Дневник жизни

Всем добрый вечер, дорогие читатели! Вот и продолжение) Небольшой такой скачок получился, но самое интересное ещё только начинается;) Спасибо всем, кто читает/комментирует) *** - Макс, ну хватит мне уже морали читать, хватит! Я не ребёнок, я могу сама решать, что мне делать, - после нашей смены Макс потащил меня на улицу, 'подышать свежим воздухом'. - Не можешь! Ты в таком состоянии уже чуть не решила... Если я не успел, что тогда, Вик? - я умело заткнула его нотации поцелуем. После него он и вовсе про них забыл и требовал продолжения. Я не могла отказать, до конца не зная, к чему это приведёт. Эту ночь мы провели вместе. Мне было хорошо до безумия. Я не хотела ни о чём думать, я не хотела загадывать, что будет дальше. Хотелось просто наслаждаться каждой секундой, проведённой с ним вместе... Утром я проснулась от лучиков солнца, упорно пробивающихся сквозь занавески. Я непроизвольно улыбнулась, заметив то, что нахожусь в объятиях Макса. Он открыл глаза: - Доброе утро, - с улыбкой проговорила я и поцеловала его. От этого Максим тоже улыбнулся. - Доброе, - я посмотрела на него, - Что-то не так? - Всё так. Макс... - я немного отвела глаза. - Ну что такое, Вик? - Я просто... Люблю тебя... - он улыбнулся ещё больше. - И я тебя, котёнок, - рассмеялся Макс и потеребил мои волосы. Мне тоже стало смешно от того, как он меня назвал. Но мне казалось это всё каким-то фальшивым. Видимо, у тебя паранойя, Кузнецова. Вам хорошо, чего ты ещё хочешь?.. *** Шли дни, недели. Между нами с Максом снова начала выстраиваться некая стена. Порою, вечером, я смотрела в окно и видела, как по дорожкам вокруг Логоса мило прогуливались Макс и Лиза, увлечённо общаясь. Вроде ничего такого, но изнутри меня распирало какое-то чувство. Ревность? Возможно. Хотя я, по сути, не имею на неё права. Ведь мы как бы официально так и не встречаемся. Нет, не то чтобы... Он говорит, что я ему важна и всё такое, но он ни разу не сказал, что любит. Не сказал те заветные три слова. Он может отвечать " И я тебя" или просто молчать на это. Неужели я просто придумала себе всё? Как всегда, в общем. Второй раз на одни и те же грабли. Его тянет к Виноградовой, а со мной он, по-видимому, пытался забыть или ещё что. Я вообще абсолютно перестала его понимать! АБСОЛЮТНО. Теперь я сожалею, что поддалась соблазну и вновь отдалась ему. Может, он просто не хотел оставлять меня одну, пока я была в таком состоянии. Снова жалость? Терпеть не могу это чувство! Лучше бы я была всё это время одна, чем вот так вот... *** Спустя две недели *** Времени прошло всего ничего, а в жизни каждого из нас очень многое поменялось. Нам всё таки удалось добраться до вакцины. Удалось избавиться от этого страшного вируса. И самое главное — удалось выйти за пределы карантинной зоны! Все станут жить своей жизнью. Сейчас я еду домой. Хотя за годы, проведённые в школе, именно Логос стал моим домом. Но ключи от родительской квартиры у меня всегда были. Знаете, мне жутко страшно. Мне кажется, я уже даже привыкла жить на грани, привыкла к адской усталости, привыкла к постоянным смертям. Чувство адреналина всегда зашкаливало. А что будет теперь? Одна в пустой квартире, где всё напоминает о родителях, которых я больше никогда не увижу? Чудная перспектива, однако. Ну, назад пути нет. Я вышла из автобуса и прошла в арку. Передо мной — шестнадцатиэтажный дом, двор которого красовался разноцветными клумбами, зелёными насаждениями. В детском городке резво бегали и веселились детишки. Детство... Как много воспоминаний связано с ним. Они беззаботно играют и даже не догадываются со сколькими проблемами прийдётся столкнуться в более старшем возрасте. Я бы сейчас всё отдала, чтобы вернуть его, вернуть те яркие