Староста, который хотел достичь власти

Пока в поместье Малфоев казнили Нотта, мракоборцы и егеря пытались отыскать всех, кто занимался издательством журнала. К сожалению, все не успели бежать вовремя. Ксенофилиус Лавгуд, владелец журнала, не пожелал никуда уезжать, пока не удостоверится, что его дочь в порядке. Его арестовали в собственном доме. Это и были первые новости, которые я услышал, войдя в министерство в то утро. Долиш издали заметил меня в атриуме и знаком показал на один из пустынных боковых коридоров. Дарси уже ждала там. — Лавгуд пошел на сделку, — ее тон был деловитым. — Они накрыли место встречи. Арестовали одного из журналистов — Хельмута Риза. — Я тогда пойду за ним, — сказал я, готовясь сразу же идти, чтобы не терять понапрасну времени. Долиш удержал меня за руку. — Ты же понимаешь, что бежать Ризу не удастся и его придется убить? — Только если медлить. Но Долиш меня не выпустил. Одаривал тяжелым взглядом, настаивая, что я должен его послушать. — Риз знает, чем ты занимаешься. Тогда именно через него все стало известно Скримджеру. Ты не забыл? Я скривился. Конечно забыл. Приступы у меня были от моего собственного дурного характера. — Если не хочешь, чтобы то же узнал Сам Знаешь Кто, тебе придется убить его, — с нажимом сказал Долиш. — Ты понимаешь? — Палочку. У вас были запасные. Он протянул мне волшебную палочку — одну из тех, которые хранил как раз на такой случай — но все еще не сдвигался с места. — Если не получится, тебе придется убить его. Советую свыкнуться с этой мыслью. — Вы мразь, Долиш. Хочу, чтобы вы знали, — я оттолкнул его и прошел мимо. Мне не нужны были его наставления. Риз находился в одиночной камере в конце коридора. С ним сейчас был еще только один мракоборец. Когда я вошел, этот мракоборец тут же вскочил с места, явно намереваясь помешать Отделу Тайн забрать подозреваемого. — Приказ Управления, — твердо сказал он. — Он останется под нашим наблюдением. Вместо ответа, я вскинул палочку и произнес убивающее заклятие — из той палочки, что предназначалась для Риза. Заклятие памяти можно снять. Империус может ослабнуть. Больше я не мог позволить себе рисковать. Это был единственный способ. Или так мне казалось. Он упал на пол. Его рука неестественно откинулась в сторону. Метки пожирателей на ней не было. — Перси. Очень вовремя! — Риз, кажется, не сомневался, что я приду. Это было приятно. Он похлопал меня по спине и заявил, что я его лучший друг. — Постоянные манипуляции, — фыркнул я. — От чистого сердца, — возразил он. — И вообще. Когда это я прибегал к манипуляциям? Я начал хихикать, понимая, что это он не всерьез, но потом вспомнил что времени не было. — Все. Пора, — суховато сказал я, стягивая с трупа форменную мантию и протягивая ему вместе с волшебной палочкой. У мракоборца тоже была палочка — эту я оставил себе. Потом я заставил тело исчезнуть — именно этот мракоборец помогал сейчас преступнику сбежать, а вовсе не я. Прежде чем мы вышли в коридор, я немного изменил внешность Риза с помощью заклятий и перекрасил собственные волосы в неприметный коричневый. Хотя бы какой-то шанс, что в плотной толпе нас не узнают. И вот мы уже быстро шли в сторону специально выбранного камина. Систему летучего пороха Управления блокировали каждый раз, когда приходилось содержать особенно важного заключенного, но этот камин мы отметили как раз на такой случай. Он не принадлежал к общей системе Управления, и они часто забывали его отключить, когда блокировали остальные. Дверь была заперта. Я принялся возиться с замком. — Эй! Вы из какого отряда?! — закричали сзади. — Вызывают всех! Риз обернулся. Это был мракоборец из числа въедливых младших начальников и какой-то его подчиненный. — У нас отдельное задание! — Это какое? Они подходили ближе. Я спиной чувствовал, что дистанция сокращается. Рука Риза потянулась к карману мантии и сжала внутри волшебную палочку. — Не имеете права знать! С другого конца коридора появилось еще двое — они направлялись к камере Риза. Это был последний шанс. Я оставил замок в покое и сосредоточился. — Покажите значок! Вторая группа скрылась за поворотом коридора. Я резко развернулся, выхватив волшебную палочку. Один из мракоборцев — начальник — упал замертво, объятый зеленым огнем. Второй растерянно повернулся, проследив глазами его падение. У него не была опыта сражений. Убивающее заклятие попало ему в бок. Не считая больше нужным действовать аккуратно, я разбил дверь и кинулся к камину. Он не работал. Не всегда надежды работают. — Бежим, — шепнул