Far too young to die

      Величественный момент, когда начинает восходить луна, и в муках умирать солнце. Ты можешь узреть оба небесных мира сразу: мир света и тьмы.

      Небо ещё не окрасилось пламенем, но уже начинает переливаться множеством цветов. В этот час, кажется, сама жизнь начинает увядать вслед за светилом.

***

      Парень неторопливо подходит к изящному вишнёвому дереву и так же неторопливо садится на редкую траву, прислонившись спиной к старому стволу. И хотя дерево старается укутать человека от его невзгод, подросток взволнован.

      Брендон приходит на это самое место уже в течение нескольких месяцев лишь для того, чтобы поговорить с любимым. Сначала он безмолвно смотрит вдаль, словно задумавшись о чем-то. Его сердце колотится как бешеное, но внешне Ури пытается сохранять спокойствие; волнение кажется ему таким глупым. Сейчас он, запинаясь и теребя рукав огромной толстовки, рассказывает Райану все, что произошло в школе да и вообще за весь день. Он никогда ни о чём не спрашивает своего парня и не ждёт ответа, потому что знает; он не ответит. Росс мёртв и, естественно, он никогда больше не сможет произнести хоть слово или ещё совсем чуть-чуть побыть в нежных объятьях любимого человека.

      Брендону кажется, что он сходит с ума. Он совсем перестал ходить на могилу Рая. Парню банально страшно. В последний раз Ури, совсем обезумев от печали, принялся украшать её всевозможными цветами. В конце концов он пролил немало слез и устал так сильно, что уснул прямо там, у могилы.

      После этого случая обеспокоенная мать Брендона решила записать сына к «высококвалифицированному» психологу, потому что: «Боже, дорогой, так больше продолжаться не может. Ты выглядишь измотанным…» И что-то ещё в этом духе, но Брендон уже и не слушал. Он знал наизусть абсолютно всё, что может сказать ему мать и также хорошо знал, что психолог не скажет ничегошеньки дельного.

      Так и вышло. В кабинете подростка и его беспокойную мать уже поджидал добрый дядя с зализанной прической и в очках с толстой оправой. «Депрессия»-всё, что он сказал.

      Сейчас Брену неприятно вспоминать этот разговор и эти туманные, пустые глаза. В этом месте ему хотелось бы вспомнить то время когда единственным недостатком в жизни было общественное мнение и презрительные взгляды окружающих. Тот момент, когда они впервые увиделись, когда оба возненавидели друг друга с первого взгляда, а затем влюбились до невозможности так, что хотелось кричать и метаться из стороны в сторону. Хотелось вспомнить, как они, оба смущённые, впервые взялись за руки, сходили на первое свидание и, конечно же, волнительный и неумелый первый поцелуй. Часто смотрели на закат, лёжа под этим самым деревом, и уходили домой после наступления темноты. А потом… Потом ушёл и он, не оставив никакой записки или хотя бы короткого сообщения. Ушёл, оставив Ури наедине со своими мыслями и догадками. Только позже Брен понял, что совсем не знал парня. Его рисунки и хаотично разбросанные листы с идеями для песен и простыми записями - Всё говорило об одном и том же. Помощь. Он просил о помощи.

      Брендон стёр слезы, текущие по щекам и даже немного по шее, и нервно улыбнулся.Они так похожи на солнце и луну. Особенно сейчас.

***

      Сегодня он снова смотрел на уходящее солнце один. С появлением первых звёзд, парень поднялся с земли и устало побрёл в сторону дома, уверенный в том, что завтра точно вернётся снова.