Щеночек

Бросок, секунда полета и мяч с грохотом врезается в заграждение из ржавой железной сетки. Шум на секунду оглушает Чонгука, он прикрывает глаза, смахивая со лба влажную от пота челку, упирается ладонями в колени. — Ещё? — Чонгук кивает, и Тэхен подаёт ему следующий мяч. — Двуличная скотина! — второй бросок идёт по той же траектории. — Полегчало? — в голосе друга слышится волнение. — Не особо. Чонгука разрывало между двумя противоречивыми чувствами по отношению к одному и тому же человеку. Хотя на самом деле, чувств было куда больше, чем два, конечно, но ненависть и чертова благодарность за сестру резонировали друг с другом больше всего, заставляя Чонгука метаться между желанием врезать самоуверенному гендиректору Мину за все хорошее или дать ему все, что тот попросит, в благодарность за сестру. — Черт, как же бесит! Кто ты на самом деле? — мяч сорвался с занесенной над головой руки и не долетел до цели, спугнув только стайку голубей. — И сам ты щеночек, придурок! Чон Чонгук с размаху сел на асфальт, запуская пальцы во влажные от пота волосы. Капитан сборной, теперь уже в полном составе принадлежащей компании этого отброса Мин Юнги, битый час пытался сбросить скопившееся напряжение своим излюбленным методом. То есть, выражаясь словами Техёна, Чонгук «псешил»*. Но в этот раз даже любимый спорт ему не помогал. Потому что буквально все шло наперекосяк. Вся его жизнь последние три года никогда не шла как надо: сначала отец, потом сестра, теперь и эта история с командой. И будто мало ему было, так ещё и Мин Юнги этот взялся откуда ни возьмись, чтоб ему икалось, мотивы котрого капитан никак не мог понять. То глазами его ест, но, когда Чонгук даёт ему желаемое, отталкивает, насмехаясь. То людей вещами считает, а сам спасает его сестру. Придурок зеленоволосый. Чонгук поднял мяч и снова с силой запустил его в железную сетку. Грохот от столкновения немного заглушал борьбу несовместимых чувств внутри капитана. — Может хватит уже, Гукки? Ты пугаешь меня, — Тэтэ сидел на железной перекладине за спиной у баскетболиста, призванной играть роль скамейки, и по-детски невинно мотылял ногами. — Я не смогу ничем помочь, пока не узнаю, что, черт возьми, произошло. А за последние два часа я узнал только, что какой-то Мин Юнги редкостная скотина, — Тэхен, его лучший друг, с которым Чонгук был знаком чуть ли не с переленок, подошёл к нему со спины и опустился на колени, осторожно приобнимая. — Я запутался, Тэ, — простонал Чонгук, обмякая в руках друга. Тот только крепче прижался к нему со спины, укладывая свою голову на плечо Чонгука, беззвучно выражая поддержку. — Хочешь бананового молока? У меня есть с собой, — произнес он пару минут спустя. Чонгук подавил в себе детское желание захлопать в ладошки. Тэхен купил ему любимый напиток! Иногда Чон не понимал, чем заслужил дружбу этого парня. Но, очевидно, в прошлой жизни он был кем-то вроде супергероя и не раз спасал человечество. За это в этой жизни он получил Тэтэ. — Конечно хочу. Спортивная площадка за домом Гука с самого детства была чем-то вроде секретного штаба парней. Хотя ее и назвать то так было сложно, разве что с большой натяжкой. Все, что там было, так это асфальтированный пятачок земли, с торчащими из нее кольцами для игры в баскетбол. Вся эта прелесть была обтянута готовой в любую секунду развалиться, насквозь ржавой сеткой. Вот и все, собственно. Но Чонгуку нравилось это место, а Тэтэ нравилось проводить время с младшеньким, где бы тот не предложил зависнуть. К тому же