Я давно хотела сказать...

Скажи, ведь это важно

***

— ШОТО! Очнись! В глазах все поплыло, какие-то невнятные образы и еле различимые голоса... Тело не двигается и как-то странно дрожит. Что это было? Шото резко раскрыл глаза, но встать сразу у него не получилось. Его вырубило на пять минут, а казалось, будто прошел час. Все были обеспокоены, но особого виду не подавали, нужно держать себя в руках. Яойорозу тотчас начала вытирать выступившие на глазах слезы, стараясь их не показывать, но руки не переставали дрожать, а глаза плакать. Она чувствовала на себе вину за то, что так поступила. Аизава был несколько недоволен, однако особо не задавался. Никто не мог и подумать, что все так произойдёт, ведь Шото практически победил, но посмел ослабить бдительность и... Проиграл Яойорозу. — Тодороки, встать можешь? — спросил Аизава сразу после того, как тот открыл глаза. Тодороки снова попытался встать, на этот раз ему удалось поднять туловище, он с усилием смог подняться, голова трещала. Левой рукой он схватился за затылок, возможно падение дало о себе знать. Парень хмурым взглядом осмотрел зал. В глазах ребят он увидел шок, а затем окончательно осознал, что именно произошло. Внутри Тодороки резко зажглось пламя, он проиграл Яойорозу. Неужели он ослаб? Нет, это была лишь глупая ошибка, это странное чувство словно инстинкт заставило его потерять бдительность. На минуту он забеспокоился, но почему-то проигрыш его абсолютно не беспокоит. Презрительный взгляд Бакуго и удивлённые лица ребят его нисколько не задели. Он бросил спокойный взгляд на Яойорозу. В её глазах он заметил красноту, а на щеках остались следы от слезинок, она виновато поступило голову и снова готовилась извиняться, но Шото её опередил. —Отличная тактика... —Шото посмотрел на свои руки, — Ты победила меня. — Но... Я же... — Всё, хорош, это просто тренировка, Яойорозу и Тодороки надеюсь извлекли из неё хоть что то полезное, — сухо пробормотал Аизава глядя на них обоих, — Тодороки, удар током не серьёзный, но думаю, что до вечера тебе лучше не вставать с кровати, Исцеляющая Девочка, к сожалению, сегодня занята, — он посмотрел на остальных ребят, — Мы продолжим тренировку, а ты Яойорозу отправишься с Тодороки в общежитие, раз уж ты его покалечила, будь добра его проводить. Внутри Яомомо все резко сжалось. «Проводить Тодороки?» — на минуту она колебалась, но Аизава уже отошёл к остальным. Вдруг она почувствовала странный холодок, Шото медленно прошёл мимо и резко оглянулся, как бы дожидаясь спутницы. Яойорозу вздохнула и слегка даже расслабилась: «Он нисколько на меня не злится...» К выходу они шли абсолютно молча, но Тодороки снова выглядел болезненно и устало. Яойорозу это сильно беспокоило, ведь она могла бы помочь, эти кошмары, а теперь ещё и проигрыш. «Хоть и я победила, но Шото сражался абсолютно не в полную силу, даже та ледяная стена была гораздо меньше, чем на фестивале» — она вдруг задумалась, а не была ли эта победа чистой удачей или удачным случаем? —Не волнуйся, я вовсе не поддавался ... — резко произнес Шото, словно бы прочитав её мысли, — Это было моей ошибкой, ты оказалась хитрее. —Но все же, не соверши ты эту ошибку, я бы проиграла, верно? — Яойорозу остановилась и склонила голову. — Это была лишь уловка, все на что я оказалась способна... Но уловки не всегда срабатывают. Шото тоже остановился, какое-то время он молча слушал Яомомо, но потом стремительно направился в её сторону и встал прямо перед ней. Та не шевельнулась, она упорно стояла, опустив голову. Снова этот лёгкий холодок исходящий от его правой стороны, но это тёплое дыхание совсем рядом словно согревает душу. Яойорозу широко раскрыла глаза, до общежития осталось совсем немного, но идти дальше не хотелось, ни он, ни она туда не спешили. Она подняла голову, Шото молча стоял перед ней, взгляд был слегка в