Необычайные приключения спиногрызов.

      Мы тряслись на броне уже два часа, а деревня, указанная попавшимися прохожими, так и не показывалась на горизонте. Я зевнул и потянулся, придерживая свой АК-74, что бы не свалился. Кемаль в полусонном состоянии поглядывал по сторонам, Тунгус, что-то напевая, снаряжал магазин к "Винторезу", Гиви, Фикус и командир танка рубились в карты прямо на броне, остальные не были в моём поле зрения, но занимались тем же, то есть в полусонном состоянии ничем не занимались. Впереди пылили Т-80 и "Тигр", наша БМПшка замыкала колонну. Лень так и витала в воздухе.       Вдруг танк резко затормозил. Это все восприняли как сигнал к действию и посыпались с брони. Я рассматривал подозрительно пустой участок поля в прорезь прицела, когда ко мне подскочил Фикус.       - Командир, там девчонка на дороге! - Фикус выпалил эту фразу так же быстро, как стреляет "Печенег" Кемаля. - Стоит и смотрит на нас.       - Просто стоит и смотрит? - Не поверил я. - Веди.       На дороге и вправду стояла девчонка. Вернее, девушка. Стояла и смотрела, чуть склонив голову, своими большими голубыми глазами на танк. Чёрно-белое платье плотно облегало точёную хрупкую фигуру, короткие пепельные волосы развевались на ветру. И всё бы ничего, если бы не копьё, торчащее из-за спины.       - Э... Ты понимаешь меня? - Обратился я к девушке по-английски. Она вздрогнула, словно ото сна очнулась, и посмотрела на меня. Ну и глазищи-и.       - Ты понимаешь меня? - Повторил я вопрос. Девушка медленно кивнула и шагнула ко мне.       - Мисс, э, пожалуйста, не приближайтесь. - Мямлил я, пока девушка двигалась ко мне. - У меня приказ стрелять по подозрительным личностям, не желающим вступать в контакт.       Чёрт, она слишком близко!       - Мисс, остановитесь! Я... - Она почти прижалась ко мне! Нас разделяет только моя разгрузка и десять сантиметров. - Я отдам приказ стрелять! Мисс... - Её губы тянутся ко мне! Она хочет меня поцеловать?! Не-не-не-не-не...       Несколько мгновений напрочь выпали из моей памяти. Потом я снова увидел лицо девушки.       - Ты что творишь, мать твою?! - Возопил в праведном гневе я, отскакивая на добрых полметра. - Совсем рехнулась?!       - Нет. - Ответила девушка, наклонив голову.       Стоп. Я же орал на русском. Она русский понимает?! Но откуда?! Здесь же русских до нас не было! Или были?!       - Командир, я понимаю, что она говорит. - Обалдело проронил Фикус.       - Стоп-стоп-стоп. Откуда ты понимаешь наз язык?!       - Я научилась.       - Когда?!       - Прямо сейчас.       Эпс... Она что, русский из моей головы скачала?! Охренеть, настоящий телекинетик. Так вот зачем был этот поцелуй!       - Я слышала о "людях в зелёном", и решила сама познакомиться.       - От познакомилась. - Восхищённо отозвался Фикус. - А со мной познакомиться не желаешь? Я более интересный для знакомства, чем командир.       - Фикус, заглохни. - Прикрикнул я на Фикуса, так нагло сказавшего про меня правду. - С тобой-то мы что делать будем? - Обратился я к девушке. - Звать-то тебя как?       - Эрика.       - Эрика, может, переводчиком у нас поработаешь?       - Переводчиком? Почему бы и не...       - Берегись! - Хрен знает как, но я заметил стрелу, летящую в спину моей собеседнице. Я повалил девушку на спину и упал на неё сверху. Дзынь! Стрела отскочила от брони танка. Фикус начал стрелять, за ним подтянулись все остальные. Я перекатился и вскинул автомат. И тут сдетонировала стрела...       