Собаки - дело серьезное...

      День, однако, начинался очень даже хорошо. Будильник сохранил жизнь, в отличии от разбившихся о стену собратьев. Настроение прекрасное, как и погодка за окном. Хвойный лес, что виднелся за ним, приветствовал Фаня спокойствием, веселыми солнечными бликами и озорным щебетанием пташек. Собравшись, Ву с таким вот хорошим настроением поехал на работу. Там его, в принципе, ждали хорошие вести: подписали новый удачный для их компании контракт, подчиненные как всегда смотрят на него с восхищением и бескрайнем уважением, все ну просто великолепно. После работы бизнесмен снова держал дорогу в приют. Ифаню уже страсть как не терпелось увидеться с собакой и пареньком, которым была забита если не вся голова, то точна большая ее часть. С их последней встречи прошла практически неделя, и этого хватило с лихвой, чтобы изголодаться по его обществу. Позвонив и предупредив Чана о своем скором визите и желании именно сегодня забрать своего собакенчика, он направился в место назначения. У самых ворот его снова ожидал Хуан, по лицу которого было ясно понятно, что находится он не в самом хорошем расположении духа... – Вылезай из машины, Ву Ифань, и будь добр без фокусов, а то клянусь Юйди*, кара Прометея покажется тебе веселым развлечением садо-мазохистов!!! – выпалил оперевшийся на машину Тао. Сзади воинственно настроенного парня стоял Пак с поднятыми вверх руками в знак непричастности ко всему происходящему. – Фань, клянусь тебе всем греческим пантеоном, я ему ничего такого не гово... – Ты! Ты лживая скотина! Втерся ко мне в доверие и хотел сделать из этого прекрасного создания машину для убийства! Но ничего у тебя не получится!!! – не дав договорить начальнику прокричал Тао, от чего оба мужчины ненадолго выпали из реальности.       Обалдевший от таких поворотов судьбы и преплетения мало того, что древнегреческих богов, так еще и древнекитайских, Ву все-таки вылез из машины, поднимая руки вверх. – Тао-я, успокойся, все хорошо, – начал было успокаивать друга, но на это лишь зарычали. – Чан, не рискуй, – встревоженно ответил на это мужчина. – С чего ты взял-то такой кошмар? – Да по-другому и быть-то никак не могло! – снова выкрикнул Хуан.       Нахмурившись, Крис подошел к мелкому и, больно щипнув того за щеку, навис над ним. – Вспомни, будь добр, нашу прекрасную задушевную беседу и осознай, что делать больно собакам это немного не по моей части. Конечно, если ты мне не доверяешь, мы вполне можем проехать ко мне, да и вообще, при нашей последней встрече, ты расхваливал какой я хороший.       После этих слов одичавший Тао немного присмирел. – Сейчас все мирно, спокойно садятся в мою машину, и мы едем убеждать ребенка, что я не жуткий тиран садист с маниакальными идеями карателей. Но, перед этим я все-таки надеюсь отвезти собаку в ее новый дом, – немного разогнавшись, Ву начал вести себя словно на работе в особо нервные дни, когда подчиненные тупят и ленятся. И дабы не попасть еще и под горячую руку друга детства, Чанёль живо ретировался за виновницей визита богача. Появившись через 5 минут с колли, та радостно рванула к Ифаню, начиная активно того вылизывать. – Привет, привет, – он довольно потрепал собаку по длинной шерсти, от чего она начала проявлять радость более активно. Тао смотрел на эту картину с величайшим упоением, словно заботливая жена, у которой ребенок прекрасно ладит со своим отцом. Ну и вот как злиться на такого доброго и заботливого Ифаня? Все-таки он слегка погорячился. – Ну что? Таоцзы, успокоился? - давя лыбу во все 32, вопрошал Чанёль, за компанию поглаживая собаку. – Немного. Но я был бы все еще рад наведаться к тебе в гости, дабы окончательно успокоиться, – сказал Тао, залезая на задние сиденья автомобиля, куда в последствии была направлена и собака.       Дом Ифаня находился в часе езды от центра города. То есть за ним. Первым делом перед гостями предстает великолепный кованый забор с воротами, за которыми выложенная камнем дорожка к дому. Но прежде идет огромная территория усаженная клумбами, с левой стороны от тропинки стоит деревянная беседка, а с правой – небольшая зона отдыха с большим гамаком. Собственно, сам дом виден еще от самых ворот, и выглядит он безусловно роскошно. Полностью выполнен в бежевых тонах, а крыши темно-коричневые. - Гсподи! Фань! Ну ты и буржуй, черт тебя дери! - Пораженный в самое сердечко Пак все оглядывался по сторонам, каждый раз замечая что-то новое. Пока в это время Тао находился чуть ли не в эйфории от чарующего хвойного запаха, который словно обволакивал само сознание, призывая расслабиться и забыться в его объятиях. Дабы от таких прекрасных ароматов тот действительно не забылся и не свалился где-нибудь, сзади его подстраховывал Ифань. - Ну что, Тао-я?- с довольной улыбкой поинтересовался Ву, немного приобнимая парня со спины. – Ты убедился, что тут нет скотобойни и Освенцима для собак?       Парень на это только довольно угукнул на автомате, прижимаясь к мужчине, чуть ли не начиная мурчать от удовольствия. Не зря ж люди рассказывают о чудодейственных свойствах эфирных масел хвойных растений. А Ву решил на будущее подчеркнуть этот факт биографии Тао. Ну так, на всякий случай.       