Дело о преследуемом муже

— Гарри! Милый! — миссис Грейнджер в эмоциональном порыве прижала обе руки к щекам Гарри и даже коротко его обняла. — Как же я рада снова вас видеть! Я просто счастлива, что Гермиона находится в ваших надежных руках! — Спасибо за доверие, миссис Грейнджер, — улыбнулся Гарри. — Гермиона, как обычно, долго собирается. Поднимитесь к ней. — Да я могу... — Идите, идите, Гарри, — миссис Грейнджер подтолкнула его к лестнице. — Вы помните, где комната. — Помню, — усмехнулся Гарри. Все же приятно было видеть миссис Грейнджер не бледной и заплаканной, а счастливой и улыбающейся, хотя Гарри и чувствовал себя немного неловко из-за того количества благодарностей, в которых буквально рассыпались родители Гермионы. Подойдя к двери ее комнаты, он тихо постучал. — Да, мам! — сразу же отозвалась Гермиона. Гарри немного приоткрыл дверь, чтобы убедиться, что Гермиона не крутится перед зеркалом в одном нижнем белье, и шагнул в комнату. Она сидела за столом и что-то быстро писала в блокноте. — Если я скажу, что меня затолкали сюда силой, ты поверишь? Гермиона вздрогнула, услышав его голос, и резко обернулась. — Гарри? Ты раньше освободился? — Нет, — он еле сдерживал смех, наблюдая, как Гермиона переводит взгляд на часы, стоящие на углу стола, и ойкает. — Телефон, — добавил он, все-таки расплываясь в широкой улыбке. Гермиона ойкнула второй раз и схватила с кровати телефон. — Выключился, — пробормотала она. — Забыла его зарядить, прости. Она быстро поднялась и, подойдя к Гарри, обвила руками его шею, крепко обнимая. — Тут почти ничего не изменилось, — сказал он, когда наконец смог оторваться от ее губ. — Надеюсь, в тот день ты не увидел ничего такого, за что мне пришлось бы сейчас краснеть, — улыбнулась Гермиона. — Ничего такого, — заверил ее Гарри. Через две недели, когда Гарри после очередной встречи привез Гермиону вечером домой, они услышали крики ее матери. Побледнев, Гермиона тут же выскочила из машины. — Стой! — крикнул Гарри, распахивая свою дверцу. Догнав Гермиону у самого дома, он схватил ее за руку, не позволяя войти первой. Но теперь, когда можно было уже разобрать слова, он понял, что никакой опасности нет. Гарри приоткрыл дверь, и Гермиона, посмотрев на него глазами полными ужаса, осторожно шагнула внутрь. Гарри и подумать не мог, что миссис Грейнджер может так кричать, но сейчас от ее воплей действительно дрожали стекла. И из того, что он смог разобрать, понял, что мистер Грейнджер попался на измене. Гермиона, едва не плача, бросилась в гостиную. Гарри следом не спешил, все же это их семейные разборки и вряд ли постороннему будут рады. Но к гостиной подошел и замер в дверях. Грейнджеры стояли посреди комнаты, миссис Грейнджер комкала что-то в руках. — Мам? — дрожащим голосом позвала Гермиона, подбегая к ней. — Что произошло? Но та не обратила на нее внимания и продолжала сверлить взглядом мужа. — У тебя едва не погибла дочь, а тебе, оказывается, настолько наплевать на свою семью! — она вдруг обернулась к Гермионе. — Сообщаю тебе, Гермиона, что мы с твоим отцом разводимся. — Но мам!.. — Гермиона пыталась ее остановить, но миссис Грейнджер стремительно прошла к лестнице, швырнув в сторону то, что до этого нервно комкала в руках. Оно отскочило от ножки кресла и упало к ногам Гарри. Еще не взяв в руки, только наклонившись, Гарри понял, что это. — Подождите! — громко сказал он, распрямляя мятый желтоватый конверт. — Это фотографии, так? Миссис Грейнджер обернулась на середине лестницы и холодно посмотрела на него. — Гарри, прошу вас, не пытайтесь что-либо предпринять. — И вы нашли конверт в почтовом ящике? — продолжил Гарри, игнорируя ее тон. — У меня такими едва ли не весь стол завален. Это монтаж. — Гарри... — снова начала миссис Грейнджер, но он перебил ее. — Слушайте, я отлично помню, насколько ваша семья может быть упряма, когда дело касается моей работы, но если вы хорошенько присмотритесь к фотографиям, то обязательно найдете несоответствие. — Твоя очередь, Джина, делать то, что он говорит, — произнес мистер Грейнджер. Гермиона, с надеждой глядя на Гарри, шагнула к нему, протягивая руку к конверту, и вздрогнула от окрика матери. — Не прикасайся! Она подошла к Гарри и, явно пересиливая себя, забрала конверт. — Почему вы уверены, что это монтаж? — С начала года к нам пришло немало мужчин, которые получили точно такие письма. И с одним