Лабиринты ЕХО

Очнувшись, Бэкхён открыл глаза и тут же зажмурился. Повсюду вокруг был свет. И стоило только ему приглядеться повнимательнее, как юноша понял — этот свет исходит от него. — Какого... лешего?!— он сел и посмотрел на свои ладони, которые излучали мягкое сияние. Встряхнул ими, даже потёр о джинсы, но сияние так никуда и не исчезло.— Вот это... вот это да! — Тут кто-то есть?— послышался приглушённый голос. Бэкхён втянул было голову, но быстро понял, что его новоявленные фосфорические наклонности выдают его с головой. Тогда он неуклюже поднялся и огляделся по сторонам. Неподалёку виднелось нечто вроде кратера с выжженной землёй, в центре которого сидел ничего не понимающий юноша. — Э-э, парень!— воскликнул Бэкхён, подбираясь поближе и часто хлопая глазами.— Не хочу расстраивать, но т-ты... ты дымишься, кажется! У тебя точно всё в порядке? — Себя-то видел?— огрызнулся незнакомец, совсем не разделяя его радушного настроя. Затем устало провёл рукой по лицу, размазав сажу по лбу и щекам и напрочь разрушив имидж плохого парня, каким по видимости хотел казаться.— Сам светишься будто мотылёк какой-то! Ни черта не понимаю! Услышав последние слова, Бэкхён надулся и отошёл от кратера, сделав вид, что чрезвычайно заинтересован разглядыванием стены. На минуту в туннеле повисла неловкая пауза, но вскоре гигант заговорил снова. — Ладно, прости. Я просто очень запутался и напуган. Ты поможешь мне выбраться? — Хорошо,— не долго думая, согласился Бэкхён и подлетел к обрыву. По одному его виду становилось ясно, что перспектива перемещений в зловещем туннеле (да ещё и в одиночку) его нисколько не воодушевила. Пока он вытаскивал второго из кратера, поднялся сильный ветер — почти ураган — и пробрал обоих до костей. Снова оказавшись на ногах, Бэкхён почувствовал, как на плечи опускается пропахшая палёным кофтёнка, едва ли не достававшая ему до колен. И лишь тогда Бён отметил, что одежда на них двоих была одинаковой. А значит, и оказались они тут оба неслучайно, быстро заключил парнишка. — Вот, возьми,— сказал юноша, которого он только что вытащил. И пусть сама одёжка напоминала дырявую скатерть, что намеренно прожигали во всех мыслимых и немыслимых местах, Бэкхён был очень тронут проявленной заботой.— Меня Чанёль зовут. А тебя? — Бэкхён. — Советую застегнуться, Бэкхён,— с серьёзной миной заявил его новый знакомый. — Боюсь, что это тут уже не поможет,— отозвался мальчишка, поднимая дырявые рукава на уровень глаз. После чего они оба неловко хихикнули, а Бэкхён добавил:— У тебя все щёки в саже, замарашка. Стой смирно — я сотру. И принялся тереть лицо Чанёля скомканным в ладони манжетом. — Ты з-знаешь, где мы? И к-как тут очутились?— спросил его парень. Говорить было крайне неудобно, ибо в этот самый момент его щёки ходили ходуном от стараний Бэкхёна. И тем не менее, он чувствовал необходимость скрасить момент, казавшийся ему неловким. Ведь к тому, что Бэк, привставший на цыпочки в попытке достать до его лица, окажется настолько милым, Чанёль был явно не готов. — Понятия не имею. И даже то, что было до пробуждения, мне кажется каким-то размытым,— признался тот.— Я закончил, кстати, и довольно давно. Уже можно двигаться. — О! Э-э... Спасибо,— смутился гигант, который, признаться, этого даже не заметил. Уткнув глаза в пол, он неловко утёр нос несуществующим рукавом и сделал шаг в сторону. Закатав рукава чанёлевой кофтёнки, Бэкхён отметил, что со временем его сияние почти угасло. И разумеется, в голове у него тут же созрел справедливый вопрос. Была ли то разовая акция, или же загадочный свет ещё вернётся? И если так, то сможет ли он им управлять? — Как думаешь, куда ведёт этот туннель?— вырвал его из раздумий голос Чанёля. Бэкхён поглядел вперёд, затем назад и лишь развёл руками. — Полагаю, что есть единственный способ проверить. Чанёль кивнул, после чего двое с осторожностью двинулись по направлению предполагаемого выхода. Но каково же было их разочарование, когда они поняли, что ничего такого там и в помине не было. Более того, за первым поворотом оказался второй, за ним третий и так далее, пока они не сбились со счёта. — Кажется, я знаю, где мы,— сказал Чанёль наконец, когда двоих уже настигло отчаяние и Бэкхён без малейших зазрений совести цеплялся за чужой локоть, лишь бы избавиться от части собственного веса.— Это лабиринт. А значит, найти выход будет не так-то просто. — И что же нам делать? — Надо пытаться,— твёрдо заявил Чанёль. Ещё какое-то время двое шли в тишине. Бэкхён до ужаса сильно стискивал предплечье Чанёля в своих ладошках, но тот не возражал, видя, что мальчик напуган. Спустя минуты три или четыре он спросил: — Чанёль, а почему на месте, где ты очнулся, был кратер? Парень невесело хмыкнул. — Да если б я знал. — Так, может, и у тебя есть какая-нибудь сверхспособность?— предположил Бэкхён.— Как у меня. И удовлетворённо хмыкнул, когда, сконцентрировавшись, ему вновь удалось заставить себя слегка засветиться. — Это... очень красиво,— признался Чанёль, прежде чем успел прикусить себе язык. Впрочем, успеть-то он успел, но было поздно и очень-очень больно, так что на глаза даже навернулись слёзы. Бэкхён уже собрался интерпретировать их по-своему, как Пак своевременно выдал:— Не думаю, что я способен на нечто подобное. — А ты попробуй! — Ну ладно,— согласился парень и неуклюже выбросил руку вперёд. Ничего не произошло. Бэкхён ободряюще кивнул ему, и Чанёль попробовал снова. Совсем скоро это переросло в подобие развлечения, за которым они коротали дорогу, изображая позы известных супергероев. — Как выберемся отсюда, обязательно предложи свою кандидатуру Мстителям,— не единожды говорил Чанёль, задыхаясь от смеха.— Им в команде точно не хватает человека-лампочки! Сам он со временем и думать забыл о наличии у себя каких-то там способностей и просто получал удовольствие. Пока в какой-то момент кое-что не произошло, а именно... ...из ладони Чанёля вырвалось пламя. Взвизгнув, Бэкхён подлетел на месте и отшатнулся, врезавшись в стену. Чанёль попытался провернуть то же самое, но стряхнуть огонь с руки никак не удавалось. И тут случилось ещё нечто более странное — рука Чанёля вплоть до самого плеча покрылась льдом. Оглянувшись, они увидели, что в конце очередного коридора стояло двое.