Однако, не долго музыка играла, и вскоре опомнившись, парень засуетившись выполз червячком из объятий Фаня, краснея и отводя взгляд. Собственно пока эти двое химичили между собой, Пак все ходил и восхищенно все ощупывал, поражаясь успехам лучшего друга. – Ву Ифань! Ну ты и жук, – причитая, Чан подошел к другу. – Обзавелся такими хоромами, а меня даже на новоселье не пригласил! Наглый ты китаец! – ворча, мужчина ходил вокруг Ву, а Тао, стоя чуть поодаль, старался сдерживать рвущийся наружу смех. – Ты тож там особо не радуйся, я до сих пор помню, как ты ничего никому не сказав свалил на месяц на свою историческую родину. Панда ты ушуистская. Не, самое главное, – снова повернувшись к Ифаню, продолжал жаловаться Ёль. – Я волнуюсь, обзвонил все больницы, морги, кладбища - нигде его нет. Я думаю, все, подох пацан. А он там в своем Китае у бабушки Ци персики жрет, ну.       Теперь сдерживать себя от смеха приходилось уже Ву. Он уже во всех красках себе представил себе как Чан судорожно обзванивает весь вышеперечисленный список падая в обмороки, а Тао сидит в светлой комнате и с довольной мордашкой уплетает сладкие персики. – Ну блин, я же тебе тоже привез персиков, да и извинялся уже сто раз, – сложив руки и надув губы, буркнул Тао. – Да ладно вам уже. Пошлите хоть внутрь зайдем наконец, – предложил хозяин дома, держась за болевший от истеричного смеха живот.       Внутри дом был схож с его наружним оформлением. Все в бежевых и темно-коричневых тонах. Первой перед гостями предстает обширная гостиная. По середине белый ковер с длинным пушистым ворсом, на котором расположился бежевый диван, выбивавшийся из общего строгого интерьера за счет яркого, в красных, желтых и оранжевых пятнах, пледа с короткой бахромой по краям и такими же декоративными подушками. Чуть дальше располагается кухня, отделявшую от гостиной лишь барная стойка, на которой стояла небольшая стеклянная пиалка с яблочками. Сама кухня вроде бы была и самой обычной, но в то же время настолько роскошной, что готовить на ней было бы, честно говоря, страшновато. Завершением первого этажа служило панорамное окно с выходом на террасу, на которой красовалась плетеная мебель. – Садитесь пока на диван, а я по-быстрому организую чаёк, – за прошедшими в комнату парнями сразу вбежала счастливая собака, начавшая тут же изучать новую местность.       Плюхнувшись на удобный диванчик и устроив на нем поудобней свои жопки, Тао почему-то резко разволновался и принялся обдирать заусинцы на пальцах. Заметив это действо младшего, Чан больно шлепнул того по рукам. – Тао-яя, ну сколько раз я говорил не делать так? Это же вредно. Вот сейчас раздерешь до крови, занесешь какую-нибудь заразу. И все. Прощай, кунг-фу панда. – Ну Ёёёёёёь, ну че ты начинаешь, ну нормально же общались.       Крис в то время продолжал надрывать живот, любуясь перепалками этих двоих. Закончив с напитками и присев рядом с гостями, Ву подозвал к себе свою новую сожительницу, которая мигом примчалась задорно махая хвостом. – Ну что ребятушки, поможете мне с кличкой? – мужчина, улыбнувшись, начал почесывать у собаки за ушком. – Что ж, это должно нравится и тебе, и ей, – философски изрек Чанель, поднимая палец в знак важности сказанного. – Ну и как мне сделать так, чтобы и мне было приятно, и эта красотка оценила? – Начинай произносить буквы, на которую она среагирует радостней всего, от той мы дальше и попляшем, – задорно выпалил ушастый. – Идея неплохая, – задумчиво протянул Тао.       Начиная перечислять, собака радостно завиляла хвостом услышав букву "и", показывая, что именно этой буквой она довольна больше всего. – Ну и что дальше? – скептически вопрошал Ву. – Перечисляй имена на букву "и", – хлюпая чаем, ответил Цзытао. – И сколько ж лет мы над этим просидим... – Ифань был явно не очень-то и рад такому развитию событий, но для его собаки времени было не жаль.       В тщетных попытках несчадно утекло около четырех часов. Какие только имена уже не прозвучали, но колли продолжала лежать с беспричастной к этому всему мордочкой. Таоцзы уже откровенно клевал носом грозясь разбить хозяйскую чашку, но проишествие удалось предотвратить Паку, который осторожно вытащив чашку из рук мальчика, облокотил того на спинку дивана. Спустя еще около получаса прозвучало роковое имя "Исида", от которого собака резко поднялась и радостно тяфкнула. От неожиданности спящий Тао подпрыгнул немного вскрикивая, а Ифань радосно поднялся, – Исида, Исида, Исида, – повторял мужчина, готовый чуть ли не в пляс отправиться. – Ну вот, а ты боялся, мы долго просидим с этим, - смеясь, хлопнул Чан по спине друга. – Чанёль, дорогой, мы просидели практически пять часов, – недовольно фыркнул Ифань. – Ну да ладно уж. Такое событие по мне как стоит отметить.       Снова удалившись на кухню, Крис достал пару жирных кусманов мяса на заранее приготовленную миску для Исиды, а для друзей достал бутылку неплохого такого коньяка. На бухаловку Чанёль согласился сразу же, даже не раздумывая, как-никак давние кореша, а вот для Цзытао это оказалось тяжеловатым решением. Пить он не любитель, а вот поддержать Фаня хочется. В итоге он кое-как согласился, но не больше, чем на пару рюмок.       Так вот и прошел их вечер. В теплой дружеской атмосфере и уютных летних сумерках.