Реинфекция

Я просто хочу знать, что все это не напрасно…

— Надеюсь, нам хватит стройматериалов, чтобы начать расширять границы на километр от Кремля… — Максимально неуверенно начал свою речь Сергей Валерьевич — мужчина лет сорока пяти, которого назначали на должность ведущего руководителя внешней стройки. — Так же, я бы попросил для своих ребят хорошую защиту вне стен Кремля и питание на вынос, чтобы они могли есть в разбитых шатрах. Но, для начала, я требую, чтобы команды зачистки от и до осмотрели периметр… И если надо — уничтожили блуждающих безумных. — С этими словами он посмотрел на меня, его взгляд выражал неприкрытую злость, но я не знала, как на это реагировать, ибо спустя всего пару секунд, воцарившееся в зале молчание прервал Тэмпл. — Я согласен. — Уверенно ответил тот. — Считаю, что строители должны работать в максимально безопасных условиях. Поэтому, на первой линии строительства будет всегда находится наш иммун — Алиса.       Зал погряз в каких-то разговорах, суть которых я даже не успевала улавливать. «Они боятся тебя… Он боится…» — Послышался ледяной голос в моей голове. — Я бы хотела кое что сказать! — Встав со стула, я обратила внимание собравшихся на себя. Мои руки нервно заскользили по бокам джинс и мне казалось, что лучший вариант сейчас — это убежать. Но я не слабачка. Показав сейчас себя настолько нервозной — в меня просто перестанут верить, да и тот план, который Макс вынашивал столько времени — провалится с треском. Нет уж, сейчас или никогда! — Наверное, я вас всех чертовски напугала месяц назад, когда прибывала в состоянии Безумия, но сейчас, я — это я, живой человек, и я так же, как и вы хочу, чтобы люди прибывали в безопасности, как в стенах Кремля, так и за их пределами. И потому, я готова лично обеспечивать защиту и пойду с одной из команд зачисток в город. У меня все.       Я молча села и окатила взглядом собравшихся за этим столом. — Надеюсь, Алиса, что Ваши слова — это не пустой звук и ребята, что отправятся расширять границы, по вечерам будут возвращаться к своим семьям живыми и невредимыми. — Строгим голосом ответил мне Сергей Валерьевич. — Это не самая лучшая идея. — Затараторил Тэмпл и я заметила, как он нервничает. Теперь, когда собрание закончилось, и в зале остались лишь мы вдвоем, он быстрым шагом бродил от стены к стене, временами хватаясь за голову. — Ты подвергаешь себя опасности раньше времени. — Это не так! Безумные мне ничего не сделают! Я научилась контролировать их. А вот ребятам из команд зачистки может показаться не сладко. В конце концов, им придется спустится в метро и зачистить Арбатскую. Только так мы все будем уверены, что рабочим ничего не будет угрожать.       Он помотал головой в разные стороны, словно не мог собраться с мыслями. Я подошла совсем близко и аккуратно расстегнула верхнюю пуговицу его тщательно отглаженной белой рубашки, не отводя взгляд от растерянных глаз. — Так будет легче дышать тебе, верно? А если я пойду с ребятам, то так будет легче дышаться мне. Еще какое-то время мы молчали, блуждающим взглядом я изучала темно-красный интерьер зала и представляла, для каких собраний он когда-то предназначался. Изнутри меня, внезапно, начала покусывать собственная тоска по непонятному прошлому, которого я не помнила… «Здесь кого-то не хватает, верно?

