Дочь Билла Сайфера встречает Крипипасту(P.S не спрашивайте кто мать ибо я сама не знаю!)

-Что? Нет...-начал возмущаться Маски, но ему помещали. -О-о, Маски, пожалуйста, давай послушаем!-с щенячьими глазами умолял Тоби. -Ладно! Но я не обещаю, что моя история понравится гостю! -Ничего страшного, Уильям уже послушал истории Джеффа, Лью, Джейн, Безглазого, Смеющегося и даже мою! Думаю его уже ничего не удивит!-сказал Бен. -Ну тогда... А может сначала историю Алекса послушаем?-предложил Маски. -Что еще за Алекс?-спросил Джек. -Тим!-Худи толкнул Маски локтем. -Погодите-ка, вы что не знали как зовут вашего друга?-недоуменно смотря на новых друзей, спросил я. -Ну... -замялся Безглазый. -Он держал это в секрете от всех, кроме Тима, но походу теперь узнали мы, а там и остальные!-сказал Бен. -Спасибо, Маски, теперь мне придется пристрелить тебя!- Худи направил пистолет на висок Тиму, в то время как Маски подставил свой нож к лицу Худи. -Ребят, давайте вы убьёте друг друга потом! Сейчас мы начнем рассказывать историю Маски и не надо мне перечить!-сказал Бен и начал рассказ,-Итак начнем пожалуй... Тим всегда был непростым подростком, а атмосфера вокруг лишь усугубляла ситуацию. Издевательства одноклассников, гнетущая атмосфера в семье и вечные ссоры отца с матерью сделали свое дело- Тим судорожно искал выход из этой рутины, в которую он погряз с головой, и наконец нашел, но не тот... -Так, хватит! Всё все послушали и пошли спать!-перебил Маски. -Это еще начало, а ты уже весь нервный! Ты же давно не употребляешь наркотики!-сказал Джек. -Да, это в прошлом! Но мне не нравится об этом говорить, а уж тем более слушать!-сказал Тим. -Да ладно тебе! Мы просто расскажем и всё!-приободрил Бен. -Окей, но я сам расскажу! Эх... Я нашёл не самый лучший выход... Это были наркотики. Я подсел на них в шестнадцать. Сначала легкие курительные смеси, конопля, потом амфетамины, и, наконец, героин. В неполные двадцать лет я уже крепко сидел на самых сильных видах дури. Родители развелись, и я остался жить с матерью, начавшей выпивать. Я делал ужасные вещи: выносил из дома все, хоть мало-мальски ценное, вплоть до ваз и дорогой одежды. Мать заметила это, и, не задумываясь, вышвырнула меня на улицу. Там пришлось ночевать по подворотням и мусорным бакам, скатываясь все ниже по социальной лестнице. Холодным осенним вечером ломка была сильнее обычного. Не выдержав боли, бьющийся в конвульсиях я выпал из бака прямо под дождь. Что-то прицепилось к моему шнурку. Когда ломка отпустила, я разглядел, что это была белая маска с прорезями для глаз и черным ртом. В голове чужой голос приказал надеть находку и найти наркоторговца. Стоило мне надеть эту маску, как вдруг вторая личность захватила контроль над телом. Проснулся я уже с утром. Мои руки были в крови, но я списал это на собственные раны, ведь тело требовало дури. Я так и не узнал, что страдаю раздвоением личности. И когда одной моей стороне, Тиму, требуется лишь один наркотик- героин, вторая, Маски, уже нашла свой путь- убийства. Как видите я освоился и теперь управляю второй стороной! Мне даже лучше в маске, чем когда я Тим! Как я сказал ранее, я отвык от наркотиков, но принимаю обезболивающие таблетки!-закончил Маски. -Вот видишь, всего то... Так, а теперь послушаем историю Худи!