Гроссмастер

      Джаллера Обрима можно было отнести к той не такой уж и редкой, как могло показаться, категории полицейских, кого называли честными копами. Безупречная репутация и послужной список во время службы вначале в Страже Сената, а затем и в Полиции Корусанта обеспечили ему медленный, но стабильный карьерный рост.       Неизвестно, кто предложил поставить его во главе Антитеррористического подразделения Корусантских Сил Безопасности, однако на новом месте он освоился довольно быстро.       А ситуация на Корусанте складывалась весьма паршиво. В последнее время на планету то и дело стали проникать диверсионные группы КНС, которые повадились устраивать взрывы на военных и гражданских объектах. До поры Корусантскому антитеррору удавалось купировать последствия, однако география терактов расширилась, и Обрим был вынужден обратиться к своим знакомым из спецназа.       Сейчас он, одетый в неприметные одежды, ехал на общественном флаере к кантине Квиббы Хатта в районе Ускру, где «гастролеры» обустроили свой временный штаб. Ехал он к ним с не очень хорошими новостями. Их, мягко говоря, неформальным расследованием заинтересовались в Корусантской прокуратуре. И ладно бы это был простой запрос. Все было гораздо хуже.       Спустившись с флаера, Обрим направился прямо к входу в кантину. Наметанным взглядом он заметил нескольких переодетых в гражданское клонов которые, впрочем, не обратили на него внимания, поскольку были предупреждены о визитере. Не обращая внимания на бойцов, он прошел наверх, в комнату, где сводная группа спецназа ВАР обустроила свой штаб. — Приветствую вас, господа и дамы, — поздоровался он, переступив порог комнаты и по полицейской привычке фиксируя в памяти тех, кого увидел. — Мы тоже рады тебя видеть, Обрин, — ответил за всех крепкий старик, рядом с которым расположились двое клонов в гражданском. Видимо, командиры отрядов «Омега» и «Дельта», Найрен и Босс. Кроме того, в комнате присутствовали еще и двое джедаев, мужчина и совсем молоденькая девушка. — Однако оставим любезности. Я так понимаю, что случилось нечто экстраординарное, раз уж ты рискнул прийти сюда. — Именно, — кивнул шеф Обрим, как его называли подчинённые, и подошёл к столу, — дела приобрели неожиданный оборот, Кэл. Одна из партий взрывчатки, которую вы должны были сбагрить террористам, была перехвачена подземной полицией. — Что? И кто же их навел? — спросил, видимо, Найнер, подавшись вперед. — Понятия не имею, но насколько могу судить, дело курирует Корусантская прокуратура. Более того, мой знакомый из подземной полиции утверждает, что в деле замешаны джедаи. — Джедаи? — удивленно спросил Кэл Скирата, бросив взгляд на «своих» джедаев. Неофициально именно он был руководитель этой операции. Операция проходила под патронажем БСО ВАР и лично ее главы, мастера-джедая Арлигана Зея, так что присутствующие не боялись проблем с законом. Вот только она была абсолютно незаконной и осуществлялась в обход всех процедур согласования, что, с одной стороны было оправдано коррупцией в силовых структурах и необходимостью в быстрых действиях. Но с другой стороны, это могло привести к огню по своим, чего все они хотели избежать. — Нам ничего об этом не говорили, — спокойно заметил Бардан Джусик, рыцарь-джедай и, формально, старший джедай на миссии, который однако полностью уступил руководство Скирате. — И не должны были, — вдруг они услышали наполненный иронией женский голос и посмотрели на дверь. В проеме стояла женщина с натянутым на голову капюшоном, одетая во вполне стандартный джедайский плащ коричневого цвета. Вот только из-под капюшона была видна нижняя половина лица и губы, накрашенные зеленой помадой. — Мастер Реус? — удивленно воскликнул Бардан, а вошедшая скинула капюшон. На присутствующих с прищуром смотрела весьма миловидная дама с зелеными глазами. Вот только по ее взгляду было видно, что женщина очень и очень