Keep your pencil on my skin

После двух случайных встреч в библиотеке Тэхен сделал вывод, что Минджэ был нормальным парнем. Разговаривать и смеяться с этим пай-мальчиком было удивительно легко и весело. Он не осторожничал, как Чонгук, который всегда пытался быть аккуратным в выборе слов. Тэхен все еще был благодарен Чонгуку, дал ему шанс на дружбу. Тяжелые взгляды были постоянным явлением, оскорбления сократились до минимума, за исключением тех, кто, по иронии судьбы, был ближе всего к Чонгуку — Юна и её шестерки. Но даже это стало редкостью. Вероятно, поэтому Минджэ был таким беззаботным, постоянно разговаривая с ним. Потому что, если бы все было как раньше, вряд ли он бы вёл себя дружелюбно с Тэхеном. Минджэ проходил бы мимо него, как это делали все, кроме Чонгука и трёх друзей Тэхёна. Манеры Минджэ были почти женственными, как и выбор одежды. Но Тэхен решил не зацикливаться на этом. Они дружелюбно болтали о профессорах и занятиях. Позже Чонгук присоединился к их компании. Тэхен с подозрением относился к тому, как быстро Юнги принял Чонгука, вероятно, в благодарность за то, что тот приютил Тэхена. Чимин же не был мягок с Чонгуком. Они постоянно препирались, Тэхен предположил, что Чону просто нравилось раздражать Чимина. Хосок все ещё с опаской относился к Чонгуку, постоянно посылая обеспокоенные взгляды Тэхену, который просто игнорировал их. Юнги кинул сумку на стол и положил голову на неё. Его темные круги под глазами росли с каждым днём, но он держал причину в секрете. Юнги повернул голову в сторону Минджэ и кивнул в знак приветствия. Тэхена развлекало поведение Юнги, и он чуть не пропустил хмурый взгляд Чонгука в сторону Минджэ. Тэхен склонил голову в вопросе, но Чонгук притворился, что не заметил его. Вместо этого он сел рядом с Тэхеном, буквально приклеившись к нему. Минджэ широко улыбнулся и протянул свою тонкую руку Чонгуку, который выглядел немного озадаченно и по какой-то причине взглянул на Тэхена. Тэхен пожал плечами. — Привет, я Минджэ, друг Тэ, — улыбнулся он, и Тэхен удивился внезапному прозвищу. — Чонгук, — он протянул руку и не потрудился улыбнуться. Тэхен прокашлялся, намекая на то, чтобы Чонгук вёл себя более вежливо. Чонгук фыркнул и показал свою улыбку с ямочками. Тэхен почувствовал неприятное ощущение в груди, глядя в глаза Чонгука. Он нахмурил брови и опустил взгляд, пытаясь прочитать конспект, но потерпел неудачу. — Тэхен? Тэхен прикрыл ладонью лицо, пока Чонгук пытался привлечь его внимание. Тот прикусил губу. — Земля вызывает Тэхена. Тэхен старался скрыть улыбку. — Сигнал потерян, — пробормотал он, немного смущаясь такой близости. Минджэ тоже засмеялся и повернулся к Чонгуку. — Итак, Чонгук-щи, не возражаешь, если я буду называть тебя просто Чонгуком? Мы же одногодки. Тэхен почувствовал покалывание в груди, когда Чонгук кивнул без особого интереса. — Вы хорошие друзья с Тэ, верно? — глаз Чонгука дёрнулся от прозвища. Он повернулся к Тэхену и выдал тихое «да». Этого было достаточно, чтобы Тэхен подавился воздухом. — Отлично, тогда думаю, что мы могли бы потусоваться вместе, — предложил он, и Тэхен почувствовал, что Минджэ ведёт себя странно. Они, может, и говорили об учебе в течение нескольких часов, но Тэхен не думал о том, чтобы проводить время вместе за пределами университета. Минджэ был добрым, но очень странным. Чонгук не ответил, вместо этого он наклонился к Тэхену, щекоча волосами его кожу, и опустил взгляд на альбом в руках того. Тэхен почти дернулся, но Чонгук надавил подбородком на его плечо, лишая способности двигаться. Брюнет даже не думал о том, что плечо Тэхена было костлявым и неудобным. Чонгук не возражал отсутствию пространства между ними, листая страницы