Порождение Силы - 3. Право на жизнь.

И в вечном танце состояний, В вершине зыбкой Пустоты, Сойдутся Тьма переживаний И Свет безбрежной чистоты. Нет. Свет – не истина в добре, А Тьма – не злобы воплощенье, Они – абстрактны, есть везде, Беспечна пляска их влеченья. Как выбрать здесь свою юдоль? Как осознать – где сердцу лучше? Ответ?.. -Мир не из двух священных доль, Он многолик и многосущен…

Корусант. Два месяца спустя битвы при Эндоре. Маленькая черноволосая девочка в белом платьице, отороченном кружевами, с прихваченной под грудью лентой, идет по красной ковровой дорожке. Изящные ножки в новых туфельках ступают неуверенно, все маленькое тело дрожит: страшное, щемящее душу чувство сковало грудь ледяной скалой. Она смотрит по сторонам, а вокруг неясные тени разных цветов… Больше всего здесь коричневых, серых, горчичных… Грязные проплешины тут и там портят и калечат и без того испорченные духовным несовершенством души-тени. Девочке отлично известно – такие оттенки показывают отвратительную подноготную каждого… Лишь изредка видит она вкрапления синих, зеленых, сочно-желтых красок… Словно пятна света, они сверкают в заляпанной злобой и завистью, гневом и жадностью, садизмом и похотью толпе. Но яркие, живые цвета так редки в этом царстве непотребств. Девочке страшно: чем дольше она идет по этой туманной дороге, где верными видятся лишь алые ворсинки ковра под ногами, тем более мерзкими становятся тени вокруг нее. Нет, тени не угрожают и не нападают, они лишь колышутся, полные неодобрения, презрения, равнодушия и безразличия… Но оттого не менее страшно их присутствие. Наконец, девочка видит конец своего пути – перед ней исполинскими изваяниями возвышаются два трона. На первом восседает нечто, превосходящее по мерзостности иные тени. ОНО черное, чернее самой ночи, и в него, будто в гигантскую воронку, тянутся, тянутся чужие эмоции от других теней, как полные грязи, так и, напротив, чудом сохранившие остатки света на своих аурах. Смотреть на него жутко до такой степени, что девочка невольно отшатывается назад и оглядывается в поисках поддержки… Но, как и ожидалось, не находит её – тени вокруг лишь глумливо смеются над ужасом девочки, смыкая ряды и подталкивая к ужасу на троне. Когда от её собственной души начинает тянуться ниточка, которую несет, волоком тащит в эту адскую черную дыру незримая, но абсолютно чуждая энергия, девочка решает – бежать, бежать, бежать со всех ног, не ведая ни усталости, бежать так быстро, как только возможно, чтобы страшный вихрь не затянул и её чистое сердце… Но тут становится чуть легче – глоток свежего воздуха посреди неясных теней… Это заставляет девочку искать источник нежданной теплоты. Она медленно отворачивается от Повелителя Теней и ищет. Внезапно её внимание привлекает вторая фигура на троне, являющая собой безупречный контраст своему соседу слева: яркая, разнообразная, наполненная чистыми и густыми цветами, словно слепленная из сотен причудливо переплетенных радуг… Эта фигура сияет любовью, и девочка снова делает шаг вперед, к ней, к этой бесконечно чистой энергии. Но тут расширяется зияющая злобой воронка первого существа на троне. В сердечке девочки разрастается ужас, даже прекрасное сияние второй меркнет подле уродства первой. Дитя вдруг понимает – первый сильнее, ведь на его стороне все тени вокруг… А воронка разрастается, разрастается, поглощая собой все пространство, тянется жадными нитями к девочке… И когда, кажется, что проигрыш не минуем, внезапно за спиной девочки вырастает ОН. Могучий столб чернильной Тьмы, без единого пятнышка, первородный, мощный, цельный! Этот столб пресекают вспышки белого, чище снега, цвета. ЕГО фигура высока, даже огромна, в ней - сила, невероятная, необузданная, пронизанная ослепительно-снежными молниями. Первобытная ледяная ярость и бесконечно сильная воля, а также желание защитить – вот, что исходит от НЕГО. ОН кладет