Hamon kiss

— С тобой невозможно тренироваться! Я устал от твоих выходок. Цезарь отряхнулся и тяжело вздохнул. Найти общий язык с новоиспечённым учеником Лизы Лизы казалось невозможной задачей. Джозеф то ли дело отпускал шутки и колкости в сторону Цезаря, иногда маялся непонятно чем. Конечно, прогрессировал Джостар очень быстро и, что не менее удивительно — легко. Но Цеппели выводила его периодическая беспечность и несерьёзность к тренировкам. Понятное дело, что с особенностями характера боевого товарища приходилось только мириться. Цезаря раздражало отношение британца ко всему происходящему. Чтение нотаций было бесполезным занятием, для этого существовала Лиза Лиза, да и разве Джозеф послушал бы его? Сомнительно. Он видел, что учитель не одобряла их стычек с Джостаром. Хоть и брюнетка была скупа на эмоции, Цеппели мог прочесть всё на её лице и без того. Поэтому итальянец старался лишний раз не наседать на Джозефа, который словно издевался над его нервной системой. Проблема была как раз-таки в том, что ДжоДжо показывал удивительные результаты за короткий срок, и на тренировках не только занимался всякой отсебятиной. И всю остальную часть времени он вёл себя как дурак. Цезаря также бесило это, ведь жаловаться на него — идея плохая. Прогресс у него был, а бесил своего боевого товарища он с той же частотой. Стоило признать, что в глубине души Цезарь принимал Джостара и уважал его. Он думал, что в Джозефе есть что-то особое, но что это было конкретно объяснить блондин не мог. Как бы он не злился на ДжоДжо во время тренировок, как бы не поражался его беспечности, что-то каждый раз заставляло его задумываться о том, кем он приходится этому парню. Их определенно связывало что-то прочное, но Цезарь не мог понять, в чем причина. Предки? Бесспорно, их судьбы связаны, однако, Цеппели думал, что это не совсем то. Его не особо пугал тот факт, что постепенно Джозеф начинал вызывать у него интерес как личность. С одной стороны, странно, ведь раньше итальянец не шибко располагал к тесным связям к кому-либо, кроме Лизы Лизы. Для него она была словно матерью и, в общем-то, единственным живым близким человеком. Больше никого не было. В жизни юноши также мелькали женщины, и мгновенно угасали, как звезды на ночном небе. Джозеф был чем-то другим, чем-то новым и непривычным, но почему-то это не сильно пугало Цеппели. Создавалось ощущение, словно всё идёт так, как должно идти. Но к чему это приведёт, Цезарю всё же было интересно. Ответа не последовало. Кажется, Джозеф просто не захотел говорить что-либо. Лиза Лиза наблюдала за ними издалека, но она и без слов смогла понять, что произошло. Женщина сняла солнечные очки и окинула застывшего на месте Джостара сухим взглядом. В голове у брюнетки давно стал назревать план, который мог бы помочь исправить ситуацию. Ведь так не может продолжаться вечно, иначе это начнет мешать их цели. Да и зачем парням разногласия? Они хоть и были товарищами, но контактировать без споров и ссор им удавалось трудновато. Лиза Лиза считала, что оставлять всё так нельзя.

