Художник..

Донхёк был художником. Он любил рисовать. Пейзажи. Натюрморты. Всё что видит. Марк не помнит, когда в последний раз они вместе куда-то ходили. Вдвоём. За руки. Без скетчбука и карандаша. Хёк рисовал всегда. Рано утром. Днём. Вечером. Даже ночью, когда Марк хочет побыть с любимым вместе. Вскоре Минхёну это надоело, он пытался как-то отвлечь мелкого от его занятия; закрывал его творческую комнату на ключ; уводил его, за ранее не предупредив, куда-нибудь на природу... Но всё было бесполезно... *** Очередной унылый день, точнее вечер, а унылый он потому, что Хэчан снова не вылазит из этой грёбаной комнаты. А Марк стоит на кухне у плиты и готовит ужин. Лицо у него серьёзней некуда, потому что он хочет всё же на прямую спросить, что происходит. Наконец еда готова, младшего и не надо было звать, так как он сам пришёл на запах вкуснятины. — Ооо, моя любимая курочка! — Хёк быстро влетел на кухню и уселся за стол. — Донхёк, что происходит? —с серьёзным лицом сказал Марк, во время ужина за столом. —Почему мы так мало стали проводить время вместе? Мы уже с тобой не пара? — Ты о чём это? —в недоумении, с набитым ртом спросил Хёк. — Ты постоянно занят своими картинами, просто жить без них не можешь, —кладя вилку на тарелку сказал старший. — мне интересна причина, такой перемены в тебе. — Я просто занимаюсь своим любимым делом, ты имеешь что-то против? — Нет, но просто... просто... я так скучаю по прежним временам. Когда мы проводили почти каждую минуту вместе. — наклонив голову вниз произнёс Марк. — Прости меня, но сейчас мне нужно закончить ещё несколько картин для.. — Донхёк немного запнулся. — Для чего? —уже подняв голову спросил Минхён. — Для одного конкурса.. меня попросили поучаствовать, так как я очень хорошо рисую — после недолгой паузы вымолвил тот. — Надеюсь, что когда ты закончишь, то мы, наконец куда-нибудь выберемся вместе. Только ты и я. И ничего лишнего. — Конечно-конечно, я постараюсь закончить как можно скорее. И спасибо за ужин. — встав из-за стола сказал Донхёк и пошёл в свою комнату. — Жду с нетерпением. —Марк приободрился, ведь он так ждал, когда же его Хёки уже сможет уделить время не только картинам, но и своему парню. Помыв посуду и стерев со стола, старший пошёл в свою комнату смотреть сериал. И уже в какой раз в обнимку с подушкой. *** Через несколько дней Марк собрался в магазин за продуктами. Он уже стоял у входной двери и взяв пакет крикнул Донхёку, что ненадолго отлучиться в магазин. Тот, не отвлекаясь от рисования крикнул «хорошо», и Марк ушёл. Через минут 30 он пришёл обратно. Закрыл дверь. Снял верхнюю одежду и проходя на кухню крикнул младшему, что он купил пирожные, и пусть он приходит пить чай. Поставив пакет с продуктами, он позвал его ещё несколько раз, но тот не отзывался. Минхёна это насторожило, и он решил пойти в комнату Хёка. Открыв дверь, он увидел, что Хэчан лежит на полу. Краска была пролита, кисти разбросаны. Он быстро подбежал к телу его любимого и набрал номер скорой. Донхёк лежал без сознания, его руки были немного холодные, но слава богу, что он дышал. На глазах Марка скапливались слёзы, которые образовывали солёные дорожки на его щеках и капали на колени. Через минут 10 приехала скорая и немедленно забрала парня, Минхён поехал вместе с ним. Привезя в больницу? его повезли в кабинет на осмотр. Марк не находил себе место. Он не мог сидеть на месте и всё ходил по коридору туда и обратно. Через минут 7, из кабинета вышел врач. Минхён подбежал к нему и ждал, что тот скажет. — Парень проснулся, ничего страшного не случилось. —сказал доктор Пак. —Он не пропускаете приём таблеток? —Таблеток? —Марк в недопонимании посмотрел на доктора. Какие таблетки? Он мне ничего не говорил. Что с ним? — Разве вы не знаете? Кем вы ему приходитесь? — Нет, он мне ничего не говорил. Я его... его парень. —немного смущённо сказал парень, но было не до этого. — Парень значит, ясно. —немного ухмыльнувшись сказал мужчина. — Доктор Пак, вас срочно вызывают в 4 палату! —крикнула мед. сестра, посмотрев в нашу сторону. — Простите, но мне нужно бежать, если что, вы можете зайти в палату. —сказал доктор и побежал вперёд. Марк посмотрел в сторону доктора и зашёл в палату. Хэчан лежал под капельницей. Марк спокойно подошёл к кровати и сел на рядом стоящий стул. Хэчан, услышав шаги, приоткрыл глаза и увидел Марка. — Я.. я не хотел, про... прости меня.. —Донхёк посмотрел на парня и в уголках глаз собрались слёзы. — Ты о чём? Почему ты плачешь? —Марк вытер слёзы младшего своей рукой. —Я не хотел, чтобы ты видел меня таким. —Что происходит? Про какие таблетки говорит доктор? Ты что-то скрываешь ведь, расскажи, я в любом случае не брошу тебя, если ты думал об этом. —Минхён взял руку Хёка в свои ладони. — Я не хотел говорить тебе, но у меня рак лёгких.. А картины я рисовал из-за того, чтобы пробовать их и получать деньги, на которые я