THE FEELING OF ONE'S NATIVE

Я так устал, но теперь дай мне свет, Я хочу вновь прозреть. Времени нет Ты — мой ответ На вопросы, которые уже не вспомню вовек...

POV Марк Теперь она рядом и я чувствую реальное спокойствие. Она продолжала доверять мне. Безгранично и как-то по-детски, это мне и нравилось. На самом же деле она не была такой наивной, как казалось на первый взгляд; наивная только для меня - это я понял быстро. Но той чистоты, что была в ней, хватило мне, чтобы крепко привязаться к девушке. Иногда проскальзывает мысль, что кто-то может сказать, что я испорчу её и, возможно, это будет правдой; но я испорчу её так, как нужно нам двоим. А потом я вспоминаю, что мне всё равно на мнение других людей. В самолёте, несущем нас в Питер, я уснул; разбудили меня мягкие прикосновения на руках. Девушка осторожно прикладывала свою ладошку к моей, присматриваясь к разнице. Я сжал её руку; она вздрогнула от неожиданности. Поднимая наши руки, я уже сам прикладывал её ладонь к своей: меня это забавляло и даже как-то умиляло. - Видишь, твоя очень маленькая. - проговорил я, смотря на девушку. Она кивнула. - У тебя такие длинные пальцы... - задумчиво протянула она. Я усмехнулся, кивая: так уж пожелала природа. Она удобно устроилась на моей груди, поглядывая на облака за пределами самолёта. Спать мне больше не хотелось, поэтому я присматривался к тому, как она жмурится от яркого света, и как он играет в её волосах, делая их чуть рыжеватыми. Песчинки света застревали в чёрных ресницах, которые становились светлыми к самым кончикам и как-то мило пушились. - Не хотела говорить, но... - неуверенно начала девушка. Я был весь во внимании. - Я думала, что не увижу тебя, и вообще никогда не думала, что ты захочешь забрать меня. И сейчас мне кажется, что ты какой-то нереальный. - медленно проговаривала девушка, поглаживая моё предплечье, покрытое татуировками; ресницы дрожали. Я думал не долго; да и вообще, проще говорить то, что первым приходит на ум: это будет правдой. Хоть с кем-то я не буду придумывать, что правильнее сказать в следующий момент. - В это сложно поверить, да? - я усмехнулся про себя, смотря на неё сверху, - Но я же вернулся. И сейчас я здесь, с тобой. Значит, так было нужно для нас обоих. Её вполне устроил этот ответ. Жизнь потекла как-то размеренно. В первые несколько дней мне приходилось проводить много времени вне дома - накопилось много дел. Всё было почти как обычно, но появилась одна весомая деталь: дома меня теперь всегда ждали. Она не ложилась спать, пока я не вернусь, волновалась о моём режиме и состоянии - я ещё не успел восстановиться после тура. Всё это как-то грело меня внутри, кроме того, очень притягивала своеобразная мудрость: девушка и правда уже была взрослой. Я и не ждал через чур детского поведения, но всё же. День на третий я вернулся особенно поздно: пришлось задержаться с ребятами в баре. Конечно, она уже спала. Я осторожно прилёг рядом, приобнимая девушку и поглаживая её по волосам. Спать почему-то не хотелось; я просто смотрел в лицо, которое очень быстро стало таким родным. Наверное, зачастую самые настоящие чувства приходят к тебе внезапно. Ведь всё это между нами произошло как-то стремительно, резко и какие-то воспоминания даже могли остаться смазанными. Но я помнил всё, будто в замедленной съёмке: первый разговор по FaceTime'у, севший голос в трубку, когда она простудилась, просьбы беречь себя. Какая-то уже стандартная история из чьей-нибудь фантазии. Но разве так в наше время встречаются люди? В один из моих свободных вечеров - всё же я смог позволить себе немного отдохнуть после тура - мы гуляли по вечернему Питеру. Девушка восхищённо осматривалась по сторонам, но спокойно шла рядом; это меня несколько удивило: я ожидал бурных эмоций. Здесь я прогадал, но мне хватало радости в её больших глазах, чтобы знать, что ей правда нравится. Она