Гроссмастер

      Сектор Слуис. Система Бфасш. Орбита планеты Бфасш. Капитанский мостик корабля типа Венатор «Звезда Тайтона II».       — … Внимание! Боевая тревога! Всем занять места согласно расписанию! — громкий командирский голос крепкого мужчины средних лет с планкой на груди разнёсся по капитанскому мостику флагманского корабля, возглавлявшего эскадру из двух десятков крупных и около сотни небольших разнотипных кораблей.       Пока разумные, преимущественно люди и другие гуманоиды, бегали по мостику, создавая контролируемый хаос, за всем этим, сидя в позе для медитации, наблюдала довольно симпатичная девушка с красноватым оттенком кожи, каштановыми волосами и цепким взглядом, не моргая наблюдала за происходящим.       Казалось, что она, в своей джедайской робе, была совершенно чужеродным элементом в этом месте, где балом правили звездолётчики в характерной для республиканского флота серой униформе. Вот только само это возвышение, где она восседала, к тому же покрытое ковром с причудливым узором, было сделано под заказ специально под ее нужды еще на стадии проектирования конкретно этого Венатора. Собственно, как и многих других кораблей, предназначенных для эскадр, где командовали джедаи.       Да, для незнакомого со спецификой службы на «Звезде Тайтона II», этот неожиданный элемент мог показаться непривычным. Но большинство служащих на этом корабле разумных давным-давно привыкли к тому, что на мостике обязательно должно быть место, где можно присесть и, желательно, с удобством. Ведь порой от этого зависели их жизни. Не больше, но и не меньше.       — Рыцарь Ксисс, мэм, — капитан обратился к сидящей на возвышенности девушке, — эскадра к бою готова!       — Отлично, капитан Додонна, — кивнула рыцарь-джедай Зул Ксисс, выдохнув, — возьмите планету под блокаду. Действуйте согласно плану.       — Есть! — отдал он ей честь и начал раздавать указания. А сама она, прикрыв глаза, погрузилась в Силу. Вот, она привычно ощущает разумных на мостике. Вот, касается Силой бойцов из подчинённой ей 5-й бригады Солдат Свободы. Вот, касается пилотов-истребителей, уже сидящих в своих новеньких «V-wing» Альфа-3, готовых в любой момент тронутся в бой, не говоря уже о бомбардировщиках BTL-B «Y-wing», тоже в любой момент готовых поддержать операцию, которая должна была начаться в любую секунду. И, конечно же, на этом же флагмане, она четко ощущала сгустки светлой силы, такие похожие и, одновременно, не похожие друг на друга. Джедаи. Три десятка мастеров и рыцарей, ждущие своего часа рядом с десантным челноком. Именно они должны были сыграть главную роль в сегодняшнем спектакле. Во всяком случае, так планировалось.        Но самым важным из всего того, что она ощущала, была одна светлая точка, находящаяся прямо на планете. Она была больше и ярче точек, что остались на ее корабле, а еще Зул Ксисс улавливала странную печаль, исходящую от нее. Словно она всем сердцем не желает быть здесь и делать то, что от нее требуется. Словно этот разумный, делая последнюю попытку что-то решить без насилия, понимает всю ее тщетность. Гранд-магистр Йода, что прямо сейчас в сопровождении ее ординарца и заместителя, капитана Марина Уордо-младшего, летел на челноке в сторону Бфасша, все еще на что-то надеялся. Бфасша, где на Темную Сторону Силы перешел пускай и не такой многочисленный, как Дантуинский или упаси Сила, Коррелианский, но целый анклав Ордена.       Возможно, у гранд-магистра были аргументы, чтобы убедить раскольников отойти от порочных практик? Может быть, он желал припугнуть их? Или же причина была в другом? Увы, но старый консул решил и в этот раз ничего не сообщать окружающим его разумным, явно руководствуясь какими-то своими соображениями, связанные с даром предвидения.       