Нас друг для друга создал Бог.

— Жена, я дома! — выкрикнул Брагин, как только переступил порог квартиры. — Слышу, бегу! Если это можно так назвать… — Марина медленно поднялась со стула и направилась встречать своего драгоценного мужа. — Держи, — отдал Марине пакет с персиками, — Как заказывали, — довольно улыбался, пока снимал обувь, — На улице такая жара, жуть. Хорошо, что ты не захотела сегодня никуда выходить. — Наконец-то! — Марина резво подхватила небольшой пакет, даже забыв поцеловать любимого добытчика, выудила из него пару плодов сладкого фрукта, пошла на кухню, спешно помыла их, наклонилась над умывальником и со вкусом, нетерпеливо откусила кусочек, — Боже мой, как я этого ждала… — с безумным наслаждением прикрыла глаза, облизывая губы. — Сколько для счастья нужно беременной женщине? — задал сам себе риторический вопрос, победно улыбнулся, — Всего лишь персики. Всё просто, — подошел к столешнице, привалился на один локоть, залюбовавшись своей женщиной, — Вкусно? Сладкие? — Мг, — с полным ртом промычала Марина, оперевшись обоими локтями на выступ стола, возле умывальника, — Очень. Спасибо, — продолжала поглощать персики, откусывая поочередно с обеих рук, чтобы скорее утолить жажду, — Хочешь? — протянула в сторону Брагина один плод, который уже надкусила. — Кушай, — блаженно улыбнулся, наблюдая как сок сладких фруктов течет по рукам, подбородку Марины; наслаждался видом своей женщины, которая с удовольствием уплетает долгожданное лакомство. Олег подошёл ближе к Марине и поцеловал сладкие костяшки пальцев. — Лопну, но доем, — безапелляционно констатировала Марина, внимательно глядя на остатки в своих руках и громко выдохнула. — А потом опять будешь умирать и жаловаться мне, что ты объелась, — не сводил нежный взгляд с этого обаятельного колобочка. — Веришь? Не могу остановиться, — жалобно пробурчала Марина, доедая остатки, сильнее облокотившись на стол, — Забери их от меня, я тебя прошу, иначе я за себя не ручаюсь, — махнула рукой в сторону холодильника, с наслаждением облизывая пальцы и пухлые губы. — Убираю, убираю, — в одно движение закинул пакет с персиками в холодильник, а затем вернулся и устроил свои огромные ладони на большом животике, пока Марина мыла руки и умывалась, стирая «следы страшного преступления», — А мужа поцеловать? — сверкнул своими ямочками. — Муж, — с улыбкой повернулась к Олегу лицом, обхватив ладонями за шею, — Спасибо тебе большое. Мы с Персиком довольны, — чмокнула в губы. Одну руку уложила на верх своего живота.

«Персик?» Олег с Мариной так ласково называли свою малышку, потому что Марину, на протяжении беременности, совершенно невозможно оторвать от персиков. Душу готова продать за кусочек персика! Вот такие вот беременные предпочтения.

— Ещё, — нагло выставил губы. — Ещё раз спасибо, — немного отстранилась с хитрой улыбкой. — Ну, — нахмурился, — Целуй, — снова выставил губы и прикрыл глаза, в ожидании поцелуя. — Наглая морда, — буркнула Марина, но с удовольствием впилась в губы Олега, притягивая его голову ближе к себе. — Ммм… — блаженно промычал Брагин, — Опасно целуете, Марина Владимировна, — замялся, ощущая некий дискомфорт в области «ниже пояса». — Ой, Брагин, — фыркнула Марина, нехотя оторвавшись от его губ, — Ты можешь, хоть иногда, так не напрягать свои «причинные» места, когда целуешь меня? — шутливо возмутилась, закатив глаза, — Но, вообще-то, мне льстит твоя реакция, — закусила нижнюю губу, ладонями поглаживая мужа по бокам, — Приятно осознавать, что на тридцать четвёртой неделе беременности, я ещё что-то способна пробуждать в мужчинах. — Алё! — недовольно нахмурился, смотря в удивлённые глаза своей женщины. Пальцами легонько сжал бедра Марины, — На поворотах поаккуратнее, женщина. Собралась она пробуждать что-то в мужчинах… — сильнее нахмурился, — Моя. А чтобы «меня» пробудить, тебе вообще можно не напрягаться. — Брагин, — протянула Марина, нежно улыбнувшись, — С каких пор ты стал таким ревнивым собственником, м? — погладила кончиком большого пальца его бровь, а большой животик упирался прямо в живот Олега, не позволяя прижаться к любимому мужчине всем телом. — С тех пор, как в моей жизни появилась эта несносная женщина! — сильнее сжал в ладонях упругие ягодицы и оставил крепкий поцелуй на губах, — Идём в парк, мой пузатый демон, — пробурчал Олег, легонько шлёпнув по попе Марину, — Я думаю, что на улице уже не так жарко. — Кто ещё из нас несносный… демон, — исподлобья бросила суровый взгляд на мужа. — Ты, — спокойно произнёс Олег, приторно улыбнулся, — Собирайся, — чмокнул в губы и легонько подтолкнул в сторону спальни. Марина лишь громко вздохнула и решила подчиниться просьбе мужа.