просто изредка спрашивала меня о чём-то, что я предположительно знал об этом городе. Пришлось вспомнить что-то из того, что мне рассказывали друзья. Первые звёзды, выступающие на стремительно синеющей ткани неба, слабо мерцали, придавая городу сказочность и будто покрывая улицы серебристой дымкой, сквозящей в свете фонарей. Больше всего мне хотелось вытянуть хоть что-то из девушки: я знал кое-что о её семье, но мне всё время было недостаточно. Она охотно отвечала; если вдруг вспоминала что-то и считала нужным рассказать мне - рассказывала. Решив, что некоторые места можно посетить в другой день и никуда не торопиться, я решил заглянуть в торговый центр, чтобы растянуть наше времяпрепровождение. Занятие нашлось почти сразу: я уверенно подтолкнул девушку к магазину одежды. Стандартная ситуация, но правильная: вещей она привезла не так уж и много, а мне просто хотелось понаблюдать за ней. - Возражения не принимаются. Мы можем хотя бы просто посмотреть. - выдал я, утягивая её за собой. В итоге девушка скрылась в примерочной по моей просьбе. Сначала я топтался на месте, а затем заглянул за штору. Она дёрнулась, в спешке прикрываясь и смотря на меня через зеркало: - Марк! Я хихикнул, как мальчишка: и чего я там не видел. Хотя, её ещё не видел. Она попыталась закрыть примерочную перед моим носом; я сделал это сам и простоял какое-то время, прислушиваясь к шелесту одежды. Снова отодвигая штору, я шагнул в примерочную; девушка попятилась назад, недовольно бормоча: - Ну дай ты мне спокойно переодеться, Марк... - Да не бойся ты. - промурчал я, перехватывая её запястья. Я прижался к её губам, зная, что это обезоруживает. Кстати, топ и брюки сидели на ней хорошо. От неожиданности девушка обхватила меня за шею, удивлённо хлопая ресницами; я взял её за подбородок, намекая, что можно опомниться и ответить на поцелуй. И она ответила, прикрыв глаза. Здесь мне было достаточно этого. POV Она Выбрав свободный день, мы отправились на прогулку по городу. Днём Марк ездил по делам, а вот вечером оказался свободен и буквально вытянул меня на улицу: мне не хотелось, чтобы он тратил своё время. Я всё ещё слабо осознавала то, что теперь мы делим это время пополам - он сам говорил об этом. Изнутри Питер вовсе не серый, тем более, если ты идёшь по нему с нужным человеком. Ярко освещённые проспекты встречали нас множеством людей совершенно разных настроений и намерений. Марк предлагал куда-нибудь заглянуть, а я рассеянно кивала, всматриваясь в город сквозь красивый низкий голос, заполняющий мысли. Мне нравилось слушать его - только поэтому я иногда всё же задавала какие-то вопросы. Когда мы шли по оживлённым улочкам, Марк крепко прижимал меня к себе за талию: каждый раз меня это будоражило; он переживает и вообще всем своим видом показывает, насколько серьёзно настроен по отношению ко мне. Я вспоминала то, как мы общались на протяжении почти двух месяцев: он помог мне после своего концерта и это стало отправной точкой нашей истории. В тот вечер, когда я увидела его впервые, он казался мне каким-то полупрозрачным, будто сделанным из другой материи: до этого я никак не могла представить себе, как же на самом деле пройдёт наша встреча. А теперь я здесь, с ним, и до сих пор не верю в это до конца. Всё это чертовски странно, но в то же время слишком правильно, так, как могло быть только у нас. По приходу домой я юркнула в душ, пока Марк разговаривал по телефону с менеджером. Проведя там не больше пятнадцати минут, я вышла, а парень всё так же разговаривал, что-то старательно объясняя. Он отправил меня в его комнату, а сам остался в гостиной. Я не знала, что мне делать, и просто ждала его, осматриваясь. Из света горели только две настольные лампы, но их было достаточно, чтобы оценить обстановку. Большой письменный стол из тёмного дерева, заваленный блокнотами, какими-то бумагами и кучей