руки на плечи девочке – ей немного страшно, но больше любопытно. ЕГО ладони большие, они крепкие, как сама земная твердь, и от них расходится тепло… Страшная воронка, заприметив такого защитника, отступает, отступает, а сияющая фигура на троне светится сильнее, тысячу раз отраженная, будто от причудливого зеркала, от могучей Тьмы с вкраплениями такого же мощного Света, что находятся за спиной девочки… И тогда сзади раздается первородный голос, от величия которого пробирает дрожь: - Кто всегда за тобой? - Ты, мой защитник, - тихо отвечает девочка. - Кого ты видишь перед собой? - Само Ничто, что хуже Смерти… - А еще? - Саму Жизнь, что растет вопреки всему. - Но что ты тогда думаешь о себе, дитя? Девочка заглядывает внутрь своей души и вдруг видит, что носит внутри такой же абсолютный мрак, что и воин позади нее. А еще страшнее, что девочке неясно, где грань между Тьмой за спиной и черной Дырой впереди… Девочка смотрит глубже, глубже, глубже… Её разум уплывает все дальше и дальше, она начинает падать в ту самую Тьму, что черным колодцем смотрит на нее из собственной сути… И тогда… Лея открывает глаза и вскакивает, судорожно ловя ртом воздух. Несколько секунд девушка моргает, силясь узнать, где она находится. Вокруг высокотехнологичные апартаменты с дорогими антикварными вещами – прекрасная обстановка, достойная славы богатейшего и крупнейшего города в Галактике. Рядом с девушкой дремлет вымотанный Хан: на широкой постели вполне достаточно места для обоих. Лея аккуратно, стараясь не разбудить любимого, поднимается с кровати и идет к окну, на ходу набрасывая на изящные плечи легкий пеньюар. Девушка открывает шторы и затем отворяет дверь на ажурный резной балкон. Леди Органа выходит на него, и ей в лицо немедленно дует порыв утреннего ветра, приятно освежающий после очередного кошмара. Она обозревает огромный город перед собой – Корусант чудится сказочным в свете восходящего солнца… Этот пейзаж смывает остатки сна-воспоминания, что тревожит девушку изо дня в день. Спустя пару минут пробуждается Хан – с некоторых пор Лее не нужно видеть его, она всегда чувствует, когда ОН рядом. Со времен битвы при Второй Звезде Смерти, где Органе открылась правда об отце и брате, присутствие бравого капитана превратилось в постоянную необходимость, словно Соло оставался единственным якорем, не дающим девушке пасть в безымянную пропасть без дна, которую она теперь ощущает беспрерывно. - Лея, - мягко говорит мужчина. – Что случилось, Лея? Его голос успокаивает, а её имя в его устах приносит понимание, что она еще жива и все еще держится. Органа медленно оборачивается, выхватывая взглядом любимые, бесценные черты лица… «Как он необыкновенно, чувственно, бессмертно прекрасен, - думается ей. – Я помню этот лик застывшим в карбоните, искаженным от боли, помню гневным. Помню залихватскую улыбку и неподражаемое «вашество». И помню его лицо полным любви и нежности. А также мимолётной грусти. Как сейчас… Не печалься, Хан, ты – моя награда, мое солнце, сияющее из полуночи, мой якорь, что выведет из любой Тьмы… По крайней мере, я хочу в это верить… Нет! Я верю в это! Но что, если он уйдет от меня, как уходят все мои близкие? Как ушли папа и мама, как ушел Альдераан?..» - Лея, - вновь мягко позвал Соло, подходя ближе. Девушка удивленно встрепенулась и посмотрела на мужчину. - Прости, задумалась, - виновато произнесла она. - Обо мне, надеюсь? - хмыкнул он, добиваясь ответной улыбки. А потом резко посерьезнел. – Опять кошмары, да? Лея глубоко вздохнула и едва заметно кивнула. - Скоро приедет Люк, - убежденно произнес Соло, становясь рядом с любимой. – Ты же знаешь: он – джедай, и неплохо знаком с этими вашими штуками в Силе. Он поможет. Лея задумчиво посмотрела на капитана Сокола. Нет, она нисколько не сомневалась в могуществе брата: он совершал настоящие чудеса при помощи Силы, делал невозможное возможным. Его называли