Нас друг для друга создал Бог.

Спустя час, Марина ещё не пришла в себя, а Олега позвала медсестра, чтобы познакомился со своим Персиком. — Проходите, Олег Михалыч. Вот ваша малышка. Абсолютно здорова. Всё в порядке, — женщина указала Брагину на кроватку, в которой лежала крошечка. — Я узнаю эту красавицу из тысячи, — улыбнулся, — Можно мне её взять? — Руки чистые? — Надь, ну, — нахмурился, выставил руки перед собой, — Стерильный! Хирург я, или кто? — Шучу. Конечно, берите. Это же ваше. Может, покормите, пока Марина Владимировна не пришла в себя? — Подожди уж, дай мне хоть попробовать взять эту крошку. Такая маленькая. У меня нет опыта с детьми, — Брагин аккуратно умостил на своих руках ребёнка и медсестра дала ему бутылочку с молоком. — Я вас оставлю. Зайду через полчаса, — произнесла Надежда и удалилась. POV Олег Когда я увидел этого ребёнка, я буквально растёкся. «Привет, моя сладкая. Вот ты какая у нас. Такая крохотная. Ты так похожа на свою маму. Сейчас покушаешь, поспишь немножко и, я надеюсь, мы пойдем к маме. Кушай, кушай, наш Персик. Набирайся сил», — я поцеловал её малюсенький носик, пока моя девочка с удовольствием кушала. Да, перед этой девочкой вся моя брутальность катится к чертям. И я несказанно рад этому. Когда малышка покушала, мы с Надей уложили её обратно в кроватку и я решил закончить начатое. Нинку оставил на страже порядка с моими. Спасибо, что у меня есть такая боевая подруга. А сам, быстро переоделся и поехал в отделение полиции. Меня здесь ждали. — Где он? — резко спросил я у следователя. — В допросной. — Понял. Не впускай сюда никого, — бросил я злой взгляд на следователя и вошёл в допросную. Я был страшно зол. Просто в бешенстве. — Ну привет, — подошёл я к Хаеву, который был пристегнут одним наручником к поверхности. — Давно не виделись. — Хочешь мне что-то сказать? — Нахер иди, Брагин. — Как хочешь, — пожал плечами, — А ведь это последнее, что ты мог сказать в своей жизни, — я надел перчатку, достал нож, — Ты хоть понимаешь, что ты сделал? — я сдерживал себя из последних сил, — Никто. Не смеет. Даже пальцем. Касаться. Моих. Девочек. Никогда! — прорычал ему прямо в лицо, — Как жаль, что я не могу избить тебя до смерти. Да и если честно, не хочу пачкать о тебя руки. А так хочется посмотреть на твои страдания, — с каждым словом мои глаза наливались кровью, — От тебя отказались все. Даже своей жене ты оказался не нужен, ничтожество, — фыркнул ему прямо в лицо, — Ничему тебя жизнь не учит. Ты только и можешь причинять боль хрупким женщинам. Они ведь слабее тебя, верно? — Ты этого не сделаешь, Брагин? — зло бросил Хаев, смотря на нож в моей руке. — Я? Нет. Ты сам это сделаешь, ублюдок. Я же предупреждал тебя. И не один раз, — схватил его за запястье, зафиксировал, — А теперь почувствуй, что чувствовала моя Марина. Ненавижу тебя! — не медля, я вонзил ему нож в область сердца, а после этого, сжал этот же нож его рукой, — Так тебе и надо, сволочь. Это самое безобидное, что я мог с тобой сделать, понял? Теперь я уверен, что мои девочки в безопасности. И не только мои, а и женский пол в целом. Я избавил мир от такого урода, как ты. Я бросил последний взгляд на этого изверга, который истекал кровью, снял перчатку, засунул её в карман и вышел из комнаты. — Через десять минут вызывай скорую, Лен. Самоубийство. Не смог смириться со сроком, который ему светил, — посмотрел на следователя, она понимающе кивнула, — Спасибо, — бросил я и ушёл прочь. На улице уже светало. Остановился возле урны, по пути к Склифу. Мне срочно нужно было покурить. Срочно. Мучает ли меня совесть? Гадко ли на душе? Считаю ли себя убийцей? Нет. И ещё раз нет. Я бы его живым в землю закопал, чтобы сдох в страшных муках! Пусть скажет спасибо, что я выбрал ему лёгкую, гуманную смерть. Подонок! Честно? Я и не на такое готов ради своей семьи. Я должен был это сделать, чтобы не жить в вечном страхе, чтобы мои девочки ничего не боялись и спокойно ходили по улицам. Закурил и поджёг перчатку. На душе стало легче, спокойнее. Казалось, что вместе с пламенем освобождалась моя душа, от чугунных оков. Я выдохнул. По-настоящему выдохнул. POV Конец