ручек, занимал достаточно много места; я так и думала, что он часто пишет что-то от руки. Кровать была также большой: черная резная спинка невольно притягивала внимание. Вся комната была выполнена в тёмных тонах: чёрные плотные шторы на окнах, бордовое постельное бельё, чёрные кресла. Марк вошёл почти бесшумно; я всё же услышала, как открывается дверь. Он шёл ко мне; я развернулась и оказалась прижата к письменному столу. В тусклом свете ламп я видела, как он улыбается, усаживая меня на столешницу. - Я так давно этого ждал. - негромко промурлыкал он, протягивая руку и поглаживая меня по щеке. Я неосознанно тянулась за лаской, наклонив голову и прикрыв глаза. Хотелось накрыть его ладонь, но я просто отдавалась ощущению защиты. В то же время Марк казался мне невероятно опасным. - Я знаю, что ты их кусаешь. - неожиданно он оказался слишком близко: его слова растаяли на моих губах, оставляя горячий след со вкусом ментола. Дыхание оборвалось; я всматривалась в его глаза, срываясь и опуская взгляд на манящие губы. Марк коснулся моих губ, едва захватывая их; я оторопела, крепко сжимая столешницу. Парень отстранился, поглаживая мою грудь сквозь тонкую ткань шёлковой майки. Я вздрогнула, отклоняясь назад. Марк понял мой страх. - Ты хочешь этого? - тихо спросил он, поглаживая мои бёдра и мягко разводя ноги. Я в смущении попыталась удержать их; щёки сразу же загорелись, покрываясь румянцем. Но Марк был настойчив и уже стоял ещё ближе. На самом деле я была готова сделать это с ним. Я доверяла ему безгранично: иначе разве уехала бы я с ним? Наверное, он расценил моё стеснение особым образом: - Ты у меня уже взрослая. Я буду нежным, обещаю тебе. Эти слова пробили меня насквозь. Его голос заставлял просто подчиниться и довериться. Я понимала, что пытаться избежать этого бессмысленно: я сама безумно этого хочу. Просто признаться будет слишком стыдно. Марк, поняв, что я не собираюсь противиться, в пару движений стянул с меня майку. Я осталась в светло-розовом кружевном бюстгальтере. Убирая волосы назад, он припал к моей шее, от чего я даже отклонилась назад, прикрыв глаза: тело била мелкая дрожь от того, что его губы сейчас обжигали мою кожу. Мы впервые были так близки. Он медленно выдыхал мне в шею, словно наслаждаясь каждой секундой. Марк поглаживал мой живот, считал рёбра и осторожно касался груди. Он не хочет меня напугать, это видно. Ловко расстегнув застёжку, он отбросил элемент белья на стол. В порыве я попыталась прикрыться, но Марк перехватил мои запястья, опуская руки вниз. Меня трясло, потому что я видела, как жадно он смотрит на меня: взгляд скользил по моему телу, обжигая. Он ведь видит всё это впервые. Он мягко целовал меня в шею, ключицу; едва его пальцы коснулись моей груди, я поняла, что щёки окончательно краснеют: я в буквальном смысле сгораю от непонятного стыда. От Марка пахло дорогим парфюмом, ментолом и горячей кожей. Это сочетание окутывало меня, делая беспомощной. Я смотрела в пол, безуспешно пытаясь справиться со смущением. Но это было просто невозможно. Марк осторожно взял меня за подбородок, поднимая лицо: - Смотри только на меня. Я тебя не обижу. - вкрадчиво проговорил он, заглядывая мне в глаза. В его карих омутах я видела что-то, что вселяло в меня уверенность: он не обманет. Я постаралась кивнуть. Легко приподнимая меня, обвив рукой талию, Марк медленно стягивал шорты с моих бёдер, касаясь кожи горячими пальцами. Я робко взялась за ремень на его джинсах, но не пошла дальше. Парень, замерший на секунду, снова приблизился к моему лицу. Он поцеловал меня коротко, прерывая зарождающийся поцелуй, и одновременно погладил меня сквозь тонкую ткань трусиков. Я тихо ахнула и в порыве притянула его к себе за цепь на шее: хотелось продолжить поцелуй, хотелось чувствовать его мягкие губы. Марк тихо рыкнул, и, укусив меня, снял с себя украшение: цепь со звоном опустилась