Воюющая знаменитость

      Гарри вошёл в кабинет Дамблдора. Его сердце радостно билось. Наконец-то он увидел самого мудрого человека из всех, кого он только знает! Он так скучал по нему! И вот наконец момент встречи наступил. Пожилой волшебник встал со своего места навстречу Гарри, вышел из-за стола и обнял подростка. Руки Альбуса едва заметно дрожали. — Гарри, прости меня, — произнёс директор Хогвартса сбивающимся голосом. — Я очень виноват перед тобой. Мне нужно было всё это предвидеть. — Но вас же тут не было, профессор, — попытался возразить Гарри, отстранившись. — Вы не могли наперед знать, что будет потом, тем более там, где вас нет. — В этом и заключалась моя ошибка! — воскликнул Дамблдор. — Я не должен был покидать тебя, когда уже известно, что Лорд Волан-де-Морт вернулся! Тогда бы ты не попал в беду! — Но всё закончилось хорошо, сэр, мои друзья помогли мне, — Гарри продолжил попытки успокоить наставника, но неуклюже. Голос сбился, подросток вздохнул, опустив голову. Очки едва не упали с носа, и только подхватив их, Гарри взял себя в руки. — Твои добрые и верные друзья оказались намного умнее и полезнее меня, хотя именно я обещал тебе помощь и поддержку! — не прекращал себя винить директор Хогвартса, взирая на взволнованного Гарри глазами, полными сожалений. — Успокойтесь, прошу вас, — настаивал Гарри. — Вы ведь не ясновидящий, к тому же для вашего отъезда наверняка была веская причина. — Эх, Гарри, — Дамблдор покачал головой. — Ты очень добр, очень-очень.       Прикрыв глаза, Дамблдор вытер рукой невесть откуда взявшийся пот. Затем, переведя дух, он продолжил говорить, но уже спокойнее: — Я и впрямь не перестаю удивляться твоей доброте. Ты умеешь прощать, и это значит очень многое. Лорд Волан-де-Морт не способен не то что на прощение, а на элементарное осознание простой истины о том, что могут быть точки зрения и мотивы, отличные от его собственных. Он абсолютно эгоистичен и ни за что на свете не поступится своими интересами и желаниями, даже если кому-то из его окружения будет грозить опасность. Его подручные делают только то, что он им разрешит, или же изо всех сил скрывают свою самодеятельность. Случись что — он без малейших колебаний пожертвует кем угодно. Ты же и твои друзья не такие. Вы искренне любите друг друга и смогли объединиться перед опасностью, поэтому и выбрались из передряги с фальшивым кредитом.       Прошёл один день с момента побега Гарри и Гермионы из дома Малфоев. Дамблдор уже узнал всю историю от Снегга и Грюма. Расспрашивать самого Гарри Дамблдор не стал, потому что прекрасно понимал, что ему будет противно вспоминать пережитое. Вместо этого он сел за стол, налил себе бренди и задал вопрос совершенно на другую тему: — Если Дурсли, насколько я понял, выгнали тебя, то где ты собираешься жить? — В доме Блэков, если вы не против, — пожелал Гарри. Он спрашивал разрешения по той причине, что жилище Сириуса являлось штабом Ордена Феникса, возглавляемого тем же Дамблдором. — Правильно, Гарри, — согласился глава Ордена, — я совершенно не собираюсь тебе возражать. Там живёт твой единственный теперь родственник, к тому же это место самое безопасное, если не считать Хогвартс. К тому же ты имеешь полное право быть в курсе всех дел Ордена, так как имел дело с Волан-де-Мортом чаще, чем мы все вместе взятые. Пожалуй, я уже всерьёз задумываюсь о том, чтобы передать пост главы Ордена тебе. А мне самому давно пора на покой. — Но я не знаю, как управлять организацией, многого ещё не умею и не понимаю, — стал противиться Гарри. — Вы опытнее и разбираетесь во всём этом намного лучше. — Я и не говорю, что это произойдёт прямо сейчас, — мягко