в альбоме Тэхена. Тэхен пытался дышать ровно, чтобы выровнять сердцебиение. Чонгук комментировал рисунки, и Тэхен заикался, давая бессмысленные ответы, на что Чонгук глупо улыбался своей кроличьей улыбкой. Они выпали из своего маленького мира, когда Юнги сказал им заткнуться, привлекая внимание обоих парней. Когда Тэхен поднял глаза, он заметил мрачный взгляд Минджэ, который сразу сменился сладкой улыбкой. Минджэ постоянно поддерживал разговор и казался счастливым. Он сузил глаза, когда Чонгук сильнее прижался к Тэхену, бросая комментарии по поводу его рисунков. Тэхен чувствовал себя третьим лишним. Он отвечал на вопросы, и Минджэ терпеливо слушал, прежде чем обратить своё внимание на Чонгука, в котором он действительно был заинтересован. Тэхену показалось, что Минджэ начал улыбаться искренне только тогда, когда пришёл Чонгук. — Что насчёт тебя? — Минджэ обратил внимание на Тэхена третий раз за двадцать минут, прежде чем улыбнуться Чонгуку, который выглядел скучающе, дуя губы и устраиваясь на плече Тэхена. Тэхен резко дернулся, вспоминая, что у него скоро смена в кафе. Он вздохнул и откинулся назад, чтобы схватить рюкзак и заставить Чонгука жалко хныкать. — Ким Тэхен, — скулил он. — О, ты куда? — спросил Минджэ, заметив, как Тэхен начал собираться. Тэхен закинул маркеры в сумку. — Сегодня ночная смена, — устало ответил он. Чонгук взял свою сумку и также поднялся с места. Он взял книгу, которую Тэхен забыл положить, и прижал её к груди. Тэхен старался не зацикливаться, но Чонгук часто носил его вещи. — Чонгук, ты тоже идёшь? Тогда я тоже могу присоединиться? — спросил Минджэ, глядя на них. Тэхен нахмурил брови. Честно говоря, он начинал чувствовать, что Минджэ подружился с ним ради Чонгука и того, чтобы проводить время исключительно с ним. Внутри Тэхена бушевала ревность, но он не признавал этого, конечно. Он был таким жалким. — Прости… эм, Минджэ? Но нет, мне нужно поговорить с Тэхеном, — Чонгук вежливо улыбнулся, игнорируя недоуменное лицо Тэхена. Он закинул руку на плечи Тэхена и осведомил Юнги, который сразу начал материться, что они уходят. Голос Минджэ остановил их. — Т-ты уверен? Вдруг нам в одном направлении? Я не буду вас беспокоить. Минджэ выглядел нерешительным и застенчивым. Тэхен растерянно взглянул на него, но Чонгук, как и ожидалось, не смягчился. — Это важно, к сожалению, — Чонгук звучал не очень вежливо, давя на спину Тэхена, чтобы они могли уйти. — Ладно, тогда до встречи, — махнул он, но Тэхен не обернулся. В любом случае, раздражённое выражение лица Чонгука было лучшим. Они вышли из здания, и рука Чонгука скользнула на талию Тэхена. Они несомненно были похожи на пару. Чонгук вёл себя искренне и мило в последнее время. Тэхен краснел каждый раз, когда Чонгук касался его. — Ты дружишь с этим парнем? — спустя пару минут тишины спросил Чонгук, заставляя Тэхена дрожать от близости. — Минджэ? Не совсем. Мы только недавно начали общаться, — "если это можно назвать общением" осталось недосказанным. Сердце Тэхена пропустило удар, когда Чонгук прижал его ближе на пешеходном переходе. Уже стемнело, и уличные фонари едва помогали с видимостью. Было бы немного страшно идти в сторону кафе одному, так как улица в этом районе была безлюдным местом. — Почему ты спрашиваешь? Чонгук встретился с ним взглядом, прежде чем повернуться к светофору. — Не знаю. Просто подумал, что он какой-то странный, — Чонгук пожал плечами, — он буквально допрашивал меня. В этот момент он был похож на Чимина. Я бы даже не обратил на него внимания, если бы не знал, что вы общаетесь. После этого Чонгук сжал книгу пальцами и прикусил губу. — Тебе было некомфортно? Или мне кажется? Тэхен знал, что он имел в виду. Он не