Вулкан

Вулканы взрываются и всё вокруг них горит. И Фэш тоже горит. Горит. Горит. Горит. Этот пожар не потушить ни водой, ни каким-то там порошком, которым обычно тушат, как его там? Кажется, Фэш и не хочет тушить этот пожар в груди, когда смотрит Марку в глаза, когда думает о нём, когда вспоминает его ухмылку. А потом эта сволочь умерла, и пожар в груди заменили огненные волосы и васильковые глаза, вместо привычных серых. Или не серых. Какие они у него там? Марка убили, а пожар остался в груди. Потому что часограммы, потому что песни посвящённые ему. А где-то в другой вселенной Драгоций сам всё разрушил. Сам сказал, что всему конец* и просто ушёл. Вулканы взрываются, даже после очень долгого сна. Марк спит уже очень давно. Он не взрывается. А всё вокруг него горит. У Фэша в груди пожар. Бесконечный. У него всегда пожар в груди. И его ничто не останавливает. Он не тушится ни водой, ни чем-либо другим. А может он всё время горит, потому что Драгоций не хочет его тушить. Может, потому что он ему нравится? Может, потому что это одно из напоминаний о Марке? Наверное совсем скоро от Фэша останется только пепел. А потом Фэш соберёт свои вещи и уедет отсюда, так далеко, что его невозможно будет найти. И так надолго, что про него все забудут.** На память останется только ключ от какого-то гаража и чек за сине-красный шарф. Скорее всего, проще застрелиться, чем нести это всё в себе. Потому что это совсем не просто. Совсем. А Драгоций всё равно горит. Загорается на ровном месте. Марк — потушенный вулкан, который больше никогда не взорвётся. И Фэш от этого горит ещё ярче