*****

Олег вошёл к Марине в палату, сел возле неё, губами уткнулся в тыльную сторону её ладони, потёрся об неё жёсткой щетиной. — Моя любовь, возвращайся ко мне, пожалуйста. Мы с Персиком тебя ждём, — шептал, а на глаза наворачивались слёзы. Он был счастлив держать её тёплую ладонь в своей, чувствовать её пульс, слышать её дыхание. — Олег… — прохрипела Марина, с трудом разлепляя глаза. — Да, Мариш. Я здесь, я рядом, родная, — зацеловывал её руку, смахнул со щёк слезы. — Где Персик? Что с ней? — в панике шептала Марина. Это единственное, что её волновало. — Всё хорошо, Мариш. Всё хорошо, — нежно, успокаивающе погладил её по щеке, — Она здорова, с ней все в порядке. Мы даже с ней уже покушали, — легко улыбнулся, смотря во взволнованные глаза жены. — Я так хочу её увидеть… — по щекам потекли слезы, от бессилия и обиды на сложившуюся ситуацию, — Принеси мне её. — Ну, не плачь, родная, что ты, — кончиками пальцев стёр солёные капли с её щёк, — Малышка проснётся и я тебе её принесу. Обещаю, — осыпал нежными поцелуями её лоб, щеки, нос, уголки губ, — Ты как себя чувствуешь? — Живот очень болит, голова немного кружится, а так, вполне сносно, — Марина немного удобнее улеглась, громко сглотнула, — Это Хаев, Олег… — Я знаю, знаю, Мариш, — прошептал куда-то в висок, — Мне сказали, что ты ему по причинному месту заехала, — легко улыбнулся, чтобы снять нежелательное напряжение Марины. — Да. Это единственное, что я смогла сделать, чтобы он меня отпустил, — в ответ улыбнулась уголками губ. — Моя умничка, — несколько раз поцеловал в лоб, — Я так тобой горжусь, что ты смогла противостоять такому амбалу. — Я посплю ещё чуть-чуть, ладно? — закрывая глаза, прошептала Марина, вдруг ощутив сумасшедшую слабость, — Только разбуди меня, когда Персик проснётся. Я очень хочу её обнять. — Конечно, спи, — чмокнул в губы и плотнее укрыл одеялом. — Ты никуда не уйдёшь? — сжала руку Олега изо всех сил. Будто боялась остаться одна. Боялась жуткого повторения. — Я никуда не уйду. Я рядом. Ничего не бойся. Спи, моя хорошая, спи, — закрыв глаза, уткнулся губами в её ладонь, — Спи.

*****

Спустя некоторое время, Олег вошёл в палату с их малышкой на руках. Стал у окна, аккуратно покачивал, заботливо поправляя крохотный чепчик. Так не хотелось будить Марину. Она выглядела такой измученной, уставшей. Под глазами пролегли тёмные круги, губы были приоткрыты в попытке вдыхать как можно больше воздуха. — Олег, почему ты меня не разбудил? — сонно возмутилась Брагина, пытаясь присесть на кровати. — Мы только пришли, — Брагин подошёл к Марине, — Не ругайся. Вот и Мамочка твоя, — тихонько шептал, укладывая на грудь Марины малышку. — Боже мой, персик, привет. Я твоя мама, — дрожащим голосом прошептала Марина, трепетно обняла руками маленькое тельце. Глаза наполнились слезами, — Я так рада, что с тобой все хорошо, — губами коснулась маленького лобика и малышка закряхтела, то ли в знак протеста, то ли от удовольствия, — Моя девочка. Моё счастье. «Я так счастлива, что у меня получилось тебя защитить. Моя маленькая». — Тебе не тяжело, Мариш? — взволновано поинтересовался Брагин, поглаживая ребёнка по спинке. — Ты что? Это самая приятная тяжесть в моей жизни, — бережно прижимала у своей груди, зацеловывала сладкую щёчку. Кажется, вся боль отступила, грудь наполнилась теплом, а глупая улыбка не сходила с лица, — Мне так сейчас хорошо, — прикрыла глаза от удовольствия. — Покормишь? Я сейчас принесу бутылочку. У тебя, к сожалению, пока нет молока, — Брагин чмокнул обеих в лобик и отправился за молоком. «Уфф… Заботливая мамочка — Брагин в деле». — Вот, держи, — Брагин вручил Марине бутылочку, а сам присел рядом. Марина благодарно приняла бутылочку и принялась кормить своё бесценное сокровище. — Посмотри, как забавно кушает, — Марина с умилением наблюдала за процессом, а в глубине души винила себя, что не может кормить грудью. — Да. У неё твои губки, — поцеловал Марину в висок. — Да, — задумчиво протянула Марина и не могла поверить своим глазам, что дочка, действительно, абсолютная её копия. — Позволишь сделать тебе перевязку, когда закончите? — Конечно, — мягко кивнула, — Подожди, Брагин. С каких пор ты вообще спрашиваешь? Все равно же сделаешь по-своему, — бросила на него тёплый взгляд, — Иди поцелую, — Олег наклонился, а Марина сладко поцеловала его губы, со всей нежностью и любовью, на которую только была способна. — Да я так, скорее, ставлю тебя в известность, — нежно погладил Марину по бедру, слегка отстранившись от её губ. — Вот это уже мой Брагин. А то я подумала, что ты моего съел, — шутила Марина. Носом потерлась об его щетину. — Люблю, когда шутишь, — чмокнул Марину в нос, — Но скрытый подтекст о том, что я всеядный свин, мне не нравится, — улыбнулся. — А кому нравится правда, — загадочно улыбнулась, отведя взгляд в сторону. — Нарочинская, ты играешь против правил, — склонился над лицом Марины, — Я сейчас слишком уязвим, а у тебя «двойной иммунитет» неприкосновенности, — указал на дочку и ранение, — Но я это запомнил, ага, — игриво сыграл бровями и со всей нежностью поцеловал Марину в лоб. — Вообще-то Брагина, — сурово, но с ноткой кокетства взглянула в глаза Олега, — Знаешь, мой муж страшно злится, когда кто-то называет меня девичьей фамилией. Он просто вне себя от ярости по этому поводу, — ухмыльнулась. — Вот же язва, — прошипел сквозь зубы, — И за что я тебя люблю?

