Апофеоз

Нежно-голубая лазурь небес и легкие ожурные облака причудливой формы величественно и чинно преследовали попятам мягкие линии фигур двух девочек подростков, медленно и с опаской скользивших меж стволов деревьев. Гигантское яркое солнце, неестественно светлое, своими лучами нежно прогревало влажную землю и воздух, переполненный различными природными ароматами. Ясный день, как произведение искусства был практически идеальным в своей естественности. Музыкальная тишина из смеси разных совершенно непохожих между собой звуков: шелест листвы не так давно распустившихся деревьев, изредко можно услышать щебетания маленьких птичек, затаившихся будто бы совсем неподалеку, но так и не попавшиеся ни разу на глаза, разве что где-то между сочной молодой листвы куста смородины промелькнет шустрая тень и оставит от себя лишь шорох листьев и трепет тугих веточек. Прислушившись, можно услышать как где-то в глубине леса бурно течет жизнь. Но красота скорее удручала, чем радовала. Пробиваться через кусты душистой сирени было в двойне тяжелее из-за накатывающего неожиданного чувства необьяснимой паники, тревоги и желания прямо сейчас переместиться домой, забыть об этом лесе как о страшном сне, оставить в воспоминаниях как правдоподобное ведение и ожившую сказку, хотя на самом деле все и так было понятно. Два ребенка. Два подростка. И за все это время ни одного человека вокруг. Понимать и осознавать ситуацию не хотелось всеми силами молодого разума, и так держущегося на тоненьких прозрачных нитях юмора, пока что крепко скреплявших сознание в одно целое. Лес был везде, на многие километры вокруг — спереди, сзади, на запад и на восток — яркая, сочно-зеленого цвета зелень уже начинала казаться едкой и отвращать. Голова гудела от обилия непривычного шума, сдавливало виски, сильно пострадало самочувствие метеозависимой шатенки — на лице проступили красные пятна, появилась тяжелая отдышка. Чем дольше они шли, тем больше мир казался похожим на иллюзию. Никаких зацепок о том где бы они могли находиться, потерянные рюкзаки и телефоны, отсутсвие намеков на цивилизацию — как они смогли попасть в это место в такое время? Но даже сам лес не пугал настолько сильно, как мысль о том, что кто-то или что-то смогло их переместить сюда настолько быстро, что осознание смены обстановки до сих пор не пришло в ослабевшие и одурманеные слишком чистым и свежим воздухом головы. — Трава тут, конечно, невероятная. Даже как-то не похоже на Россию — так чисто. — тяжело вздохнув, шатенка шумно сдула темную прядь с лица и переступила через очередной куст с непонятными маленькими цветками. Отбившись от новой надоедливой ветки с молодыми листочками, она остановилась в паре метров от подруги, что присела перешнуровать дорогие замшевые ботинки. Оглядев за одно себя, Марина стряхнула несколько застрявших в штанах и воротнике листиков. «Как долго мы уже идём?» — задумалась на момент голубоглазая, смотря на густой ковер темно-зеленой травы и медленно падающие в его обьятия узорчатые, с зазубринами листья, но ее отвлек ворчащий недовольный голос блондинки, и поэтому она скосила взгляд. — Согласна. Здесь — очень красиво. Но как-то вопрос того, что мы в лесу меня заботит больше блять.