***

      Сбивающий меня с ног холодный ветер обжигал кожу лица, а летящий в лицо снег мешал обзору. Когда же я в последний раз покидала стены Кремля? Тэмпл вышел провожать нас, как и другие члены МПС, для них это был большой шаг, словно мы вступаем на новую планету. Большинство жителей Кремля, кроме солдат и медицинского персонала, уже давно перестали покидать данное здание без особой надобности. Чтобы подышать воздухом, они открывают окна спален или просят выписку для направления в Парк. Я могла бы быть такой же, сидеть в четырех стенах и надеяться, что меня никогда не коснутся проблемы тех, кто живет в Убежищах. Какие-то из них были более сильными, но другие… Они же просто разваливались. Большинство младшего медицинского персонала пришло к нам именно из последних и рассказывали страшные вещи, начиная от болезней и заканчивая обвалившейся крышей во время дождя. — Идем по двое, оружие всегда должно быть на готове, через сто метров разделяемся на две команды по пять человек, Алиса идет со мной, остальные разбиваются по парам. Старший в команде «А» назначается Цветков, старший в «В» — Енисеев. Они же понесут канистры к метро. В случае, если вы понимаете, что не справляетесь с внезапно обнаружившейся ордой — присылайте экстренный сигнал через браслет и бегите обратно в Кремль. Встречаемся у Арбатской, вниз не спускаемся, все ясно? — Скомандовал единый руководитель обеих групп — Майор Андрей Говорунов. Это был хорошо накаченный мужчина с сединой на висках, который, казалось, никогда не улыбается. Но, по крайней мере, с ним я чувствовала себя в безопасности. — Так точно, товарищ майор! — Хором ответили солдаты.       Я не уверена, что была одета достаточно тепло, пальцы рук то и дело мерзли, хотя иммунитет должен был повысить мою выносливость. Когда команды разбились и мы оказались вдвоем, то жуткое молчание и завывание вьюги начало резать меня без ножа. — Солдаты Вас слушаются, давно работаете с ними? — Не выдержала я, наблюдая, как Говорунов уверенным шагом идет впереди, даже не смотря в мою сторону. — Конкретно с группами — впервые. Но часть из них знаю лично, хорошие ребята, без лишней трусости. Помогали сражаться с ордой месяц назад. Его слова доносились до меня каким-то эхом, но я пыталась уловить суть, чтобы не переспрашивать. Голос у майора был грубоватый и басистый, искренне надеюсь, что я ему особо ничем не насолила и он не отдаст меня на растерзание голодным Безумным, с которыми я вдруг не справлюсь. — Пригнись! — Внезапно прервал он полуминутную тишину и рукой наклонил меня почти лицом в снег. Выглядывая из сугроба, я увидела фигуру, она была довольно расплывчатой, но по движениям было понятно, что впереди шел не живой человек. Говорунов направил на него оружие и уже готов был выстрелить, как вдруг, мне в голову пришла идея продемонстрировать свои способности и проверить саму себя. — Стойте! — Прошептала я. — Дайте мне. Мы посмотрели друг другу в глаза и я вдруг поняла, что еще никогда не видела такого проницательно-голубого цвета радужки, как у него. — Давай.       Мы оба молча вынырнули из сугроба и, словно ничего и не было, побрели к Безумному. Только вот, теперь я шла впереди. Неживой остановился и повернулся ко мне, когда мы находились в метрах семи друг от друга. Это был совсем еще молодой парень, он был раздет до трусов, а на его теле красовались алые пятна, словно кто-то хорошенько того избил. — О Боже, что с тобой сделали? — Не выдержала я. Парень смотрел на меня молча, а потом зарычал, когда перевел взгляд на Андрея, у меня за спиной. «Пора» — раздался шепот в моей голове и я расслабилась, появилось ощущение, что мое сознание провалилось в собственное тело и то больше мне не принадлежало. Теперь же я была лишь сторонним наблюдателем.       