Бли-и-ин, как башка болит! Просто на части раскалывается. Что было? Помню, стрела взорвалась. Но стрелы не взрываются. Взрываются только снаряды, мины, гранаты и ракеты. Значит, это было что-то из перечисленного. Тогда что я видел? Вроде стрелу. Но стрелы не взрываются. Взрываются только снаря... Это я уже говорил. Может, потом снаряд пустили? Но откуда снаряды у тех, кто использует стрелы? Да кто кроме нас тут использует снаряды? Японцы. Но зачем им на нас нападать? А хрен этих японцев поймёт. Но они же не дураки, нас атаковать? Или дураки? А, может, мы дураки? Так, слишком много думаю, ща в суп попаду. Или это индюк попадёт? Вроде индюк.       По ощущениям, вроде лежу. Голова на чём-то мягком. Кроме башки ничё не болит. С одной стороны - хорошо. С другой - плохо. За голову уверен, она болит. А вот если я потерял руку, ногу или (не дай Бог) яйца, то мне могли вколоть обезболивающего.       - Не потерял ты яйца, командир, не ссы! - Ответил мне жизнерадостный голос Щуки. Я что, вслух свои мысли озвучил?       - Щука, что это было?       - Стрела взорвалась. Видно, сильно тебя контузило: ты ахинею какую-то нёс. Про стрелы, снаряды, японцев, дураков и индюка.       - Щука, на чём я лежу? - Я поудобнее устроился на мягком. - Не помню, что бы мы подушки брали.       - А ты-то глаза открой. - Посоветовал Щука.       - Не хочу. Лень мне.       - Воля твоя. На коленях Эрики лежишь.       - ЧТО?!! - Так резко пресс я никогда не качал. - На ЧЬИХ коленях я лежу?!!       Тут мой взгляд наткнулся на забившуюся в угол девчонку и лежащего на противоположной мне лавке забинтованного мужчину.       - Щука, это кто?       Как оказалось, после моего отключения посредством взрыва мои спиногрызы отбили у каких-то конников телегу с нашими новыми обитателями "Тигра". Конников оказалось штук двадцать, которых Кемаль и Гиви положили тремя длинными очередями из своих пулемётов. Мужик был плох, ему срочно требовалась госпитализация. А вот девчонке повезло: только лёгкий испуг и ни одной царапины. Судя по одежде, эти двое откуда-то из высшего общества.       - Самое главное: когда девчонка Эрику увидела, то в ноги ей бухнулась.       - Эрика, а ты кто, если тебе в ноги бросаются? - Спросил я у девушки.       - Апостол.       Повисла немая пауза.       - Так вроде среди апостолов только мужики. - Неуверенно сказал Щука. - Или я не прав?       - По крайней мере, Эрик там точно нет. - Ответил я.       - Я апостол Смерти.       - Чё? - Интеллектуальный и красноречивый ответ двух взрослых образованных мужиков.       - Я выполняю указания моего господина, Смерти. - Сказала Эрика.       - А Смерть не старуха с косой, не? - Щука конкретно тупил, как и я.       - Скорее всего, Барона Смерть путают со мной.       - У тебя же копьё... Или это коса?!       - Коса.       - Ё-моё...       По прибытию на базу Щука укатил мужика в госпиталь, девчонку забрали повара морпехов (кашей кормить), мои спиногрызы разбрелись по базе, а я, Кемаль и Эрика отправились в штаб. На ковёр к Комарицкому.       - Ты какого хрена творишь?! - Разорялся Комарицкий. - Я тебя спрашиваю! Какого хрена?!       - Лучше молчи. - Прошептал Кемаль Эрике, увидев, что она собирается открыть рот. - Он сейчас кого угодно прибьёт.       - Ты хоть знаешь, кого замочил?! Ты, кровосос, знаешь?! Повстанцев! ПО-ВСТАН-ЦЕВ!!! Ты, урод, долго кровь пить мою будешь?! Долго?! Ведь знаешь, что ты лучший, и пьёшь, пьё-ёшь! Кто мину-вонючку в штабе установил?! Кто нарисовал мишень на машине генерала?! Кто вертолёт угнал?! Кто зенитку в карты выиграл?! Чьи бойцы недельный запас спирта выжрали?! Кто мне пиндосов поломал, а?!       Да, с пиндосами тогда правда плохо вышло. Началось всё с того, что наши и американские лагеря оказались недалеко друг от друга, поэтому и мы, и наши заокеанские коллеги часто бегали друг к другу в гости.       