*****

— Михалыч, как там Маринка? — схватила за руку друга, когда он проходил мимо. — В порядке, — тепло улыбнулся, — Еды требует. Сказала, что если я её сейчас же не покормлю, начнёт откусывать от меня по кусочку, — шутил Брагин. — Да уж, кровожадная баба тебе досталась, друг мой, — похлопала Олега по плечу. — Нино, как говорится, «своя ноша не тянет», — лучезарно улыбнулся. — Как мне приятно видеть тебя таким счастливым, Михалыч, — в ответ улыбнулась, — А что там малышка? — Хорошо. Кряхтит, возмущается, томно вздыхает, в общем, вся в свою маму. — Михалыч, ты имеешь навыки общения с такими женщинами. Так что это не смертельно, — хохотнула Нина, — Ну, слава Богу, что операция «МОН» прошла успешно, — торжественно заявила Дубровская. — Что ещё за «МОН»? — непонимающе нахмурил брови. — Ты чё? Марина, Олег, Нина — ваш верный помощник и друг. — Господи, — прыснул со смеху, — Моя ты изобретательные. И пришла же такая ерунда в твою светлую головушку, — рассмеялся Брагин и крепко прижал к себе подругу.

*****

— Рубашку поднять, спокойно лежать, доктор идёт чинить свою жену, — переступив порог палаты, Брагин сразу приступил к делу, — Возражения не принимаются. Жалобы только по делу. — Черт, — Марина подняла сорочку и зажмурилась, чтобы не видеть всего этого безобразия. — Не писай, пациент, — с улыбкой начал делать перевязку, при этом, стараясь, отвлечь Марину своими шуточками, — Я с любовью, аккуратно и молниеносно. Не больно ведь? — Шов внизу живота болит и жутко чешется будто бы изнутри, — жаловалась Марина. — Сейчас, — Брагин вмиг стал серьёзен, закончил все необходимые манипуляции, сел рядом на стул и кончиками пальцев аккуратно водил вокруг шва, чтобы хоть немного унять зуд, — Легче? — Ох, да, — от удовольствия по телу пробежали мурашки, — Я боюсь смотреть на себя ниже пояса. Хочу оттянуть этот момент, — улыбнулась и спряталась под одеяло. — Доверь мне это, — тепло улыбнулся, осыпая тёплыми поцелуями ноющие участки тела. На что Марина доверчиво кивнула и расслабилась, в который раз ощущая себя защищённой, что ей требовалось больше всего. — Я так тебя люблю, Олег, — с трепетом в голосе прошептала Марина, смотря в его глаза. — И я тебя люблю, родная.

*****

За окном светало, а у Брагиных зашёл серьёзный разговор. — Олег, как назовём Персика, м? Есть варианты? — кончиками пальцев выводила хаотичные узоры на его огромной ладони, — Я ума не приложу. — Ммм… — на несколько минут задумался, озадаченно свёл брови. Почему-то вспомнилось «МОН»… «Хм… «МОН»… «МОН»…» — Может… Моника? — как-то неуверенно произнёс Олег. — Моника? — удивлённо вскинула брови, — Почему? — Красивое имя, — пожал плечами, не стал упоминать баловство Нинки решив, что об этом он ещё расскажет Марине. — Моника… — задумчиво произнесла Марина, — Слушай, а мне нравится! Необычное, тёплое такое. Брагин из кармана достал телефон, в поиске вбил имя, его значение. — «Моника», что переводится с древнегреческого как «одна» или «единственная», — с нежностью в голосе озвучил прочитанное. — Олег, мне нравится, — сжала обеими руками руку Олега, — Очень… — прошептала, сжимая сильнее его руку, а Брагин наклонился и своими тёплыми, шершавыми губами уткнулся в её нежную руку, — Мо-ни-ка…