Гроссмастер

— Всем стоять! Работает ППК*! — раздался громкий голос после того, как дверь в притон подорвали термитной взрывчаткой и внутрь завалился спецназ ППК. —…Лапы в стороны, морды в пол!.. —…Лежать! Лежать, я сказал!.. —…Наркотики, оружие… о… проститутки! Все как и было сказано!.. —…Кончай базар! Наручники!..       … и так почти беспрерывно. Голоса офицеров спецназа ППК перемешивались, создавая непередаваемую и по-своему уникальную какофонию звуков. Кое-где крики перемешивались со звуками бластерного огня, а кое-где матерными конструкциями на самых разных языках.       За вполне обыденной для этих мест картиной в этот момент наблюдали трое. Все они, одетые в плащи цвета хаки, наблюдали за тем, как спецназ врывается в очередной бандитский притон. — Учитель, что мы здесь делаем? — подала голос Таллисибет, убрав бинокль и посмотрев на учителя. — Я подумал, что тебе будет полезно посмотреть, как работает Подземная полиция Корусанта, — сказал Виктор, не отрываясь от наблюдения. — Учитель, вроде бы все? — Да. Сработали чисто. В кои-то веке, — пробурчала мастер Реус и подняла руку с комлинком. — Лейтенант, мы идем. — Понял. Ждем, — раздался оттуда голос, и мастер Реус сунула бинокль в подсумок. — Ну, детки, — хмыкнула она, бросив взгляд на Виктора и Талли, — нам пора. — А почему мы не участвовали в штурме? — спросила Таллисибет, спрятав свой бинокль и поправив плащ. — За мной! — приказала мастер Реус и спрыгнула вниз. Виктор и Талли, переглянувшись, так же последовали за ней. Пролетев метров двадцать, они приземлились в грязном переулке, к которым, впрочем, Талли уже привыкла. — Дело в том, Таллисибет, что не каждая облава нуждается в джедае в качестве поддержки. Кто бы что не говорил, но в Подземной Полиции служат профессионалы, — ответила Килливайн, выпрямившись. — Вы хотели сказать очень ревнивые профессионалы, — хмыкнул Виктор. — Именно. Им очень не нравится, когда «кто-то сверху» тянет на себя одеяло. — Тянет одеяло? — переспросила Талли, осматриваясь. — Именно. Они презирают силовиков сверху, считают слабаками. К нам относятся получше, но тут есть свои сложности. Существуют негласные правила поведения, которых мы придерживаемся здесь и в подобных мирах, — сказала Килливайн, идя по узким и грязным улочкам уровня. — Например, обычно мы даем наводку местным копам, а они работают. Мы же вмешиваемся только если необходимо. — Но это же глупо! — воскликнула Талли. — Нет, Талли. Это — политика, — покачала головой Килливайн, продолжая неуклонно продвигаться по только ей известному маршруту. — Но ведь один джедай вполне может справиться с десятком бандитов! — не сдавалась Таллисибет. — Ты права. Но зачем вмешиваться, если ты вполне способен передать часть своих полномочий местным? — спросил Виктор с полуулыбкой. — Или еще хуже, своим вмешательством оскорбишь их? — Оскорбишь? — удивленно спросила она. — Именно! Запомни, Талли. Нас недостаточно даже для того, чтобы контролировать Корусант, не говоря уже об остальных планетах. Мы появляемся лишь изредка и только по самым важным случаям. В остальное же время именно местные органы правопорядка сохраняют относительную законность. И не важно где: на нижних уровнях Корусанта или на Альдераане. И к ним нужно относиться с уважением и пониманием. Не принижать себя, — особо подчеркнул он, — но и относиться к их службе и негласным правилам со всей серьезностью, — Поэтому мы идем медленно? — вдруг спросила Талли, которая за эту неделю поняла, что ее мастера никогда просто так ничего не делают. Особенно, если это что-то странное. А то, что они до сих пор плелись по переулкам, хотя могли очень быстро добраться до притона, ни чем иным как странностью она назвать не могла.       «Запомни, Талли. Все странности имеют свое объяснение» — вот принцип, который вбивал в нее учитель. Он раз за разом, будь то тренировка или просто беседа, говорил ей о том, чтобы она анализировала даже самую мелкую деталь, самую маленькую нестыковку или странность, не отбрасывая ее за ненадобностью. Ведь у каждой подобной нестыковки есть причина, которая, порой, является ключом к разгадке головоломки. — Именно, — удовлетворенно кивнул Виктор, после чего поравнялся с ней. — Именно поэтому мы сейчас идем, а не бежим. Пока мы дойдем, они закончат первичные следственные мероприятия, и у нас будут предварительные результаты, — сказал учитель, неотрывно следуя за гроссмастером, по связи с которой Талли уловила одобрение.       