Придумайте сами

                  Куроко Тецуя. Милая девушка, низенького роста, и с большими пронзительными глазами, в которых можно было бы утонуть, и не всплыть, и тем не менее, они были холодны, холоднее всех айсбергов нашей планеты земля. Однако был один человек, из-за которых эти холодные глаза наполнялись теплом и уютом, таким взглядом обычно смотрит на тебя бабушка, когда ты вновь съел всё варенье, вроде и смеётся, и ругает, а в глазах столько тепла. Всё это было в глазах девочки…ключевое слово «Было».              Аомине Дайки. Высокий. Сильный. Это было понятно с первого взгляда. Она всегда наблюдала за ним, даже тогда, когда они не играли в паре. В глазах девочки читалось восхищение, о если бы Дайки хоть раз обернулся, хоть раз бы попытался понять, почему ему так знакома эта маленькая фигурка… Его глаза синие, и всегда блестящие. То с какой он непринуждённостью делал, какую-то глупость, заставляло смеяться. Ох если бы ты обернулся!       — Дайки! — тонкая рука попыталась взять, большую, мозолистую ладонь своего, уже бывшего света. Он кинул на неё взгляд через плечо, о сколько в том взгляде, было… Нет не ненависти, была раздраженность и уже ярко читаемое, высокомерие, презрение к этому голубоглазому ангелу.             Он ушёл, не обращая внимание на маленькую, столь хрупкую и изящную как статуэтка девочку. Он разбил её, даже не собрав осколки ушёл, оставив разбитую куколку смотреть ему в след.              Она вновь глянула на бумагу. Зачем? Вот зачем, она поверила, что сможет сблизиться с синеглазым демоном?! Почему она запустила в свой светлый разум мысль о том, что она ему нужна? Почему он так просто бросил её? Как ненужную листовку, которую всучил надоедливый парень у метро. Она уходит по своей воле, да и тем более, скоро учебный год кончится… А как же она будет жить без него?             Тецуя уже настолько привыкла выходить в шумный коридор и видеть его, она привыкла украдкой наблюдать за ним. Она запомнила каждую детальку его лица. Выучила наизусть его привычки. Она тряхнула короткими волосами, стараясь отогнать, столь дурные мысли.       — Как вижу, дела твои совсем не клеятся.- Вот, спрашивается, что он здесь забыл? Нахальный, дерзкий, бесящий до дрожи в коленях, от одного его голоса, захотелось скривиться и уйти не оглядываясь, однако, что-то не позволило этого сделать, и она развернувшись, встретилась глазами, с самим «Некоронованным королём». Сам Ханамия Макото! Аж перекреститься и сплюнуть через левое плечо хочется.             Непорочный ангел, с яркими голубыми глазами стоит напротив нахального демона, с каре-серыми глазами. Столь разные. Что даже притягивает.             — И вам добрый день Макото- кун.- Не дрогнул ни один мышц лица девушки. Она лишь поправила чёрненькую юбку, школьной формы. Даже в одежде, они были противоположны. Она вся в белом, столь подходящем для неё цвете, делающей её более воздушной. И он в светло коричневом пиджаке своей школы, с зелёным галстуком на шее и выглажено, белоснежной рубашке. На первый взгляд и не скажешь, что этот парень один из «Некоронованных королей».       — Интересно, за что же Дайки тебя бросил? — Продолжал говорить Ханамия, и глянул на собеседницу. Та закусила край нижней губы, но не подала виду, лишь пожала плечами, добавляя.       — Не знаю.- Она попыталась найти путь к отступлению, но ничего, как будто Ханамия подстроил это диалог. Ханамия наигранно поцокал языком и состроил лицо, как будто он сочувствует Тецуе, однако глаза выдавали его. В них читалась усмешка, и какое-то детское ребячество.       — Бедняжка Куроко, все её бросили, как ненужную листовку.- Он даже попытался состроить интонацию, но это было настолько наигранно, что Станиславский бы не закричал своё знаменитое «Не верю!», а просто послал бы Ханамию вон.       — Вы, что-то хотели, или вы пришли, только для того, чтобы наигранно посочувствовать мне? — Курок сжала ручку в кулачок и продолжала смотреть, Макото прямо в глаза. Он снова растянул, на своём лице, эту гадкую улыбку, пушистые брови поднялись вверх, а он наклонившись к собеседнице взяв её за подбородок застовлял смотреть ещё выше. Наигранная жалость. И вот почему, Тецуя резко достала своё высокомерие из одного места, и отказалась от сопровождения хохотушки Кисе?       — Как грубо. А не думала ли ты, своей светлой головкой, что я пришёл, для того, чтобы пригласить тебя.- Куроко опешила от таких слов. Её? Ханамия Макото, некоронованный король, демон. Хочет куда-то пригласить? Да уж, легче было бы поверить в рассказы детей, о том, что в шкафу живёт дядя, который ночью половицами скрипит.       — И куда же вы, хотите меня пригласить, надеюсь не на ваш торжественный расстрел, а то форму запачкаю, а кровь долго отмывается.