-сказал Бен. -Пф... Ладно, ладно! Я расскажу вам... Мое настоящее имя Алекс Пенбер. У меня были три сестры: Сандра, Ребекка и Анджела. Мы жили в двухэтажном доме на окраине. Доброжелательные соседи, приличная работа, школа у меня и Сандры- младших детей, колледж у Ребекки. Старшая сестра уже вышла замуж и жила отдельно. Обычная жизнь среднестатистической американской семьи. Но однажды случилось то, чего никто не ожидал. Дождливым пасмурным днем, когда родители возвращались с пикника, их дорога пролегала по скалистой местности. Не известно, что послужило причиной, но поездка стала роковой для мамы и отца. На середине пути машина потеряла управление и улетела в обрыв. Оба скончались на месте от травм, не совместимых с жизнью. Эта трагедия сильно потрясла всех жителей города. Анджела, старшая сестра, с мужем оформили опеку надо мной и Сандрой. Со стороны казалось, что жизнь налаживается, но это было не так. Очень скоро я понял, что синяки, про которые сестра раньше лишь отшучивалась, вовсе не случайны - это следы побоев ее мужа. Отчим оказался еще тем козлом. Анджела старалась как можно реже бывать дома, поэтому под "горячую руку" попадали мы. Во время очередного избиения этот ублюдок толкнул Сандру с лестницы. Она свернула шею. Я , спрятавшийся в это время под стол на кухне, в шоке смотрел на Сандру, лежащую внизу, в медленно расползающейся луже крови с неестественно вывернутыми конечностями. Не выдержав потрясения, я выскочил из своего укрытия, схватил кухонный нож и бросился на отчима. Этот урод, не ожидая атаки, не смог защититься и я перерезал ему горло. Когда я стоял над трупом, в дом вошла Анджела. Мне ничего не оставалось, т.к она решила, что я виновен в смерти обоих, поэтому я убил и ее. Найдя в шкафу свою старую хэллоуинскую маску, надел ее. Накинув свою любимую желтую толстовку и прихватив с собой нож, я направился на кухню. Там включил газ, взял зажигалку и вышел из дома. Подождав пару минут, я кинул зажигалку в окно и убежал подальше. А через месяц по городу поползли слухи о новом маньяке. Так я получил прозвище в честь своей одежды- Худи. Вот так вот!-закончил Худи свой рассказ. -Можно ли узнать, откуда у тебя пистолет?-спросил я. -Я его забрал у копа, который пытался меня поймать!-ответил Алекс. -Ну, а теперь очередь Тоби...- сказал Бен. -Моя?-все кивнули,-Оу, ладно... Но у меня будет слегка подлиннее история! -Начинай уже!-сказал Джек. -Хорошо... В детстве у меня развилась некая болезнь, из-за которой я не чувствую боли . Это серьёзное отклонение, из-за которого я получил множество оскорбительных прозвищ, когда учился в начальной школе до того, как меня забрали на домашнее обучение, было следствием синдрома Туррета, которое вызывало у меня тик, из-за которого возникали неконтролируемые подёргивания во время передвижения. Дети дразнили меня , смеялись над подёргиваниями и дали кличку Тикки-Тоби. Учёба давалась настолько тяжело, что меня перевели на домашнее обучение. Слишком уж трудно «ненормальному» ребёнку было подстраиваться под свой класс, где каждый в меня тыкал пальцем и подшучивал. Настоящее моё имя Тоби Эрин Роджерс. Вот мы едим с матерью домой, после автокатастрофы, в которой умерла моя любимая сестра. Подъехав к дому, я заметил отца, которого не было в то время, когда Лира доживала последние минуты в госпитале. Мы еще не вылезли из машины. -Что он здесь делает?– Спросил я, взглянув на свою мать, которая уже набралась духу, чтобы выйти из машины. -Он твой отец и он хочет видеть тебя!– Мать ответила монотонным голосом, стараясь, не выдать дрожи в голосе. -Зато съездить в госпиталь, чтобы увидеть Лиру, пока она не умерла, он не захотел! – я был полон разочарования и гнева. -Он напился в ту ночь, он не мог приехать... -Ага, а когда он не напивался?