зла. — Так-так-так, какая любопытная компания. Опальный мэндо, двое клонов-коммандеров, начальник корусантского антитеррора и два джедая, — сказав это, Килливайн почему-то задержала взгляд на девушке, из-за чего по ее телу пробежали мурашки, но быстро вернулась к присутствующим. — И в добавок ко всему, вся кантина заполнена ЭРК-клонами. Прямо какой-то заговор, не иначе! — она очень неприятно усмехнулась. — Что же. Представлюсь тем из вас, кто обо мне не слышал. Мастер-джедай Киливайн Реус. По принятой в ВАР классификации званий — старший генерал-джедай! — как только она это сказала, оба клона выпрямились, что не скрылось от присутствующих в комнате. — В данный момент уполномоченный джедай-следователь по делу о террористических ячейках КНС на планете. Гордитесь, господа. Вы своими художествами привлекли внимание Высшего Совета Ордена, — в словах мастера Реус невозможно было не уловить ядреный сарказм и, что самое неприятное, сильное раздражение, почти что злость. — А… собственно… чем мы обязаны вашему визиту, мастер… Реус? — взяв себя в руки, спросил Скирата, пока оба джедая находились в прострации от замаячивших перспектив разборок даже не с мастером Зеем, их начальником, а Высшим Советом! — Убийства, похищения, склонение к сотрудничеству действующего агента республиканского казначейства… мне продолжать? — приподняв одну из бровей, спросила Килливай. — Но… Бесанни сама согласилась нам помочь! — подала слабый голосок девушка-джедай, чтобы сразу сникнуть под тяжелым взглядом Киливайн. Бесанни Веннен являлась агентом службы аудита Казначейства Республики, которая, однако, согласилась им помогать по каким-то своим мотивам. — Значит, остальное вы не отрицаете, — усмехнулась мастер Реус. — И вообще, перед тем как говорить, следует представиться, рыцарь, — иронично сказала она, а джедай проглотила ком в горле. — Рыцарь-джедай Этейн-Тур Мукан, — представилась она, затравленно всматриваясь в лицо Килливайн, то и дело бросая взгляды на присутствующих Скирату и Найрена.       «Видела ее дело. Девятнадцать лет. Вроде и не сильно младше Виктора, а ведет себя как соплячка. Консул, каким-то неведомым способом попавший на фронт. Сила Великая, дай мне терпения! Да даже Таллисибет ведет себя серьезнее, чем эта… эта…соплячка!», — подумала Килливайн и выдохнула. — С вами, рыцарь-джедай Этейн-Тур Мукан, я поговорю отдельно, потому что то, что я вижу… кхм… впрочем, это потом, — Килливайн замолчала, а глаза Этейн расширились от удивления и страха. — Рыцарь Джусик, потрудитесь обьяснить, какого сарлакка вы не доложили магистру Мике Джииту и Совету Первого Знания о том, что принимаете участие в… по факту в контр-терорристической операции без согласования со службами правопорядка? — Но… мастер Зей… — Бардан был в шоке. Он слышал о мастере Реус, но еще больше он слышал о ее учителе, мастере Терре Сайнубе, который хоть формально и был на покое, но по факту имел весьма внушительные связи в КСБ. Да и сама Раус была опытным оперативником, на счету которой десятки раскрытых дел по всему пространству Республики и не только. — Мастер Зей — глава армейского спецназа, а не контрразведки и уж тем более полицейских сил Корусанта. И он и вы должны были сообщить о том, что происходит, а не… — Килливайн замолчала, но бросила красноречивый взгляд на Обрима и Скирату. — Кстати, шеф Обрим. Вынуждена сообщить, что вас ждет дисциплинарная комиссия за то, что вы прошляпили пять терактов, и за попытку решить проблему, не привлекая внимания других структур. Это стоило жизни многих гражданских и клонов, и я надеюсь, у вас найдутся достойные оправдания, иначе я вам не завидую, — сказала она, а Обрим резко погрустнел. — Я могла бы похвалить вас, Скирата за то, что вы пришли на помощь другу и смогли при этом использовать немаленькие ресурсы, но не буду. Радуйтесь, что мастер Оби-Ван Кеноби просил за вас. Иначе вас ждала бы судьба Вэлона Вэу! — Что? Что