возразил Дамблдор. — Естественно, я постепенно всему тебя научу, а более взрослые члены Ордена, например, Аластор Грюм и Кингсли Бруствер, охотно помогут тебе вжиться в роль моего преемника. Но конечно же, обо всём этом нет смысла говорить всерьёз, пока ты не окончишь учёбу. Я посвящаю тебя в эти планы заранее, чтобы ты смог подготовиться. — То есть, вы считаете, что можете не дожить до победы над Волан-де-Мортом?! — на лице Гарри отразились испуг и растерянность. — Да, Гарри, — Дамблдор вздохнул. — Я старый человек и очень устал. Конечно, я горжусь тем, что ты очень оптимистичен, раз говоришь о победе так, как будто это всецело зависит от тебя. Но давай будем смотреть на вещи трезво. Борьба наверняка будет тяжёлой и очень долгой, так как Волан-де-Морт вернул себе все силы. Я могу не дожить до её финала. К тому же меня могут попросту убить. — Убить?! — растерянно воскликнул Гарри. — Как показали история твоих родителей и твоя собственная, причём неоднократно, внезапный коварный удар может быть нанесён откуда угодно, и не факт, что я, даже имея недюжинные силы и опыт, смогу защититься от него. А так как Волан-де-Морт наверняка считает меня твоим главным помощником, в чём он несомненно прав, то приложит все возможные усилия, чтобы свести меня в могилу, — резюмировал Альбус. — Я постараюсь без крайней необходимости не покидать Хогвартс. И ты, Гарри, будь предельно осторожен, прошу тебя. Не уходи из дома Блэков. — Я буду осторожен, профессор Дамблдор, — пообещал Гарри. — Вот и хорошо, Гарри, — Дамблдор улыбнулся. — Кстати, хочу тебя похвалить. Мне очень приятно осознавать, что ты наконец нашёл общий язык с профессором Снеггом. Это нам всем очень поможет в будущем. Сплотившись, мы имеем отличные шансы на победу. А те, кто действует порознь, обречены на крах.       Поговорив ещё немного, Гарри и его наставник расстались. Через камин в кабинете директора школы подросток вернулся в дом Блэков, ставший отныне и его домом. Здание теперь являлось полностью пригодным к проживанию, весь мусор был убран. Комнаты были так чисты и прибраны, что не было бы стыдно и королевскую семью пригласить. Выйдя из камина, Гарри тут же попал в объятия девушек и женщин: миссис Уизли, Гермионы, Джинни и Тонкс, недавно прибывшей сюда вслед за Люпином. Весело болтая, вся компания прошла на кухню. Горячий, вкусный и сытный обед был съеден с большим удовольствием. Как только Гарри проглотил последнюю ложку, раздался дребезг дверного звонка. — А у нас и звонок есть? — удивился Гарри. — Дом же невидим для маглов, разве нет? — Невидим, — стал объяснять сидящий рядом Сириус. — Но те, кто приглашён, могут пройти сюда, будто это обычный дом. Также он доступен членам Ордена.       Дверь пошёл открывать Грюм. Бормоча под нос фразы о постоянной бдительности и выставив вперёд палочку, он аккуратными и медленными шагами дошёл до прихожей. Встав к двери боком, он громко спросил: — Кто там? — Арабелла Фигг, — послышался женский голос. — Сколько у тебя было кошек? — задал мракоборец второй вопрос. — Шесть в разное время, — отозвалась гостья. — Проходи, добро пожаловать, — Грюм усмехнулся и открыл дверь. Женщина прошла внутрь. — Но всё же не забывай оглядываться по сторонам. Подонки Сама-Знаешь-Кого тут гуляют, видишь ли.       Вздрогнув, Арабелла кивнула и, радостно вскрикнув, бросилась навстречу Гарри, вышедшему из кухни. — О, дорогой, я счастлива оттого, что с тобой всё хорошо, — прошептала она, обнимая подростка. — А как вы? — спросил Гарри с заметным волнением. — А Дурсли? — Всё обошлось, — заверила она юного друга, — они просто поговорили и ушли. Надеюсь, это больше не повторится.       