***

Цезарь проснулся от неприятных ощущений в спине и странного запаха. Он открыл глаза и огляделся. Первая же мысль, скользнувшая в потихоньку отходящее ото сна сознание Цеппели, уже заставила его напрячься. Он находился явно не в своей комнате, ведь как по-другому объяснить то, что проснулся блондин в сидячем положении, спиной прижавшись к холодной стене? Следующая после этой мысль заставила напрячься еще сильнее, и Цезарь свёл брови к переносице. В этом помещении было темно, а еще сыро. Пол и стены сделаны из камня. Сложившаяся картина предполагала, что Цеппели находился в подвале или в какой-то из башен острова. Он подумал, что случилось что-то плохое, поэтому решил не медлить и поднялся с места. Свет всё-таки был, но его источник, по всей видимости, находился далеко от Цезаря. Цеппели решил пойти к нему. Чем ближе Цезарь подходил к непонятному свету, находящемся в другом конце далеко не маленького помещения, тем сильнее нарастало волнение внутри итальянца. Оказалось, что он волновался вовсе не зря, ведь в одно мгновение прямо перед ним показался Джозеф-черт его возьми-Джостар. Цезарь действительно испугался, но не растерялся и сразу же направил свой кулак в лицо товарища. Однако, ДжоДжо ловко увернулся от занесенного удара. — Какого?! — Цеппели был готов поспорить, что на секунду он забыл как дышать. То ли от злости, то ли от испуга и неожиданности. — Ты совсем из ума выжил? — Твоё лицо было бесподобным, Цезарь-чан, — Джозеф лишь нагло ухмыльнулся в ответ, на что Цезарь только недовольно цокнул. — Может ты объяснишь, что происходит? Где мы? Это твоих рук дело? Джостар прикрыл глаза и улыбнулся, выставив ладони впереди от своей груди. — Это ты не ко мне с таким количеством вопросов. Я знаю ровно столько же, сколько и ты. Проснулся — везде темень, пахнет как в гниющем подвале, что, где и как — неясно. Блондин отвёл взгляд, всем своим видом выказывая задумчивость. Если даже ДжоДжо ничего не знает, значит, всё плохо. Цезарь подумал о том, что нужно как можно скорее выбраться отсюда и найти Лизу Лизу. Рассуждая логически, можно было сделать вывод, что вряд ли всё это — дело рук Карса и его компании. Если бы они хотели убить их, напали бы уже давно. А так, Джозеф и он находились в полном порядке, если исключить тот факт, что спина неприятно гудела после сна в сидячем положении. Цезарь вздрогнул, когда подумал о том, что в происходящем, возможно, могла быть замешана учитель. Она наблюдала за ними всё то время, что они собачились. Действительно, кому в голову не придёт мысль о том, чтобы запереть их в одном помещении, дабы парни могли найти общий язык. Цеппели нервно прикусил губу, искренне надеясь, что всё, что он надумал только что — не правда. Не могла же Лиза Лиза так поступить… Вернее, конечно, именно так бы она и поступила. Не в её интересах было занимать должность семейного психолога и объяснять, почему они должны перестать ссориться. Это совсем не в её духе, то ли дело оставить им всё самим. Больше походило на правду, однако, Цезарь подсознательно отвергал большую вероятность реальности этой гипотезы. — Похоже, Лиза Лиза хотела, чтобы мы поговорили. Джозеф первым прервал нависшую тишину. Он сел на какой-то ящик, свесив ноги вниз, и опустил взгляд, ожидая, что Цеппели сядет рядом. Но блондин решил не прислушиваться к немому приглашению, и опёрся спиной о стену рядом с ящиком, сложив руки на груди. — Прям в её стиле! Не церемонится ни с кем. ДжоДжо усмехнулся, почувствовав, что Цезарь не собирался в ближайшее время как-либо выходить на контакт с ним. Однако, итальянец всё же ответил. — Я не знаю, о чем говорить с тобой. У тебя ужасный характер. Шатен нахмурился и с наигранными нотками обиды пробубнил: — Что, я тебе совсем не нравлюсь? Ну, даже если так, то тебе придётся потерпеть меня еще недели две, дружище, — Джостар издал сочувствующий смешок, после чего перевёл взгляд со стены на невозмутимого Цезаря. — Мы с тобой, знаешь, как герои из комиксов, у которых есть общая цель, но нет взаимопонимания. Цеппели удивленно выгнул бровь, открыл глаза и посмотрел на ДжоДжо, задумавшегося и опустившего взгляд вниз. Ему даже на мгновение показалось, что тот сказал это с толикой грусти и сожаления. Юношу удивили такие слова. Цезарь знал, что Джозеф не такой дурак, каким кажется на первый взгляд, но всё же слышать что-то подобное от него было необычно. — Возможно. Я комиксы так-то не читаю, сказать точно не могу. Джозеф хмыкнул, про себя решив, что Цезарь всё же такой занудный местами. — Кстати! Раз уж мы тут заперты, а говорить ты не хочешь, то может выпьем? Я нарыл здесь две бутылки какого-то старого вина… Есть вероятность, что мы получим от Лизы Лизы, если выпьем их, но… Цезарь не дал договорить шатену и кратко бросил простое: «я согласен». Итальянец сомневался, что алкоголь сможет как-то наладить их отношения, но делать им всё равно ничего не оставалось. Скоро Лиза Лиза поймёт, что это бесполезно и выпустит их, а пока можно дать себе отдохнуть. При мысли об отдыхе у Цезаря в голове что-то словно щёлкнуло. «Пустая трата времени, мы ведь могли тренировать новые техники сейчас, а не заниматься этим». К горлу Цеппели подступил ком, и он задумался. В груди потяжелело при мысли о том, что скоро близится время растворения яда в теле ДжоДжо. «Если учитель выдала нам на это время, значит, это важно. Мне нужно попробовать, чтобы время не прошло даром», — подумал юноша, глядя на Джозефа, с азартом откупоривавшего бутылку вина. — Ты уверен, что это вино? — поинтересовался Цезарь, присаживаясь рядом с Джозефом. — Откуда ты вообще взял его? — Нашел в одном из ящиков. Всего две бутылки, как-то странно, — говорил Джостар, увлеченно разглядывая сосуд. — В любом случае, сейчас сам поймешь. Джозеф улыбнулся и протянул уже открытую бутылку Цезарю. — Зануды вперед, — не удержался британец от колкости, на которую Цеппели закатил глаза, но всё же принял вино. «Кто бы подумал, что дойдет до того, что я буду пить с ДжоДжо сомнительное вино в каком-то подвале с одного горла?» — задумался Цезарь, делая первый глоток. — Вполне сносное вино, — оценил блондин и, не глядя передал сосуд Джозефу. — О-о-о, ты-то у нас разбираешься в бабских напитках, — процедил ДжоДжо, усмехнувшись и подтолкнув товарища локтем в бок.