с Вэлоном? — спросил Скирата, подавшись вперед. Сейчас он остро жалел о том, что вообще согласился на просьбу Обрима. Ведь был прекрасно осведомлен о том, что все это является абсолютно противозаконной авантюрой. — Он арестован за покушение на убийство сотрудника Центра снабжения Великой армии Республики Вины Джисс… — Но Винна Джисс предательница! — не выдержал Найнер, но замолк под тяжелым взглядом Килливайн. — Напомни-ка мне, клон, что сказано в полевом уставе ВАР по поводу убийств гражданских? — спокойно обращается она к нему, при этом прожигая недовольным взглядом. «Найнер, он же РК-1309, командир отряда «Омега». Неплохой боец и командир, но верен не Республике, а Скирате, который был его инструктором» — вспомнила Килливайн краткую выжимку досье, которое она прочитала перед тем, как придти сюда. — Убийство гражданского является тяжелым нарушением армейской дисциплины. Виновный военнослужащий подлежит аресту и передаче военно-полевому суду, генерал, мэм! — заученно оттарабанил клон и повинно повесил голову. — Ну вот, ты все и без меня знаешь. Так скажите пожалуйста. Почему вы и вы, РК-1138 «Босс», будучи офицерами ВАР, до сих пор не арестовали присутствующих здесь разумных? — спросила она, прищурившись. — Это касается, кстати, и вас, рыцари Джусик и Тур-Мукан. Впрочем, можете не отвечать. Арлиган Зей уже вызван в Храм для дачи объяснений Высшему Совету, — Бардан Джусик заметно посмурнел. — Я ничего не имею личного против вас, рыцарь Джусик, или вашего учителя, но есть правила, которым мы все должны следовать. Так что готовьтесь, после выполнения этого задания вы вернетесь в Храм и будете отвечать вместе с ним, — сказав это, она заметила удивление на лицах клонов. — То есть, мэм, задание продолжается? — озадаченно спросил РК-1138 «Босс». — Естественно, — пожала она плечами. — У вас просто сменилась крыша, — усмехнулась она, — теперь ваше задание является легальным, но секретным. А вас, Шеф Обрим, ждет дисциплинарная комиссия КСБ. Я вас не задерживаю, — бросила она в лицо шефу корусантского антитеррора и тот, кивнув, вышел из комнаты, — а всех остальных я вновь предупреждаю, что любая противозаконная деятельность должна быть подтверждена мной. Это ясно? — задав вопрос, она провела взглядом присутствующих. — Так точно, мэм, — вытянулись клоны, а остальные кивнули. — Что же. Раз уж мы разобрались с ситуацией, можно приступить. Дело в том, что, как это не парадоксально, но у нас с вами появились общие цели, — мастер Реус подошла к столу и положила на него голопроектор. — Появилась возможность не просто ликвидировать террористическую сеть КНС, — она многообещающе усмехнулась, — возможно, нам удастся схватить за яйца кое-кого из сенаторов. — Сенаторов? — удивленно спросил командир отряда Дельта. — Именно, солдат. Как это ни прискорбно, но коррупция и казнокрадство в Сенате цветут и пахнут. И нам в ближайшее время предстоит их немного подсократить. — Каким образом? — с готовностью спросил Скирата, который знал немного больше о системе принятия решений, из-за чего не особо паниковал. Видя его спокойствие, в руки себя взяли и остальные участники совещания. — Ваше задание не меняется. На вас по-прежнему остаются террористы. Однако, я бы хотела, чтобы вся информация о связях торговцев оружием и террористов поступала вот по этому электронному абонентскому ящику, — сказав это, она активировала последовательность букв и цифр. — Но… в чем смысл? — не выдержав, спросила Этейн, за что вновь удостоилась прищуренного взгляда в котором было… то ли презрение, то ли жалость. Увы, но использовать эмпатию не получалось. Мастер Реус абсолютно себя контролировала. — Неужели все здесь присутствующие настолько наивны, чтобы даже предполагать, что обычный клерк Винна Джисс была способна самостоятельно организовать торговлю боеприпасами армейского образца? — Задание было зачистить террористов, — вступился за своих