Мусор

Урок трансфигурации оказался скучен — как и все остальные уроки, на которых целую половину занятия довольствовались теорией. Черноволосый парень прокручивал между пальцев пушистое орлиное перо, одним ухом слушая что-то про новое трансфигурационное заклинание. — Как я уже сказала, Заклятие исчезновения тем сложнее, чем сложнее строение животного, которое мы хотим подвергнуть исчезновению. Улитка, беспозвоночное, не представляет трудной задачи. Мышь — млекопитающее, и работать с ней гораздо труднее. Поэтому магическое действие такого рода нельзя осуществить, мечтая об ужине, — вещала МакГонагалл, казалось, с удовольствием. Она была настоящим профессионалом, и это вызывало доверие. Речь не была монотонной, как у Бинса, — а этого преподавателя Гарри категорически не хотел назвать по имени. Парню просто хотелось побыстрее приступить к практике. *** Да уж, кто бы мог подумать, что из-за такого простого заклинания по уборке мусора надо будет листать в библиотеке Хогвартса множество пыльных томов в отчаянной попытке найти пригодную историю для эссе? Но Гарри, пытавшийся справиться без советов Гермионы, даже залез в запретную секцию под мантией-невидимкой, чтобы найти хоть что-нибудь. Ещё никто не знал, что мальчишку сильно заинтриговало «Эванеско». А всё потому, что в каждой книге история различалась, причём кардинально. Даже имя создателя. Гарри уже и надежду потерял, как заметил один коричневатый замшевый томик, теряющийся на отдаленной полке среди ярких манящих обложек. В нём история больше всего походила на правду. Как оказалось, создал это заклинание великий архимаг-некромант, что имел в своём распоряжении лабораторию по скрещиванию нежити. Только вот создавалось оно вовсе не для уничтожения мусора, а для уничтожения неудачных экспериментов из области химерологии и всего, что с ней связано. А для мусора он просто направлял меньше энергии. И вот он предъявил своё творение людям, которые, впрочем, из-за своего малого резерва не могли заставить исчезнуть кого-то больше обыкновенного кролика. Вскоре про этого волшебника все забыли, также как и не о совсем бытовых целях этого заклинания. *** Высокий парень в тёмном капюшоне величественно смотрел на стоящего на противоположной стороне змееподобного чудища — чтобы назвать его «человеком» нужно быть слепым. — Что же, Том, какое твоё любимое заклинание? — на ветру чёрные волосы развевались, парень некрепко держал в правой руке палочку. «Чудище» еле заметно усмехнулся, кивая головой на весьма странный вопрос. — А сам не догадываешься? — Авада Кедавра? Заклинание, позволяющее убить самым простым способом. Сразу. Без мучений, — парень говорил негромко, но из-за гулкой тишины все было отлично слышно, — потому что остальные доставляют боль. Кто бы мог подумать, что Тёмный Лорд — весьма гуманен? А ты знаешь, что это не единственное, что даёт безболезненно умереть? А может и не умереть… — Что ты болтаешь?! — кажется, «чудище» был слегка взбешён, о чём говорил повышенный тон и резко вытянутая ладонь с палочкой наготове. — Ты — мусор. Поэтому умри той смертью, которую ты заслуживаешь, — чётко, будто заученную речь, проговорил герой магического мира. И произнеся «Эванеско» он взмахнул палочкой на Волан-де-Морта, заставив худую фигуру исчезнуть. Без спецэффектов, он просто растворился как парочка огрызков на письменном столе, которые напрягают глаза. *** И среди тех, кто праздновал победу над злом всея Британии под весёлую музычку, не было никого, кто знал, что архимаг-некромант в данный момент сидит в своей лаборатории и раздумывает о том, какой очередной Тёмный Лорд явится в магический мир через десяток лет из оставшегося тела молодого Тома Реддла.