Медленным пазиком в Маймаксу

Через открытый люк в салон автобуса врывался осенний ветер вперемешку с мелкими каплями дождя. Хоть мне и было холодно, закрыть люк я всё же побоялся, вдруг кому-нибудь из пассажиров здесь было душно, а вступать в конфликт из-за такой мелочи у меня не было ни малейшего желания. Автобус был полупустым, что не удивительно, ведь в это время дня большинство людей работают. Я сидел в самом конце, в одиночном кресле у выхода и каждая неровность дороги, по которой мы ехали, отдавалась у меня в зубах резкой болью. Когда-нибудь я схожу к стоматологу. Обязательно… Меня знобило и самочувствие в целом было паршивым. Вчера я до четырёх утра смотрел комедийный гаремник про школьника и инопланетную принцессу и сейчас моё сознание расплывалось невнятным киселём. Я старался хоть на чём-то сосредоточиться, но не мог. Перед глазами мельтешили смутные образы, состоящие из кадров вчерашнего аниме, неприятных событий на работе и выдуманных порнографических сценок с участием одной моей знакомой по переписке. Попытки хоть как-то собраться не приносили никакого результата. Проще было вылепить скульптуру из жидкого кала. Немного помучавшись я всё-таки решил думать о порнографии, хоть какое-то удовольствие. Яркость изображения окружающего мира стала стремительно снижаться. По телу прошла ещё одна волна озноба и холод стал совсем невыносимым. Будто бы я вдруг оказался на самой глубине античного Тартара. Холод и темнота стали чудовищно плотными, и в этой темноте уже тягостно завывали привидения и демоны. Гулкий лай трёхглавого Цербера разносился по этой мрачной обители… уаааа, какой к ебеням Цербер?! Я же о порнографии думать пытался! Мы стояли на светофоре, а на обочине гавкала самая обыкновенная дворняга. Кто-нибудь закройте этот чёртов люк, ну пожалуйста. Я резко себя одёрнул… кажется задремал. Достал телефон, попытался в него позалипать, но вдруг понял, что разучился читать. Я видел буквы, нормальные русские буквы, но мною они воспринимались как загадочные инопланетные иероглифы. Я просто не мог собрать их в слова. Спать…спать…надо ложиться спать. Вот разберусь с делами и буду валяться все выходные. Но это потом. А автобус тем временем подъехал к нужной мне остановке. Я вышел из автобуса, достал из наплечной сумки пачку просроченного цитрамона, съел пару таблеток и запил колой. Кажется должно полегчать. Надев наушники и включив liorinkarmic, я закурил и бодрым шагом пошёл по дороге, вглядываясь в пожелтевшие кусты в поисках нужной тропинки. Где-то справа, рядом с опорой линии электропередач… или слева? Блин, не помню уже. - Щёба, твой топографический кретинизм бьёт мировые рекорды, ты знаешь?. Аими, как обычно явилась из ниоткуда с таким видом будто никуда и не отходила. - Уйди, насекомое, без тебя как-нибудь справлюсь. - Без меня ты убьёшься на первой попавшейся кочке. Знаешь паталогическая неуклюжесть может быть признаком подсознательного желания покончить с собой. А ты у нас большой любитель падать и спотыкаться на ровном месте. Задумойся. - Для воображаемой недо-тульпы ты слишком болтлива. - Воображаемый здесь только ты Щёба, а я фея! Самая настоящая! Она карикатурно сложила руки на груди и ухмыльнулась. Да двухмерная анимешная феечка в розовом платьишке рассказывает мне, что она настоящая. Всё как обычно. - О, а вот и нужная опора ЛЭП! – сказал я и завис. Аими тоже замолчала. Через примерно минуту тишины я собрался с силами и произнёс: - Я хочу про эйфелеву башню пошутить, но это будет слишком тупо, давай ты! - Не не не, сударь, это ваша реплика. - Я очки ношу, мой интеллигентный образ будет к хуям разрушен, если я это сделаю! - Но тебе же хочется - Ну…ну…эээ… ВСТРЕЧАЙ НАС, ПАРИЖ! Je veux de l'amour, de la joie,De la bonne humeuuur….