Скирата, — о расследовании коррупции речи не шло. — Но теперь речь идет именно об этом. Вы хоть представляете, сколько клонов гибнет банально из-за того, что до них не доходит положенное им снабжение? — спросила она, но тут же выпрямилась и скрестила руки на груди. — Хотя, кому это я говорю? Вы же спецназ, недостаток боеприпасов и снаряжения никогда вас не волновали… — Это не так, мэм! — возразил Босс. — Мы часто попадали в такие же ситуации! — и удостоился прищуренного взгляда Скираты. В отличие от присутствующих, он понял, что это была детская ловушка, направленная именно на присутствующую в комнате молодежь, клонов и Этейн Тур-Мукан. Примитивнейшая реверсивная психология, но от этого не менее действенная. — Если это так, РК-1138, то вы тем более должны понимать важность не только уничтожения террористов, но и борьбы с коррупцией, — сказав это, Килливайн наконец-то заметила изменения в атмосфере комнаты. Вместо замешательства и уныния, желание доказать свалившемуся на их голову джедаю то, на что они способны. — Что же. Вижу, теперь до всех дошло, в насколько сложной ситуации мы все находимся. Руководить вашими действиями по-прежнему предстоит ал’верде Скирате, — Килливайн заметила удивление на лице старика. — Вечером мы все вновь соберемся для сверки часов, а пока я вас не задерживаю, — клоны отдали ей честь и вместе с джедаями покинули комнату. — С вашими эрк-нулями, которых притащили на планету, будете сами разбираться, — неожиданно сказала она. — Чтобы никаких безобразий, по типу захвата казарм БСО в начале войны. У нас и так проблем хватает, — предупредила она Скирату, припомнив тому давешний инцидент, который произошел из-за того, что командование БСО желало заморозить слабоконтролируемых клонов-коммандос Нуль-класса. Тогда лишь вмешательство Скираты избавило Генеральный штаб ВАР от непоправимых последствий в виде городских боев на Корусанте, но с тех пор Нул-ей не иначе как отморозками не называли. Особенно в этом усердствовали клоны-коммандос класса Альфа, которые были фанатично верны Республике, в отличии от тех же самых Нул-ей. — А вы хорошо осведомлены, — буркнул Скирата. Он впервые видел эту женщину, но уже понял, что она обладает жестким и непреклонным характером, и это вызывало уважение. Что Бардан, что Этейн были ребятами неплохими, но им не хватало силы воли и самодисциплины. Особенно Этейн. К тому же они легко поддавались внушению, что было неплохо лично для него. Вот только было плохо для них, как для джедаев. Даже Арлиган Зей не вызывал в нем столько уважения. А тут он видел перед собой довольно молодого, но уже опытного воина, способного вести за собой людей. С такими людьми работать сложно, но гораздо, гораздо приятнее. — Меня не называли ал’верде с тех самых пор, как я состоял в Силах Самообороны Мандалора, еще до Великой Войны Кланов. Это… — Это ваше звание, коммандер, — обратилась она к Скирате по званию на общем языке, — а обращаться к вам по званию «сержант», что был у вас на Камино в качестве инструктора, согласитесь, не совсем уместно, — сказав это, она поднесла к губам комлинк на руке. — Виктор, вы все? — Да, учитель! — послышался оттуда голос молодого парня. — Птичка уже вовсю чирикает. Но таун-таун все еще упрямится. — Продолжай. Жду результатов, — сказав это, она опустила комлинк и посмотрела на Скирату. — Мастер Реус, я бы очень просил вас посодействовать освобождению Вэлона Вэу, — вдруг сказал он, на что Килливайн подняла вопросительно бровь. — И с какой же стати, Скирата? — сказала она, всматриваясь в глаза старику. — Вэлон не подарок. Но он профи, который вам точно пригодится… — Этого не будет, — отрезала Реус, — и не только потому что он хотел убить эту предательницу Джисс. Он напал на джедая при исполнении и чуть не убил его. Повезло, что тот рыцарь оказался достаточно подготовленым, чтобы вырубить вашего дружка, а не просто отрубить ему голову, — сказала она