моменты связанные с ним, тех друзей... Хотя теперь я задумываюсь, тех ли людей я называла друзьями. Видимо, не тех. Так ладно, чего-то ностальгия затянулась. Я вошла в свой подъезд. Открыв дверь квартиры, я несмело ступила на порог. Из квартиры веяло холодом и одиночеством. Как тут тихо. Аж не привычно. Раньше всегда мама встречала меня с порога, когда я приезжала на каникулы, не давая раздеться заваливала вопросами по типу не замёрзла ли я, как доехала и всё в таком духе. Я больше никогда этого не услышу. Пора свыкаться с этим, Кузнецова! Я бросила сумку прямо в коридоре и, забыв закрыть входную дверь, зашла в одну из комнат. Былую комнату родителей. Раньше она мне казалась просторной и светлой. Сейчас же я не могла здесь находится. Их любимые вещи, их свадебное фото, стоящее на самом видном месте, аромат маминых духов... Слёзы сами по себе стали наворачиваться. От того, что окно было закрыто шторами, в комнату не поступал солнечный свет. И от этого становилось ещё более жутко. Меня начало трясти. Я скатилась по стенке на пол и закрыла лицо руками. От своих ощущений я просто зарыдала так, что, казалось, меня слышал весь мир. Вдруг я услышала шаги... Я подняла голову вверх. В дверном проёме стояла достаточно пожилая женщина. Она глянула на меня: - Викуля? Ты ли это? - я стала всматриваться в её лицо и заметила что-то знакомое. Но всё равно я не могла понять, кто она, - Ты меня, пожалуй, и не помнишь совсем. Я ваша соседка. В детстве я часто с тобой сидела, когда родители суетились по своим делам. Слыхала о твоём горе. Но почему-то раньше я тебя не видела. А сейчас возвращаюсь домой, гляжу - дверь не закрыта. Ещё и плач доносится. Вот я и зашла, - я промолчала, - Ну, не расстраивайся, деточка. Всё пройдёт. Это ты в школе учишься ещё? - Доучилась уже. Выпустилась... - тихо проговорила я. - А, так ты ещё и выпускница у нас? - она по-доброму улыбнулась, - Ну ладно, я пойду. Двери закрой и если что - заходи. Моя квартира напротив! - я кивнула. После этого послышался щелчок двери. Надо и в правду её закрыть, а то ещё кто захочет зайти. Я поплелась в коридор. Закрыла дверь на ключ. Потом я зашла на кухню. Висели настенные часы, которые сообщали, что уже без четверти девять вечера. Внезапно, гробовую тишину, охватившую квартиру, нарушил звонок моего мобильного. На дисплее был незнакомый номер. Я приняла вызов: - Да, слушаю, - усталым голосом произнесла я. - Виктория? Кузнецова Виктория Владимировна? - послышался мужской голос. - Да, а вы?.. - Я - Потапенко Александр Викторович. Адвокат ваших родителей и по совместительству лучший друг вашего отца, - в горле стал ком. - Что вы хотите? - Это не телефонный разговор, могли бы встретится завтра, во сколько вам будет удобно? - Хорошо. Где встретимся? - Подъедите ко мне в офис? Уладим некоторые бумажные дела. - Ладно, диктуйте адрес, - я взяла ручку, блокнот, лежавший на столе и записала адрес офиса, - Я буду. Во сколько? - Если вам удобно, давайте часикам к одиннадцати? - Ладно. - До свидания, Виктория Владимировна, - я сбросила и положила мобильный на стол. Что ему надо от меня? 'Бумажные дела'... Я взяла в руки блокнот, в который записала адрес. Стала пролистывать его. Это мамин. Типа ежедневника что-то. Я остановилась на одной из страниц. Огромными цифрами написано число 13 а рядом приписано 'июня'. Обведено в красный кружочек, три восклицательных знака рядом. И ниже написано: "День рождение Викули". Меня всегда бесило, когда она меня так называла. А сейчас за любое её слово готова отдать жизнь. Но поздно. Слишком поздно... А какое это у нас число? Третье? То есть день рождения через десять дней. Я его всегда отмечала с ребятами... Хотя да, всё равно. Всё равно его отмечать не буду...