на стол возле меня. Следом отправилась его толстовка; я завороженно всматривалась в его торс, в татуировки, скрытые до этого рукавами. Молодой человек снисходительно наблюдал за мной. Да, мне всё ещё было страшно; я кусала губы от вида его тела. Молодой человек знал, что делает. Он начал с виска, прокладывая дорожку влажных поцелуев до самой груди, преодолевая челюсть, шею, ключицы, ямку меж ними. Растворяясь под губами Марка, я смогла найти в себе волю, чтобы коснуться его кожи, обводя контуры красивых рисунков; я любила их ровно настолько же, насколько любила их обладателя. Марк тем временем провёл языком по ложбинке груди, чуть сжимая её. Я судорожно вздохнула, хватая воздух: я больше не смогу думать о чём-то, кроме него. Он продолжал целовать моё тело; касаясь языком соска, он придерживал меня за талию: я прогнулась назад, тихонько застонав. Ему явно понравилось это. Марк мягко прикусывал соски, заставляя меня извиваться и давить стоны. Это не было грубо, наоборот, слишком нежно. Он снова целовал меня в шею, поглаживая моё плечо; переходя на спину, он считал позвонки. Я расслабилась, прикрыв глаза от удовольствия, позволяя ему делать всё, что угодно. Низ живота неистово ныл от желания. Нежно сжимая мою грудь, Марк вдруг прижал меня к себе и тут же забрался в трусики; от неожиданности я перехватила его руку. Марк был над моим лицом; я смотрела на него снизу. Щёки пылали, но я отпустила его: мне хватало одного лишь взгляда. Тело пронзило очень сильное чувство; я задрожала, не сдержав стона: парень едва коснулся моего клитора, спускаясь ниже. Я закрыла глаза и только сейчас поняла, что уже давно предательски влажная. Уложив голову на грудь парня, я тихонько постанывала, пока он ласкал меня, изредка целуя куда-то в макушку. Теперь мне почти не было стыдно или неловко. Теперь он владеет мной и смысла прятаться больше нет. Я затерялась в сильно нахлынувшем возбуждении, слушая звон пряжки ремня: кажется, Марк остался полностью обнажённым. Неужели это действительно произойдёт сейчас? Я не могла разобраться в собственных чувствах и, наверное, давно смотрела в пустоту. - Не бойся, малышка. Слышишь меня? - ласково проговорил он, очаровывая своим взглядом. Я неуверенно кивнула. Что я ещё могу сказать? Нарочито медленно стянув с меня влажные трусики, Марк провёл пальцем по моим губам и, поглаживая тыльную сторону моей ладони, прошептал: - Ну же, возьми его. Я нерешительно протянула руку; в полутьме было сложно ориентироваться, непонятный страх сбивал; но инстинкты были сильнее. Коснувшись возбуждённого достоинства парня, я мягко обхватила его рукой, и чуть провела ею вниз. Марк тихо простонал; а я... я растерялась. Вся эта ситуация пугала и будоражила одновременно, пробуждая внутри инстинкты, неизвестные мне ранее. Отклонившись, я смущённо свела ноги, всматриваясь в силуэт молодого человека. Поднимая со стола, Марк осторожно уложил меня на постель. Теперь он был сверху. Я смотрела на него: молодой человек изнывал от желания, прикусив несчастную губу. Он медленно ввёл в меня палец, а меня почему-то поразила неожиданная мысль: а что, если он думает, что я уже?.. - Марк, я... - вместо продолжения я застонала, запрокидывая голову. Взяв моё лицо в ладони, Марк наконец чувственно поцеловал меня - так, как мне хотелось. Это был поцелуй, похожий на те, которые он дарил мне внезапно, желая что-то доказать - нежный и осторожный. Но сейчас всё было как-то иначе, будто все эмоции умножились в тысячу раз. - Я знаю. - наконец шепнул он, отрываясь. Всё давно было понятно без слов. Пристроившись ко входу, он не спешил, нависая надо мной. Я поняла, что меня охватила паника; я испуганно вцепилась в его плечи, чуть сводя колени и кусая губы; глаза судорожно метались по сторонам, пытаясь остановиться хоть на чём-то. Марк принудил меня посмотреть она него. - Только на меня, помнишь? - проговорил