чувствовал собственничества по отношению к людям, которых не знал, но не был уверен, почему Минджэ раздражал его. И все же воспоминания о Минджэ, который утешал его в уборной, рассеивали сомнения Тэхена. Это был, вероятно, эффект Чон Чонгука. Минджэ не казался плохим парнем. Но Тэхен не мог знать об этом, не пытаясь быть его другом. Поэтому он послал ободряющую улыбку Чонгуку и покачал головой. — Он хороший парень, Чонгук-а, не будь предвзят, — Тэхен взъерошил волосы Чонгука и рассмеялся, — так о чем ты хотел поговорить? Чонгук растерянно взглянул на него. — Что? — Ты сказал Минджэ, что это важно? Чонгук выдохнул. — А, — он улыбнулся, сжимая талию Тэхена. — Ни о чем. Я просто хотел проводить тебя на работу, — Чонгук самодовольно улыбнулся, и Тэхен закатил глаза. Кокетливый характер Чонгука был опасен для сердца Тэхена, который, по крайней мере, знал, что Чонгук просто игрался. Он не ответил и подтолкнул его, быстро меняя тему на фильмы Marvel, и Чонгук подозрительно сосредоточился на одном персонаже. Тэхен намекнул Чонгуку, что там есть другие, не только Тони Старк. Чонгук лишь отмахнулся от него. Он почувствовал странное удовлетворение, не позволяя себе даже выдавить улыбку, в то время, как Чонгуку было весело. Он склонил голову, думая о том, что у него не было причин злорадствовать, ведь Минджэ ничего такого ему не сделал. Чонгук заметил поникший взгляд Тэхена и сжал его талию, вызывая удивленный визг у шатена. Тэхён несколько раз толкнул его в бок, но, по крайней мере, Чонгук отвлёк его внимание и убедился, что тот улыбается. Это был приятный момент. Только они вдвоём. В голове Тэхёна проскользнула мысль, что это мило.

***

Если у Чонгука выдаётся хороший день, Юна найдёт способ его испортить. Это был логичный вывод. — Йа! Чонгук, остановись. Я звала тебя с другой стороны улицы, ты не мог не услышать! — Юна догнала Чонгука и Югёма, и оба парня мысленно застонали, — ты оглох или что, Чон?! Чонгук высказывал своё волнение по поводу хорошего развития дружбы с Тэхеном, когда сатана на каблуках заметила их и решила все испортить. Конечно, парни слышали её, но надеялись, что она просто сдастся. Но им не повезло. Югём усердно готовился к зимней практике, и сегодня у него выдался единственный выходной, поэтому он решил встретиться с Чонгуком в кафе. Он просто хотел провести время с лучшим другом, неужели он так много просил? Югём, возможно, также хотел взглянуть на Тэхена. Чонгук, конечно, описывал его, но довольно размыто. — Чон Чонгук! Закричала Юна, и оба парня вздрогнули, повернувшись. Чонгук не мог выглядеть ещё более раздражённым, даже если и пытался. Он вздохнул, закатил глаза и нахмурился. Вся его поза кричала «заберите меня отсюда», что, в свою очередь, Югём нашёл очень забавным и фыркнул. — Что за чертовщина происходит, ты издеваешься?! — лицо Юны было пунцовым, её гнев рос с каждой секундой, — почему ты не отвечаешь на звонки? Ты держишь телефон у себя в руке! — она указала на блестящее устройство. — Юна, давай не здесь, — голос Чонгука был равнодушным. На них глазели прохожие. Некоторые из них были студентами. Юна, которая заботилась о своей репутации, любила остро реагировать и устраивать драмы на публике. — О, и как ты думаешь, где мы должны это делать, а? Ты не берёшь трубку, не отвечаешь на смс, избегаешь меня в университете, как будто я чума, в то время, как ты прекрасно проводишь время с педиком и его друзьями. Что не так с твоей головой? Ты... — Боже, Им Юна, будь тише, — оборвал её Югём. Если даже Югём, мягкий парень, не любил её так же, как и Чонгук, то она крупно облажалась. Он редко повышал голос на людей. — Юна, если ты хочешь сделать это сейчас, то давай пойдём в более уединенное