Дальше шли молча. Талли то и дело поправляла капюшон, который прикрывал ее лицо, и старалась незаметно поправить подкладку под тканевой броней, которая немного натерла подмышки.       Они уже неделю находились здесь, и все, чем они занимались все это время — слежка и сбор информации. Мастер Реус напала на след торговцев оружием и собиралась прижучить недобросовестных снабженцев из планетарного гарнизона. Задание, насколько Талли поняла, было получено лично от магистра Джиита, так что отнестись к нему необходимо было со всей серьезностью.       Несмотря на то, что она уже несколько месяцев шла по пути Стража, встретится с магистром Джиитом ей так и не удалось. В последнее время его постоянно не было на Корусанте или он оказывался слишком занят, так что учитель решил с этим не спешить. — Скажите, гроссмастер, — сказала Талли, когда они прошли очередной переулок, — почему именно этот… притон? Мы же за эту неделю выявили почти десяток?       Что да, то да. Всю эту неделю они втроем мотались из одной части Нижних уровней в другую, наблюдая за криминальными элементами, их передвижениями и действиями. Все это сопровождалось краткими лекциями о том, кто чем занимается на Нижних уровнях столицы и какие существуют здесь порядки. И почему-то Талли казалось, что тут речь идет о чем-то большем, нежели просто охота за «уплывшими» на черный рынок бластерами. — Видишь ли. Есть очень слабый «сигнал» от одного знакомого мандалорца, что плотно работает с мастером Арлиганом Зеем. Говорят о том, что на планету проникли террористы-сторонники КНС. Ну я и решила совместить нашу ознакомительную прогулку и поиск недобросовестных торговцев с их поимкой. Что касается того, почему именно этот притон… — мастер Реус вздохнула, остановилась и осмотрелась. — Дело в том, что эта банда уже была замечена в сотрудничестве с представителями сепаратистов. Но до сегодняшнего дня речь шла только о контрабанде. Это достаточно просто контролировать. Теперь же все поменялось. Оружие — это серьезно, — сказав это, Гроссмастер пошла дальше, а за ней и они с учителем. — Это, конечно, не стопроцентная гарантия, может мы и не найдем ничего связанного с террористами, но это лучше, чем ничего, — пожала она плечами так, что даже из-под плаща это было понятно. — Все равно не понимаю. Если мы все про всех знаем, то почему мы их не арестовываем? — спросила она учителя. — Проблема в том, что так нам удается контролировать криминал, — ответил он, то и дело осматриваясь. — Даже если мы перебьем всех тех, кто занимается незаконной деятельностью, истребить криминал — невозможно. А так, зная, кто и что делает, можно их контролировать, чтобы никто не наглел сверх меры, — пояснил ей учитель. — Я как-то не думала о том, что наша работа настолько… ну… не такая как у других, — честно призналась она своему учителю, немного расстроенная. — Увы, разумные всегда будут делать незаконные вещи, Талли. И всегда будут те, кто будет предоставлять незаконные услуги. Именно поэтому я был против твоего столь раннего погружение во все «это», — сказал он, обведя взглядом очередной грязный переулок, где лежали несколько то ли трупов, то ли просто спящих разумных, на что Талли ничего не ответила. Лишь бросила взгляд на лежащие горки из лохмотьев и вздохнула.       К этому Талли тоже привыкла. В первый день она хотела оказать помощь точно такому же «телу», но тот явно не оценил этого и цапнул ее за руку и… чего он хотел сделать, Талли так и не узнала. Благо, она не запаниковала и вмазала лежащему в переулке забраку-пьянчуге со всей силы, после чего тот просто отрубился. Учителя потом, правда, очень долго ругались. Просто потому что они, конечно, ее заранее предупредили об опасности, но она решила помочь. И сейчас, слушая учителя, понимала, что путь, на который она согласилась вступить, действительно, может и не сложнее путей консулов или защитников, но… он другой. И этим все было сказано. — Учитель, не волнуйтесь. Это даже хорошо, что вы меня взяли с собой, — сказала она, когда в конце одной из улиц