Грехи Габриэль Стигман

—… Это отец. Я замолчал. Я правда не знал что ответить этой чокнутой девушке. Хотел лишь ее высадить к чертовой матери. — Ты мне скажи, ты ебанутая? Какая же ты… Господи! — я откинул голову на сидение, запустив руку на волосы. — Я с ним не сплю! Сейчас я тебе это докажу. — она начала рыться в своей сумке. После, сумка падает, откуда всё вещи падают на сидение. — Мне не нужны твои доказательства, я все и так вижу. — нога нажимает на газ и мы мчимся вперёд. — Он тебе и вправду нравится? — мигом я перевожу тему. — К-хто? — собеседница собирает вещи, продолжая смотреть на меня. — Тот парень из клуба. Скажи, у вас что-то было? — У нас ничего не было! С ума сошел? — Это ты с ума сошла! Блять, какого черта, Габриэль? Неудивительно, почему у тебя такая репутация. Стало тихо. Она перестала собирать свои вещи и медленно отвернулась от меня. Ее взгляд смотрел на улицу, где была полнейшая тьма, поглощенная пустой тишиной. — Чёрт. Ладно, ладно. — ненавижу женское молчание, поэтому я решил извинится. По-моему, я перегнул палку из-за эмоций. — Прости, я не хотел. — Останови машину. — Зачем? Ты сейчас не в трезвом состоянии, куда ты пойдешь? — Останови машину. Я промолчал и продолжил топить тапочку в пол. Идти ей было некуда. И по ней это было видно сразу. С ней явно что-то не так, и дело не только в Николь. Связано ли это с отцом Стигман? Возможно. Возможно и нет. Возможно, ее жизнь для меня еще загадка. — Пожалуйста, останови машину. Мне не хорошо. Я услышал Габби и остановился. Не хватало еще того, чтобы пьяная девушка облевала переднее сидение. Она вышла из машины и пошла к кустам. Я тоже вышел из машины и взялся за пачку сигарет. Закурив одну, мне стало намного легче. Выпуская дым, агрессия уходила все дальше и дальше. Минуты шли, а Стигман не возвращалась. В дали от кустов издался звук воды. И меня молниеносно осенило. — Сука! Я рванул к кустам, где ничего не было видно. Оббежав всю зелень, я вышел к небольшому озеру. Тут все так же темно, лишь отражение луны помогали видеть волнение воды, но не одногруппницы. — Габриэль! Приглядевшись, я все-таки развидел тело, которое болталось в воде. — Габриэль? Не смотря на одежду, я нырнул в холодную воду. Секунды под водой казались для меня целой вечностью. Вынырнув, я бегал глазами по округу в надежде поймать хоть след голубоглазой. — Где ты?! Молчание. Я ни на шутку испугался. В отчайне эта дура смогла бы сделать собой что угодно. Но в тот же миг Габриэль вынырнула, что было сразу заметно. Прямиком я поплыл к ней. Схватив ее за талию, я вытащил пьяную на землю. Мы легли на сухой песок. Еле отдышавшись, я сел на девушку и прижал к земле, чтобы не было попыток урваться. — Какого хуя, Стигман?! — крик издался на весь район. — Бля-ять! Блять, блять, блять.Сука, чем ты думаешь? — Зачем ты пришел? — Закрой свой рот, иначе я сам тебя утоплю. Поговорим об этом дома. Я сейчас не в состоянии с тобой разговаривать. Вставай! — я взял ее запястье и потянул наверх. —… Я не поеду домой. — Вставай. — Ты не слышишь меня? Я домой не поеду! — Не испытывай мое терпение, оно и так из-за тебя на пределе. Ты сейчас не в положении, чтобы что-либо мне говорить. Поднимай свою задницу, пока я тебе ее не надрал. — Мне некуда идти, Дастин. — Просто встань и пошли. Девушка неохотно кивнула и пошла за мной. Подойдя к машине, я сел за руль и высунул из мокрого кармана джинс мой телефон. — Отлично. Ты там долго? — обратился я к Стигман. Снова ни звука. Испугавшись, что она снова сбежала к воде, я выпрыгнул из авто и взглянул на мокрую одногруппницу. — У тебя нет кофты? — губы девушки дрожали, а верхней одежды не было, кроме белья. Я прикрыл глаза и отвернулся. — На заднем сиденье есть ветровка, накинь. Габриэль отошла назад, и я снова сел на место. Когда Стигман села вперед, то я тронулся. Прошло достаточно много времени, а мы всё ехали молча. Нам нечего было сказать друг другу, но мыслей в голове было уйма. Мы просто знали, что сейчас не лучшее время для обсуждений