я Ризу. Мы бросились по коридору, скатились по лестнице к Атриуму. — Но все получится? Да, получится? — задыхаясь от бега, спрашивал Риз. Я молчал. — Это последний шанс, — я показал на выстроившиеся вдоль стен камины, через которые в Министерство попадали служащие. — Тебе придется пробовать одному. Я помогу тебе, но мы не можем идти вместе. — Я не хочу один… Это же… — Быстрее! — я толкнул его. — Камин. Третий справа. Мне было очень страшно. Сколько у него было времени? Сколько шансов, что это действительно сработает? Он выступил на свет и вскоре смешался с толпой. Я вернул себе привычный облик и поступил так же. Мое сердце сильно колотилось. Я уже не видел его, но догадывался, что мы вместе медленно, но верно продвигаемся к одному и тому же камину. Третьему справа. Я протолкался сквозь толпу и оказался неподалеку от смотрителя, следившего за тем самым камином. Всего одно заклятие… — Уизли! — через толпу ко мне спешил Яксли. — Вы почему здесь? Амбридж вызывает всех. Я заметил приближавшуюся к камину голову Риза. Последние секунды. — Вы не в курсе?! — закричал я ему. — Они арестовали тех из Придиры! Я в Управление… От лестницы послышался шум. Мракоборцы уже знали, что Риза в камере больше не было. Яксли обернулся. Я быстро оглушил смотрителя камина заклятием Конфундус, чтобы дать Ризу пройти. Они уже распорядились перекрыть выходы — постоянно горевший в каминах зеленый огонь постепенно затухал. — Что случилось?! Я решительно двинулся к появившемуся в Атриуме отряду мракоборцев. Яксли, после некоторого промедления последовал за мной. Краем глаза я заметил, что Риз бросился к освобожденному мною камину. Прежде, чем он смог нырнуть в затухавшее пламя, перед ним появился какой-то служащий, потом еще один — целая группа. Он расталкивал их, теряя драгоценные секунды. И когда ему наконец удалось вскочить в камин, пламя затухло окончательно так и не успев забрать его с собой. Рядом со мной закричал Яксли. Смотритель камина, все еще не в себе, помахал кому-то. Мракоборцы расталкивали толпу подбираясь все ближе. Служащие, которых мгновение назад Риз растолкал, пробиваясь к камину, тоже поняли, что происходит, и теперь, как один, потащили из карманов волшебные палочки и накинулись на него. Я бросился к Ризу вместе с Яксли, все еще веря, что удастся как-то помочь ему выбраться. Яксли размахивал палочкой, крича всем задержать преступника. Мракоборцы дышали мне в спину. Служащим совместными усилиями удалось отобрать у Риза палочку, оглушить его и повалить его на землю. Лица у них были красные от напряжения, но один уже даже рассуждал о замечательной награде, которую они получат. Я остановился, смотря за этой сценой, и теперь уже понимая, что все было кончено. Не успев даже подумать, что делаю, я сунул палочку убитого мракоборца в рукав мантии. — Вы хорошо себя проявили, конечно, вас наградят, — говорил Яксли. Стоя рядом с ним, я рассматривал распростертого на полу Риза. В животе ворочалось неприятное тошнотворное чувство. Я и Яксли присоединились к мракоборцам, тащившим Риза обратно в камеру. Меня ощутимо трясло. Все это не могло быть реальностью. Не могло. Но, без сомнения, было. Я упер ладонь в спину Риза, почувствовал, как острие спрятанной в рукаве палочки коснулось его. Мракоборцы переговаривались, довольные, что побег удалось предотвратить. Никто из них не заметил, что тело Риза слегка дернулось прежде чем снова обмякнуть. Я опустил руку, позволяя волшебной палочке выскользнуть на пол. Хельмут Риз был талантливым журналистом. Он был из тех редких людей, которые преследуют правду, не боясь последствий для себя. Его обращение с людьми выделял какой-то его личный сорт безответственности, за десять минут делавший его вашим лучшим другом. Он был и моим другом. Мы через многое прошли вместе. Я убил его. Только приведя Риза в камеру, мракоборцы заметили, что он больше не дышал. Их настроение сразу же испортилось — теперь они ничего не узнают. — Это те болваны, — со злостью заметил Яксли, имея в виду помогавших следствию служащих. — Они убили его. — Ага, конечно. Чистая случайность, — странно-сухим голосом произнес я. — Мы гоняемся за ними так долго, и теперь это случайность. — Убийство? — спросил один из мракоборцев. Я посмотрел на него с ненавистью, которую не приходилось изображать. — Все. Давайте сюда палочки. Это один из вас убил его и, клянусь Мерлином, я, мать вашу, узнаю, кто. Они уставились на меня с непониманием. Тогда я выхватил собственную волшебную палочку и нацелил на одного