и выдохнула. — Впрочем, ему будет предложен выбор. — Выбор? — усмехнулся Скирата. — Тюрьма или смерть? — По вам обоим, как и по половине Куэ’валь Дар, очень долго уже плачет виселица, — сказав это, Килливайн с удовлетворением заметила удивление на лице старого мэндо. — Однако, мой старый друг, Оби-Ван Кеноби, и ваш старый друг, Джанго Фэтт, пришли к соглашению о том, что и вам, и Вэу, и многим другим представителям вашего небольшого кружа по интересам будет дан шанс на сделку, — сказав это, Килливайн буквально нутром ощутила, как удивление, сменяется гневом, смятением, а затем и пониманием. — Значит, эти слухи… — Скирата не договорил, но все прекрасно понял. — О какой сделке идет речь? — Вы снова станете Куэ’валь Дар. Тех, кого нет. Но теперь у вас будет совершенно иная миссия. О ней мы поговорим после этого задания, — сказала она и, заметив задумчивый кивок, продолжила: — А пока, я вынуждена сообщить, что собираюсь отослать Этейн Тур-Мукан обратно в Храм. — Что… но… в чем причина? — можно было сказать, что Скирата не удивился, если бы реакция не была слишком уж натянутой. — Не притворяйтесь, Скирата. Я никогда не поверю, что за эти несколько совместных недель вы ничего не заметили, — сказала Киливайн, но что Скирата сжал губы. — Что с ней будет? Ее изгонят? — Вам ведь этого хотелось бы, да? Но не дождетесь. Она — джедай. Дурочка, конечно, но джедай. Ей просто нужен хороший мозгоправ и медицинское сопровождение, — Килливайн говорила и видела, как у Скираты расширяются глаза. — Ладно, у меня мало времени, надо еще очень обстоятельно поговорить с ней. Увидимся вечером, ал’верде. — Да. Увидимся, — пробормотал он и после того, как за их новым начальником закрылась дверь, сел в кресло. Слишком много информации свалилось на него за сегодня, и всю ее необходимо было проанализировать и осознать.

***

      Этейн Тур-Мукан не находила себе места. С того самого момента, как она покинула комнату Скираты, она металась по коридору их этажа кантины и старалась взять себя в руки.       «Она знает. ОНА ЗНАЕТ!» — набатом билась эта мысль в ее голове, и юная рыцарь старалась найти решение своей проблеме, но ничего, кроме побега, не приходило на ум. — Долго еще будешь истерить? — вдруг со стороны раздался голос мастера Реус, которая стояла в конце коридора, оперевшись о стену, и с ироничным прищуром смотрела на Этейн. — Меня всегда удивляли те, кто сделав что-то не то, потом отчаянно паникуют из-за этого, портя жизнь и себе, и другим, — философски заметила Килливайн и, отлипнув от стены, подошла к Этейн. — Садись. Поговорим, — предложила она и первая села на единственную скамейку, установленную в проходе, видимо, для красоты. Этейн осталась стоять. — Девочка, — вздохнула Реус, — в твоем положении, даже на ранних сроках, лишние нагрузки категорически противопоказаны. Так что не упрямься, — сказала она и Этейн, вздохнув, села на краешек скамейки. — Меня изгонят? — спросила она, не поднимая повинной головы. — С чего ты взяла? — пожав плечами, задала встречный вопрос Килливайн, после чего удостоилась удивленного взгляда. — Но… учитель говорил… что… — Твой учитель, Каст Фульер, удивителным образом совмещал в себе лучшие и худшие стороны нашего с тобой Ордена, — сказала Килливайн, а Этейн успокоилась. Если с ней вот так говорят, то об изгнании не идет и речи. — Вы знали его? — Да. Увы, он был традиционалист в самом худшем смысле этого слова, но при этом жадный до всего того, что касалось вопросов справедливости. В его личном понимании, конечно, которым он подменял Веление Силы. Последователи Живой Силы почти всегда такие, как почивший Квай-Гон Джин, но твой учитель и тут сумел отличиться, — сказала она и, заметив, как недовольно поморщилась девочка, вздохнула. — Ты уж прости, что я его вот так поливаю грязью, но то, что происходит сейчас с тобой, это, в том числе отголоски его воспитания. Или, точнее сказать, отсутствия