Героем, славили и восхищались им, а во флоте Альянса не было пилота и командира лучше, чем Люк Скайуокер. И, при этом, молодой джедай оставался самым добрым, светлым и чистым человеком в Галактике. И рядом с ним становилось легче. Но… Лея была уверена, что брат, несмотря на близкое знакомство с Темной Стороной в лице Императора и… Вейдера, никогда не чувствовал себя её частью. После победы при Эндоре, Люк рассказал о произошедшем на Звезде Смерти сестре и Хану, не утаивая ни сомнений, ни страхов, что были с ним тогда. Лея была поражена поступком Люка, который настолько истово верил в Свет и в Вейдера, что был готов отдать жизнь, чтобы отец снова стал джедаем… Но еще больше её поражало, что брат оказался прав. Темный Лорд пожертвовал собой ради сына и снова обратился Энакином Скайуокером за миг до конца… Владыка Вейдер всегда был странным, а его деяния - необъяснимыми. Вот, казалось бы - злейший враг, гроза Альянса, сама Тьма во плоти. Преданный слуга Императора! Но был в нем резонанс. Лея неплохо разбиралась в тактике и стратегии, а после того, как ей стала известна ужасающая правда о собственном происхождении, она перерыла всю информацию об Энакине Скайуокере. И тогда стало ясно – такой военачальник не проиграл бы Альянсу. Потому что во времена Войн Клонов, обладая силами в несколько раз меньше, чем у противника, этот джедай выигрывал подчас безнадежные битвы. Невероятно умный, хитрый, прозорливый, выдающийся стратег! И поверить, что тот же самый человек не смог одолеть крошечный, рядом с военной машиной Империи, флот Альянса, было попросту невозможно! Так как же мятежники победили? Как вообще Дарт Вейдер мог проиграть, если даже адмирал Акбар на осторожные расспросы Леи как-то признал, что величайшим военным, которого ему доводилось встречать, был Энакин Скайуокер! И добавил, что останься тот живым после чистки джедаев и прими сторону Сопротивления, Империя пала бы через пару-тройку лет после основания. Вопросы. Вопросы без ответов. Вопросы, на которые ответы не будут даны никогда. Просто потому, что этот человек сгинул на Звезде Смерти, сгинул, пожертвовав собой ради любимого сына. Оставив у Люка бесконечное преклонение перед собственным мужеством, а у Леи - бесконечные сомнения в его мотивации… И эти сны… Посещающие её с завидной частотой, страшные кошмары. Сможет ли брат сделать хоть что-то, чтобы Лея перестала ощущать постоянное падение в пропасть? - Я не знаю, Хан, - вслух произнесла девушка, поднимая взгляд на тревожащегося мужчину. – Не знаю, сможет ли Люк помочь мне. - Обязательно сможет!.. – преувеличенно бодро произнес Соло. - А вдруг нет! – сорвалась Лея, повышая голос. Потом сразу тихо добавила. – Прости, Хан… Я не хотела. - Понимаю, - капитан положил руку на тонкое запястье девушки, легко сжимая его в жесте поддержки. - Я постоянно злюсь и нервничаю, - тихо продолжила Лея. – На совещаниях приходится сдерживаться, чтобы не покалечить этих идиотов-моффов, которые заботятся только о собственных шкурах! Как мне они надоели! С некоторых пор, я не могу отогнать мысли, что куда проще было бы их перебить, чем переливать из пустого в порожнее на бесконечных выматывающих переговорах. Тогда в Галактике наступят спокойствие и мир... Ей будет лучше без таких людей!.. - Я тоже ощущаю подобное… Все злятся на этих мерзавцев! – резонно заметил Соло. – А желание подправить им морды, почти как желание есть и спать – не отвяжешься, пока не врежешь от души! - Послушай, - Лея горячо перебила мужчину, внезапно хватая его плечи. – Я никогда, НИКОГДА, понимаешь, раньше не ощущала такой жажды убийства. Это рвет и сжигает меня изнутри! Мы боролись за демократию и свободу, а методы, которыми хочется воспользоваться мне, присущи диктату Империи. Присущи Вейдеру! - Тебя беспокоит, что ты становишься похожа на него, - проницательно произнес Соло, заглядывая принцессе в глаза. Руки девушки бессильно