Ведьма

Итачи ошибся, думая, что в ту ночь они виделись в последний раз. Учиха и Кокоа лежали на их любимой поляне перед судной ночью. Было пасмурно и довольно-таки прохладно, поэтому Итачи набрался смелости обнять Кокоа, прижимая её к своей груди. — Мы когда-нибудь встретимся? — спокойно спросила Кокоа. Хотя в её душе до сих пор бушевал ураган эмоций, и она еле сдерживалась, чтоб не заплакать. Ведьма понимала, что её слёзы ничего не изменят и, поэтому, пыталась выдавливать спокойствие. — Не знаю, ромашка, не могу тебе ничего обещать, — с трудом ответил Итачи. Он ни в коем случае не хотел обидеть ведьму своим ответом, но и врать ей он тоже не собирался. — Можешь быть уверена, что с тобой ничего не случится. У тебя будет личный охранник, — с улыбкой сказал Учиха и указал пальцем в небо, где летала та самая Ворона, которая приносила Кокоа записки от него. — Ворона. — Кокоа расплылась в тёплой улыбке, радуясь, что маленькая часть Итачи будет с ней. — А я не за себя волнуюсь! Надеюсь, у этих Акацуки имеются большие запасы сладостей. Итачи громко рассмеялся, а Кокоа пришла в недоумение, ведь говорила она серьёзно. Ведьма знала слабость друга к данго, пирожным с карамелью и клубничным леденцам. — Это самое последнее, о чём я беспокоюсь, Ромашка. — А о чём ты беспокоишься? — За Саске и за тебя, — прямо ответил Итачи. — Хотя больше за Саске. Он ведь ещё совсем мал. В его сердце поселится ненависть ко мне, а разум захватит месть. Надеюсь, у него будут хорошие друзья, которые прольют хоть немного света в его душу. — Я могу иногда приглядывать за ним. Пусть у меня и нет опыта присматривать за детьми, но я постараюсь, — предложила Кокоа. — Саске уже не ребёнок, — заверил её Учиха. — Он маленькими шагами стремится к своей мечте стать лучше меня. Когда есть цель, Ромашка, тогда ребёнок перестаёт им быть. — Получается, я ещё ребёнок. — Кокоа начала перебирать пальцами траву. — Я ведь даже не знаю свою миссию в этом мире. Ты говоришь, что я должна всегда быть здесь и избегать любой опасности, но я не хочу, — тихо сказала ведьма, какая головой. — Хочу наконец-то выйти из этого леса без помощи заклинания невидимости. — Только когда в деревне будет процветать мир. Кокоа показательно фыркнула, а Итачи, тепло улыбнувшись, щелкнул её по лбу двумя пальцами. Ах эта дурацкая привычка! Ведьма демонстративно нахмурилась и начала тереть лоб. Кокоа проклинала время, когда начинало темнеть. Из-за этого её друг прощался с ней и уходил домой или на миссию. Только вот сегодня совсем всё по-другому. Сегодня их последняя встреча. Возможно, они больше никогда не увидятся. Итачи больше не расскажет ведьме про свои приключения на миссиях, а последняя, в свою очередь, не угостит Учиху компотом с веточками плакучей ивы. К слову, Итачи всем сердцем верил, что именно компот более-менее пригоден для питья в отличии от других напитков, которые готовила Кокоа. Друзья уже собрались прощаться, и Кокоа даже не была против прощального щелчка по лбу от Итачи. Однако, вместо щелчка, Итачи крепко обнял ведьму, вжимая последнюю в свою грудь. На глазах Кокоа начали выступать слёзы. — Обещай мне, что будешь осторожен. Обещай, что с тобой всё будет хорошо, — жадно вдыхая воздух, просила Кокоа. Она часто шмыгала носом и пыталась остановить слёзы, ведь её другу не нравилось, когда она плачет, но ничего не выходило. — Обещаю, — тихо произнёс Итачи, медленно выпуская ведьму из своих объятий. Он аккуратно взял её за одну руку, а другую положил ей на щеку и начал её поглаживать. — Ты такая красивая, Ромашка. Итачи приблизился к лицу Кокоа. Между ними оставались считанные миллиметры. Он аккуратно дотронулся губами к губам ведьмы и нежно поцеловал. Учиха чувствовал смесь солёных слёз (которые не прекращали бежать с глаз Кокоа) и чайной розы. Её любимый чай был именно с лепестками этого цветка. Внутри Кокоа бушевал ураган эмоций. Во время этого поцелуя она осознала, что любит Итачи. Она мысленно умоляла Всевышнего, чтоб Учиха не уходил, чтоб побыл ещё немного с ней, чтоб оставил план по уничтожению клана и остался с ней в этом лесу навсегда. — Я хочу пойти с тобой, — остановив поцелуй, тихо произнесла Кокоа, вытирая ладонями заплаканное лицо. — Это невозможно, Ромашка. — Прошу тебя... Новый приступ истерики охватил Кокоа и она вновь начала плакать. Итачи тяжело вздохнул, осознавав, что он не может взять её с собой, подвергнуть большим опасностям на пути. — Я люблю тебя, Ромашка. С тяжёлым сердцем, Учиха снова приблизился к ней, щёлкнул двумя пальцами по лбу и в миг исчезнул. Тело ведьмы стало мягким и она рухнула на землю. В её глазах поселилась грусть и невыносимая боль. Кокоа задыхалась от того, что она ничего не смогла сделать. Не смогла остановить Итачи. Не смогла спасти его. — Я буду ждать тебя, мой любимый друг. . Прошло много времени. За эти годы Итачи стал членом Акацуки и преступником. Он каждый день думал о младшем брате Саске и его Ромашке. Как успехи у Саске в Академии? За ним приглядывают? Насколько же изменился его брат после той судной ночи? И как поживает Кокоа? В безопасности ли она? Ведьма почти что каждый день приглядывала за Саске. Конечно, она использовала заклинание невидимости. Но благодаря Кокоа, на Саске не упал огромный тазик с рыбой (она его оттолкнула), ему снились хорошие сны (ведьма наложила на мальчика заклинание Сновидений), подкладывала ему в еду несколько щепоток смеси из лечебных трав (для иммунитета). Кокоа отменила, что Саске очень похож внешне на Итачи, но они были совершенно разные внутренне. Каждый день ведьма думала об Итачи. Переживала, всё ли у него хорошо. Кокоа, спустя столько лет, до сих пор грел тот их прощальный поцелуй. Она не сломалась внутри после их разлуки, наоборот, проводила каждый день в надежде, что они встретятся вновь на той самой поляне.