Единственно, что он сделал, это попросил их быть готовыми как максимально быстро отступить, так и напасть. И Зул ничего не оставалось, как распорядившись о блокаде планеты, впасть в медитационное состояние. Вот только это была далеко не обычная медитация. То, чем занималась она сейчас, не было слишком уж редкой для ее пути способностью. В конце концов не только такие же защитники-джедаи как она, но и консулы, а иногда некоторые из стражей вполне себе были способны управлять и направлять множество разумных, создавая нечто вроде сетевой структуры, где каждый, оставаясь сам по себе, порой незаметно для себя самого помогал в достижении общей цели. Но с собой Зул могла быть честной: ее уровень владения Боевой медитацией был на порядок выше среднестатистического даже среди таких же защитников, как она.       Собственно, именно поэтому она, несмотря на свой возраст в 22 года, и командовала Оперативной эскадрой «Аурек», довольно-таки разномастным соединением, в составе которого находился настоящий «зоопарк», как однажды окрестил ее воинство один из ее старых друзей (был ли это Виктор Турин или же Энакин Скайуокер, она не помнила). В эскадре было все, начиная от Сиенаровских Мародеров, стареньких Гозанти и Консульских, заканчивая старыми Рендилийскими дредноутами (которые она буквально взяла на абордаж во время дела при Рендилии), относительно новыми Аккламаторами и ее недавно сошедшего со стапелей флагмана, который заменил безвременно почившую «Звезду Тайтона», ее прежний корабль.       И воистину, управляться с этим «стадом кораблей» без Силы был бы способен только и только некто совершенно гениальный. Благо, Зул с самого начала натаскивали именно как не просто защитника, а как военачальника. И даже такой «ад снабженца» в ее руках превращался в грозный инструмент.       Как же она такого добилась? Как ей, на половину фалиенке, из-за чего в ее крови бурлил настоящий коктейл из эмоций, оказалась подвластна техника, на которую даже ее брат-падаван, «святой» Кеноби (как его иногда называли только свои) был неспособен?       Что же… после многих размышлений по этому поводу, Зул пришла к выводу, что ее путь «к высотам» начался с одного эпизод еще в те времена, когда она даже не стала падаваном. И пока челнок с магистром Йодой приближался к Бфасшу, Зул, немного неожиданно для себя, вспомнила тот самый случай. Случай, окончательно определивший ее путь.

***

      Флешбэк       Чуть больше десяти лет назад. Храм джедаев.       — Опять драка? — мужчина-человек, с совершенно непримечательным лицом и карими глазами, задал вопрос, явно уже зная ответ. Между ним и воспитательницей, стояла краснокожая девочка с каштановыми волосами. Она стояла, опустив голову, не желая смотреть в лицо этому разумному. Кожа на костяшках ее пальцев была чуть порвана, да и на робе ее были видны пара следов от подошв.       — Юнлинг Ксисс чуть не выдернула лекку у малыша Торойя, мастер Турин! — недовольно заявила родианка, одна из воспитательниц, которая следила за старшими юнлингами, — а у Корти вывих челюсти! — возмутилась она, на что мастер Турин никак не отреагировал, — не говоря о том, что она своей дракой сорвала урок по Истории Республики! — пафосно заявила воспитатель.       — Хорошо, я поговорю с ней, — решил он прекратить дискуссию, — Но вы же понимаете, что в драке виноваты, обычно все стороны, а не только одна, — счел своим долгом сообщить мастер-джедай Марк Турин.       — Конечно, — немного горделиво вздёрнула нос воспитательница, — Торойя и Корти уже наказаны отработкой в огороде, — важно заявила она.       — Хм… хорошо, — мастер Турин положил руку на плечо Зул, — я очень надеюсь, что эти … два юнлинга больше не будет позволять себе лишнего, — с нажимом, придавив взглядом воспитательницу, сказал мастер Турин, а вот родианка явно немного струхнула. Все же, мастер Турин имел очень немаленький авторитет. Глава Совета Примирения, все-таки, которому не считали зазорным подчиняться даже некоторые магистры.       — Всенепременно, мастер, — поклонившись, родианка поспешила покинуть коридор, а мастер Турин, покачав головой, вздохнул.       — И что они тебе сделали? — спросил он у Зул, встав перед ней на одно колено, чтобы поравняется с ее ростом. Ей хоть и было уже двенадцать, но расти девочка пока еще не спешила.       — Они это заслужили! — словно покрывшись колючками, Зул скрестила руки на груди, упрямо уставившись на своего будущего мастера, готовая отстаивать свою правоту. А образовавшиеся два года назад Узы Силы просто звенели от напряжения. Вот только это была далеко не первая драка, где засветился этот конкретный юнлинг.       — И все же? — не стал он с ней спорить, терпеливо ожидая ответа, — мне и так известно, что ты бы просто так на него не напала. Я тебя знаю, — уверенно говорит ей будущий учитель, на что девочка кивает, уже немного спокойнее.       — Он… обозвал меня вонючкой, — смутившись и отведя взгляд, ответила она, — это… — она смущённо замолчала.       — Из-за феромонов, да? — понимающе закивал мастер Турин и, дождавшись чуть смущённого кивка, поднялся на ноги. Хоть Зул и была полукровкой, да и кожа была ее лишена чешуи, но вот способность выделять феромоны, как и ее сородичи по папе (Марк точно знал, что фаллиеном является отец Зул, а не мать) у девочки имелось. И теперь у неё начался период полового созревания и неконтролируемое выделение феромонов было побочным эффектом этого процесса.       — Да… а еще… — девочка замолчала.       — Еще?       — Смешанной кровью, — сказала она, отвернув взгляд, а мастер Марк про себя вздохнул. Увы, но как бы воспитатели не старались, но подобного рода ситуаций избежать не удавалось. Всегда находились те, кто были достаточно наглыми или глупыми для того, чтобы обозвать или задеть того, кто был слишком не похож или слишком уж сильно выделялся на общем фоне. Вот и Зул, будучи фаллиенкой-полукровкой, слишком уж сильно бросалась в глаза. Полукровки вообще были редкостью, а уж полукровка фаллиена и человека, к тому же владеющего Силой, подавно. И хоть Зул не знала своих родителей, но вполне естественно, что подобное отношение ее задело. И, что самое обидно, в этот раз, как на зло, рядом с ней не оказалось ее закадычных друзей, Энакина и Виктора, одно наличие которых, порой, заставляло заткнуться тех, у кого не было мозгов, но были инстинкты       — Знаешь… пойдем-ка со мной, — сказал мастер Марк, придя к какому-то решению, и направился в сторону лифтов. Зул же, чуть замешкавшись, пошла за своим мастером. Шли молча. Узы молчали и Зул, как ей казалось, вполне обоснованно опасалась каких-то последствий за эту драку.       — Куда мы идем, учитель? — спросила она, когда лифт тронулся в верх. Мастер Марк ответил ей не сразу. Он смотрел на мерцающие цифры этажей, а Зул чувствовала, как волнение постепенно превращается в панику.       — Скажи, а кем ты хочешь стать? — неожиданно спросил он, вгоняя Зул в ступор. Это был настолько неожиданный вопрос, что Зул на минуту забыла, что у нее слегка побаливают костяшки пальцев. Все эти два года мастер Марк довольно часто проводил время что с ней, что парнями, но еще ни разу он не поднимал вопрос того, чем они будут заниматься в будущем.       — Вы… не будете меня ругать? — вопросом на вопрос ответила она. Сейчас Зул вдруг стало страшно.       — Просто ответь на мой вопрос, — попросил ее мастер Марк, а юнлинг задумался. За все время своего пребывания в ранге старшего юнлинга, она успела наслушаться и нотаций, и схлопотать наказаний от «почти» учителя и пару раз его серьёзно разозлить. За дело, конечно, в основном из-за откровенного хулиганства в компании Энакина и Виктора, но видеть учителя в гневе она совершенно не хотела. Но чтобы он говорил вот так после того, как она отличилась… такого еще не было.       — А… вы не обидитесь? — спросила она, все еще не желая отвечать и, сжав в руках ткань туники от волнения. Вот только именно в этот момент двери лифта открылись, — как красиво! — непроизвольно сказала Зул, ощутив на своей коже тепло солнечных лучей и легкий ветерок. Учитель привел ее на смотровую площадку на крыше Храма, прямо рядом со шпилем Башни Примирения.       — Почему я должен обидеться? — спросил он ее, перешагнув порог лифта. Светило закатное, оранжево-розовое солнце. Мягкий, не горячий свет освещал окружающее пространство, а легкий ветерок дарил приятную прохладу.       — Обещайте, что не обидитесь! — потребовала она, выйдя за учителем, на что мастер Марк улыбнулся.       — Хорошо, обещаю, — сказав это, он оперся боком о каменные перила, — Ну так что? Какой ты для себя путь избрала? — с легкой улыбкой повторил он свой вопрос.       — Я… я хочу быть защитником… как Энакин и… как мастер Драллиг, — одновременно и смущённо и упрямо заявила девочка, с вызовом уставившись на своего будущего мастера, но встретила в его взгляде лишь улыбку.       — Ты уверена? — мастер Марк смотрел на нее, а в Силе… через связь Зул неожиданно ощутила полное одобрение ее выбора.       — Да, учитель. Я… уверена, что мой путь — путь защитника. Простите, — потупилась она, теперь уже без надрыва сказав об этом, на что мастер Марк хмыкнул.       — Тебе не за что извинятся. Один консул у нас в семье уже есть. Твоего брата-падавана нам хватит за глаза. Так что я уж точно не в обиде, — сказал он с легкой улыбкой и откинулся на перилах, — но, ты же знаешь, что защитник — не просто тот, кто хорошо владеет мечом. Не просто тот, кто может побить врага и любит драться, — сказав это, мастер Марк кивнул на перила рядом с собой и Зул, наконец-то, встала рядом с ним, — Иногда, защитнику нужно быть мудрее консула и хитрее стража. И не ломиться в бой только потому что он это может, — сказал он, а Зул уловила в его голосе легкий упрек, из-за чего нахмурилась.       — А если по другому никак? — надувшись, пробормотала она, уставившись на освещённый закатным солнцем горизонт.       — Путь всегда есть. Иногда насилие — необходимо, но в большинстве случаев можно обойтись более… щадящими способами. И особенно, никогда нельзя идти на поводу у своих эмоций, — сказал он и не успела Зул возразить, как тут же спросил, — Скажи… ты злишься? — неожиданно спросил учитель.       — Я… — удивлённо и со страхом уставилась на него Зул.       — Не бойся, — учитель улыбался, а по связи Зул ощущала его понимание, — если честно, то я давно хотел поговорить с тобой по поводу всех этих драк, но все никак не получалось вырваться, — с легкой досадой заметил он, — ну так что? — напомнил он ей о вопроса, на что Зул вздохнула. Спорить расхотелось. Учитель явно показывал, что сегодня она может говорить все то, что считает нужным. И ее никто не накажет.       — Я… знаю, что джедай не должен злиться, — опустила она голову, но затем ощутила по связи поддержку.       — Не совсем так, — сказал мастер Марк, — джедай не должен идти на поводу у своей злости. Не забывай об этом. И для этого в первую очередь ты должна ответить на вопрос: почему ты злишься? — спросил ее учитель, но Зул продолжала молчать, — тогда отвечу я… Ты сейчас злишься не потому, что они тебя задели. Ты злишься потому, что пока не умеешь защищаться иначе.       — Я умею! — резко обернувшись в сторону учителя, упрямо буркнула она. — Я могу…       — Ударить, — мягко закончил за неё Турин, не осуждая, а констатируя факт. — Да. Это ты умеешь. И это срабатывает. Иногда, без этого никак, — мастер Марк повернулся к ней корпусом, опершись спиной о перила, — вот только проблема в том, что когда ты начинаешь решать проблемы только кулаками, ты постепенно загоняешь себя в угол. И однажды… — мастер Марк пристально посмотрел на Зул, — ты не сможешь из этого угла выбраться, — сказав это, он продолжил пристально рассматривать Зул, которая от его слов сжала губы.       — И что же мне делать? — тихо спросила она.       — Научиться быть сильнее… Быть выше… быть лучше всех тех, кто возжелает сбить тебя с пути, — сказал ее почти-учитель и хитро улыбнулся, — и я даже знаю, как мы этого добьёмся, — сказав это, он еще немного постоял оперевшись о перила и, бросив последний взгляд на заходящее солнце, выпрямился, — пойдём. Покажу тебе одно место, — после чего он вновь направился к лифтам. Ничего не понимающая Зул последовала за мастером, с интересом и недоумением наблюдая за тем, как он набирает необычную комбинацию на панели лифта. А через пару мгновений, лифт мягко остановился. Двери разошлись, открывая просторный, тихий уровень с приглушённым светом, мягкими коврами и нишами для медитации, образующими коридор, в конце которого виднелись несколько дверей. Здесь было заметно тише, чем в учебных залах на других уровнях.       — Это… место для медитации? — неуверенно спросила она.       — Да, но не совсем обычное, — кивнул мастер Турин. — Это одно из тех мест, где я бываю, когда мне нужно подумать. Кстати, даже Энакин с Виктором о нем не знают, — сказал он с заговорщицкой интонацией, перейдя порог лифта. «Они не знают, а я…я теперь знаю!» — неожиданно подумала Зул, ощутив совершенно детский восторг, от причастности к некой тайне, последовав за мастером, который пройдя несколько шагов, открыл дверь в одну из комнат.       — Но зачем мы здесь? — спросила она, вступив в нее и с интересом рассматривая довольно необычную на вид камеру для медитации. Материал на стенах был явно не простым камнем. Да и Сила чувствовалась в этом месте несколько… необычно.       — Это место предназначено для тех, кто хочет постичь себя, но не способен не потому что не хочет, — сказал Мастер, коснувшись матовой поверхности в одной из секций, — а из-за собственной природ, что порой хуже ситхов, — Мастер обернулся к ней, — Феромоны, — сказал он прямо. — Твоя кровь. Твоя Сила. Всё это сейчас выходит из-под контроля. Такой уж у тебя возраст, через это проходят все. И каждый раз, когда ты злишься, ты усиливаешь это. Люди это чувствуют, даже если не понимают почему. А непонимание рождает неприязнь. А от неприязни всего пара шагов до открытых оскорблений, — сказав это, учитель сел на удобный мягкий коврик и указал на место перед собой. Зул, опустив взгляд, уселась перед ним.       — Я не хочу, чтобы они это чувствовали, — пробормотала она.       — Тогда тебе придётся научиться делать то, что труднее, чем драться, — спокойно ответил он. — Контролировать себя. Не ради них, а ради себя. Нынешней. И будущей.       — Будущей? — не очень поняла она.       — Именно. Это будет твоим первым шагом к познанию техники Силы, которую называют… Боевой медитацией!       — Боевая медитация? — с удивлением и благоговением повторила она название техники, о которой никогда не слышала.       — Да. Раз уж ты решила стать защитником, то давай сделаем тебя одной из лучших. У нас в Ордене не так уже и много тех, кто способен на подобное, — сказал он ей с улыбкой, — вот только… тебе необходимо в начале научится управлять собственным телом и разумом. И для этого ты должна стать лучшей версией себя, падаван, — обратился он к ней, к пока еще юнлингу и Зул ощутила всем телом и душой, насколько ее мастер верит ей… в ее способность чего-то добиться. И в тот день она сказала.       — Я буду, учитель! Обещаю!       — Я верю, в тебя. А теперь… приступим. Эту технику я нашел для тебя Залах Исцеления. Фоллинцев-джедаев всегда было мало, но они оставили немало наследия для тех, кто пойдет путем джедая после них, — сказав это, он прикрыл глаза и Зул, тоже закрыв их, ощутили, как постепенно ее разум очищается, а Сила вокруг словно ласковый зверек начинает ластиться к ее рукам.       Конец Флешбэк

***

      В тот день они начали работать над ее самоконтролем. Медитации, физические нагрузки и, как ни странно, беседы за чашкой чая. Мастер Марк, несмотря на занятость, проводил много времени со всеми ими тремя, но в тот период он уделил ей максимально возможное внимание.       Сейчас, вспоминая и том времени, Зул могла с уверенностью сказать, что первые два года знакомства она не была уверенна в учителе. Да, Узы у них были, но уж слишком учитель был занятым человеком. Может и влипала она в истории именно из-за банальной детской необходимости привлечь внимание взрослого родного человека? Сейчас она не могла сказать об этом наверняка. Важно было лишь то, что именно в это время она по-настоящему сблизилась со своим мастером. И когда она официально связала падаванскую косичку, никаких сомнений по его поводу у нее уже не было.       Сейчас, сидя на возвышении на капитанском мостике «Звезды Тайтона II», она поражалась прозорливости своего мастера. Ведь Боевая медитация — далеко не рядовая техника, требующая простой самодисциплины и трудолюбия. Это, если можно сказать, особое духовное состояние, где ты объединяешь не просто сознания, а души и чаяние всех тех, кто оказывается под твоим подчинением. При таких обстоятельствах ты просто не можешь и не должен быть нестабильным слимо.       