он, ласково погладив меня по щеке. - Да... - беззвучно выдала я. - Умница. Не бойся, я обещал тебе. - Марк взял меня за руку, крепко сжимая пальцы. Он вошёл медленно, не разрывая зрительного контакта. Больно было всего секунду; я даже не успела вскрикнуть, лишь закрыла глаза, максимально выдыхая. Теперь между нами нет никаких преград. Голова кружилась от опьяняющего ощущения заполненности. Марк осторожно вошёл ещё немного, заполняя меня всё больше. Перед глазами всё поплыло; мне было невероятно хорошо. Марк поцеловал меня в скулу, а затем смял губы в нежном поцелуе, совершая первый толчок. Я даже тихонько заскулила ему в губы от непонятного ощущения. Нет, мне не было больно. Просто это было настолько неизведанно. Жар внутри только усилился, а мучительно медленные движения приносили удовольствие, от которого хотелось кричать. - Тебе больно? - ласково спросил он. Я отрицательно покачала головой, прокусив губу: его достоинство было таким большим для меня. Он был очень осторожен; дав мне обхватить его торс ногами, Марк медленно двигался. Я неосознанно потянулась к нему, обнимая за шею; парень склонился ближе ко мне, позволяя сделать это. Теперь я вжалась в его плечо, прикрыв глаза, и осторожно касалась мягкой кожи губами. Марк поцеловал меня в ушко, шепча: - Вот так, молодец... - я двигалась ему навстречу. Я чувствовала, что Марк оставляет едва заметные засосы на моей шее и ключицах: собственнический жест? Я задрожала, чувствуя скорое приближение оргазма; поняв это, молодой человек чуть ускорился, продолжая дарить такие нужные сейчас ласки: от его прикосновений кожа горела огнём. Долгожданный оргазм оглушил меня очень сильно. Я обмякла в руках Марка, но всё ещё крепко прижималась к нему, спрятав лицо на шее: так хорошо мне не было ещё никогда. Молодой человек вдруг застонал вслед за мной; я чуть повернула голову и сквозь пелену увидела, как сильно он кусает губы. Я позволила себе окончательно выпасть из реальности: он смог достичь оргазма со мной? Тело больше не слушалось, мысли в голове сбились в один большой ком. Я чувствовала, как Марк гладил меня по голове, укладывая на свою грудь и накрывая одеялом. - Знаешь, я... - негромко проговорила я, вдыхая опьяняющий аромат его кожи. Я не смогла закончить свою мысль: подсознание стремительно уплывало куда-то далеко. - Знаю. - ласково заверил он, прижимая меня к себе. А ведь я могу сказать ему так много. - Я столько всего хочу сказать тебе. Но уже не сейчас. - кажется, Марк думает о чём-то подобном. POV Марк Страх в её глазах был абсолютно естественным. Взгляд моментально потерялся, судорожно метаясь по комнате. Нужно ей напомнить. Вынудив её посмотреть на себя, я дождался, пока она чуть успокоится. - Только на меня, помнишь? - ласково прошептал я. Смотри на меня. - Да... - Умница. Не бойся, я обещал тебе. - я взял её за руку, сжимая тоненькие пальцы. Я сделаю так, как обещал. Она так мило и доверчиво целовала меня в плечо; осторожно и будто не желая, чтобы я заметил. Но как это можно не почувствовать? Именно с ней мне хотелось быть нежным, хотелось защищать. Не сдержавшись, я мягко прикусывал кожу на ключицах девушки, оставляя следы: сейчас это то, что нам нужно. Не хотелось порочить эту нежную кожу, но я не смог себя остановить и оставил нежный засос не её шее. Пусть мы оба будем знать, что себя она отдала мне и теперь она моя. Вспышки удовольствия перекрывали все остальные ощущения и способность мыслить. Мне не хотелось говорить сейчас. Мы ещё успеем поговорить обо всём, что нас так волнует. Я просто гладил её по волосам, ощущая слабую дрожь. Перед тем, как уснуть, я гонял в голове много интересных и очень милых мыслей. Я отчётливо ощущал, что готов сделать для этой девушки всё, что угодно. Забрать её из совершенно другого города оказалось пустяком.

Сегодня ты - мой вечер; А значит - для других нету связи...