- Она хмыкнула и ухмыльнулась. В глазах, Макото засветился какой-то интерес, и заплясали самбо черти.       — Нет, торжественный расстрел будет через полгода, а сейчас я бы хотел пригласить тебя в кафе.- Тецуя задумалась.       — А кого расстреливать будем? — Вдруг спросила девушка, и слегка сжала ремешок сумки.       — Потом узнаешь, ну так, что? — Он слегка сильнее сжал подбородок девушки и приблизился немного ближе.- Или трусишь? — А вот тут, пошло оскорбление, самолюбия Куроко. Да что она, и струсила? Вот ещё.       — Много чести, тебя боятся! — Волков бояться, как говориться, в лес не ходить. Ханамия в открытую рассмеялся отпуская подбородок девушки.- Ну, что. Куда пойдём? — она протянула уходящему парню свою сумку. Ханамия взял сумку и легко закинул её на плечё.       — Узнаешь на месте.- Ответил Макото приобнимая ангелочка за плечи и ведя её в направлении, одного из любимых обоями, кафешки.              Её использовал и разбил один, и забрал осколки другой. Она ещё долго вспоминала Дайки, сидя у Ханамии на коленях, и с упоением рассказывая ему о играх. Были периоды, когда она плакала, сжавшись в комочек, и стараясь плакать тихо, Ханамия, переступал через себя и успокаивал Куроко, обещая ей сто молочных коктейлей, и луну с неба в придачу.              И всё бы было хорошо, она бы продолжала себе учиться в Кирисаки Дайчи, и ходить в баскетбольный клуб. Продолжала бы тихо смеяться, глядя на то, как Макото мучает бедных ребят. Она бы продолжала играть с ним в паре, помогая приносить победу, всё было бы шикарно, однако скоро их команда столкнулась со старшей Академией Тоо.             Только же отпустил! Только забыла! Только начала жить нормальной жизнью! Но нет! Надо было этой черно…заразе появиться, и вновь ломая, бедную Тецу. Макото не железный, он больше подстраивал пакости в той игре, чем следил за счётом. Слишком больно, было в глубине души Ханамиии, когда он видел своего ангела, льющим слёз.             Ту игру, они выиграли. Макото сам не понял да и не хотел понимать как. Его Тецуя убежала из здания, под оправданием «простите мне малость не хорошо». Нехорошо. Вновь, в её голубых глазах, были хрусталики слёз.             Курок вернулась в общую с Макотой квартиру довольно поздно, с раскрасневшимися глазами и слегка опухшим носиком. Она умудрилась, где-то упасть, и ободрать себе колено. Боже, как же ругал её тогда Ханамия. Однако при всём его характере, он сидел со своим ангелом в гостиной, замотанной в байковое одеяло, сидели и смотрели фильм, он не запомнил, что это был за фильм, он запомнил каждую линию её лица, при голубом освещении телевизора.              Однажды Куроко ушла на выходных, не предупредив Макото об этом. Он был взбешён, он обматерил соседей, усилил всей команде тренировки, и мысленно пообещал, что как только это чудо вернётся домой, то он заставит её пробежать тройную норму. Но это было ещё терпимо, а вот когда он позвонил Тецуе, и вместо неё ответил какой-то парень, вот это стало последней каплей в терпении Макото.             Она оказывается была в парке, вместе с Кисе и каким-то парнем, одетым в ту же форму, что и Рёта. Оказывается Куроко решила прогуляться, с Кисе, как ей вдруг стало малость дурно. Кисе в шоке позвонила своему сенпаю, Макото дальше не стал слушать, нелепые оправдания этой белобрысой курицы, и забрал Куроко предварительно пообещав той, что ей придётся бежать тройную норму, и что дома разговора им не избежать.       — Макото! — Девушка на пол пути к дому, вырвала свою руку из цепких лап паука.- Я понимаю, я виновата, не позвонила, но какого чёрта ты так злишься? — Она скрестила руки на груди, и сдвинула бровки, пытаясь сделать грозный вид.       — Почему ты ушла? — Ханамия был зол, он еле сдерживался, чтобы прямо здесь, не начать отчитывать (на самом деле, ему просто хотелось её выпарать за непослушание, но об фетишах Макото в другой раз) несносную девчёнку.       — А я что должна? Я пошла погулять со знакомой, в законный выходной!       — Да, должна! — Макото повысил голос и навис над голубоглазой. Та в свою очередь гордо подняла голову, и смотрела ему прямо в глаза.       — Нет не должна! — Тецуя тоже повысила голос и привстал на цыпочки, что бы стукнуться со своим собеседником лбами.             Вообщем, спорили они так полчаса, пока какой-то прохожий не психанула и не заступился за Куроко. Что удержало тогда Ханамию, от того, что бы не врезать тому парню, он не знает, но вот его поразила Куроко. Она конечно поблагодарила, а когда парень попытался пойти дальше по своим делам, так она поставила ему подножку, и схватив Ханамию за руку, побежала в сторону их квартиры.