С каждым днем, познавая Боевую медитацию, изучая ее, Зул чувствовала, как меняется сама. По сути учитель сделал эту технику центральным гвоздем ее обучения. Нет, она обладала впечатляющим набором боевых и иных навыков, но именно Боевая медитация стала стержнем всей конкретно ее подготовки как джедая-защитника. Медитации, силовые техники, техника боя на световых мечах… все подбиралось с учетом подготовки к освоению Боевой медитации. Даже то, что она, в отличии от брата-падавана Кеноби, стала мастером Макаши с вплетением некоторых элементов других стилей, соответствовало ее боевому характеру.       И ведь это касалось не только Силы. Философия, военная наука… военная философия. Учитель откуда-то раздобыл мемуары выдающихся Айлонских полководцев и, даже, смог убедить Великий голокрон дать полный доступ к биографии Бастилы Шан со всеми ее «тайными» разделами, в том числе поведавших ей о довольно неприятном факте и причинах временного падения Бастилы на темную сторону, о чем в Ордене знали очень немногие.       Когда они приступили к изучению непосредственно Боевой медитации под руководством магистра Ранцизиса (она до сих пор не могла понять, как это учитель умудрился убедить тиссипанца учить ее), Зул стала другим разумным. Не то, чтобы она более не участвовала в драках. Уж что-что, а падаван мастер Турина любил помахать кулаками, особенно когда в истории влипали Виктор с Энакином. Но это не был актом злости. Это был именно боевой задор и азарт, а не рефлекторные действия в ответ на грубости. Драчливость Зул трансформировалась в любовь к битвам. Любым битвам. И худшим наказанием для Зул становились именно запреты на спарринги от дорогого мастера. Впрочем, это тоже была тренировка силы воли, что тоже было не лишней для того, кто в будущем будет вести в бой эскадры кораблей и многомиллионные армии.       Да и ответы на оскорбления стали гораздо более разнообразными. И если с контролем над телом и феромонами она разобралась довольно-таки быстро, от вот разные вариации оскорблений в плане того, что она полукровка то и дело всплывали. Зул перестала бросаться на разумных стоило кому-то что-то не то сказать. Она просто… стала вызывать их на тренировочные спарринги. Воистину, техника Дун Моч стала одной из ее любимых. Причем с фантазией у нее все было более чем в порядке, так что у обидчиков Зул Ксисс было очень мало шансов не поддаться на ее провокации. В конечном итоге регулярные, раз где-то в пол года, и демонстративные избиения на спаррингах мастером «дуэльного стиля» Макаши, напрочь отбили желание у дурачков как-либо ее оскорблять.       Зул про себя улыбнулась. Да, многое случилось с ней во время падаванства. Учитель, брат-падаван Кеноби, Виктор и Энакин, мелкая Сатель и целитель Мара, к которым совсем недавно добавились падаваны Асока Тано и Таллисибет Энвандунг-Эстерхази. И хоть из-за войны они не смогли пока в достаточной мере наладить отношения, но даже так они были ее семьёй. И Зул Ксисс не могла, да и не желала представлять собственную судьбу, если бы ее учителем стал кто-то иной.       — Мэм. Задержали корабль, который пытался проникнуть через блокаду, — из мыслей ее вырвал голос капитана Додонны.       — Капитан, есть стандартная процедура для таких случаев, — безэмоционально ответила она, посмотрев на командира ее эскадры. Крепкий офицер, довольно талантливый, которого переманили во Флот Антарских Рейнджеров перед самой войной. И который не раз и не два показывал себя с наилучшей стороны.       — Я понимаю, мем. Однако… они сказали, что вы их ожидаете. И… сказали, что-то про то, что на всем Корусанте хорошая погода … я не очень понял, что они имели ввиду, — капитан Додонна явно был несколько выбит из колеи, но вот Зул…       — Пропустите их. Это свои, — сказала она и Додонна, задержав взгляд на своем командире, отправился выполнять приказ, не очень понимая, с чем связано изменение решения. Правда, как и все на этом корабле, да и во всей «Оперативной эскадре Аурек», он давно уже привык к неожиданным прозрениям их немного странного, но не менее обожаемого командира.       А Зул Ксисс, рыцарь-джедай, когда-то вставший на путь защитника, вновь закрыла глаза.