Еще один шанс

*** — Я скоро еду в больницу, ты хочешь поехать? Ещё мне нужно будет поехать за покупками, просто чтобы ты знала. Я посмотрела на Эллисон и улыбнулась. — Да, мне только нужно закончить письмо на работу, и я буду готова ехать. Допечатав окончание письма, я заглянула в комнату Кристиана, чтобы сказать ему, чтобы он собирался. Через пять минут мы вышли из дома. Больница находилась всего в нескольких минутах, в машине было тихо, пока мы ехали. Криси подал голос с заднего сидения. — Мне нужно называть ее бабушкой? Его невинность разбивала мне сердце. Я повернулась к нему и легонько улыбнулась. — Нет, если ты не хочешь. Ее зовут Натали, так что ты можешь называть ее так или бабушкой, или как тебе больше понравится. Элли ободряюще улыбнулась ему в зеркало заднего вида, и мы все выбрались из авто. — Тогда я буду звать ее Натали. Моя бабушка — Нэн. Я положила руку ему на плечо, и быстро чмокнула его в висок. — Я думаю, что это хорошая идея. Медсестра провела нас в мамину палату, где она лежала на больничной койке и что-то смотрела по телеку. Она перевела взгляд на нас в ту же секунду, как за нами закрылась дверь. — Элли, милая, я так рада, что ты пришла, — выдохнула она болезненным голосом. Он звучал так, как будто она курила всю жизнь, но я искренне сомневалась, что она хотя бы пробовала. Эллисон обняла ее, пока мы с Кристианом стояли чуть позади, наблюдая за их общением. Элли, наконец, повернулась ко мне и сделала знак рукой. Мамины глаза расширились, и она неловко улыбнулась. Вероятно, она не ожидала меня увидеть, или вообще думала, что мы с ней больше никогда не встретимся. И я была чертовски уверена, что она никогда не думала о том, что встретится со своим единственным внуком, особенно после того, как я наотрез отказалась. — Лидия это ты? — Да, мам. — Что же ты там стоишь? Ты же знаешь, я умираю, подойди и обними меня, — разумеется, даже на смертном одре ей удалось заставить меня чувствовать себя  бесполезной. Несмотря на это, я подошла и обняла ее так быстро, как только было возможно. Когда я отодвинулась, ее глаза переметнулись на что-то позади меня. Вернее, на кого-то. — А это, должно быть, твой мальчик? — Да, это мой сын, — с нажимом сказала я. Умирает она или нет, она только что унизила моего сына, сказав так. Твой мальчик. Попробуй, твой внук! Я была готова уйти. Мой храбрый парень сделал шаг вперед и протянул ей руку. — Я Кристиан, — представился он. Она мягко улыбнулась, не сделав ответный жест. — Привет, Кристиан, я — Натали. Думаю, ты можешь называть меня бабушкой. — Я бы предпочел Натали, мэм, — ха! Выкуси, мама! Она кивнула. — Хорошо, я не настолько стара, чтобы быть бабушкой, — сказала женщина, которая угасала на наших глазах. Ладно, я думала, что у меня есть сердце, но это не так. Я чувствовала горечь и злость, и хотела побыстрее убраться отсюда. Вероятно, почувствовав напряжение в комнате, вмешалась Эллисон. — - И так, нам еще нужно заехать в несколько магазинов, если вам что-нибудь нужно, то я могу вам привезти в следующий раз? Журнал, еще что-нибудь? — Ой, ты просто куколка. Я бы с удовольствием почитала что-нибудь, и немного мороженного, может быть. У них здесь только дешевое. О, и еще хорошенькую шелковую ночную рубашку. Видела, какие они здесь нелепые? Я не собираюсь умирать в этом, — она потянула за свою ночнушку и осуждающе посмотрела на нее. Элли мягко засмеялась. — Вы просто сумасшедшая женщина, скажу я вам. Хорошо, я соберу для вас вещи. Теперь мы заканчиваем визит, нам еще готовить обед. — О, как замечательно, — она посмотрела на Кристиана, пока мы еще не ушли, и спросила: — Так, сколько тебе лет, Кристиан? Двенадцать или тринадцать? — Пока, — я повернулась и ушла, по пути схватив Криса за рубашку. То, что она даже не знает, сколько ему лет, было последней каплей. Не знать, сколько лет твоему единственному внуку. Умирает она или нет, это не хорошо. Я даже не притворялась.