– я толкнул дверь раньше матери и, слегка пошатываясь, вышел на дорожку. Я встретил взгляд отца прежде, чем опустил голову с суровым выражением лица. Мать вышла после и встретилась взглядом с отцом прежде, чем обошла вокруг машины. Отец поднял руки, желая обнять мать, но та прошла мимо, обняла меня за плечо и помогла мне подняться по ступенькам. -Конни, -проговорил отец хриплым голосом – что, ни: «Добро пожаловать» - ни обнять, а? Она проигнорировала неприятные слова отца и прошла мимо него, обняв меня. -Эй, ему уже шестнадцать, он уже может гулять сам по себе! – Отец последовал за нами. -Ему семнадцать! – мама покосилась на него, прежде чем войти в дом. -Тоби, почему бы нам не пройти в твою комнату, отдохнуть, я приду, когда обед будет готов. -Нет, мне же уже шестнадцать и я могу гулять сам по себе. – С сарказмом ответил я и так же бросил взгляд на отца прежде чем, спотыкаясь о ступеньки небольшой лестницы, пройти в свою комнату и со злостью хлопнуть дверью. Почему я ненавидел отца, а вот почему как-то он схватил мать за волосы и свалил её на пол, а когда Лира попыталась помешать, он толкнул её, и она упала на угол кухонного стола. Я никогда не простил бы ему то, что он сделал с матерью и сестрой. Никогда. Меня не заботило, насколько сильно отец толкнул меня, боли я всё равно не чувствовал, зато я понимал, что отец намеренно причинил боль двум самым дорогим людям. И когда я ждал в госпитале, где Лира доживала последние минуты, единственным, кто не соизволил приехать, был отец. Я стоял у окна и смотрел на улицу. Могу поклясться, что видел что-то краем глаза, но списал это на действие лекарств. Когда ужин был готов, и меня позвали вниз, я нерешительно сел напротив своего отца на стул рядом с матерью. Я был спокоен, взял еду, но не стал есть. Вместо этого я наблюдал за отцом пустым взглядом. Мать уловила мой взгляд и слегка толкнула локтём. Я покосился на неё, а потом уставился в тарелку с нетронутой едой. После ужина я был в своей комнате, лежал в постели, укутавшись с головой в одеяло, и смотрел в окно. Я устал, но никак не мог уснуть, слишком много мыслей вертелось в голове. Вдруг я услышал, как открылась дверь и как мать, вошла в комнату и села рядом со мной. Она вытянула руку через стол и потёрла спину, которой я повернулся к ней. -Поверь, Тоби, я знаю, тебе трудно, но я обещаю, будет лучше!– Сказала она мягко. -Когда он уедет?– спросил я. -Не знаю, милый, насколько я поняла, он здесь надолго!- мама потупила взгляд. Я ничего не ответил. Я просто продолжал пялиться на стену, держа повреждённую руку возле груди. После нескольких минут молчания мать вздохнула, затем поцеловала меня в щёку и вышла из комнаты. «Спокойной ночи» - сказала она прежде, чем закрыть дверь. Время тянулось медленно, и я никак не мог перестать ворочаться. Раз за разом возвращались картины аварии: визг шин, крик сестры, и каждый раз я невольно дёргался в постели. Лёжа на спине, я откинул покрывало, накинул подушку на лицо и закричал в неё. Через несколько секунд я скинул подушку с лица, сел и обхватил голову руками, слёзы струились из глаз. Наконец, справившись с собой, я подошёл к окну и начал глубоко дышать, пытаясь успокоиться. Я протёр глаза и уставился на группу деревьев на улице через дорогу. Моё внимание привлекло что-то, находящееся под фонарём. Я услышал звон в ушах, и не мог отвести глаз. Фигура стояла недалеко от уличного фонаря, я был примерно на два фута ниже этого существа, его длинные руки были расставлены в разные стороны, оно уставилась на меня парой несуществующих глаз. У существа не было никаких черт лица. Ни глаз, ни губ, ни носа – ничего, но оно как будто бы загипнотизировало меня, проникая, казалось, в самую душу. Звон в ушах нарастал с каждой секундой, и, когда он стал нестерпим,я провалился в темноту. -Дай угадаю, ты увидел Слендера?-сказал Маски. -Да,...