Пройдя на кухню, гостья присоединилась к остальным. Миссис Уизли как раз начала разливать чай. Арабелла, приняв кружку, отказалась от сахара и начала свой собственный рассказ: — Я перехватила Гарри, когда он вышел из дома Дурслей и направился по улице, и вовремя: уже через десять минут появились бандиты Сами-Знаете-Кого, они могли его схватить. Потом я отправила мальчика к вам. К счастью, предложенный им трюк удался: я сумела обмануть Люциуса Малфоя и его спутников, сделав вид, что ничего не знаю. То есть, конечно я даже и не притворялась: Гарри подчистил мне память. Они вломились в мой разум, но тут же отпустили и ушли прочь. — А что было потом? — полюбопытствовал Гарри. — Они выставляли наблюдение за улицей, шпионы Того-Кого-Нельзя-Называть появлялись регулярно. Но я всякий раз их узнавала, потому что они одевались довольно нелепо: то в глупые сочетания мужской одежды и женской, то в пижамы или одежду не по погоде. Но через месяц эти дурацкие попытки прекратились, — рассказала Арабелла. — Слава Мерлину, всё кончилось, — заявили Фред и Джордж, облегчённо вздохнув. — Нет, малыши, всё только начинается, — пробурчал Грюм. — Аластор, уймись, умоляю, — проворчала миссис Уизли. — Нет! — рявкнул мракоборец, отчего все вздрогнули. — Сейчас тем более не время расслабляться! Если Тёмный Лорд отозвал всех своих прихвостней, то это значит, что он решил готовиться к открытому выступлению! К тому же мы вновь нарушили его планы, когда выручили Гарри, следовательно, Сами-Знаете-Кто одержим жаждой мести! Он уже показался открыто в Косом переулке и со дня на день может начать войну! — Но он говорил, что подождёт решения Фаджа о сдаче, — возразил Рон. — И ему ровным счётом ничего не стоит нарушить своё слово, как дал, так и возьмёт обратно, — высказался Сириус. — Грюм прав. Фадж трус и наверняка поддастся шантажу Сами-Знаете-Кого, но… — он призадумался, решая, как лучше сформулировать мысль, и спустя минуту продолжил, — но он может не то, чтобы отказать, понадеявшись на Дамблдора, а… промолчать от страха. — Какая разница? — проронил Люпин. — Он же не будет сопротивляться, душонка крысиная. — Фадж не будет противиться, — согласился Сириус, — но я имею в виду другое. Если Министр Магии не согласится на требования Вы-Знаете-Кого явно, то мракоборцы посчитают это молчание сигналом к сопротивлению. — Но разве они не должны так сделать в любом случае?! — удивлённо воскликнул Гарри. — Тут очень непростая ситуация, — стал объяснять Артур, — закон предписывает департаменту магического правопорядка беспрекословно подчиняться Министру Магии и его решениям. Куда Фадж — туда и они. Фадж приказывает — они исполняют. — Но на моих глазах Волан-де-Морт подчинил себе дементоров! — продолжал упрямиться Гарри. — То же самое может произойти и со всем Министерством, если там все такие, как Фадж! — Не все, — Грюм искривил губы кривой и устрашающей ухмылкой, — но Артур тоже по-своему прав. Единственный случай, когда мракоборцы ослушались Министра и не понесли ответственности за это, произошёл в тысяча восемьсот шестьдесят пятом году. Эшли Фелпс начал гонения на маглорождённых волшебников в Индии и был насильственно свергнут со своего поста, потому что был избран с нарушениями процедуры выборов. Но сейчас, увы, не то положение. Фадж — законный Министр. Идиот и трус, но другого нет и не будет, скорее всего. — А что будет если мракоборцы всё же выступят против Фаджа? — спросила Гермиона. — Разве они не могут просто ворваться к нему в кабинет и арестовать его? На мой взгляд, когда руководитель в момент опасности ничего не делает или действует во вред, это оправданно! — Увы, дорогая Гермиона, всё