такового. Сила Великая! Куда ты смотрела? На что надеялась? Хрен с ним, что ты с ним спала! Почему не использовала противозачаточные?! — Я… хотела… хотела, — девочка, а называть этого ребенка девушкой Киливайн даже в мыслях не хотела, начала всхлипывать. — Ты хотела подарить ему ту жизнь, которой его, по твоему мнению, лишили. В каком-то смысле, восстановить справедливость. Я права? — спросила Киливайн, и как бы Этейн не было противно, но она не могла не признать ее правоты. — Но… как вы поняли? — Сила, — пожала плечами Килливайн. — Я просто прочитала это в голове у Скираты, вызвав у него необходимые мне ассоциативные связи. Наверное, у него до сих про голова болит, — не без ехидства заметила Киливайн, а Этейн удивленно уставилась на мастера Реус. — Но… джедаи ведь… это же насилие над личностью, — сказав это, она неосознанно вспомнила собственный опыт подобного рода, почувствовав не до конца подавленное угрызение совести. — Что, недавно тоже лазила в чьи-то мозги? — спросила Килливайн, и, заметив удивление на лице девочки, хмыкнула: — От тебя за километр несет чувством вины. — Вы так легко об этом говорите… — пробурчала она, но Килливайн решила ее не щадить. И так, дурашка, наломала дров! — Я — Страж, девочка. Я имею подготовку, силовую и психологическую. И я имею на это право, как джедай-следователь с определенным кругом полномочий, — пожав плечами, пояснила она. — Но с меня и спрос больше. Ты же — консул. Как и твой учитель. Как ты вообще оказалась среди этих отморозков? — задала она, в общем-то, риторический вопрос. — Можешь не отвечать. Я знаю твою биографию, читала досье, — остановила Килливайн девочку и посмотрела в сторону. — Это еще кто? отсюда читать под это- https://www.youtube.com/watch?v=l0GN40EL1VU — Где? — Этейн тоже посмотрела в сторону и заметила очень знакомого ей клона. — Эй, солдат! Хватит прятаться! — крикнула Киливайн, встав со своего места, и, заметив, что тот явно спрятался за углом. — Чего это он? — Дарман, она тебя видела, — подала голос Этейн, а до Киливайн кое-что начало доходить. — Это он? — Да, — повинно опустила голову Этейн. — Какой у него номер? — РК-1136. — РК-1136 «Дарман». Ко мне! — дала она приказ, и клон, явно нехотя, вышел из-за угла и подошел к ним. Одет он был, как и все присутствующие в кантине клоны, в гражданское, но явно выделялся выправкой и неким внутренним достоинством. Бросив взгляд на зареванное лицо Этейн, он отдал честь старшему по званию. — РК-1136 «Дарман», старший генерал-джедай, мэм, — представился он, а в его голосе чувствовалась тщательно сдерживаемая ярость. Настолько отчетливая, что Киливайн не удержалась от того, чтобы немного пошутить. — Ты — отец? — неожиданно спросила она, на что Дарман от неожиданности впал в ступор. — Эм… я вас не понял, мэм? — Генерал, — на этом моменте Киливайн хмыкнула. — Этейн Тур-Мукан ждет ребенка. И я спрашиваю вас, солдат. Вы — отец? — очень вежливо спросила она и с удовольствием заметила, как у бедного солдата расширились глаза. — Что… ЧТО?! — воскликнул он и, позабыв о субординации, уставился на смущенную Этейн. — Ты… ты почему мне не сказала?! — Кэл сказал, что… — впрочем, она не договорила. Сдерживаемые все это время слезы так и прорвались из ее глаз, и коридор огласили горькие рыдания, в очередной раз введя клона в ступор. — Знаешь, девочка, пора бы тебе думать своей головой, а не слушать таких проходимцев, как Кэл Скирата! — пробурчала Киливайн. — Чего стоишь? Успокаивай давай. Обними, поцелуй… как-то же у тебя получилось ей малыша сделать? — сказав это, Киливайн не без удовольствия заметила, как Дарман сел рядом с Этейн и прижал к себе, гладя ей голову и шепчя на ухо разные успокаивающие глупости. Постепенно Этейн перестала всхлипывать. Затем посмотрела на Дармана благодарным взглядом и подняла глаза на Киливайн. — Что с нами будет? — лицо ее опухло от слез, но Киливайн чувствовала, что девочка