всего нового. Когда я доехал до дома, то, припарковавшись, открыл дверь одногруппнице. Она вышла и встала возле меня. — Пошли. Указавший на дверь, мы тронулись домой. Взяв ее за руку, я открыл дверь и проводил вперёд Габриэль. Мы сняли обувь. Стигман ели держалась на ногах, из-за чего я взял ее на руки и понес в свою комнату. — Будешь спать здесь. Но завтра мы обо всем поговорим. Строгачка села на кровать. — Ага, сними пожалуйста. — ее руки легли на джинсы. — Господи. Тихонько, мои ноги подтолкнули меня вперёд. Сняв с неё джинсы, руки скинули их на кресло. Девушка сняла куртку и осталась лишь в одном белье. Я понимал, что она до сих пор пьяна. Было темно, но мои глаза видели ее сильно выделяющие ключицы, худенькие руки и до боли тонкую талию, которая была изящна. Такую Габриэль я видел впервые. Не знаю, либо дело в шотах, которые я успел урвать в клубе, либо что, но не буду скрывать того факта, что я ее хотел. Я хотел чертову строгачку Стигман. Мне так хотелось прикоснуться к ее бёдрам, ощутить своими руками ее талию, притронуться губами к ее шее и ключице. Она и впрямь была сексуальна. Но моя совесть и моральные принципы этого не позволяли. Так что, я сразу отвернулся. Выйдя к ванной, я выдохнул и начал искать одежду. Переодевшись в серые спортивные штаны, я вернулся к Габби. — Может, тебе принести какую-нибудь футболку? Или же кофту, я не знаю. — Зачем? — Чтобы надеть на задницу. Ты лежишь в моей кровати в одном нижнем белье, ничего не смущает? Что за тупые вопросы? — Все хорошо, Дастин. Не беспокойся. — Посмотрим что ты скажешь утром. Я буду спать в гостиной. Доброй ночи. На мои пожелания не было ответа. Лишь дрожь тела и постукивание зубов дали мне ответ. Габриэль была укрыта одеялом, но все равно мёрзла. Блять. — Тебе же холодно. Давай хоть принесу ещё одно одеяло? — Просто ложись ко мне. Я не заразная. Ночевать в гостевой комнате и впрямь не хотелось. Ранний подъем солнца помешал бы выходному сну, да и вероятности было бы больше, что Габби сможет сбежать. Поэтому, долго не думая, я залез под одеяло и медленно лег в свою сторону кровати. Стигман до жути дрожала, из-за чего меня это сильно нервировало. — Ты можешь успокоиться? — обратился я к Габби. — Я уже предлагал тебе одежду и одеяло. — Извини. — Неугомонная девчонка. Габриэль повернулась в мою сторону. Её взгляд пожирал мои глаза, на что я пытался отвести свое лицо на любой угол комнаты, лишь бы не ловить контактную связь. — Дастин. — Что? — Часто ли ты думаешь о смерти? — Ты о чем? — К примеру, что случится, когда тебя не станет? — она замолчала на секунду. — Что станет с людьми, которые тебя окружали? Будут ли они вспоминать о тебе, плакать, сочувствовать? Будут ли они жалеть о том, что сказали тебе, когда ты был жив? Или же жалеть о том, что не успели сказать? — Возможно. Но тебе не стоит думать о этом. Ты живая. — Жива ли душой? Или же всё-таки телом? — Габриэль, закрой уже рот. Давай обсудим это в более подходящий момент. — Ты правда обсудишь это со мной? — Правда. — девушка незаметно улыбнулась. Ее очи медленно закрылись. — Мне сейчас так хорошо. — Еще бы. Под алкогольным опьянением кому не хорошо. — Нет. Я не про алкоголь. — она снова посмотрела на меня. — А что же тогда? — Здесь так спокойно. И нет никакого звука. Лишь тепло наших тел, светлый свет от фонарей, который пробирается сквозь занавеску. И легкий разговор. Как каждая ночь с Николь. Словно я нахожусь там, где и должна быть. Рядом с ней. — Габби. — Мм-м? —промычала важная особа, укутывая свои руки под одеяло. — Прости. — За что? — Да так. Просто так. Прости. Девушка снова улыбнулась. Ее тонкая рука обвела мое плечо, а подбородок уперся мне на ключицы. Мокрый бюстгальтер пробил холодную дрожь по моей грудной клетке, от чего пробежала стая мурашек по рукам. — Габби? Но Стигман уже отключилась. Только таким образом голубоглазая успокоилась и смогла уснуть. Глубоко вдохнув, я и сам медленно закрыл глаза, тем самым, не заметив, тоже отправился в царство Морфея.