В небе
16 июля 2018 г., 20:59
— А мне она нравилась.
— Кто?
— Твоя сестра.
«Сестра» — это слово отдалось тянущей болью в груди, в сердце, в рассудке.
— Арья?
— Санса, — мотнул культей правой руки Ланнистер.
— Кхм, — выдавил из себя Джон, не зная, что можно ответить Цареубийце.
Все перепуталось за последние недели и дни.
«Особенно дни» — поправил себя Сноу, вновь уставившись на тлеющие кварталы столицы; те всё пытались сопротивляться мелкому снегу… «сколько людей здесь погибло», посетовал он про себя.
— Она была с Псом в тот момент? — спросил его Джейме через пару минут тишины.
— С Клиганом, — не думая, поправил его бывший король Севера. — Да, с ним.
— С Псом. Надеюсь, что она выжила… Потеря двух сестер была бы слишком болезненной даже для тебя, король Сноу.
Раньше бы Джон разозлился, почувствовав в словах Цареубийцы насмешку или угрозу, но её там и не было.
— Надежда убивает.
— Лучше она, чем вот это, — глухо проговорил Джейме и сын, как он раньше считал, Неда Старка поднял глаза и проследил за направлением его взгляда; от Красного Замка осталась лишь груда камней.
— Сожалею.
— Ненавижу! — вдруг выдохнул последний представитель богатейшего рода, вскакивая и заметавшись от стены до стены. — Снова плен! Ненавижу!
Джон закрыл глаза.
Они всё потеряли, когда пала Стена. Беррик Дондарион добрался до ближайшего замка Ночного Дозора и отослал им страшную новость, но они, Джон и Дейенерис, привыкнув к вечной медлительности мертвых… не могли ожидать того, что Король Ночи ударит так быстро и в одиночку.
Он и мертвый дракон напали во тьме; так от страшных рук мертвеца умер еще один ребенок Дейенерис.
Остались лишь Дрогон и полная жажды отмщения королева драконов.
— Как оно может быть таким крепким? — риторически вопросил его сосед по заточению. — Даже лёд не так крепок.
— Это всего лишь стекло, сир Джейме. Незачем так его бить.
— Невероятно крепкое стекло! И прозрачней воды!
— А ещё мы летим, — протянул Джон.
— Нет! — воскликнул сир Джейме. — Мы просто зависли в воздухе, но не летим.
— Разве это не одно и тоже?
Джейме выдохнул и оперся лбом о стекло, оно холодит, как это уже явно запомнил Джон Сноу.
Он изменился, этот последний из Ланнистеров.
Он появился в разгар сражения с воинством мертвых у стен Винтерфелла… с подмогой из шестисот человек, которых, как он потом рассказал, набирал из тех, кого лично знал из детства… пра-пра-пракузены, солдаты, когда-то с ним воевавшие, рыцари, когда-то служившие его отцу, вернейшие люди, которых он подбил на измену его сестре королеве.
Как жаль, что его сестру Арью было уже не спасти.
Они проиграли ту битву, но он помог спастись тем, кто остался, помог уйти на юг
— Это какая-то бессмыслица, Сноу! Мы зависли в воздухе, находясь в камере с двумя прозрачными стенами и наблюдая, как справа догорает Королевская Гавань, а слева, как уже потух Королевский же лес! Это же… может, мы уже погибли? Это седьмое, шестое или пятое пекло?
— Я уже умирал, сир Джейме… и снов тогда не было.
— Ах да, та байка… как я мог забыть.
Бывший король Севера промолчал.
Севера больше не стало и они поспешили на юг, к Трезубцу… удалось им это лишь потому, что Король Ночи сражался с Браном, который задержал его какой-то неведомой силой ценой собственной жизни.
Их встретили Золотые Мечи, двадцать пять тысяч солдат у самого Рубинового брода, где его отец, принц Рейгар Таргариен проиграл свою жизнь.
Дейенерис хотела уже оседлать Дрогона, дабы пройти переправу, но там была королева Серсея.
Джон видел её тогда лишь мельком… она была бледна и напугана, Джейме смотрел на неё с жалостью; прошел слух, что она потеряла ребенка от брата.
Серсея пропустила остатки их войска и сир Джейме тогда улыбался.
— Как думаешь, сир Джейме, после того что ты видел… разве моя байка настолько невероятна?
— А что мы видели? Как ночью, прямо позади нас над войском из мертвых зажглось новое солнце?
— И это тоже. В первый день, как ты появился, всё твое лицо было в ожогах… Сейчас их нет.
— Что же у меня рука не отросла в таком случае?
Джон пожал плечами.
Они приняли решение сразиться на той переправе, но войско Короля Ночи стало во много крат больше от мертвецов-речников и всех кого он собрал на пути.
Они проиграли, Золотые Мечи проиграли, Дрогон проиграл, Дейенерис проиграла.
После её смерти Джон более всего опасался встретить её мертвецом.
Нетронутой осталась лишь Королевская Гавань.
Столица, до которой еще оставалось добраться.
Санса отказалась ехать туда одной без него и оставалась в лагере до последнего… лишь одну её ему хотелось спасти; все остальные просто погибли.
До города оставались считанные мили и тут что-то ударило в небе, темная тень накрыла весь свет, Джон помолился богам за то, чтобы она не оказалась ожившим Дрогоном.
Остановившись, он оглянулся к Сансе с сиром Клиганом… и за их спинами вспыхнуло алым, столб до небес, светло стало как днем, глаза заболели и секундой спустя теплой волной их всех раскидало; он не знал, где сестра, Пес или сир Джейме… он не мог повернуться, лишь наблюдая, как один за другим рвутся зеленым огни на стенах столицы.
— Я не знаю, что происходит, сир Джейме, — выдавил из себя Сноу, только для того, чтобы хоть что-то сказать. — Но мы точно живы… и точно неспроста.
— Тут вы как никогда правы, Джон Сноу, — раздался голос, который он рад был узнать.
— Варис?! Какого пекла?
«Как он зашел?» — спросил себя бывший бастард, но сразу отмел ненужную сейчас мысль, пытаясь сосредоточится сейчас на чем-то, что едва чувствовал.
Пол дрожал.
— Милорды, я тоже рад вас видеть, — жеманно поклонился евнух, даже одежды своей не сменившей, и он казался Джону неуместно старинным среди стали и стекла, их окружавших. — Но прошу за мной. Виталия ожидает вас.