успокоилась и теперь способна на адекватные действия. — Твой Дарман будет служить дальше. Тут я бессильна. А ты отправляешься в Храм. Нечего тебе тут делать. — С ней точно все будет хорошо? — спросил Дарман, не выпуская Этейн из обьятий, а Киливайн хмыкнула. — Точно. Орден не бросает своих. К тому же, я лично знаю нескольких джедаев, кто уже очень давно вместе, и никто им не мешает, — сказала она и заметила, как эти два, по сути, ребенка резко повеселели. — Спасибо, мастер, — всхлипнув, Этейн достала платок и начала вытирать слезы. — Не за чем меня благодарить. Тебя и так ждут очень тяжелые времена, — сказала она и посмотрела на комлинк. — Беременность — вещь сложная, но совершенно обычная. Не ты первая, не ты последняя из джедаев, что будет рожать в Храме. — А… как же задание? — вдруг придя в себя, сказала Этейн. — Медосмотр тебе сейчас нужнее, чем участие в задании, — отбрила ее Киливайн. — У вас время до вечера. Потом тебя заберут в Храм. — А… я… смогу с ней видеться, генерал, мэм? — спросил Дарман с надеждой во взгляде. — Не думаю, что это будет проблемой, — задумчив протянула Киливайн, — но тут нужно подумать, — Киливайн бросила последний взгляд на «сладкую парочку». — Не забудь, Этейн. Вечером за тобой придут. Используй это время с пользой, — и пошла в сторону выхода. Вот только спокойно покинуть кантину ей не дали. — Спасибо, за то, что вы так мягко обошлись с ней, — вдруг услышала она голос Бардана Джусика. Он стоял в нише рядом с лестницей и внимательно смотрел на нее. — Это не я. Это магистр Джиит так решил, — сказала Киливайн, выдохнув. — Вы сами знаете, что в Храме хватает тех, кто готов объявить этого ребенка ренегатом… — Но вы не относитесь к таким, — с кривой улыбкой сказал он, отлипнув от стены. — Я всегда рад видеть здравомыслящих джедаев… — Не сравнивайте меня с собой, Джусик, — с точно такой же кривой ухмылкой сказала Киливайн, пригвоздив Бардаа взглядом. — Я никогда не забываю о том, кто я есть и чему служу. В отличии от вас, — сказав это, она с удовлетворением заметила, что ее намек о том, что ей известны уже реально ренегатские взгляды рыцаря Джусика, дошел до адресата. — Когда вы собирались доложить об этом… инциденте? — Я не считал себя в праве вмешиваться в дела рыцаря Тур-Мукан, — максимально невинно сказал он. — Вы лучше меня знаете, что рыцарские испытания ей, как и многим участникам боевых действий, засчитали лишь формально, только чтобы не выдергивать ее с линии фронта, — не приняла она его оправданий. — И это, по сути, оставленный один на один со всей вселенной ребенок. Так что не смейте оправдываться «нежеланием вмешиваться». И готовьтесь к неприятным вопросам. Я буду вынуждена доложить об этом инциденте магистру Джииту. — Вы не можете… — Я не только могу, но и должна это сделать! Видимо, слепое следование пути Живой Силы совсем отбило вам мозги. Советую помедитировать. Может быть, тогда в ваших заплывших жиром мозгах что-то заработает, — сказала она и пошла на выход из кантины, оставив за собой охреневшего от случившегося Джусика.       Не то, чтобы следование путям Живой Силы было чем-то плохим. Киливайн сама пользовалась именно Живой Силой, а не Объединяющей. Но она требовала в разы большей самодисципины и силы воли, чтобы не превратиться во флюгер, постоянно меняющий свое направление, стоит «ветрам Силы» перемениться. «Здесь и сейчас» — вот что было краеугольным камнем учения Живой Силы. Вот только мастер Сайнубе когда-то пришел к выводу о том, что хорошо дисциплинированный разум способен перебить желание слишком рьяно следовать «ветрам Силы», и в этом же ключе воспитывал и ее, и Виктора. И теперь, в этом же ключе они воспитывали Таллисибет.       