упали. - Да, Хан, - прошептала она. – С тех пор, как я узнала, что ОН – мой отец, мне страшно. Я словно иду по лезвию виброножа, каждое мгновение ожидая падения. Падения во Тьму, после которого я не стану прежней. И еще кое-что… Девушка помолчала, колеблясь: - Эти сны – не просто кошмары, посланные Силой. Они больше похожи на воспоминания. Временами мне кажется, что подобное происходило в действительности: я – маленькая, иду по тронному залу, где впереди на тронах сидят Император и Императрица. А позади ОН – не враг, не убийца, а защитник и соратник. - Он? – переспросил Хан, боясь нарушить откровенность любимой. - Дарт Вейдер, - уверено проговорила Лея, прислушавшись к интуиции. – В моих снах – он тот, кто спасает меня от… - От Тьмы? – напряженно спросил Хан. Лея надолго задумалась, анализируя. Когда Соло уже решил, что так и не дождется ответа, она протянула: - Знаешь, Хан… Это может показаться странным, но меня не покидает ощущение того, что Темная Сторона Силы – далеко не худший вариант… - Что ты имеешь в виду? – капитан Сокола нахмурился. Чувство, будто он теряет свою принцессу, неотвязно преследующее его последние два месяца, обострилось. - Я не к тому, что Тьма – это нормально! – увидев состояние любимого, замахала руками Лея. – Пойми меня правильно: я не хочу становиться такой, как мой… ммм… биологический отец! Однако я чувствую, чувствую всеми фибрами души, что есть угроза намного страшнее и глубже, чем просто обычное зло. - И что же это? – поднял брови Хан, устав от метафорических разговоров. - Я бы назвала это Дырой, - протянула Лея. А потом яростно тряхнула головой и завершила. – Нет, не совсем верно… Скорее, это похоже на… На Пустоту. *** Два часа спустя. Бывший Дворец Империи. Путь в кабинет начальства из дома для Органы и Соло был недолог. Апартаменты Леи и Хана располагались совсем недалеко от здания Императорского Дворца. По иронии судьбы именно в этом же доме жили когда-то мятежный джедай Скайуокер и его прекрасная тайно венчанная жена – Падме Амидала, сенатор Старой Республики. А теперь почти в той же квартире расположились их дочь и её возлюбленный… Странная вещь – судьба!.. Впрочем, у Леи и сопровождающего её Хана не было времени ностальгировать: их срочно вызвала к себе Мон Мотма, несмотря на ранний час. К леди Мотме у Леи было двоякое отношение: с одной стороны – Глава Альянса, наставница, и близкая подруга Бейла Органы, с другой – человек, что подверг её испытанию в лице принца Ксизора. Принцессе до сих пор было неприятно вспоминать этот эпизод – она чуть было не купилась на ухаживания Главы Черного Солнца, изменив Хану; как дитя, попалась в ловушку, где хитроумный Принц водил её за нос почти две недели; а потом и вовсе подвергла опасности Люка, которому сестра послужила отличной наживкой… И все это произошло с молчаливого согласия госпожи Мотмы. Теперь, когда война закончилась, вернее, перешла в стадию длительных переговоров с имперскими чиновниками, Лее по долгу службы постоянно приходилось быть подле Ледяной Королевы Альянса. И это непрерывно подвергало её выдержку испытанию – Леди Мотма юлила, как змея, пытаясь найти подходы к моффам и идя на бесконечные уступки, а Лее хотелось, чтобы политика Альянса была жестче и намного более честной к идеалам Сопротивления. Когда открылась дверь одного из кабинетов в Имперском Дворце, который заняла под собственные нужды Мотма, принцессе пришлось сделать глубокий вздох, чтобы привести, наконец, к спокойствию разбушевавшиеся эмоции. - Проходите, - раздался холодный голос Главы Альянса. - Миледи, - поприветствовал женщину во главе стола Хан, отодвигая кресло для Леи и помогая ей сесть. Он занял позицию за её спиной, невзначай положив руку на плечо принцессы. На девушку от такого ненавязчивого жеста поддержки накатило облегчение, и она ощутила желанное спокойствие. - Вы вызывали? – поинтересовалась Лея. Мотма выглядела откровенно усталой – под глазами залегли глубокие тени от недосыпа, в коротких рыжих волосах прибавилось седины, но холодный взгляд серых был прежним: прямым и острым. «Способна ли она вообще на эмоции?» - невольно подумал Хан, глядя на начальство. - Да, Леди Органа, вызывала, - кивнула Мон. – У меня есть для вас задание. Для вас обоих, - предупреждая удивление Хана добавила она. – Позже к вам присоединится коммандер Скайуокер, он, как мне известно, скоро будет на Корусанте… - Задание? – сощурилась Лея. – В разгар переговоров? - Да, - кивнула Мон. – И, при том, очень важное. - Мы все – внимание, - Лея сложила руки на столе и внимательно посмотрела прямо в глаза Мотме. - Я не очень понимаю, как начать, - Мон вдруг утратила обычную невозмутимость, а её взор опустился перед напором Леи. – Видите ли, со мной на связь вышли весьма необычные… ммм… люди. Они требуют переговоров, а в качестве послов просят прислать именно вас троих. - Нас? – не удержался Хан. Ладно еще Лея: она политик со стажем, но он сам… И Люк в придачу. – Смахивает на ловушку. Принцесса согласно кивнула, подтверждая слова любимого. Мотма тяжело вздохнула и начала барабанить пальцами по столу, выдавая нервозность. - Я понимаю, - произнесла она. – Несмотря на то, что отпускать мне вас категорически не хочется: вы, Лея, нужны здесь, генерал Соло - во флоте, коммандер Скайуокер – прекрасный пилот, а также - единственный джедай в Галактике, я просто не могу не согласиться на претензии этой… организации. И вам придется полететь на эту встречу. - И что же это за организация, которой всемогущая Леди Мотма не может отказать? – яда в голосе Леи хватило бы на четверых. Соло тревожно посмотрел на свою возлюбленную, вновь ощущая её гнев и готовность сорваться. Лицо Мон стало непроницаемым, но более она никак не отреагировала на почти неприкрытую усмешку своевольной принцессы. Глава Альянса откинулась в своем кресле, сузив ледяные глаза, и уронила: - Это Призрачный Флот. *** - Она ведь шутит! – час спустя, уже находясь в собственных апартаментах, не выдержал Хан. Он плюхнулся на огромный диван, в то время, как С3РО поднес ему стаканчик сока Юри. Лея устало опустилась на кресло поодаль и жестом попросила подать ей то же, что и экс-контрабандисту. - Это просто смешно: посылать нас на встречу с тем, чего не существует… - Как видишь, существует, иначе они не стали бы вести переговоры, - ответила принцесса, сама в душе ощущая раздражение. - Я всегда считал Призрачный Флот красивой байкой, которую придумали ребята из Сопротивления, чтобы чувствовать себя чуть более уверено… Вроде того, что в непредвиденной ситуации всегда явится этот Флот и спасет от неминуемой гибели. - Я тоже так думала, - кивнула Лея, отпивая из стакана. – Случаи его вмешательства весьма нечасты, и вокруг них огромное количество слухов. По легенде Призрачный Флот никто не видел воочию – известно лишь, что эти корабли нападали только на Империю. Наши ребята пару раз сигнализировали о его прибытии, но затем сигнал глушился, и всякая связь с ними пропадала, а потом сопротивленцы отрицали все, что говорили по связи, оправдываясь, что решили так пошутить… Некоторые из наших военных вообще пропадали после появления Флота, и слуху о них больше не было. Но я всегда списывала это на происки Империи, более того, одно время мне казалось, что Флот – это хитрая уловка Императора, направленная на ослабление нашей бдительности. С огромным трудом верится, что Призраки умудрялись расправляться с Имперскими Разрушителями, портить им планы и срывать тайные операции, при этом ни разу не оставив и следа своего присутствия… Это просто невозможно: не остается ни обломков кораблей, ни деталей вооружения, ни даже очевидцев… И потом, у них должна быть агентурная сеть во много раз превосходящая ботанскую, имперскую, ксизоровскую… Да любую в Галактике! - И теперь легенда решила провести переговоры, - понимающе заключил