место? Иначе можешь продолжать кричать на улице в одиночестве, — сказал Чонгук, ожидая ответа. Вместо этого она отвернулась, кусая щеку изнутри. Она сложила на груди руки в знак несогласия, но позже кивнула. Они втроём пошли в парк рядом с университетом, и Юна фыркнула. — С каких пор мы обсуждаем это втроём? Тебе не кажется, что ты должен свалить... — она посмотрела на своё запястье без наручных часов, делая вид, что думает, — хм, прямо сейчас? Вопрос был направлен на Югёма, который сел на скамейку, глядя на них обоих так, словно собирался смотреть дораму. Единственное, чего ему не хватало, — попкорна. Чонгук чувствовал себя виновато из-за того, что Югём тратил время на Чонгука, который собирался решать проблемы с девушкой. Он проигнорировал щенячий взгляд Югёма. Все равно он расскажет ему, что случилось. — Гём, встретимся позже, ладно? Югём удрученно выдохнул и встал, похлопывая Чонгука по плечу в знак моральной поддержки. Юна не села на скамейку, глядя прямо в глаза Чонгука. Она выглядела так, словно не собиралась отступать. — Так? Чонгук пожал плечами с безразличным выражением лица. — Так. Юна скривила лицо, мрачно рассмеявшись. — И это все? Я должна умолять тебя, чтобы ты объяснился?! Что за хрень, черт возьми? Что происходит?! У Чонгука была привычка наблюдать за лицами людей во время разговора, и он искренне не понимал, как красивое лицо Юны превращалось в уродливое за секунду, когда её глаза наполнялись ненавистью и гневом. В основном, она выглядела так, когда говорила о Тэхене или других бедных студентах. Но, опять же, даже, когда она улыбалась, её улыбку нельзя было сравнить с квадратной улыбкой Тэхена, чьё лицо и глаза загорались от счастья в такой момент. Чонгук зарычал. — Что ты хочешь, чтобы я сказал? Объяснить, почему я не отвечаю? С удовольствием. Потому что ты задолбала меня звонками и сообщениями! Ты знаешь, что я буквально просыпаюсь посреди ночи, когда ты названиваешь мне, чтобы узнать, что и где я делаю? — Чонгук фыркнул, качая головой. Он пристально смотрел на неё, беспокоясь из-за пульсирующей вены на лбу Юны. — С чего бы это? Он почти сделал шаг назад, когда она издала расстроенный звук, прежде чем начать разглагольствовать. — С того, что я забочусь о тебе, моем парне, который не заботится обо мне вообще! Я волнуюсь за тебя. Ты больше не ведёшь себя так, как раньше, ты отчитываешь людей за то, что они смеются над этим педиком. Знаешь, что люди говорят о тебе за спиной? Знаешь, как они называют меня? Потому что то, что делаешь ты, касается меня, — она оттянула свои волосы на затылке, — они называют тебя его сучкой. Они думают, что Ким Тэхен обвёл тебя вокруг пальца, и теперь ты следуешь за ним повсюду, как верный щенок. Чонгук, он, блять, гей. Они думают, что ему нравится, когда ему засаживают. Теперь они думают так же и про тебя, — слова Юны были пропитаны ядом, словно она наслаждалась оскорблениями. Чонгук не привык к оскорблениям, направленным на него, — и они думают, что я в треугольнике с педиками. Или то, что ты и я боремся за член. Ты и я. Она недоверчиво рассмеялась. — Хочешь привлечь внимание своих родителей? Завидуешь старшему брату? Чонгук толкнул язык за щеку, и Юна знала, что попала в точку. Она выдохнула тихое «о» и ухмыльнулась. — Так и есть. Ты хочешь их внимания. Поэтому ты решил прогнуться под... Чонгук сжал край рубашки, чтобы не наброситься на девушку. Он не был из тех, кто бьет девушек, но такая истеричка могла стать исключением. — Заткнись нахуй, Юна, — прошипел он, нависая над Юной, и она вздрогнула. Чонгук привык к тому, что его обсуждали, это было частью светской жизни. Но Чонгуку никогда не нравились люди, которые искажали его отношения с семьей. Его