показалось полицейское оцепление. — И чем же? — спросил Виктор. — А тем, что в шестнадцать я не буду такой наивной, как некоторые из наших консулов, — весело заметила она, чем вызвала улыбки и у Виктора, и у Киливайн. — Ты главное не зазнавайся, хорошо? — посоветовал ей учитель, на что она кивнула. Правда, разговор пришлось прекратить. Они дошли до оцепления. — Стой, кто идет! Пароль! — закричал стоящий в оцеплении коп, когда они подошли к месту облавы. — Нексу. Ответ. — Банта, — кивнул полицейский и отошел в сторону. — Мастер Реус, — к ним вышел офицер Подземной Полиции, одетый в обычное облачение этой структуры, состоящее из герметичного бронекостюма и маски, — я так понимаю, сегодняшней облавой мы обязаны вам? — Лейтенант Филлу. Я тоже рада вас видеть, — сложно было не уловить иронию в ее голосе. — Всегда поражался тому, как джедаям удается узнать людей даже под масками, — покачал головой лейтенант. — Рад видеть вас, мэм. А кто вас сопровождает? — Это — рыцарь-джедай Виктор Турин. Тоже следователь. Его падаван — Таллисибет Энвандунг-Эстерхази. — С рыцарем Турином мы знакомы, — сказав это, лейтенант протянул руку. — Как вы, сэр? Как рука? — Фантомных болей больше нет, но пришлось нацепить протез. Я тоже рад видеть вас, лейтенант, — пожав руку Филлу, с которым он преследовали Ксизора, сказал Виктор. — Рад, что вы вновь в строю, — кивнул он и вновь посмотрел на Килливайн, — вы доставили немало хлопот моим людям, мастер. Но мы не в обиде. — Надеюсь, улов стоил вашего беспокойства? — Да, улов что надо. Взгляните, — сказав это, он позвал их за собой внутрь помещения.       Внутри помещение выглядело даже хуже того, как Талли представляла себе бандитский притон. Несмотря на то, что все они использовали технику глубокого дыхания, позволяющую дышать в агрессивной среде, запах и духота делали пребывание здесь не самым приятным занятием. Грязный пол, следы биоактивности, крови и другие признаки того, что жили здесь очень нечистоплотные «разумные», лишь дополняли картинку. А еще, пока они шли по узким коридорам вглубь здания, мимо них провели скованных по рукам и ногам полуголых девиц: людей, твилечек, наутоланок… и еще нескольких видов. Рассматривая их, Талли не могла понять, что она чувствует: жалость или брезгливость? — Не жалей их, Талли, — вдруг сказала мастер Реус, — большинство из них здесь добровольно. Не от хорошей жизни, конечно, но это их выбор, — мастер Реус шла вперед, краем глаза посматривая за ней. — И запомни. Никогда не доверяй проституткам. Это мой тебе совет, — после чего она обернулась, и в этот момент они вчетвером вошли в довольно большую комнату, заставленную ящиками явно с армейских складов. Во всяком случае, судя по маркировке, они были со складов 1-й Секторальной Армии. — Бааа. Кого я вижу! — с излишней жизнерадостностью сказал Виктор. — Да это же сам Кар Аффа! — Ты его знаешь? — спросила мастер Реус, с научным любопытством разглядывая стоящего на коленях викуэя, которого копы уже успели хорошенько побить. — Естественно. Как я могу не знать столь уважаемого торговца оружием. Вот только, помнится, тебя, родной, отпустили на поруки какого-то твоего родственника, после того, как один друг помог мне тебя повязать. И вот ты здесь. Тц-тц-тц, — пощелкал он языком, — нехорошо получается. — Я тут ни при чем, — хрипло пробурчал Аффа, мужчина-викуэй средних лет. — Ага. А партия барадиевой взрывчатки, которые используют клоны, тоже не твоя, да? — спросил его лейтенант и ударил коленом по морде. — Отвечай, су… — Филлу! — окрикнула его Килливайн, не желая слушать брань. — Отдай-ка его нам. Зачем тебе хлопоты? — В самом деле, Филлу. Мы быстренько с ним разберемся, — поддержал учителя Виктор, — пять минут и все узнаем. — Как скажете, — пожал он плечами и пошел на выход. Но, обернувшись, бросил: — Вы это, хотя бы вид сделайте, что соблюдаете его права, — и вышел. — Кто бы говорил, — пробурчал Виктор и посмотрел на викуэя. — Ну что, Аффа? Как мне с тобой поступить, а? По-хорошему или по-плохому? — встав перед ним на корточки, спросил Виктор. Тот, встряхнув головой, поднял взгляд на джедаев. — Меня все равно грохнут. Так какая разница, сейчас или потом? — задал он вопрос, усмехнувшись. — А может и не грохнут, — возразил ему