Шанс

Этот день был поистине прекрасен. Ранос была высоко над облаками и лучи её заполонили каждую улочку в городе. Ни один цветок и ни один ангел не мог спрятаться от этих озорных лучей. Город цвёл, наступал период в году, когда все цветы распускались, придавая городу красок и заполняя улочки чудесным ароматов роз и гортензий. Над домами летали разноцветие бабочки, которые уже спешили поживиться свежим нектаром первых раскрывшихся цветов, но с распускающимися цветами в столице распустился и цветок души одного из военных ангелов – Натаниэля, ведь сегодня, спустя почти два месяца, отряды разведывательных ангелов должны были вернуться домой. Воины сидели под тканевыми навесами, прячась от палящего солнца и собирали свои сумки. - Сегодня твоя сестра возвращается? – спросил Натаниэля один из его товарищей. - Да, – ответил тот не в силах удержать улыбку. - Я и вижу, что ты улыбки сдержать не можешь, – его товарищ так же улыбнулся. Это был единственный воин, с которым Натаниэль имел тёплые отношения. С остальными же он был холоден. Быстро собрал свою сумку, парень стал дожидаться своего приятеля и руки его, от нетерпения, начинали уже дёргаться. - Да иди ты уже, - отправил его друг, - а то пропустишь встречу со своей сестрой, - он улыбнулся Натаниэлю. Тот же от счастья три раза поблагодарил его и взмахнув своими громадными крыльями, взлетел в небо. Наверху дул сильный ветер и лучи Раноса уже небыли такими губительными. Натаниэлю надо было подняться ближе ко дворцу, ведь именно там и приземляются отряды, которые возвращаются с походов. На выступе уже собралась небольшая толпа ангелов, которые встречали приближающихся разведчиков. Парень приземлился у самого края и взглянув в небо заметил, среди облаков, мерцание фиолетовых крыльев. Это была Кассиопея. Её было всегда видно среди полупрозрачных облаков Гавриила , из-за этого она не входила в разряд самых способных разведчиков (она была слишком заметной), но как раз благодаря своим крыльям в более пасмурную погоду она была не так заметна, как остальные ангелы. И вот они уже пересекли черту облаков и начали потихоньку уходить на посадку. Уже из далека Натаниэль заметил, что лицо Кассиопеи перевязано и одного глаза не видно. Повязка была в крови и сердце брать начало бешено колотиться. Что произошло с его маленькой сестрёнкой? Подниматься в воздух, пока отряд заходил на посадку было опасно. Сорок разведывательных ангелов могли просто сбить подлетевшего к ним недотёпу и тот был упал на землю, разбившись на смерть, поэтому Натаниэль остался стоять, хотя крылья его так и хотели взмыть в небо и подлететь к сестре. - Паршиво выгляжу? – спросила Кассиопея, улыбаясь, когда приземлилась возле своего брата. Натаниэль обнял её и посмотрел на её лицо. - Что с тобой произошло? Что случилось в походе? - он аккуратно дотронулся до повязки и его бледные пальцы окрасились в алый цвет, - господь помилуй, что случилось с твоим глазом? - Нат, - она взяла его руки и отняла их от лица, - мы многое узнали про Ад, так же нашли новый орден демонов, они собираются идти на нас войной. Он ещё раз обнял её и поцеловал в макушку. - Мне глубоко плевать на демонов. Важна только ты. Кассиопея улыбнулась брату и отстранилась от него, дабы отдать своему военачальнику всё оружие, что брала на миссию. Натаниэль остался стоять на месте и смотря на свою сестру заметил, что волосы её заметно отросли и что на крыльях не хватает пары перьев, что свидетельствовало о прошедшей битве. На других ангелов он не смотрел, но краем глаза заметил, что некоторые были тоже перевязаны. За то время, сто Кассиопея отсутствовала Натаниэль успел пристроить к их дому второй этаж, где теперь располагалась их комната. Дома в Гаврииле не блистали массивностью и толстыми стенами. В основном все ставили четыре колонны, сверху крышу, а остальное завешивали тонкими полупрозрачными шторами. Единственное, что имело в Гаврииле четыре стены, это спальни жителей и дворец правителя. Натаниэль позаботился о том, чтобы их спальня была защищена от посторонних глаз и единственное, что давало здесь естественное освещение – это небольшое прорезанное в стене мрамора окно, через которое никто не смог бы пролезть во внутрь. Оказавшись в этой комнате Кассиопею заворожили мраморные стены, а также красивые кованые из золота подсвечники, установленные здесь только ради удобства. В углу стоял стол, а над ним висела большая полка с папирусом. Кровать была невероятно огромной, так