На следующее утро я проснулся в своей постели. Мои ощущения были неоднозначными. Я совсем не устал, но, когда окончательно проснулся, мне захотелось проваляться в постели ещё несколько часов. У меня не было в голове никаких мыслей. Я медленно сел и прислонился к стене, а когда встал на ноги, почувствовал головокружение. Я доковылял до двери и спустился вниз по лестнице. Родители сидели за столом: отец смотрел маленький телевизор, стоявший на столешнице, а мать читала газету с новостями. Она быстро обернулась, когда почувствовала, что я маячу у неё за спиной. «Доброе утро, сонная голова, я думала, ты будешь спать вечно.» - мама встретила меня нерешительной улыбкой. Я неторопливо поднял голову на часы - они показывали половину первого. «Я сделала тебе завтрак, и когда он остыл, хотела разбудить, но потом решила дать тебе ещё поспать.» - Её лицо помрачнело, так как я не отвечал ей – «С тобой всё в порядке?». Я споткнулся и сел рядом с отцом. Я был как бы в режиме ожидания и уже не мог контролировать свои поступки. Я видел всё, что делаю, но одновременно как бы не давал себе отчёта в своих действиях. Я протянул руку к руке своего отца, но мгновенно получил по ней затрещину. Отец резко повернулся и толкнул мой стул ногой. «Не трогай меня, мальчишка.»-закричал он. Мать встала: «А ну прекрати! Это последнее, что нам сейчас нужно!»...,- рассказчик снял маску и очки,- Дни шли своим чередом: Мать проводила большую часть времени за уборкой дома, а грубый папаша – командовал ей. Как будто и не было аварии. Я не покидал своей коморки ни на минуту. Я удивлялся, когда осознавал, что мои мысли меняются так быстро, что даже не запоминал их. Я прохаживался по своей комнатке, как зверь в клетке или смотрел из окна. Нездоровый цикл продолжался. Не подумав как следует, я начал жевать собственные руки, отгрызая кусочки плоти со своих пальцев, пока они кровоточили,- Тоби закатил рукава своей толстовки и показал нам укусы, которые были сделаны давно,-Мама, застав меня за этим занятием, пришла в ужас. Она побежала вниз за аптечкой, обработала мои руки и потребовала, чтобы я был всё время под присмотром. Я самоизолировался настолько, что начал ненавидеть всё вокруг, а память начала давать сбои. Я начал забывал минуты, часы, дни, и вдобавок нёс всякую чушь о вещах, которые совершенно не касались разговора. Затем начались галлюцинации: акулы в раковине,где я мыл посуду, пение сверчков внутри подушки, а в окне спальни – призраки. Весь этот бред привёл меня в кабинет психиатра. Растущее беспокойство матери заставило её обратиться к специалисту, чтобы тот поговорил с мной, о моих переживаниях. Мы с матерью вошли в здание. Мать прошла со мной к рабочему столу и начала разговаривать с барышней, сидевшей за ним. -Миссис Роджерс? – Спросила барышня. -Да, это я. – кивнула мать,- Мы здесь, чтобы увидеть доктора Оливера, я пришла сюда с Тоби Роджерсом. -Хорошо, пройдите сюда!– барышня повела нас в длинный холл. Я взглянул на картины, которыми был увешан холл и повернул на звуки, издаваемые каблуками девушки по жёсткому деревянному полу. Она открыла дверь в комнату со столом и двумя стульями. -Если мы уговорим его посидеть здесь несколько минут, я приведу сюда доктора!– Она улыбалась и держала дверь открытой. Я ввалился в комнату и сел за стол. Посмотрел на свою мать и барышню, пока дверь не закрылась за ними. Я осмотрел комнату, а затем попытался разорвать зубами бинты, наложенные на руки. Меня прервала распахнувшаяся дверь, в которую вошла светловолосая женщина в платье в горошек. Она прошла к столу с ручкой и зажимом в руках. -Тоби? – Спросила она с улыбкой. Я посмотрел исподлобья и кивнул. -Приятно познакомиться с тобой, Тоби, меня зовут, доктор Оливер. – Она хотела пожать мне руку, но передумала, когда увидела бинты. – Оу! – доктор Оливер нервно усмехнулась, прокашлялась и села за стул напротив. – Я задам тебе несколько вопросов, а ты отвечай на них настолько честно, насколько это возможно! – она положила зажим рядом с собой. Я неторопливо кивнул и положил руки на колени. -Сколько тебе лет, Тоби? -Семнадцать...