Виктор. — Ты же знаешь, что есть программа защиты свидетелей. За сотрудничество, но честное и полное, я вполне мог бы тебя туда устроить, — пожал плечами он. — Тем более, что ни торговля спайсом, ни убийства за тобой не числятся. — Сильно же вас приперли, если такими предложениями швыряетесь, — хмыкнул Аффа. — Ладно уж, — сказал он, подвигав болящей челюстью, — только местным костоломам не отдавайте. Они мне и так уже все ребра выбили. — Не дави на жалость, Аффа, — добавил в голос немного угрозы Виктор, — лучше колись, для кого делал заказ? Для кого взрывчатка? Я вот смотрю, — достал Виктор датапад, куда скинули результаты обыска, — партия хоть и значительная, но не такая большая, как обычно. Точно не то количество, которым ты обычно промышлял. — Да появились тут какие-то залетные, — сказал Аффа, опустив голову, — вышли на меня, предложили тройную цену за партию. Не из нашей братвы, точно, — покачал он головой, — ну и… — Можешь опознать заказчика? Ну и всех тех снабженцев, у кого взрывчатку покупал? — спросила мастер Реус, краем глаза наблюдая за тем, с каким интересом осматривается Талли. — Могу, — криво усмехнулся он. — И с чего это ты такой покладистый, а? — вдруг спросила мастер Реус. — А не хочу под расстрел идти по статье «терроризм», — весело, с кривой ухмылкой ответил он. — Ого. Думаешь, что это не простые уголовники, а террористы? И почему же? — спросил Виктор, поднявшись на ноги. — Да вот уж больно они на нормальный такой армейский спецназ похожи, — вновь усмехнулся он, — были бы из местных шишек, хрен бы вам, а не ответы. Но я слишком хорошо помню, какой нам ад устроили после того как в ваш храм Йинчорри пробрались. На целый год все встало, — вздохнул викуэей. — Так, — задумчиво протянул Виктор, — сейчас вспоминаешь подробности и записываешь. Чтобы в течении часа управился. Пока посидишь в местном обезьяннике, а завтра за тобой прилетят из центральной тюрьмы и ты исчезнешь. Ясно тебе? — Ясно, — кивнул он и хмыкнул, — спасибо, начальник. Знал, что на тебя могу положиться. Все расскажу. — Ну-ну, посмотрим, — сказав это, Виктор обернулся и поднес руку к комлинку. — Лейтенант, мы закончили. Он готов сотрудничать, — Виктор посмотрел на викуэя. — Но смотри Аффа. Если что не так… — Расслабься, начальник. Я может… новую жизнь хочу начать, — явно издеваясь, оскалился уголовник. — Ты нас за идиотов-то не держи! — прекратил Виктор этот балаган. — Ты викуэй опытный. Знаешь ведь, что не на курорт поедешь? Тебя ждет колония-поселение в Диких Территориях. И права выезда у тебя тоже не будет. — Знаю. Но это лучше, чем получить заряд бластера, — улыбнулся он, после чего в комнату вошли полицейские и вывели его наружу. — Как-то вы слишком мирно с ним обошлись, — заметила Талли. — Что, думала, я при тебе буду заниматься потрошением? — весело спросил Виктор. — Рано тебе еще такое смотреть. А так… легкое внушение, обрисовка альтернатив — и вуаля. — Аффа парень не глупый, — добавила мастер Реус, — понимает, что даже без статьи «терроризм» за воровство с армейских складов с ним разберутся очень быстро. И в этот раз никакие «родственники» не отмажут, — особо отметив это слово, сказала мастер Реус. — Так что он получил максимум в его положении и будет так же честен. Но запомни. Внушение — лишь вспомогательный инструмент, утверждающий разумного в правильности его выбора. Но сам выбор должен сделать он сам. — Именно этим мы отличаемся от ситхов? — задала Талли немного провокационный вопрос с хитрой ухмылкой. — Нет, — улыбнулась мастер Реус, — правильный ситх будет поступать так же, как и мы. Да, он может с применением темной стороны сломать объект внушения. Но… какая ему от этого польза? Боль и страх обеспечат лишь кратковременный всплеск силы, после которого все вернется на круги своя, — пожала она плечами. — На самом деле разница лежит в том, что свет — всегда про выбор. Даже так, мы не ломаем его волю. Мы можем подтолкнуть человека к чему-то, но в итоге он сам принимает решение о собственной судьбе, — мастер Реус вздохнула. — Но… ведь это же… м-манипуляция, — пробормотала Таллисибет, опустив голову и ожидая упреков, но учителя лишь улыбались. — Хорошо, что ты это понимаешь, — сказал он, вздохнув. — Вся наша жизнь — сплошная манипуляция. И