брат был дорог ему, Юна не имела права говорить об этом. — Я попала в яблочко, да? Ну, конечно... — Нет, блять, ты ещё никогда так не ошибалась, — Чонгук понизил голос, давая ей знать, что он действительно не шутил. Его мама ненавидела, когда он ругался. Это было плохой привычкой, но он не мог сдерживать себя, когда злился. Они уставились друг на друга, воздух сгустился от напряжения, и Чонгук был поражён осознанием того, что это не конец разговора. Юна хотела продолжить, в отличие от Чонгука. Юна вонзила ногти ему в грудь. — Тогда что, блять, происходит? Чонгук раздраженно скинул её руку и выпрямил плечи, отвернувшись. — Я не знаю, Юна, — он покачал головой. Юна потянула его за куртку, чтобы он повернулся к ней лицом. Она с силой толкнула его, чего не ожидал Чонгук от такой миниатюрной девушки. — Я не стану девушкой, которую бросили ради парня. Иди нахуй, Чон. Даже не думай об этом. Отвратительно даже думать о том, что ты трахаешься… — она толкнула его ещё раз, — идёшь за ним или смотришь на него, — она ударила его кулаком в грудь, — или то, что он тебе нравится. Это отвратительно, это отвратительно, это... Она повторяла эту фразу, стуча кулаками по груди Чонгука. Было бы больно, если бы она не плакала прямо сейчас, и её руки дрожали. Чонгук был удивлён внезапной перемене настроения и просто позволил Юне вымещать свой гнев. После она подошла к скамейке и упала на неё. Она продолжала произносить слова ненависти. Она задела его. Чонгук задумался, было ли это тем, что слышал Тэхен каждый день. Вероятно, ему приходилось терпеть это не только от Юны, но и от других людей, которые говорили ему, что это отвратительно. Что он отвратителен. Он чувствовал себя плохо из-за того, что думал так же, но отбросил это: сейчас не было времени для чувства вины. Чонгук должен был чувствовать жалость, учитывая поворот событий, но он лишь с откровенным нетерпением ожидал конца. Кроме того, люди, которые говорили такие вещи, не заслуживали сочувствия. Независимо от причин, хотя вряд ли они даже были. Кроме того, Чонгук больше не мог притворяться. Его мама, вероятно, уже готовится точить нож на него, но это было неизбежно с начала их «отношений». Точнее, он не хотел этого избегать. Он знал слова, которые успокоили бы Юну и принесли бы ощущение, словно у Чонгука были чувства. Но он просто позволил ей думать, что он трахался с Тэхеном. Он делал это много раз с разными людьми по разным причинам. Но Чонгук не хотел говорить этого. Нет. Это было бы дёшево, грязно, когда он знал, что эти слова предназначены для кого-то другого. Потому что Чонгук чувствовал растущее обожание, когда слышал смех Тэхена. Он никогда не знал, сколько удовольствия может получить от того, что заставляет кого-то улыбаться. Он не хотел признаваться Юне в чувствах, которых не было. Эти слова были предназначены для Тэхена. Даже если все, что они делали с Тэхеном, — это разговаривали, Чонгук ждал. Он не возражал, так как узнавал каждый день что-то новое о Тэхене, и ему нравилось это. Он наслаждался присутствием Тэхена настолько, насколько мог. Он хотел, чтобы это было естественно. Поэтому он держал рот на замке, а руки при себе. Он извинится перед мамой и братом позже, но играть с Юной в чувства было невозможно. — Послушай, Юна, может нам действительно стоит... — Пошёл ты, — она сорвалась, — пошел ты, но нет. Нет, — она покачала головой, тряхнув волосами. Чонгук стиснул челюсть. — Нет, Юна, ты не можешь заставить меня остаться, — он наклонился вперёд, чтобы встретиться с ней взглядом, — мы оба это знаем. Будет лучше... — Я сказала «нет», — Юна звучала пугающе спокойно. Как будто она не плакала последние пять минут. Ему это не нравилось, он предпочёл