и покупал лекарства. Но в последнее время мне было всё хуже и этих таблеток было не достаточно, в больше денег у меня не было. — Почему ты мне с самого начала ничего не сказал? —сжимая руку Донхёка спросил Минхён, у которого тоже собрались на глазах слёзы. — Я не хотел, чтобы ты воспринимал меня как проблему или что-то типо такого, и чтобы ты не грустил из-за этого. — Какой же дурак, Хёк! —у Марка опять полились слёзы. —Какая проблема!? Ты что, совсем!? Ты думаешь из-за этого, я бы тебя бросил!? Почему раньше не сказал мне, придурок!? —уже повышая тон и не контролируя себя, выкрикнул старший и после положил голову на лежащего Донхёка. — Извини меня, пожалуйста. —Хэчан гладил Марка по голове. —Могу я сейчас поспать? Я очень устал. — Конечно. Ты обязательно должен выспаться. И всё будет хорошо. Хорошо... —Минхён поцеловал парня в губы и вышел из палаты. Он решил сходить домой, чтобы освежиться и потом придти обратно, возможно, разрешат где-нибудь тут и переночевать, потому что дома он уже точно спокойно не то чтобы спать не сможет, но и жить. *** Через полчаса Марк пришёл в больницу, но Донхёка в палате не было, он очень испугался. Парень подошёл к мед. сестре и спросил у неё. «Он в операционной» Эти слова заставили сердце Минхёна колотиться в несколько раз быстрее От волнения и страха. За любимого человека. Подойдя к операционной, он так же не мог спокойной сидеть и всё расхаживал от стенки до стенки. Через минут 50 вышел всё тот же доктор Пак. Он сказал, что всё прошло хорошо. Парень никогда не был так счастлив. Будто он сам был на этом операционном столе. Он плюхнулся на стул и вздохнул с облегчением. Уже было 20:27. Марк не решился идти домой и остался в больнице. Переспать ему было негде, так что он просто остался в коридоре, напротив палаты Хэчана, который спал после наркоза. Посидев ещё около часа, Марк стал засыпать, день выдался не из лёгких. *** Ночь. Крики людей. Суета. Марк не понимал, что происходит. Он только открыл глаза и увидел, что перед палатой Хёка стоят врачи и увозят его на каталке. Он пошёл за ними, до конца всё так же не проснувшись. Донхёка повезли опять в операционную. Марк стоял почти у самой двери и пытался хотя бы что-нибудь разглядеть. Через некоторое время вышел доктор. Да, да, всё тот же доктор Пак. — Всё хорошо? —Марк не медля спросил его. — Его сердце не выдержало прошлой операции. Ночью ему стало плохо. К сожалению, его никак не смогли спасти. Мы сделали всё возможное. —погладив плечо Марка врач пошёл дальше. Минхён упал на колени. Слёзы лились рекой. Он стиснул зубы и стал бить кулаками об пол. Он не мог признать, что это всё - правда. Что его солнце жизни больше не с ним. Что он не сможет его больше обнять. Поцеловать. Взять за руку. Просто посмотреть в его тёмно-карие, бездонные глаза. Как же он хотел проснуться от этого кошмара. *** Прошло несколько часов, и Марк пришёл немного в чувство. Он медленно вышел из больницы и направился домой. Когда пришёл, он не стал раздеваться и зашёл прямо так. Первым делом он зашёл в комнату Донхёка, в которой он провёл всё последнее время. Там было очень много картин, они были правда красивые. Он стал их разглядывать. Каждый мазок. Каждую деталь. И тут он наткнулся на очень интересную картину. На ней были нарисованы они. Держащиеся за руки, и идущие куда-то. На лице появилась небольшая улыбка. Он перевернул картину, и там была записка. В ней было написано это: ” Эту картину я нарисовал на нашу годовщину. Целых 2 года вместе, я так счастлив, что нашёл тебя. Пишу я эту записку не просто так. Дело в том, что у меня уже давненько обнаружили рак лёгких, но сказать об этом я боюсь. Не хочу, чтобы ты грустил из-за этого. А картины я рисую для того, чтобы продать их и купить на эти деньги лекарства. Если ты читаешь эту записку, то, скорее всего меня уже нет. Но я всегда буду с тобой рядом. В твоём сердце. Как бы это банально не звучало. Всё это время когда я рисовал картины... Я всегда думал о тебе, я очень хотел побыть с тобой, но денег не хватало на лекарства, и нужно было работать целыми днями. Прости меня за всё плохое, что я тебе возможно сделал. И помни главное. Я люблю тебя, Минхён! Ты лучший человек, которого я встречал, спасибо тебе за всё. И прости за все эти разводы на бумаге. Вроде как я всё сказал на прощание. Никогда не забывай меня. И ещё раз, люблю тебя, дорогой. Твой лучик света, Хёки~ „ Марк встал, вытерев слёзы, и взял эту записку себе. Картину отнёс в спальню и повесил на стену. *** Годовщина должна была быть ровно через неделю. Всего каких-то 7 дней. Но всё пошло по наклонной вниз. И эту годовщину парень справлял один. Сидя на кухне, с тортом на столе и разговаривал, будто с Донхёком. После своего монолога он отрезал кусок торта, себе и любимому. Выпил чай и пошёл на могилу. Там оставил цветы и лакомство. А так же записку: ” С годовщиной, Хёки~ Люблю тебя! „