*****

— Мариш, ты чего? — Брагин вдруг заметил грустный взгляд Марины, который был устремлён на шкаф с обувью. — Ничего, — томно вздохнула и всунула ноги в балетки. — На каблуки свои смотришь? — тоже обулся и приобнял за плечи Марину. — Угу, скучаю по ним, — задвинула ящик с обувью, — Хотя, сейчас, скорее, все равно во что я обута, потому что из-за пуза я не вижу собственных ног. — Это, — положил ладони на живот Марины, — Лучшее твоё украшение, — чмокнул в нос, — Пойдём.

*****

— Фух, — уселась в коридоре на пуфик, как только переступила порог квартиры. — Устала? — присел рядом, снимая с отекших ног балетки. — Да, — устало прикрыла глаза, — Но я обожаю наши прогулки. Одной мне тяжело много ходить, а с тобой — другое дело, — нежно взглянула в кофейные, любящие глаза, — Как хорошо, что ты заставил меня уйти в декрет, — шумно выдохнула, — Не знаю, как бы я передвигалась по отделению, — связала волосы в хвост. — Вот видишь, я бываю прав, — с улыбкой подал руку, чтобы помочь подняться с довольно низкого предмета мебели. — Это единичный случай, — выпалила в «манере Нарочинской» и направилась в гостиную, — Ты не голоден? — Марин, мы же двадцать минут назад кушали, — удивлённо вскинул брови, — Да, я обжора, не спорю, но у моего желудка тоже есть размер. — А я хочу мороженого с персиком, — медленно уселась на диван и вытянула ножки. Бросила нежный, умоляющий взгляд на Олега. — Хм… — громко выдохнул, искоса глянул на жену, понимая степень ее коварства, — Эта женщина вьет из меня верёвки, — всплеснул руками, достал из морозильной камеры ведёрко с ванильным мороженым, нарезал персик. Задумался на секунду, как бы преподнести это лакомство жене и решил персики сгрузить к мороженому, точно зная, что половина ведёрка для «Её Величества домика для Персика» — пыль, — Держи, — отдал Марине в руки лакомство. — Спасибо, — ласково улыбнулась, а глаза светились неистово счастьем. Для Олега эти глаза, этот взгляд, были лучшей благодарностью… Уже через несколько минут Олег тоже уселся на диван, положил ножки Марины к себе на ноги и начал нежно массировать ступни, а Марина довольно постанывала, отправляя мороженое в рот, ложку за ложкой. По телевизору показывали какую-то комедию, но она была, скорее, для фона. Марина предлагала Олегу мороженое, благодарно поглядывала на любимого мужа. Он всегда чувствовал, что ей было нужно. И это дарило невероятное чувство эйфории. Семейную идиллию, по классике жанра, разрушил телефонный звонок. — Да, Нинуля, привет, — бодро ответил на телефонный звонок Олег. — Ну, слава Богу, дозвонилась до вас, наконец-то! — воскликнула Дубровская — В смысле, Нин? — не понял Брагин, — Мой телефон вот, в кармане все время был. — А телефон Марины где? — Марины? — зыркнул на жену, а она с ложкой во рту посмотрела на Олега и невинно пожала плечами. — А вот где телефон Марины — мы не знаем, — тоже пожал плечами. — Ты вне зоны был, а Маринка просто не брала трубку… Я уже паниковать начала, думала, что рожаете, а я не в курсе! — возмутилась Дубровская. — Нино, — хохотнул Брагин, — Ты чё, нам ещё рано. Мы ещё походим, — машинально положил ладонь на пузико Марины, — Чего хотела, подруга моя? Чего разыскиваешь нас? — Просто так звонила. У вас же нет совести, — фыркнула Нина, — Не звоните. Как вы? Как Маринка? — Как мы? — посмотрел с нежностью на Марину, — Я — как муж женщины на сносях, — шире улыбнулся, — А Маринка — вот, под боком сидит, точит мороженое с персиком, кажется, довольная, — нежно потискал своими длинными пальцами животик Марины. — А ты как, душа моя? — У меня все хорошо, Михалыч. Ты ж завтра к восьми? — Ага. — Тогда до завтра. Завтра потрепемся. Пока. Маринке привет, — воскликнула Нина, прибывая явно в хорошем расположении духа. — До завтра, Нинуля. — Брагин, прекрати вести себя как мнительный, беспокойный папаша, — прошептала Марина, не прекращая отправлять в рот мороженое, — И хоть изредка убирай свою руку от моего живота. Персик на месте и никуда от тебя не денется, — нежно улыбнулась. — Да? Я себя так веду? — искренне удивился, — Прости, ты меня одергивай. — Я только этим и занимаюсь, — хохотнула Марина, не отрывая взгляд от своего забавного мужа.