Хан. – Звучит, как начало голофильма средней паршивости…. - Хуже того, нас туда отправляют без поддержки, что само по себе глупость, - Лея раздраженно сложила руки на груди. – Понятно, что Альянс держит остатками флота блокаду вокруг Корусанта, не давая сбежать мерзавцам-моффам, но… Даже если представить, что в нашей ситуации безопасней лететь инкогнито, без сопровождения, этот факт никак не отменяет того, что они посылают нас в неизвестность. И самое ужасное… - И самое ужасное, что Люк летит с нами, - Хан посмотрел любимой прямо в глаза. - Как бы там ни было, и тебе, и мне всегда можно найти замену, потому что ты, пусть и одна из глав Альянса, но, в основном, идейная вдохновительница, а я… Я просто контрабандист, ставший генералом по шутке судьбы. Лея и Хан обменялись долгими понимающими взглядами. - Но жертвовать единственным джедаем, который пытается воссоздать из пепла Орден – это уже не расточительство… - продолжил через паузу Хан, – а откровенная глупость. Существование форсьюзера, одолевшего Дарта Вейдера и Императора на Звезде Смерти, так, по крайней мере, осветили это дело в СМИ, это одна из центральных цепей, что заставляют моффов считаться с нами. Они уверены, что Люк – послушная игрушка в руках Мотмы, и каждый день в ужасе ждут светового меча у горла. Лея печально кивнула. - Брата безумно расстраивает положение дел, где он становится пугалом для общественности с легкой руки Леди Мотмы. Наверное, поэтому он очень не любит прилетать сюда. Ему легче искать возможных Учеников, чем встречаться с постоянным страхом, причем идущим теперь не только от имперских, но и от товарищей по оружию. - Скучаешь по нему? – Хан подошел к Лее и опустился перед ней на корточки. Уголки её губ дрогнули в слабой полуулыбке, и она склонила голову на бок, с теплотой глядя на любимого. - Немного, - признала она. – Но я безумно рада, что ты согласился остаться со мной в этом террариуме. Не знаю, что бы делала без тебя… Ответом ей было мягкое прикосновение губ от любимого мужчины. Их поцелуй, поначалу нежный и мягкий, перешел в страстный, полный огня и жизни поток наслаждения, где двое становились друг другу дороже целого мира… *** Орбита Корусанта. Люк Скайуокер, Герой Восстания, последний джедай, а, может, и форсьюзер в Галактике был немного зол. Нет, не так! Он был прилично зол, и если бы не врожденное воспитание, а также недолгое джедайское обучение, он бы, наверно, наорал на диспетчера, что битый час не желал пропускать коммандера сквозь кольцо блокады вокруг Корусанта. Город-планета Корусант был внизу, совсем рядом, в получасе лёта на любимом икс-винге Люка. Он сиял разноцветными огнями и казался безумно близким, но, при этом, оставался в недосягаемости для юноши. Из-за надоедливого служаки на другом конце провода. - Поймите, - в сотый раз принялся объяснять Люк. – Я – коммандер Скайуокер, прибыл по особой просьбе Главы Мотмы. - Но кода у вас нет, - послышался немного гнусавый голос диспетчера в динамике. - Вы правы, - терпеливо произнес джедай. – Кода – нет, потому что я только что вернулся с Внешнего Кольца и не успел его получить. Вы можете проверить меня по базе данных – мой истребитель должен быть внесен в реестр Альянса на вашем голокомме. - Такой истребитель действительно есть, - спустя некоторое время произнес пограничник. - Ну, слава Силе! – облегченно вздохнул Люк. – Теперь вы меня пропустите, наконец? - А откуда мне знать, что Вы – именно тот Люк Скайуокер, что говорите? Вдруг Вы убили настоящего владельца этого корабля и теперь пытаетесь незаконно проникнуть на Корусант со скверными намерениями?.. Люк ощутил, как остатки выдержки покидают его. Дружелюбие и толерантность ко всем живым существам помахали раздраженному джедаю ручкой, и он, не скрывая усталости, спросил: - И что же мне сделать, чтобы доказать, что я ТОТ самый Люк Скайуокер? - Все знают, что Люк Скайуокер – джедай. Сотворите