Когда парнишка дернулся, то душою, я сделала тоже самое, однако мое тело еще долю секунды стояло неподвижно и я даже ощущала, как моя безумная часть улыбается. — Стой! — Скомандовала она и неживой остановился. Он тяжело дышал и даже не смотрел на «нас», только на моего спутника. «Мы» повернулись и я увидела целящегося в упор Говорунова. Его взгляд быстро перешел на меня и тот, кажется, ужаснулся. — Не надо меня бояться. — Сказала она тому и вернулась обратно к своей жертве. — Пора наконец-то уйти. Мне жаль. Безумный еще пару секунд смотрел «нам» в глаза и меня вдруг пробила дрожь. У мальчика не было следов укуса на теле и я не замечала шрамов, а значит умер он от чего-то другого. От кого-то другого… И видимо одной из самых страшных смертей. Юноша еще секунду помедлил, а потом с ужасным непередаваемым звуком сам свернул себе шею и упал перед нами замертво. Я почувствовала слезы, что стекают по моему лицу и невидимая сила словно толкнула меня в грудь, да так, что я отшатнулась назад и руки Говорунова поймали меня за спину. — Эй, ты в порядке?       Я быстро вытерла с лица уже замерзшие слезы и повернулась к нему. — Да, да, все в порядке. Просто… Каждый раз это эмоционально тяжело. Он был еще слишком юн, чтобы умирать. — В эре Безумия нет разграничения по возрасту, здесь выживает сильнейший.       Когда мы подошли наконец к метро, то обе команды уже были в сборе. Старшие от них доложили, что на назначенной им для зачистки территории безумных обнаружено не было. Они разместили радиомаячки на углах, где закончили осмотр, тем самым, обозначив границы застройки. — Вы молодцы. А мы вот натолкнулись на одного ходока. Благо Алиса с ним быстро справилась. — Выделил тот меня. Взгляды солдат окатили мое тело с ног и до головы, сейчас это казалось максимально неуютно.       Медленно спускаясь одной цепочкой по эскалатору, я, еще не дойдя до самого низа, почувствовала их… Жесткий трупный запах ударил мне прямо в нос и я закрыла его рукой. — Вы чувствуете? — Раздался шепот в толпе. — Здесь так воняет мертвечиной. — Оно ответа не последовало. Холодная и темная станция метро теперь освещалась только налобными фонариками солдат, внезапно я поняла, что мне такого не досталась и была немного огорчена. — Не отходи от меня ни на шаг, понятно? — Скомандовал Говорунов и я молча кивнула. Когда ноги последнего солдата наконец коснулись пола мы все побоялись выдохнуть. В центре зала, собравшись в огромную кучу из тел, мирно и тихо спали безумные. Мне это напоминало какой-то перфоманс на некой зловещей выставке современного искусства. — Цветков, Енисеев, вам нужно залить бензином этих тварей. Старайтесь не попадать им на лицо, лучше лейте на одежду и ноги. Если что останется — разлейте забором вокруг кучи, ясно? — Есть. — Хором ответили ребята. — Все остальные, окружите их, но старайтесь сохранять максимальную дистанцию. Как только очнется первый — стреляйте, огонь на поражение. Старайтесь целиться в голову или шею. — Так точно. — Алиса, встань на эскалатор и если что — беги. — Прошептал тот мне, когда все разошлись. — Что?! Нет! — Возмутилась я, не веря своим ушам. — Слушай мою команду и не спорь, боец! Ты сейчас в моей власти и если что-то с тобой случится… — Вы не понимаете! Солдаты должны видеть, что я с ними. Что мы на одной волне. — Не сейчас. Всему свое место и время. Поняв, что спорить бесполезно, я встала на пятую ступеньку эскалатора и внезапно для себя поняла, что мне было страшно. Говорунов стоял впереди меня и закрывал проход, но не обзор. Я с ужасом выглядывала из-за его спины и молилась, чтобы все прошло хорошо. — По моей команде! — Приготовился майор. — Огонь!       