с площадкой у обоих было связано немало приятных воспоминаний из детства, так что возвращаться сюда время от времени уже стало их традицией. — Так что случилось, Гукки? — обращаться к Чону таким образом могли только три человека: мать, сестра и вот этот несносный парень с красными волосами. И почему Чонгуку постоянно попадаются люди, которые красят свои волосы во все цвета радуги? Ладно еще Тэхен, он модель, ему можно, но глава огромной компании с салатовой шевелюрой… Кому расскажи — не поверят. — Юне вчера нашли донора. Их совместимость 92%, тогда как со мной было всего 53%, представляешь? Я и мечтать о таком не мог, — Тэтэ сидел рядом, потягивая молоко, не перебивая и приберегая все свои вопросы на потом. — Врачи говорят, что если все пройдет успешно, то уже через пару месяцев Юна сможет пойти в школу. Под присмотром, понятное дело, кучу предписаний дадут… Но, Тэхен, моя сестра будет жить как обычный ребенок, понимаешь? Сможет сама ходить, найдет друзей, будет носить школьную форму, влипать в мелкие переделки, как ее старший брат, — Чонгук допил молоко и переместился на колени к Тэхену, позволяя тому перебирать свои волосы. — А ещё я сегодня целовался. С парнем, — Тэхен на секунду застыл, но тут же очнулся, чуть ли не скороговоркой проговаривая: — Что ты только что сказал? — Я поцеловал мужчину, Тэ, можешь себе это представить? А он надо мной посмеялся. К слову, это он нашел донора для Юны, — Гук поднял с асфальта камешек и бросил вперёд, просто чтобы не смотреть на ошеломленное лицо друга. — Так, Гукки, я сейчас совсем ничего не понимаю. С чего вдруг ты решил целовать парня? И если он «скотина зажравшаяся» то зачем ему спасать твою сестру? — голос Тэхена был таким потерянным, что Чон почувствовал себя виноватым. Это не проблемы Тэ, он не должен втягивать его в это. — Я не знаю, Тэхен, правда не знаю. Это меня и беспокоит. И кстати, помнишь, я писал тебе, что мою команду купил себе какой-то мудак? Это тот же мужчина, о котором я говорил ранее. - Тот, которого ты засосал? - к огромному сожалению Чонгука, Тэхен успел увернуться от подзатыльника. - Да, это именно тот, кто сначала обсыпал меня грязными намеками на постель, а потом высмеял как... Неважно. Короче, это тот же человек, который шантажом вынудил меня подписать контракт с ним, и, да, тот, кто спас Юну. Господин Мин Юнги собственной персоной! Вот скажи мне, Тэ, как можно быть одновременно и мерзавцем, и хорошим парнем? — Погоди, Гукки, ты же не хочешь сказать, что это был тот самый Мин? — округлившиеся глаза Тэхена казалось сейчас выпадут из орбит. - Не думал, что ты его знаешь. Тэ? - Чонгук пихнул друга в бок, но тот не реагировал, зависнув взглядом в одной точке. — У тебя еще осталось молоко, Тэтэ? — Что? А, да, сейчас, — старший потянулся за рюкзаком, доставая младшему то, что он попросил, когда телефон Гука сообщил о входящем звонке. Номер не определился. — Я вас слушаю, — Чонгук с улыбкой принял молоко из рук Тэхена, вслушиваясь в то, что говорили по телефону. Постепенно улыбка сползала с лица капитана. Потухли и глаза парня. — Хорошо. Я вас понял, секретарь Ким. — Гукки! — Чон посмотрел на Тэхена, пытаясь понять, в чем причина такого расстроенно-рассерженого выражения лица друга, он ведь не мог слышать, что говорила секретарь. — Твое молоко. Ты теперь весь в нем, балбес! — младший посмотрел на себя, на руку, с которой медленно капала мутно-белая жидкость, на свои штаны и майку, которым тоже досталось от лопнувшей упаковки с молоком. — Чертов Мин Юнги!