*****

Пока Брагин сидел за компьютером и писал научную работу, которую его обязали писать руководство, Марина не знала чем ей заняться. «Нужно что-то приятное сделать Брагину», — вдруг, в светлую головушку, пришла не менее светлая мысль. Марина, буквально купалась в его заботе, нежности. Она никогда себе даже не могла представить, что мужчина способен ТАК себя вести по отношению к ней. Конечно, они ругались, спорили, но Брагин чаще уступал, чем «упирался рогами», потому что не хотел расстраивать свою беременную женщину. Любил. Берёг. «Олег так много для меня делает, ухаживает, зацеловывает всю, а я так редко его чем-то балую», — даже самой стало как-то неуютно от подобных мыслей и она решила приступать к действию… Марина вошла с подносом в импровизированный кабинет, аккуратно отодвинула в сторону кипу бумаг, а вместо них поставила на стол поднос с запечённым картофелем вместе с овощами, сочнейшим стейком и апельсиновым соком. — Покушай, — чмокнула Олега в лысину и обхватила руками за шею. — Ого, за какие это заслуги? — искренне удивился, заглянув в глаза Марины. — Просто так, — пожала плечами, ещё раз поцеловав лысину, — Я просто тебя очень люблю, — само собой сорвалось. Даже не ожидала от себя. — Моя ты девочка, — просиял Брагин, обхватив Марину обеими руками усадил к себе на колени, — Если бы ты только знала, как я тебя люблю…

*****

00:35 — Олег… — тормошила Брагина за плечо, отчаянно пытаясь его разбудить, — Проснись, пожалуйста… — тихо шептала Марина, чуть ли не всхлипывая. — Ммм? — промычал Олег и открыл один глаз. Потёр ладонью нос, освобождая его от белокурых волн, которые щекочут его. — Я не могу спать. Мне неудобно. Я часто просыпаюсь. Дочь бесконечно исполняет кульбиты во мне. Часто хожу писать. Я спать хочу… — сразу все выложила, раздражённо жалуясь мужу, как маленькая. На глаза начали наворачиваться слезы. — Ну, только не плакать, — прохрипел Олег и удобнее улёгся, — Ложись на бочок, пузиком ко мне. Сейчас будем договариваться с этой маленькой проказницей. Марина послушно легла на бок и сбросила с себя лёгкое, мягкое покрывало. «Что с женщиной делает беременность? Сентиментальная, беззащитная, нежная. Не даёт мне спать, к чему я уже, кажется, привык. Совсем как ребёнок. Я должен злиться? Но я не злюсь. Я даже боюсь представить, каково это носить под сердцем живого человечка. Наверное, безумно тяжело... Тяжело, уверен в этом! Совсем не злюсь. От бывшей Нарочинской, в такие моменты, не осталось и следа. Моя родная...» — Ну, кто маме спать не даёт, м? — спустился к животику, губами уткнулся в пупок и сразу получил подачу в зубы, — Ау! — И тебе досталось, — немного повеселела Марина. — Ты чего, не в настроении сегодня, что ли, Персик мой сладкий? — наглаживал животик, отрывисто целовал, а сам засыпал от собственного нежного голоса. — Персик сегодня на тропе войны, — недовольно пробормотала Марина. — Персик, давай спать. Не терроризируй маму, пожалуйста, — ещё несколько раз поцеловал животик и лёг обратно на подушку, закрыл глаза, — Иди ко мне, — поманил к себе. Марина положила голову на грудь Олега, животом уткнулась в его бок, а заботливый Брагин продолжал поглаживать животик, пока Марина не уснула, а следом за ней и Олег.

Там де для когось тільки лютий за вікном. На моїй вулиці давно уже весна. І дух захоплює немов від висоти. Бо так живу, немов літаю я, Так немов літаю я Кожну мить, коли зі мною ти… І я на небі, мила моя на небі, Зоре моя, на небі від коли тебе знайшов. І я на небі, мов на земною небі, Мила, коли з тобою літаю і знов, і знов. А часом коли я сам не свій, І в голові дивні думки, І на душі сумно… Згадаю я, очі твої і все стає мов навпаки, Теплим таким… «На небі» С. Вокарчук