клиентом мы заметили, что на фотографии нет его татуировки на шее. Чуть позже каждый смог найти какое-то, даже самое малейшее несоответствие. Тело принадлежит одному человеку, и к нему подставляют голову «жертвы». Надо сказать, очень качественный монтаж, но явно на скорую руку. Присмотритесь. — По какому же принципу отбираются эти «головы»? — мрачно спросила миссис Грейнджер. — К сожалению, точного ответа у нас пока нет, — вздохнул Гарри. — Единственное, что связывает всех мужчин, получивших такие письма, — они все женаты. Между собой мы назвали это «дело о преследуемом муже». Никаких угроз, шантажа, требований денег. Словно кто-то сделал своей целью разрушить как можно больше семей. Миссис Грейнджер бросила короткий взгляд на мужа и прошла к креслу, на ходу доставая смятые снимки, а Гермиона прижалась к боку Гарри, переплетая свои пальцы с его, и крепко сжала его ладонь. Наконец миссис Грейнджер едва заметно покивала. — Шрам, — тихо сказала она. — Шрам на ноге. Немногим больше десяти лет назад мы попали в аварию на машине... — она поднялась и бросила письмо в камин прежде, чем Гарри успел ее остановить. — Поверить не могу. Какая-то дрянь едва не уничтожила все... Мистер Грейнджер шагнул к ней и успокаивающе обнял. — Как же я тебя люблю, — прошептала Гермиона, поднявшись на носочки и поцеловав Гарри в щеку. Он улыбнулся, но ответить не успел. — Гарри, простите за грубые слова, — обратилась к нему миссис Грейнджер. — Что вы, я могу вас понять. Она подошла к нему и, положив руку на плечо, мягко сжала. — Вы ангел-хранитель нашей семьи. Гарри нервно усмехнулся. — Это слишком громко звучит. — В самый раз, — она устало улыбнулась. — Я, пожалуй, пойду, — сказал Гарри, глянув на счастливую Гермиону. Грейнджерам сейчас необходимо было прийти в себя. — Если вдруг начнутся какие-то звонки, сообщения или появится еще одно письмо, вы сразу свяжитесь со мной, ладно? — Конечно, — кивнула миссис Грейнджер и взволнованно обернулась к камину. — О, я, наверное, должна был отдать вам это? — спросила она, глядя на догорающий уголок желтоватой бумаги. — Ну... — Гарри пожал плечами. — Кто-нибудь еще обязательно пополнит мою коллекцию, — улыбнулся он и, обняв на прощание Гермиону, вышел из дома. * * * — Здравствуй, Гарри, — как всегда мелодично произнесла Луна, вручая ему крестника и закрывая дверь. — Проезжали мимо, решили тебя навестить. — Мимо, — хмыкнул Гарри. — Конечно. — Ну ты же знаешь, как я не люблю пользоваться телефоном, — отозвалась Луна, заходя в гостиную. — О... Любопытное занятие. Гарри засмеялся, положил Лисандра на диван и принялся собирать разложенные на журнальном столике фотографии. — Любопытного, на самом деле, очень мало. Это дело ставит меня в тупик. Едва ли не впервые за все время моей работы детективом. Какая-то сумасшедшая парочка занимается сексом, делает фотографии, а потом мужчине с помощью монтажа меняют лицо. И подбрасывают письма с этими снимками жертвам. Зачем? Для чего? Не могу понять. — Уверен, что девушка одна и та же? — спросила Луна, подвигая к себе пару снимков. — Разные волосы. — Та же, лишь меняет парики. — Тогда вы ее не найдете, — пожала плечами Луна. — Не сможете же вы раздеть весь Лондон в поисках этой родинки на попе. — Спасибо за поддержку, — усмехнулся Гарри. — Расскажи мне лучше, как дела у вас с Гермионой, — Луна достала из шкафчика коробку с яркими детскими игрушками и поставила рядом с Лисандром. — Ты скоро перевезешь ее к себе? — Куда? — фыркнул Гарри. — В этот дом с привидениями? — Здесь нет привидений, Гарри, — вздохнула Луна. — Будут, — кивнул он. — Когда он наконец рухнет мне на голову, я превращусь в очень злое привидение. — Ты слишком милый, Гарри, для злого призрака, — улыбнулась Луна. * * * Гарри выстукивал пальцами какой-то ритм, медленно переводя взгляд с одной фотографии на другую. К Бадди только что пришел очередной получатель письма, и тот со страдальческим видом выслушивал возмущения. Гарри не прислушивался к разговору, мучительно пытаясь найти хоть что-то общее между всеми письмами. Правда, мысли то и дело уходили в сторону. Еще два месяца назад, когда Гермиона несколько дней провела в его доме, занимаясь его лечением, Гарри мог назвать те дни едва ли не самыми счастливыми в его жизни. Вчера их запланированный развлекательный вечер был сорван — после утомительных часов беспрерывной слежки за женой клиента Гарри был