из них. — Я сказал что-то непонятное?! Палочки. Сейчас. Промедление будет расценено как предательство. Яксли теперь, кажется, взвесив все варианты, был со мной согласен. — Вы слышали, — произнес он. — Давайте свои палочки. Один из мракоборцев — капитан в этом отряде — посмотрел на меня и Яксли с нескрываемым презрением. — Вы забыли, что Управление вам не подчиняется? — произнес он. — Мои люди не собираются выполнять ваших приказов. — В самом деле? — произнес я, внимательно рассматривая его. Капитан усмехнулся и хотел что-то ответить, но прежде, чем он успел что-то сказать, оглушающее заклятие ударило его в грудь. — Палочки! — повторил я под звук падающего тела. — Сейчас! Остальные мракоборцы смотрели на меня с молчаливой угрозой, но это не испугало меня, а только еще больше разозлило. — Круцио, — процедил я, указав на лежавшего на полу капитана. Что я делаю? Что?! — Вы сбрендили?! — крикнул кто-то из оставшихся. — Мне, мать вашу, убить его, чтобы вы стали сговорчивее?! — спросил я. Умом я понимал, что нужно было давно остановиться, но жалости к ним не чувствовал. В тот момент мне каким-то образом почти удалось убедить себя, что именно они были виновны в смерти моего друга, а вовсе не я. Интересно, Волан-де-Морт тоже рассуждал подобным образом? Они сжимали палочки, едва заметно переглядывались. Почти решили наплевать на последствия. — Знаете, что Отдел Тайн сделает с вами за убийство одного из своих? — я уже улыбался. — Не забывайте, что дементоры вам не подчиняются. Страха у меня не было. Не знаю, почему. Стоявшему рядом со мной Яксли было далеко не так спокойно. — Покажите ему палочки и пусть подавится, — прохрипел с пола капитан. — Он того не стоит. Я с той же улыбкой смотрел на них. И тогда они один за другим показали мне свои палочки и ждали, пока я воспроизводил последние заклятия каждой из них. Конечно, никто из них не убивал Риза. Закончив с ними, я достал собственную волшебную палочку и показал им, что и в ней не было убивающего заклятия. То же самое сделал и Яксли. Палочку мракоборца, с помощью которой я на самом деле убил Риза отыскали еще через несколько часов. Мне было все равно. В тот момент меня уже не было в министерстве. Я был в каком-то очень грязном баре Ист-Энда, выпивая не знаю какую по счету порцию алкоголя. Подступающий приступ чувствовался где-то на задворках сознания, но теперь, по крайней мере пока, обошлось без видений. Я пил еще, то ли, чтобы заглушить боль, то ли чтобы приступ с его кошмарами пришел побыстрее и отправил меня в ад, который я заслуживал. Потом я был на улице. Снова где-то возле министерства. Я не знаю, зачем. Я наткнулся там на Долиша. Он похлопал меня по плечу и заявил, что нам нужно составить какой-то план, и еще что-то насчет мистера Лавгуда. — Вы самая последняя мразь на свете, — ответил я ему. Потом меня стошнило ему на ботинки. — Ты что, пьян? — Долиш почти рычал от злости и тряс меня за плечи. — Ты понимаешь, что этой ночью они будут искать убийцу? Тебе надо быть готовым. И ты должен быть лидером, я правильно понимаю? С какой, мать твою, стороны, ты это заслуживаешь? — Лидером чего? — я начал смеяться. — Люди доверяют тебе! — кричал Долиш. — Какие люди? Доверяют что? Работать одному? — злость была такая, что я почти готов был ударить его. — Вы что, помогли мне сегодня? Чем? Поучениями? Где вы были, пока я убивал? Где? — Я сказал тебе сразу, что Риза придется убить. Не знаю, почему ты живешь до сих пор в стране фей… — Я вам покажу страну фей, — теперь я набросился на него и даже попал по лицу, прежде чем потерял равновесие и упал на мостовую. — Посмотри на себя, — с тошнотворным достоинством сказал Долиш. — Всем тяжело, но только ты почему-то дошел до такого. — Пошли вы… — процедил я. Язык меня не слушался и я чувствовал, что скоро придет приступ. — Можете проваливать. Вы тут не нужны. Сдались мне ваши поучения. Вы мразь. Последняя мразь. Самая последняя ублюдочная мразь во всем этом ублюдочном мире… Приступ сковал меня по рукам и ногам. Тело, как это всегда бывало, отказалось мне повиноваться. Перед глазами проплывали жуткие образы, от которых нельзя было спрятаться. И потом они отступили, но реальность была хуже. Я снова лежал на мостовой и ругался с Долишем. — Вы мразь, — выдавил я. Перед глазами висела тень, и я не мог даже разобрать, где он находился, но мне хотелось, чтобы он знал. — Вы ублюдочная мразь. Мышцы снова напряглись, так что затылок уперся в асфальт. Образы вернулись. Они все проклинали меня. Сознание ускользнуло.