намного сложнее, чем кажется на первый взгляд, — Грюм покачал головой. — В любой другой ситуации я бы согласился с тобой, но не сейчас. У Фаджа есть личная гвардия, она беспрекословно подчиняется любому Министру, принося каждому новому избраннику на этот пост Непреложный Обет. — Обещание, которое нельзя нарушить? — догадался Гарри. — Почти, — подтвердил Грюм. — Если нарушишь, то либо лишишься магической силы, либо вовсе умрёшь. — Получается, если кто-то в Министерстве поднимет руку на Фаджа, то они все там поубивают друг друга? — задал Рон провокационный вопрос. — Именно! — рыкнул Грюм. — Выходит, что Волан-де-Морту выгоден любой исход! — догадался Гарри. — Либо Фадж подчиняется ему, либо там происходит междоусобица. — Верно, — Грюм вздохнул. — Отлично соображаешь. А теперь нам надо понять, что самим делать. — Может быть, удастся убедить кого-нибудь оттуда примкнуть к нам? — спросили Фред и Джордж. — Не успеют, — отрезал Грюм. — Да и кого мы уговаривать там будем? Нарушить субординацию они не посмеют, а любой раздор разрушит и их, и нас изнутри. — Но как же вы организовали сопротивление тогда, много лет назад? — удивился Гарри. — Вы же рассказывали. — Тогда была другая Министр, — объяснил Артур, — Миллисента Багнолд. Она была смелой и решительной, с ней мы легко договорились о совместных действиях. К тому же и нас, и мракоборцев было больше. А сейчас всех мало, все разрознены, никто никому не доверяет. Не зря же Сами-Знаете-Кто появился в открытую! Он понимает, что сопротивления не будет, как минимум, на первое время, знает, что бояться нечего. — Тогда мы можем только сидеть тихо? — Рон приуныл. — Не отчаивайся, Дамблдор что-нибудь придумает, — Гермиона попробовала утешить друга. — Он многое знает о нашем противнике и вовсю ищет его слабости, — напомнил Люпин. — Как только появятся новые сведения, он их нам непременно сообщит. Тогда и ударим.       За неимением лучшего плана все присутствующие согласились на этот. Грюм приказал: — А теперь — всеобщая проверка! — Зачем?! — возмутились Фред и Джордж. — Тут же все свои! — Одного недоумка мы чуть не проморгали! — сердито напомнил Аластор о Наземникусе. — Хотите, чтобы случилось что-нибудь похуже?! — рявкнул он. — Нет! — поспешно заявили близнецы, втянув головы в плечи. — Вот именно! — ветеран борьбы с тёмными магами ухмыльнулся. — С вас и начнём! Что вы больше всего любите есть? — Жареный бекон! — хором заявили подростки без раздумий. — Отлично, — Грюм кивнул. — Так… теперь твоя очередь, Гарри Поттер. Что ты видел в Зеркале Еиналеж? — Свою семью, — ответил юный противник Тёмного Лорда.       Точно так же Грюм опросил и остальных членов Ордена, задавая им такие вопросы, ответы на которые были известны только самим опрашиваемым. Всё прошло благополучно. Под конец Гарри спросил: — А что мы будем делать прямо сейчас? Не просто же сидеть и ждать Дамблдора? — Конечно, действовать надо, — согласился Грюм, — но очень осторожно. Читайте газеты, следите за новостями. Как только враг нанесёт удар, постараемся отразить его или минимизировать ущерб. Сами мы выступить не можем: нас мало, у нас нет поддержки. Но ты, Гарри, будешь сидеть в этом доме. Безвылазно. Ты понял? — Грюм сурово взглянул своим взглядом на него, в то время как его волшебный глаз беспрерывно крутился во все стороны, выискивая врагов и предателей. — Это ради твоей же безопасности. — Да, профессор Грюм, — согласился Гарри, с содроганием вспоминая о недавно пережитом, — я и не собирался спорить с вами. — Вот и славно, — одобрительно пробормотал мракоборец. — С тобой будем все мы — один не останешься. А первого сентября ты через камин пройдёшь в Хогвартс.