сознании. «Я извинилась. Но это не уменьшило моей вины. Похоже, извинения не всегда помогают…» - думала она, опустив взгляд. Тишина. Даже негромкая фоновая музыка и тихий разговор немногих посетителей не могли ее заполнить. - Четырехлистник… - неожиданно произнес Рен, возвращая Аяно в реальность. Она подняла на него непонимающий взгляд. - Если бы у меня был четырехлистный клевер, то, возможно, мне больше бы везло по жизни… - с легкой самоиронией произнес Кацураги. – Когда-то я такой подарил Ами… - Четырехлистный клевер? – задумчиво повторила Нагасе. А ведь у нее был такой. Когда она была маленькой, брат рассказал ей о чудотворных свойствах четырехлистника. Она потратила на поиски почти весь день, но все же нашла его. Она заламинировала его и сделала закладку. С тех пор он был ее талисманом. Сокровенным сокровищем. - Ты веришь в то, что он приносит удачу? – с улыбкой поинтересовалась Аяно. Рен пожал плечами. - Кто знает… - протянул он. – Как и то, что загаданное на падающей звезде желание сбывается… - его губы тронула невесомая улыбка. От этих слов внутри Аяно все наполнилось теплом и нежностью. Сердце забилось чаще. Ей казалось, будто она парит в воздухе. Такую невесомость в себе она ощущала. - Я…люблю тебя… - сорвалось с ее губ, и сердце тут же сжалось. Аяно была готова расплакаться от волнения. Руки, лежащие на коленях, крепко сжались в маленькие кулачки. И снова молчание. Девушка подняла опасливый взгляд на юношу. По его задумчивому лицу было трудно что-либо определить. Тогда Аяно набралась смелости и продолжила. - Когда я увидела тебя впервые, по моему телу словно прошелся электрический импульс. Я была очарована… - смущенно проговорила она. – Когда ты отверг меня, ты заинтересовал меня еще сильнее… Снова молчание. - Я уверена, что это не просто симпатия! Эти чувства намного глубже… Рен взглянул в ее сапфировые глаза. - Я понимаю… - наконец произнес он. – Но я не могу ответить на твои чувства взаимностью… - Я знаю! – сдавленно выговорила Аяно. – Ты не можешь забыть Ами-сан… Но все же… - ее голос предательски дрожал. - Я не хочу напрасно тебя обнадеживать, - серьезно произнес Рен. – Но я рад, что есть хоть один человек, которому я небезразличен… - его губы тронула добрая улыбка. - Но… Могу я быть хотя бы твоим другом? – осторожно поинтересовалась Аяно. Рен озадаченно посмотрел ей в глаза, ища подвох. - Я поражаюсь тебе, сестра Нагасе… - лукаво усмехнулся он. - Я Аяно… - поправила его брюнетка. - Аяно… - повторил Кацураги. Сердце девушки было готово вырваться из груди. Он всего лишь назвал ее по имени, но это сделало ее невероятно счастливой. - Ты столько узнала обо мне. О том, какой я лицемер и ублюдок. О том, что я всегда играл с девушками, не воспринимая их всерьез. Что сейчас мое сердце принадлежит другой… - спокойно говорил он. – И ты все равно хочешь быть рядом со мной… - Неважно, если ты не посмотришь на меня, как на девушку, я просто хочу быть рядом… - горячо заявила брюнетка. - А для тебя это будет не слишком тяжелой ношей? – снова усмехнулся Кацураги. Аяно растерялась. - Но, должен признать, мне понравилось наше общение. Так что я буду рад такому другу… - с доброй улыбкой заметил Рен. Он сам не понимал, лукавил ли он или говорил всерьез. Он просто сказал это. Эти слова сами сорвались с его языка. Особа, которую еще пару часов назад он считал назойливой девицей, теперь стала ему близким другом. «Все-таки есть и в ней, и в ее брате нечто особенное. Что-то, что притягивает окружающих…» - сделал вывод Рен, поддаваясь магнетизму сапфировых глаз.