что-нибудь… джедайственное, и я поверю. «Идиот, - припечатал в своем сознании Люк. – Помимо меня остались еще Руки Императора, которые тоже умеют управлять Силой. Что бы ты делал, будь на моем месте кто-нибудь из них?!» - Хорошо, - сдаваясь, произнес Скайуокер. – После Вы меня пропустите на планету? - Безусловно, - важно прогнусавил диспетчер. Люк еще раз устало вздохнул и замер, погружаясь в Матрицу Силы. Энергия Жизни была, как всегда, многогранна, прекрасна, сияюща. Под форсьюзером располагался Корусант, выглядящий в Силе, как огромный разноцветный шар света, отдельные крошечные огни которого были отражениями душ жителей бывшего Центра Империи. Где-то там отдельным сгустком ало-черной, бархатистой энергии отливала сестра, заставляя сердце Люка учащенно биться в предвкушении скорой встречи. Юноша перевел взгляд на один из крейсеров Мон-Каламари, где находился объект его беспокойства. Он ощутил смутное ожидание диспетчера и мельком прочел его мысли… «Ах, представляешь себе, как будешь вечером хвастаться сослуживцам, что заставил Люка Скайуокера показать Силу?! – окончательно рассвирепел юноша. – Ну, тогда держись, пощады не жди!» Люку вдруг вспомнилась битва при Эндоре, когда юноше пришлось продемонстрировать «божественные» способности С3РО эвокам, чтобы их с Ханом не превратили в питательный праздничный ужин. Тогда Люк применил Силу в весьма щадящем режиме – дорогого, пусть и несколько занудного и неуклюжего дроида калечить не хотелось. Однако теперь, после того, как Энергия Жизни пришла к Равновесию, которого так долго жаждала, могущество Люка стало расти. И как результат, сейчас он мог, к примеру… *** А где-то на планете Корусант, один несносный салластанец - работник пограничной службы, на которого даже собственные коллеги злились за его занудство и любовь к мелким пакостям, взлетел над своим столом. Его глаза были наполнены восторгом – джедайские фокусы на проверку оказались очень интересными! Но когда диспетчер мысленно представил, как будет хвастать своим друзьям, что заставил Люка Скайуокера показать Силу, его начало медленно кружить вокруг своей оси. С каждым мгновением скорость вращения усиливалась и спустя минуту забавный аттракцион начал напоминать центрифугу. Пограничнику откровенно поплохело, и он, уже не соображая, начал кричать: - Отпусти! Отпусти-и-и меня! «Хорошо, - раздался в голове чуть насмешливый голос Люка Скайуокера. – Теперь, надеюсь, ты веришь, что я ТОТ самый?» - Да, да! – незадачливый диспетчер ощутил, как тошнота подкатила к горлу. «И без проволочек пропустишь меня» - это был не вопрос, а утверждение. - Да! «Отлично». Когда импровизированная центрифуга остановилась, и салластанец вернулся к нормальному состоянию, то решил никогда и ни за что не рассказывать сослуживцам о собственном фиаско. Да и вообще… Может, стоит чуть меньше вредничать? Ведь говорят: «Не суй руку в пасть крайт-дракона!» И сегодня пограничнику довелось ощутить это на собственном опыте. *** Когда, наконец, истребитель Люка сел на платформу перед зданием бывшего Сената, его уже встречали. Лее не нужно было слышать оповещение о его прибытии: она давно ожидала брата, чувствуя его в Силе. Он вновь был рядом – существо из Света, невообразимый рисунок которого заставлял сердце Органы трепетать. Хан мягко сжал руку принцессы, а С3РО радостно всплеснул руками. Люк выпрыгнул из истребителя – как всегда, с теплой улыбкой на губах. Голубоглазый, светловолосый, совсем не изменившийся с их последней встречи. Разве что…круги под его глазами стали четче, а взгляд еще мудрее. Но в тот момент, когда Лея обняла своего брата, ей вдруг стало необъяснимо легче, словно, одно его присутствие стерло все тревоги. Тьма, стоящая за спиной девушки, успокоилась и присмирела, радостно приветствуя свою противоположность. А Хан мимолетно улыбнулся: друг снова с ними и им вновь предстояло отправиться на поиски приключений…