Покинув кантину, мастер Реус направилась в сторону одного из множества высотных зданий района Ускру. Зайдя в переулок и осмотревшись, Киливайн прикрыла глаза и совершила прыжок Силы, после чего приземлилась на крыше одного из зданий. — С возвращением, гроссмастер! — встретила ее Таллисибет. — Ну как тебе представление? — с довольной улыбкой спросила она. — Вы были неподражаемы, учитель, — сказал Виктор и протянул своему мастеру бутылку с водой. — Я, конечно, хотел бы поприсутствовать там лично, но и слушать все это дело через комлинк уже неплохо. — Спасибо. Что с Вэу? — спросила она, отпив воды. — Горло пересохло, — пробурчала она. — После того, как с ним на связь вышел Джанго, он согласился на сделку. Так что скоро его переправят к Мандалору Фетту, — Киливайн кивнула. — Ну а ты что скажешь? — обратилась она к Таллисибет, сделав еще один глоток воды. — Это… ну… я никогда не думала, что можно говорить вот… так… это было очень круто, — смущенно сказала она. — Увы. Это одна из самых неприятных частей нашей работы, Талли, — сказав это, Киливайн уселась на край крыши. — Нас часто привлекают в качестве своеобразной военной полиции, если некоторые из наших с тобой собратьев по ордену ведут себя не очень. Вот как сейчас. — Ммм, гроссмастер, можно спросить? — вдруг сказала она, уставившись на Киливайн и Виктора. — Эм… спрашивай, — озадаченно ответила Киливайн. — Я правильно поняла, что это была показательная порка? — неожиданно сказала Таллисибет. — И с чего такие выводы? — с улыбкой спросил Виктор. — Нууу… помните, что вы говорили о том, что мы очень не любим публичных разбирательств? — сказала она и, получив подтверждающие кивки, продолжила: — Вот я и подумала, что вы, гроссмастер, специально устроили разнос этим двоим в таком вот людном месте, — смущенно сказала она, но быстро повеселела, почувствовав по связи одобрение своих мастеров. — Какая же ты все-таки умница, — улыбнулась Килливайн и, не выдержав, растрепала гранд-падавану волосы. — Именно, Талли, именно. Слишком много в последнее время стало таких вот Этейн-Тер Мукан, Барданов Джусиков и даже Арлиган Зей. Из-за скудности опыта, а порой и ума, они превратно понимают Путь Джедая и своими действиями создают сложности. — А что сделали эти двое? — спросила Талли, сев рядом с гроссмастером. — На них слишком сильно повлияла мандалорская культура. Настолько, что они начали то и дело допускать мысли о выходе из Ордена и уходе в мандалорцы. А этого допускать нельзя. Ты же читала о мандалорских войнах? — Талли кивнула. — А теперь представь, что кроме воинственной философии, бескара и очень серьезных технологий на их стороне еще и были бы одаренные? Смогли бы Реван и его последователи справиться с ними? — вопрос был скорее риторический. Только представив мандалорца-одаренного, Талли поморщилась. — Не спорю, семейные кланы во главе с патриархом — модель очень привлекательная. Не даром в ордене дела обстоят именно так, — сказал Виктор, и Талли удивленно уставилась на учителя, затем на Гроссмастера и озадаченно почесала голову. — Никогда бы не подумала. Но да… в этом что-то есть, — задумчиво протянула она. — Выходит, они просто хотят поменять… клан? — Ну… надеюсь, что хотя бы Этейн мы удержим. А вот Джусик… он слишком мутный. С ним будет, скорее всего, разбираться Совет Первого Знания, — пожала плечами Киливайн. — Ладно, доставайте пайки. Я ужасно хочу есть, — сказала она и тут заметила какой-то незнакомый рюкзак. — Мастер Сайнубе передал привет, — пояснил Виктор, заметив озадаченный взгляд учителя, и начал доставать из сумки контейнеры с нормальной едой. — Пока был в Храме вместе с Вэу и Джисс, он дал мне этот рюкзак. Сказал, что мы хорошо поработали и заслуживаем награды, — пожал он плечами, а Киливайн хмыкнула. — Он это любит, — сказала мастер Реус и взяла один из контейнеров. — О! Мои любимые рулетики! — совсем по девчачьи обрадовалась она и отправила в рот первый рулет, не обращая внимания на понимающие взгляды падавана и гранд-падавана.       Дальше крыша здания погрузилась в тишину. О том, что кто-то здесь был, напоминало лишь редкое чавканье и обмены репликами.