часто перед нами есть лишь небольшой выбор. Слегка подтолкнуть разумного к решению, которое устроит всех, или же оставить все как есть, не добившись никакого результата. Именно этим и опасен Путь Стража. Мнимой властью и вседозволенностью, — вздохнул учитель. — Грань тонка, Талли, — сказала мастер Реус, подняв собственный сжатый кулак. — Не успеешь моргнуть, как начнешь получать удовольствие от всего, что творишь. Это ведь так соблазнительно — держать в собственных руках жизни других, — при этом мастер Реус смотрела на свой кулак, в котором словно и в правду была чья-то жизнь. Но затем она опустила его и выдохнула. — У нас больше полномочий. Больший доступ к знаниям. Но в то же время, на нас лежит большая ответственность, — сказав это, мастер Реус посмотрела на Виктора. — Есть что-то? — Сейчас посмотрю, — сказал Виктор и достал свой датапад. — Хм. Начали появляться протоколы допросов. — Отлично. Если все сделано правильно, то информация от Аффы станет еще полнее, — кивнула Киливайн. — Не слишком ли дорого вы заплатили за такую неточную информацию? — продолжала допытываться Талли, оставив в сторону размышления о только что сказанном, но мастера лишь довольно переглянулись. — Учитывая то, что сейчас Аффа сдаст нам чиновников планетарного гарнизона не самых маленьких званий и пару-тройку банд в придачу, а те, в свою очередь, сдадут еще кое-кого, а другие еще кого-то и так далее, то в самый раз, — сказал учитель, на что Талли кивнула. Она смотрела записи допросов, в том числе и с применением силы и понимала, что есть множество способов для развязывания языка. — К тому же, возможно, нам придется предотвращать теракт или какую-то диверсию. Потому что, судя по тому, что тут написано, — Виктор постучал по своему датападу, — партия взрывчатки уже ушла заказчику. — Что, при пересчете украденного не досчитались пары ящиков? — спросила Килливайн, взяв из его рук датапад. — Не пары. Двух десятков ящиков с барадиевыми зарядами, — пробурчал Виктор. — Крифф, — тихо выругалась мастер Реус, — надеюсь, что еще не поздно их перехватить. — Думаю, что поздно. По показаниям бандитов, ящики ушли два дня назад. Где они, пока не известно, — пожал плечами Виктор, на датапад которого скидывалась вся оперативная информация, получаемая от взятых уголовников. — Так, значит ждем информации от Аффы, — резюмировала Киливайн и посмотрела на Талли. — Сейчас найдем хорошую крышу и там пообедаем, — после чего, сообщив лейтенанту Филлу, что они уходят, но будут поблизости, пошли на выход. Талли уже не удивилась поведению своих мастеров. Она сама понимала, что без полной информации, изложенной максимально подробно, они ничего не смогут выяснить. И лучше подождать час и занять его полезными делами, нежели волноваться по тому или иному поводу.       Обед, на который они устроились на крыше заброшенного жилого комплекса, состоял из стандартного армейского пайка, в который входили в основном протеиновые и витаминные концентраты. — Ничего, к этому быстро привыкаешь— сказал ей тогда учитель и она, действительно, постепенно привыкала. Да, в храмовой столовой тоже их не баловали, но там на столе всегда присутствовали может и простые, но вкусные и питательные блюда, сделанные из натуральных продуктов. И такой переход к пайкам ВАР (а пайки ведь тоже бывают разными) был непривычен. Но Талли терпела. Терпела и привыкала. Она вообще очень многое узнала о том, что ее окружает.       И каждый раз, анализируя увиденное, она задавалась вопросом: сможет ли она стать такой же, как ее учителя? Как Виктор Турин? Киливайн Реус? Или… сам Терра Сайнубе, о котором, порой, говорили такое, что у Талли глаза на лоб лезли! — Не волнуйся, — из раздумий ее вывел голос гроссмастера, — ты талантливая девочка, кто бы что тебе не говорил. Поверь мне, ты многого добьешься, — после чего мастер Реус вернулась к еде, а учитель Турин подмигнул ей. Талли же, улыбнувшись, отправила в рот очередной протеиновый квадратик. Надо бы поднапрячься в ментальных. А то не голова, а проходной двор, — подумала она и не заметила, как ее учителя вновь улыбнулись.       Так и сидели на крыше заброшенного дома, поедая свой заслуженный перерыв, пока, наконец-то, на датапад Виктора Турина не пришло долгожданное сообщение.