как в их семье большие крылья были наследственными и из-за них приходилось удлинять кровати. - Господи, ты сам всё это сделал? - Тебя не было больше двух месяцев, я же должен был как-то коротать время, - Натаниэль улыбнулся, - теперь, комнату которая внизу, можно пустить на что угодно. - Я хочу посмотреть на мои гортензии, - Кассиопея словно выпрыгнула из комнаты и подпрыгнув взмыла в небо, брат последовал за ней. Они были близнецами. Их внешность почти не отличалась, одинаковые большие серебряные глаза, полупрозрачные белые волосы, белая кожа, большие бело-фиолетовые крылья. С самого детства мать внушала им, что они особенные, что им стоит держаться вместе, что таких как они больше нигде нет. Кассиопея с раннего возраста училась слушаться своего старшего брата неукоснительно, выполняя то, что он скажет. Когда мать и отец оставили их, перебравшись для дальнейшей жизни в другой город, Кассиопеи начали сниться кошмары она стало часто по ночам забираться в кровать к своему брату и вместе с ним, спокойно засыпать. Вскоре они и вовсе стали спать вместе, ссылаясь оба на то, что Кассиопеи снятся кошмары. - Твои крылья, - интересовался Натаниэль, когда они оба приземлились в саду она одном их парящих островов, - я заметил, что тебя потрепало. - Да, мы столкнулись с демонами по пути назад. командир сказал, что мне повезло, демон напавший на меня мог отрезать мне руку, тогда я бы не смогла летать. В горле Натаниэля встал комок. Он хотел выкрикнуть, чтобы она больше никогда не летала с разведчиками, но подавил в себе этот порыв, зная, что без своей работы она станет никем. - Я ухаживал за гортензиями, - только и выпалил он. Среди кустов голубых и фиолетовых цветов затаился куст чёрной гортензии, что Кассиопея привезла из земель, которые не принадлежали ни ангелам, ни демонам. - Летая по разным землям я видела ещё и чёрные розы, они были такими красивыми, жаль только из-за отряда я не смогла взять росток. - Там красиво? - Очень. На границе нашего государства и земли демонов образовалось озеро небывалой красоты, я не смогу описать словами, но это очень красиво. Они оба присели на корточки возле небольшого водопада, и Кассиопея начала чертить на мокрой земле это необычное озеро, которое было настолько прекрасно, как не была прекрасна ни одна из великих королев Гавриила. Но Натаниэль уже не следил за нитью разговора. Он полностью переключился на плечи своей сестры. Он обнаружил царапину и легонько прикоснулся к плечу дабы отодвинуть лямку её белого платья, чтобы увидеть порез. Кассиопея взглянула на брата. - Ты меня вообще слушаешь? В этот момент он взглянул на её лицо. Её серебряный глаз переливался в лучах света, и парню было до дрожи больно, что он не сможет больше смотреть в оба её до жути красивых, сияющих глаза. Он прильнул к её губам и поцеловал. Стало жарко, ну или так казалось Натаниэлю. Не спасали даже брызги свежей воды водопада. Он так давно не видел свою сестру, что сейчас был готов на всё что угодно и только военная выдержка и, ещё не до конца затуманенный рассудок помогли ему отступится от неё. Кассиопея взглянула в его большие глаза и улыбнулась. - Знаешь, на секунду я забоялась, что не смогу вернуться к тебе, - она опустила взгляд на землю, - но всё обошлось. - Твои волосы заметно отросли, - заметил Натаниэль, - не хочешь подстричься? Сестра рассмеялась. - У нас почти все с длинными волосами ходят, одна я их постоянно подстригаю. - - Но мне так больше нравится. Кассиопея снова взглянула на брата. - Тогда надо подстричься. Время близилось к вечеру и лучи света начали постепенно покидать небесный город Гавриил. Цветы потихоньку начали закрываться на ночь, а в столице то и дело стали загораться огни. движение в воздухе стало редким, а ближе к ночи редко можно было заметить какого-либо ангела, слоняющегося по одиноким улицам Гавриила. Кассиопея сидела на полу распластав свои большие крылья по всей комнате, а Натаниэль, сидя на небольшой белой табуретке стриг её белые волосы. У Натаниэля волосы были очень длинными, поэтому, чтобы они ему не мешали он постоянно заплетал их в косу или хвост, что делали и остальные его сослуживцы. Аккуратно прикасаясь к волосам своей сестры, он чувствовал, как они ускользали сквозь его пальцы и ему приходилось прилагать огромные усилия, чтобы стричь её волосы ровно. - Жалко, что глаз уже невозможно спасти, тихо произнёс Натаниэль. - Всё могло бы обойтись ещё хуже. - Расскажи, что с вами приключилось.