- быстро перебирая пальцами шнурки на левой ноге и превращая их в грубый узел, уже успокоившаяся Варя по-старинке фырчала на ситуацию. В нос ударил сочный запах травы. Пересев на левое колено, блондинка принялась повторять те же самые манипуляции с правой ногой. Сначала она распустила старую ослабевшую шнуровку, а после по-удобнее затянула ботинок, закрепляя его положение. Одновременно с этим она пыталась, по-собачьи встряхивая голову, избавиться от некоторых листьев, застрявших в коротких светлых волосах. — Блять, ну, ты тут не один такой. — тяжело усмехнувшись Марина, окончательно и аккуратно развернулась, так чтобы не потревожить голову резким поворотом, лицом к блондинке в ожидании, что подруга закончит. Начав через некоторое время осматривать мощные ребристые стволы деревьев перед собой, она убрала руки в карманы и ухмыльнулась просебя. — Вообще, не такая уж и плохая ситуация, тупо чилл, деревья цветут, сосенки, ебать, растут. Чего вообще еще надо? Ты же хотела в лес — наслаждайся. -переводя взгляд, шатенка пошатнулась, переступая с одной ноги на другую слегка выгибая корпус. — Дивное местечко, ща бы на шашлычки, ебать, под пивасик, ох, как же было бы заебись… — мечтательно начала она, хотя ни то ни другое не любила. Её недовольно перебили. — Ну, да, именно этим, блять, я сейчас и хочу заниматься в ебаном лесу наедине с тобой, заебись! Мечта! — Варя на агрессивной ноте, после шустрого, переполненного недовольством рывка для окончательной завязки ботинка, хлопнула по земле сразу двумя ладонями и резко подняла хмурый взгляд из-под короткой челки прямо на шатенку. — Я думала ты обо мне лучшего мнения… — по-актерски драматично Марина утерла руковом худи воображаемую слезу. Но реакции от подруги не последовало и, смутившись, шатенка встала обратно в нормальную позу. «Че?» Немое молчание затянулось, а брови шатенки сместились к переносице. Варя смотрела куда-то сквозь нее широко раскрытыми глазами, но через пару мнгновений, как будто осознав что-то, подпрыгнула на месте и завалилась от страха назад, вдавив себя спиной в твердую кору дерева. Одной рукой она неосознанно прикрыла рот, пытаясь заглушить непроизвольные скулящие звуки, исходившие откуда-то из груди. В недоумении Марина усмехнулась. — Че блять? — с доброй улыбкой на губах, не ожидая никакого подвоха, она со всей присущей человеку грациозностью развернулась на 180 градусов, но, слегка не расчитав силу, завалилась вперед, левой ногой попадая в куст, и застревая в нем навсегда, потому что увиденное заставило ее оцепенеть в неудачное позе с раставленными руками. Темный силуэт казался практически черным, огромное тело с непропорционально большими конечностями, внимательный, звериный взгляд следил за каждым их вздохом, от агрессии которую источала его аура воздух вокруг как будто в миг стал масляным, тревога нарастала стремясь как можно быстрее достичь своего апогея, а фигура все также продолжала стоять неподвижно, нервно перебирая своими мускулами под смуглой кожей. Шок за секунды перехватил все возможные эмоции, хотелось бежать, но страх спровоцировать монстра был намного сильнее, дыхание сперло, а на грудную клетку как будто бы прикрепили еще килограмм десять. Синяя одежда всколыхнулась на ветру. «АХУЕТЬ» «АХУЕТЬ» «ПИЗДЕЦ» «ПИЗДЕЦ» Они еще никогда не были сплочённее чем в тот момент. Еле-еле шепотом выдавила из себя какое-то подобие на «блять» шатенка, голубые глаза которой становились все больше, тело цепенело становясь совсем деревянным, а сознание быстро утекало в истерическое русло начиная вызывать у своего подопечного нервный смех. — Это че… Хак? — практически самой себе сказала Марина, повернувшись к Варе ища поддержку, и неуверенно посмеялась с собственных предположений. Фигура «подростка» слегка переместилась, открывая вид на красно-малиновую макушку, стоявшую чуть поодаль, с огромным, просто гигантскими, испуганными глазами, пока непонятного сиреневого цвета. Блондинка и шатенка долго обменивались взглядами и громко синхронно сглотнули, посмотрев на до боли знакомые лица. — Да ладно блять, че, поцаны, четыре война дракона? — Идемте отсюда. — Но… Схватив Хирью за руку, Хак мнгновенно исчез в густой листве.