***

Внутренние часы Цезаря подсказывали ему, что примерно за час они осушили первую бутылку. Цеппели имел некий иммунитет к алкогольному опьянению, но это вино оказалось не таким лёгким, как можно было подумать. Либо в этот раз устойчивость юноши к алкоголю дала сбой, либо дело в напитке. Когда Цезарь начал чувствовать, что его отпускает и становится как-то легче, что, несомненно, означало начало влияния алкоголя на организм, итальянец задумался о том, вино ли это вообще. Впрочем, сейчас это не имело особой важности. Даже если захочет, блондин вряд ли сможет остановиться. Джозеф увлеченно рассказывал о чем-то, пока Цезарь внимательно оглядывал вторую бутылку, которую он держал в своих руках. Оказалось, что Джозеф может на протяжении часа не быть раздражающим придурком. Может быть под действием алкоголя, а может по собственному желанию, но Цеппели больше склонялся к первому варианту. — Цезарь, — позвал шатен, когда обнаружил, что его слушают вполуха. — Да? — спокойно спросил Цезарь, переведя взгляд на Джозефа. — Научи меня тому приёму. В тот первый раз, когда мы подрались, ты передал хамон через девушку. Цеппели поперхнулся, стараясь всеми силами не выдать слегка шокированного состояния. — Это тебе зачем? — Ну, мало ли. Всякое бывает, знаешь ли… Блондин вздохнул, поставил бутылку в сторону и повернулся к Джозефу. Он не понимал, с чего вдруг ДжоДжо захотелось урока передачи хамона через поцелуй. Ему это ничего не стоило, так что он не отказался. К тому же, Джостар вряд ли бы отстал с этим вопросом к нему. Цеппели стал простым языком объяснять британцу теорию, а тот, казалось бы, серьезно вслушивался в слова Цезаря. Это на мгновение испугало итальянца. Даже на тренировках увидеть его с таким серьезным выражением лица было редкостью. — Вообще, я это придумал на ходу, так что я не знаю, сработает ли это когда-нибудь еще раз. Джозеф не стал ждать и быстро сократил расстояние между их лицами, своими губами касаясь губ Цезаря. На секунду Цеппели замялся, но затем сразу же попытался повторить то, что сделал неделю назад в драке с самим же ДжоДжо. — Ты понял? Попробуй сделать также. Только язык мне не отжарь хамоном, — Цезарь усмехнулся, кажется, впервые за весь вечер или день — в этом подвале темно постоянно, так что понять было трудно. ДжоДжо, кажется, пропустил слова Цезаря мимо ушей и сдержанно поцеловал его в губы. Постепенно это переставало быть невинным и сдержанным соприкосновением губ, Джозеф проник языком в рот блондина, осваиваясь там. Цезарь покорно ждал, когда Джостар использует изученную «технику», однако, позже он понял, что оказался слишком наивен. Время шло, а Джозеф, видимо, вообще не торопился делать то, что задумал изначально. Поцелуй становился всё глубже, и в какой-то момент итальянец поддался ДжоДжо, начав отвечать. На самом деле, он не планировал этого, но что-то пошло не так. Можно было списать всё на алкоголь, ударивший в голову, однако, врать самому себе становилось всё труднее и труднее. Его тянуло к Джозефу даже в трезвом состоянии, но он не мог принять этого. Не мог понять своих чувств. Итальянец думал, что у него всё схвачено, что он во всём разобрался. Цезарь считал, что просто слегка привязался к Джостару, но это было не оно. Не простая привязанность. Поцелуй был прерван, когда им не хватило воздуха. Джозеф рвано выдохнул прямо в распухшие от поцелуев губы Цезаря. Следующее его действие, мягко говоря, ошарашило Цеппели, однако, сопротивляться он не стал. ДжоДжо с легкостью усадил блондина к себе