бы, чтобы она размахивала руками. — Кроме того, будет лучше, если ты порвёшь с Тэхеном, а не со мной. Для его же блага, — усмехнулась она, глядя на землю. Её взгляд не был направлен на Чонгука, но он чувствовал себя неловко. — Что, черт возьми, это значит? Я сказал тебе, что больше не позволю оскорблять его, — он нахмурил брови. Он сказал это всем, не только Юне. Какие бы слухи не распространились о нем, он все ещё был наследником корпорации Чон. Люди не посмеют злить его нарочно. Юна рассмеялась, звуча немного сумасшедше. — Мне не нужно оскорблять его, чтобы навредить ему. Она подняла свои красные глаза, в которых не было ни капли расстройства. — Последний шанс. Ты уверен, что выберешь этого педика вместо меня? Абсолютно уверен? — спросила она. Чонгук чувствовал, что этот вопрос имел другое значение. Он вспомнил о сделке их родителей и рассмотрел свои варианты. Первый — расстаться, второй… не было никакого второго. Он не хотел спасать их отношения. Если бы она собиралась сделать это первой, он взял бы ответственность перед родителями на себя, если бы это означало отсутствие этой змеи. Он открыл рот, чтобы ответить, но она оборвала его. — Нет, не отвечай. Нет необходимости. Я поняла, — кивнула она сама себе, а потом решительно посмотрела на него, — просто дай время до конца недели, и после этого мы расстанемся. Официально. Моим родителям тоже нужна эта сделка, я не глупая, чтобы не знать, почему нас свели вместе. Не делай ничего на этой неделе, веди себя, как мой парень, а потом скажем, что я бросила тебя. Понял? Её лицо почти ничего не выражало, когда она говорила это. Чонгук хотел покончить с этим сейчас, но она дала ему шанс сохранить сделку родителей и свою репутацию. Он глубоко вздохнул и пробормотал «отлично», от чего на её лице появилась тревожная улыбка. Он не был уверен, было ли это лучше по сравнению с её безэмоциональным лицом. Она тряхнула кудрями и заправила блузку в юбку. Игнорируя размазанную тушь, она выглядела спокойно. Юна в последний раз взглянула на него, прежде чем развернуться и уйти. Её шаги были размеренными и спокойными. Чонгук был озадачен резкой сменой настроения, которую он только что видел. Он представлял себе разные концовки, но, честно говоря, такой он не предвидел. Хотя последние дни он специально игнорировал Юну, играя с огнём. Он знал, что толкает их отношения в тупик. Он надеялся, что она решит порвать с ним первой, но так, по крайней мере, он не разочарует маму. Он вытащил свой телефон, чтобы позвонить Югёму, который должен был быть где-то поблизости. Тем более, после этого разговора было больше тем для обсуждений. Его большой палец завис над номером Югёма, когда пришло сообщение от Тэхена. Чонгук нажал на него так быстро, что чуть не уронил телефон. Это был скрин с афишей второго Железного Человека, сеанс которого был в воскресенье. Тэхен предложил пойти на этот фильм. Так делали дети или подростки, но Чонгук отправил более десяти смайликов с глазами-сердечками и около семи с поднятыми большими пальцами. Да, очень достойно для Чонгука. Но не фильм так взволновал Чонгука. Это было первой инициативой Тэхена пойти куда-то. Это всегда делал Чонгук, который провожал Тэхена до работы. Тэхен отправил ему смайлик, и Чонгук позвонил Югёму, который спрашивал, что произошло между ним и Юной, раз Чонгук такой счастливый. Он не успокоился, даже встретившись с Югёмом, но немного смягчился. Нельзя было улыбаться, когда Югём говорил о своих трудностях во время танцевальных практик, но иногда Чонгук не мог сдержаться и получал толчок в бок. Он лёг спать, думая, что это будет лучший конец недели, который у него когда-либо был. Никакой Юны, больше Тэхена? Да, ему нравилась эта идея.