Яркая вспышка света ослепила даже меня, в зале метро воцарился пожар. Крики Безумных смешались с бесконечными выстрелами, вспышки, вспышки, вспышки. Я закрыла лицо руками и хотела сбежать. Трусиха! Мне нельзя оставлять их здесь одних! Надеюсь, Говорунов меня не пристрелит за то, что я собираюсь сейчас сделать… Перелезая на соседний эскалатор я вдруг услышала крик — это безумный вцепился в ладонь солдата. Я не была уверена, что он прокусил ее через перчатку, но, все же, незамедлительно рванула туда, буквально бросившись, словно дикая кошка, на неживого и спихнув его с парня. Вот только я не рассчитала, что это был край платформы и мы оба упали на рельсы. Однако, моя посадка была достаточно мягкой, так как, приземлилась я на неживого. Тот с непередаваемой злостью зарычал на меня, а я зарычала на него в ответ. От увиденного Безумный опешил. Тогда, я схватила его голову и несколько раз ударила об рельсы, пока тот не перестал вырываться. — Эй! — Послышался голос сверху. — Давай руку! Парень, которого я спасла минуту назад, одним рывком затащил меня обратно на платформу. — Ты как, цел? — Занервничала я. — Перчатку не прокусил? — Вроде нет, я больше испугался. Пригнись! Я тут же опустилась вниз в двух метрах от меня замертво упало сразу несколько безумных.       Так же внезапно, как все началось, отстрел неживых закончился в одно мгновение. Я начала обходить зал по периметру в поисках раненых, но, к большому счастью, все были целы. — Я очень недоволен тобой, Алиса. — Громко произнес Говорунов. На его голос собрались солдаты и теперь, я чувствовала себя маленькой девочкой, что отчитывает школьный учитель при всем классе. — Ты ослушалась приказа. На войне такое не простительно. — Товарищ майор, разрешите обратиться? — Выпалил тот самый солдат и не дождавшись ответа, продолжил. — Она мне жизнь спасла. Еще бы чуть чуть и Безумный скинул меня на рельсы, а потом загрыз. Немного помолчав, Говорунов вновь посмотрел мне в глаза. — Я учту это, когда буду подавать отчет от зачистке.

***

— Ты поступила очень безрассудно. — Никак не мог успокоиться Тэмпл. — А если бы с тобой что-то случилось? А если бы ты голову на этих рельсах разбила? — Но я же не разбила. — Ты не понимаешь! — Он буквально кипел.       Мы находились в холле его апартаментов, через большое окно сюда просачивалось максимальное количество света и, все равно, Тэмпл маячил из стороны в сторону и нагонял темноту своими негативными мыслями. — Пожалуйста, хватит! Я сделала это не для того, чтобы ты сейчас высказывал мне все те ужасные картины из своей головы, в которых я разбиваю затылок, безумный рвет мою шею, а сердце и вовсе разрывается от пуль… Я сделала это, потому что тому солдату нужна была помощь! Как вы не понимаете, я уже не та трусиха, какой была прежде. Не знаю, каким человеком я была до своей комы, но… сейчас я другая. — Я повела плечами. — Хватит переживать, словно я ребенок какой-то…       Я резко встала и направилась к выходу, Тэмпл молчаливо пропустил меня к двери, лишь провожая взглядом. — Послушай, я вернусь и мы поговорим, если ты все еще будешь этого хотеть. Но то, что случилось вчера, это было просто неизбежным решением.       Выйдя на холодную улицу, я примкнула к солдатам, что уже выстроились перед несколькими дюжинами рабочих. Как и вчера, возглавлять охранную группу вызвался Андрей Говорунов. — Надеюсь, на этот раз без лишних выкрутасов? — С ухмылкой спросил тот. — Как пойдет, товарищ майор. — С легкой улыбкой ответила я. Отвечаю, в какой-то момент я все же поймала намек на улыбку, когда уголок губ Говорунова слегка приподнялся вверх. Однажды, и надеюсь, что это случится максимально скоро, я услышу смех этого серьезного дяди, возможно, я даже стану его причиной, а пока что… Мы выдвигались за стены Кремля — стройка начинается.