на колени. Они оба были пьяны всего на треть, поэтому координация движений все ещё была в порядке. Цезарь прильнул к Джостару, взяв его лицо в свои ладони, и вовлёк шатена в новый поцелуй. Ответ ДжоДжо не заставил себя ждать, и он обнял Цезаря, комкая в руках ткань на спине юноши. Стоило отметить, что целовался он, на удивление, не хуже самого Цеппели. Это еще больше заставляло светловолосого думать, что всё происходящее нравилось ему. Спустившись к шее итальянца, Джостар то прикусывал кожу, зализывая её в качестве извинений, то просто усыпал короткими и мягкими поцелуями. Контрастность оказалась по душе Цезарю, и он прикусил губу, опасаясь издать какой-нибудь смазанный постыдный звук раньше времени. ДжоДжо избавился от куртки, а позже и от футболки Цеппели, перчатки обоих также были откинуты в сторону. Джозеф приспустил с Цезаря штаны вместе с нижним бельем, на что последний лишь нетерпеливо поёрзал. Если минут пять назад он мог думать, что все еще может выскользнуть из мускулистых рук британца, то сейчас от этой мысли и следа не осталось. ДжоДжо удивлял. В принципе, с самого начала их знакомства светловолосый никогда не переставал снова и снова удивляться его поведению и поступкам. Как и абсолютно детским, так и благородным, логическим. Но сейчас всё это казалось таким далёким. Кольца в теле ДжоДжо, предстоящая битва с полубогами, ответственность, лежащая на их плечах — всё растворилось, забылось, временно перестало существовать. Ощущение близости притягивало к Джозефу как магнитом. Хотелось остаться здесь навсегда, поставить этот момент на повторное воспроизведение. Никто не знал точно, выживут ли они после предстоящей битвы с Карсом, Вамом и Эсидиси. Будет ли у них еще такой шанс? Джостар опустился вниз, что вызвало новую волну мурашек у Цезаря. Сердце пропустило удар, когда блондин почувствовал, как его плоти коснулся язык Джозефа, словно сделавший пробу. Он упёрся руками в стену, открывшуюся ему в тот момент, когда ДжоДжо нагнулся. Цезарь прикрыл глаза, уже не в силах контролировать своё дыхание. Годы тренировок, затем появляется какой-то придурок, и всё летит к чертям. Было бы обидно, если бы не было жутко приятно. Внизу живота что-то туго затянулось, жаром разливаясь по всему телу, и заставляя кровь циркулировать быстрее обычного. У Цезаря появился вопрос, где Джозеф научился так ловко делать минет, но это он оставит на потом, возможно. В какой-то момент Джозеф отстранился. Услышав разочарованный вздох, он выпрямился, оказавшись к своему партнёру носом к носу. Цезарь опустился чуть ниже, не разрывая зрительный контакт с британцем. Сдернув с него брюки вместе с боксёрами, блондин уткнулся лбом в лоб ДжоДжо, выдыхая горячий воздух прямо в рот Джостару. Взгляд Джозефа поредел, когда Цеппели коснулся пальцами его плоти, затем обхватывая его всей ладонью. Шатен блаженно прикрыл глаза, почувствовав, как рука блондина пришла в движение. Цезарь начинал плавно, однако, вскоре контролировать это стало невозможным. Рваными движениями ладони он вырывал из груди ДжоДжо хриплые стоны. Он пытался что-то сказать, но выходило только глухое «Ц», а дальше терялось в смазанных стенаниях. Через несколько минут их попустило, и оба размякли, не собираясь сразу отлипать друг от друга. Джозеф прикрыл глаза, пока Цезарь с интересом и замешательством смотрел на его лицо. «Если это то, чего добивалась Лиза Лиза, то у меня есть к ней парочка вопросов…» — подумал Цеппели, тяжело выдыхая на груди Джостара. В любом случае, хуже она не сделала.