В тот злополучный день Гиви, будучи в подпитии, противоторпедным манёвром направлялся в сторону родной палатки, когда повстречал заокеанских гостей. Заокеанским гостям не понравился цвет кожи Гиви, поэтому они высказали ему всё, что думают о его коже, его семье и о нём самом. По доброте душевной, многократно увеличенной принятым во внутрь спиртным, Гиви простил им это на первый раз. И на второй тоже. И на третий. Но после восьмого раза его доброта улетучилась, и Гиви начал драться. Тут как раз мимо проходили мои бойцы количеством пять штук. Увидев, как американцы месят Гиви, эти душегубы кинулись защищать своего товарища. А потом подтянулись и остальные обитатели базы. И таким образом драка переросла в коллективное избиение.       Когда Комарицкий примчался, всё было кончено, и наших гостей соскребали с асфальта. А потом было долгое моральное насилие над личностью...       - Мне позвонили японцы! - Комарицкий наконец-то сел за стол. - Ты понимаешь это?! Японцы! Сейчас сюда приедут их послы, вести переговоры.       - Послы? - Выступила вперёд Эрика. - Тогда предъявите им, что их солдаты атаковали нас. Этот человек, - Эрика показала на меня. - защитил меня и накрыл своим телом взрывающуюся стрелу, в результате чего оказался... Кон-ту-жен. Я правильно сказала?       - Угу.       - Так вот. - Продолжила Эрика. - Стрела была выпущена повстанцами, а значит, что повстанцы сами навязали бой, не учтя при этом огромную разницу в вооружении.       Комарицкий посмотрел на Эрику, потом перевёл взгляд на меня, потом на Кемаля, потом снова на Эрику.       - Ну и почему я узнаю об этом не от вас? - Спросил наш начальник, снова поднимаясь. - Чего молчите, гаврики? Думаете, ругать буду? Не буду. Я ща вас, спиногрызов, убивать начну! У вас пять секунд форы!       Не долго думая, мы с Кемалем подхватили Эрику и смылись из штаба. Где-то у танковых ангаров нас нагнал крик: "Где вы есть, твари?!"       - А почему вы боитесь его? - Спросила Эрика, пока мы пробирались складами до наших палаток. - Неужели он настолько страшен?       - Ещё бы. - Ответил Кемаль, осторожно выглядывая из-за угла. - Мало кто знает, но он в драке десять пиндосов уложил. Без оружия.       - У него не только мозговые, но и реальные штурмы были. - Подтвердил я, проверяя тыл на наличие нашего разъярённого начальства. Всё чисто.       Наши палатки встретили нас разухабистым исполнением "Группы крови" Виктора Цоя. Вокруг костра расселись несколько морпехов и моих бойцов, а так же спасённая нами девчонка, которой чья-то сердобольная душа накинула куртку на плечи. В центре внимания оказался играющий на гитаре поп, кивнувший нам при нашем приближении. С наслаждением дослушав последние аккорды, я, подкараулив паузу в плей-листе, хлопнул Ольху и сидящего рядом морпеха поп плечу.       - Мужики, даме место уступите.       Морпех встал быстрее, поэтому и честь сидеть рядом с Эрикой досталась ему. Немного обиженный такой несправедливостью Ольха удобно разместился на бочке.       - Падре, - подал голос кто-то из морпехов. - Давай Майданова.       Общество одобрительно загудело, священник кивнул и уверенно ударил по струнам.       - Если бы не мой дед. Не его побед свет. То какой знали б мы страну? Мы б ее не знали. Если бы не мой дед. Не его мечты след. Мы б с тобой под солнцем этих лет. Даже не мечтали.       - Береги в стране тишину. Помни страшную войну. Нам уже какую весну. Солнце мира светит. И за новых снов тишину. Мы с тобой в ответе. - Поддержали священника все, прихлопывая и притопывая в такт тихой музыке гитары. Знакомые слова песни лились сами по себе, трещал костёр и приятно пахло сгораемыми дровами. Я снова почувствовал себя юным и горячим, желающим открывать новые горизонты. Во мне проснулся романтик, которого я закопал на окровавленных улицах захваченных террористами городов, которого забила жестокость и рутина моей профессии. И сейчас этот романтик пел вместе со мной. Похоже, это и есть счастье. Хоть малое, но счастье.