недоумении, однако, как же все-таки он красив, этот взгляд... А её серые блестящие глаза тоскливо глядели на него. Тодороки произнес: — Не смей так говорить, особенно при мне, — он слегка поддался вперёд, приблизившись прямо к её лицу, Яойорозу тут же покраснела и потупилась, — У тебя ресничка под левым глазом. — он отстранился —А? Ой, да сейчас уберу. — она улыбнулась, а ведь он был так близко, даже как-то непривычно, ох уж эти чувства. — У каждого есть свои слабости, каждый ищет способ победить по-своему, поэтому равняться на кого-то, считая себя слабым, глупо. — он смотрел ей в глаза и был абсолютно уверен в сказанном. — Неважно как, но герои всегда должны побеждать! Шото неожиданно побледнел и снова взялся за голову. «Черт! Не сейчас, только не сейчас» — острая жгучая боль из сна вновь его охватила. Из-за странного переживания его тело заметно ослабело, волна страха и безумия в очередной раз повалили его на землю. Температура тела стала нестабильной, организм не мог восстановить гомеостаз, даже костюм не помогал. Сказанное раннее, заставило вспомнить отца и жуткий кошмар. Страшно видеть, как моральное и внутреннее состояние Шото махом одолевает его организм. Он не должен был вспоминать, он должен забыть, просто забыть, но не мог. — Шото... — взволновалась, Яойорозу, подсаживаясь рядом, он лежал на спине, прикрыв лицо, его тело то горело, то стремительно остывало, — Тебя что-то беспокоит? — Забудь... — едва выдавил он, Яойорозу хотела что-то возразить, но настроение Шото резко изменилось, — Я СКАЗАЛ ЗАБУДЬ! Яомомо стало тошно, он прав, она не знает всего, поэтому не должна лезть в чужие проблемы... Но, почему все таки так тошно?.. Шото ей дорог, хоть она и не могла ему признаться, но мысль, что она должна ему помочь её не покидала. Нет! Пусть они просто друзья, она обязана ему помочь! Хотя бы как другу... — НУ УЖ НЕТ! — она сама себе удивилась, — Просто дай мне помочь! — она выглядела очень строго и решительно. — После кошмаров ты сам не свой, если тебя это беспокоит, то я... — КАК ТЫ СОБИРАЕШЬСЯ МНЕ ПОМОЧЬ!? — он рывком поднял туловище, его левая сторона яростно загорелась, а глаза блестели от выступившей влаги, — Это связано только со мной, если кто-то будет знать, какой я после этого герой раз не могу держать свою обиду и страх внутри! Я слаб, Яойорозу! Эта травма не лечится... — он опустил голову, огонь погас, но тело по-прежнему было горячим. Несмотря на это, произошло то, чего не они ожидали, Шото за долгое время почувствовал вновь приятное тепло чьих-то объятий... Яойорозу, набравшись смелости обняла его что было силы. Тодороки вспомнил приятные моменты, проведённые с матерью в детстве, слезинка скатилась с его правого глаза. Яойорозу не отпускала его до последнего, но и он не против. Наконец-то, он понял, что значило это чувство... Ему просто нужно было с кем-то поделиться, в конце концов, он в действительности не один. — Ты не слаб, Шото, и никогда не был слабым! — Яомомо крепко охватила его шею. —Моё тело все ещё может обжечь... —Ничего, заживёт... Яомомо почувствовала, как холодная рука коснулась её спины. Тело Шото снова начало приходить в норму, жар спал. «Как же ты все это время терпел...» — Яойорозу поняла, в чем дело, Тодороки боялся показывать свои внутренние страхи и переживания и все это держал в себе: «Вот дурак». Яойорозу набрала в себя воздух. — Т-тодороки! — Ямомо дрожала от волнения, губы предательски застыли, а в горле вновь пересохло, сердце забилось, а на лице выражалась нерешительность, — Я давно хотела сказать... — вдруг руки Шото крепко её обняли. — Я все понял, Яомомо... Не переживай... На этом моменте их чувства слились воедино, лёд Шото растаял, освободив истинное пламя, горящее внутри, а Яойорозу все таки удалось понять Шото, что будет дальше... Это их дело, моё повествование завершено, наверное...