слишком уставшим и слишком раздраженным, чтобы идти с Гермионой на какую-то выставку. Единственное, на что он был способен, — забрать ее из дома и отвезти к себе. Но даже несмотря на усталость, отпускать Гермиону не хотелось. Особенно после ее волшебного расслабляющего массажа. Можно было, конечно, прикинуться больным, но Гарри был больше по душе другой вариант — сделать так, чтобы Гермиона и вовсе обо всем забыла. Она что-то весело рассказывала, стоя на его кухне и раскладывая фрукты, когда Гарри обнял ее сзади и, скользнув пальцами по шее, убирая пышные волосы, чуть склонился и коснулся кожи губами. Гермиона резко замолчала, а через каких-то пару секунд уже слегка откинула голову назад, на плечо Гарри. Выскользнув из разжавшихся пальцев, яблоко с глухим стуком упало на стол. Гермиона еще спала, когда он уходил на работу, и он знал, что застанет ее вечером дома. И сейчас, в одиннадцать часов, Гарри то и дело забывал о работе и предвкушал, как он откроет свою дверь, а дом вместо привычной темноты встретит его ярким светом и запахом духов Гермионы. Возможно, он просидел бы так и до вечера, но неожиданно перед ним на стол громко шлепнулась стопка бумаг. — О чьих сладких формах так замечтался? — хохотнул Бадди. — Заткнись, — вздохнул Гарри, швыряя ему папку обратно. — Ненавижу эти письма. — А их все больше и больше, — фыркнул Бадди. — Не понимая цели, мы так и будем топтаться на одном месте. — Кстати, ты слышал, что несколько семей развелись? — Из-за ненастоящих фотографий? — хмыкнул Гарри. — Вот уж весомая причина. Хотя может, это действительно и есть цель наших «художников»? — Да хрен их знает. Но руки я бы им оторвал. Уже предупредил Элис, на тот случай, если и я стану одним из всех этих счастливчиков. — Но она все равно попытается тебя убить, — Гарри не сдержал смешок. * * * — Узнал? — нетерпеливо спросила Карла, быстро подойдя к двери, как только услышала щелчок открывающегося замка. Вошедший мужчина глянул на нее с легкой улыбкой, прекрасно зная, как она не любит ждать. — Маркус, не зли меня, — прошипела Карла. Он коротко засмеялся и, бросив ключи на тумбочку, скинул куртку. — Узнал. А вот ищейки не узнали еще ничего. И судя по тому, насколько им не нравится это дело вообще, они и не рвутся что-либо узнавать. — Что ж, это нам на руку, — Карла прошла в гостиную и, опустившись в кресло, кивком головы указала Маркусу на бутылку вина. — Бедняжки не выдержали такого напора. — Единственное, что они знаю, — на фото монтаж, и то, что напечатаны они на одном и том же принтере. — О, эта информация очень им поможет, — усмехнулась Карла, принимая из рук Маркуса бокал. — На каждом снимке в левом верхнем углу небольшое не прокрашенное пятно, — добавил Маркус. — Так они поняли, что печатается в одном месте. Карла нахмурилась и посмотрела в сторону закрытой комнаты. — Надо сменить аппаратуру. — И тут же попасться на этом? — хмыкнул Маркус. — Как только детективы заметят это, они первым делом проверят, а не покупал ли кто в ближайшие дни подходящий принтер. Нас вычислят за пару дней. — Заказать на чужое имя, на чужой адрес, — пожала плечами Карла. — Все должно быть идеально, Маркус. Никаких белых пятен. — Думаешь, хоть один из получателей твоих фото рассматривает, все ли там прокрашено? Прекрати. Иначе ты все испортишь. А вот я, как клиент детективного агентства, смогу сразу получать всю новую информацию. — Пока тебя не проверят и не узнают, что ты вовсе не Кевин Хендрикс. — У них на это не будет времени. Иногда все-таки не так уж и хорошо работать в самом знаменитом детективном агентстве в городе. Но кое-что мне все же не понравилось. Карла отставила бокал и недовольно посмотрела на Маркуса. — С этого нельзя было начать? И в чем дело? — Мне удалось разговорить детектива Стоуна, ну или он сам по себе такое трепло, но с его слов детектив, что сидит с ним в одном кабинете, яро стремится докопаться до истины. Я видел его. Его стол действительно был завален твоими конвертами. И именно он обнаружил монтаж и он докопался до тщательной экспертизы. — Когда последний раз мы покупали бумагу для фото? — спросила Карла, поднимаясь на ноги. — Две недели назад. Нет, Карла, вычислить по бумаге невозможно. Думаешь, в Лондоне мало тех, кто... — Имя этого трудоголика узнал? — перебила Карла. — Нет, но легко могу узнать. — Узнай, — кивнула Карла, снова беря в руки бокал. — И убери его.