- ответил я быстро. Доктор Оливер записала что-то на бумаге и прикрепила её зажимом. -Назови своё полное имя! -Тоби Эрин Роджерс... -День твоего рождения? -Двадцать восьмое апреля... -Кто твои ближайшие родственники? – я задумался на секунду, прежде чем ответить. -Моя мать, мой отец, - я приостановился – М-моя сестра… -Я слышала про твою сестру… Мне на самом деле жаль! – она сделала печальное лицо и посмотрела полным жалости взглядом. Я кивнул. -Ты что-нибудь помнишь об аварии, Тоби? – я смотрел мимо психолога. В какой-то момент все мысли покинули меня. Я смотрел вниз, на колени, и в окружающем пространстве слышался слабый звон. Мои глаза вытаращились и я замер на месте. - Тоби?.. Тоби, ты меня слышишь?! – я почувствовал, как дрожь идёт вниз по спине, затем медленно обернулся и увидел это. Тёмную безликую фигуру, которая всматривалась в меня. Я смотрел, глаза у меня расширились, а звон в ушах делался всё громче и громче, вдруг крик психолога вывел меня из транса. – Тоби!–я подпрыгнул, упал со стула и начал пятиться в угол. Доктор Оливер встала, прижав зажим к груди. Я удивлённо посмотрел в её глаза. Я встретил её взгляд снова; дыхание было сбивчивым, а сам я подёргивался. Этой ночью я лежал в кровати. Мой растерянный взгляд был устремлён в потолок. Я уже начал дремать, когда услышал шаги в коридоре. Посмотрел в сторону дверного проёма – дверь была распахнута настежь. В коридор не проникал холодный люминесцентный свет, исходящий от луны за окном. Я встал и направился в сторону распахнутой двери, которая захлопнулась перед моим лицом. Я упал на спину, вытаращил глаза и начал тяжело дышать. Через несколько секунд я встал на ноги, ухватился за холодную ручку двери своей перевязанной рукой и начал со скрипом открывать её. Я выглянул в тёмный коридор и на цыпочках вышел из комнаты. Окно в конце коридора выделялось в кромешной тьме голубым лунным светом, вычерчивая траекторию его падения. Я услышал хихикание и шуршащие шаги вокруг, как будто ребёнок бегал вокруг меня и смеялся. Коридор был намного длиннее, чем я помнил. Он казался бесконечным… прямо как путь из больницы домой. Я услышал, как дверь передо мной заскрипела. -Мам? – Позвал я испуганным голосом. Внезапно дверь в мою комнату захлопнулось. Я подпрыгнул и обернулся. Сзади я услышал жуткий стон, звучащий в ушах почти как хрип. Я быстро обернулся и встретился лицом к лицу со своей умершей сестрой. Её глаза заволокло белой плёнкой, кожа стала бледной, с правой стороны лица свисало мясо, обнажая кость, изо лба торчало стекло, а по лицу текла чёрная кровь, светлые волосы были собраны в конский хвост, на ней была серая футболка и спортивные штаны, запачканные пятнами крови. Её ноги были неестественно изогнуты. Она стояла, издавая жуткие хрипы, всего в дюйме от моего лица. Я взвизгнул и упал. -АЙ! – я начал ползти назад, подальше от неё, и не мог оторвать взгляд от её мёртвых пустых глаз. Я полз до тех пор пока не упёрся во что-то. Я остановился на секунду. Мертвую тишину нарушал только его тяжёлое дыхание и плач. Я медленно поднял взгляд вверх и увидел пустое лицо высокого существа, стоящего за мной. За существом стояла толпа детей, примерно от трёх до десяти лет с чёрными глазами, из которых капала чёрная кровь. Я вскочил так быстро, как только мог, но споткнулся о чёрные щупальца, которые опутали мои лодыжки. Я упал на живот, и почувствовал, что щупальца сдавили грудь. Я пытался кричать, но не мог издать ни звука, только сдавленно хрипеть, пока меня не накрыла темнота. Я проснулся, вскочил на кровати и закричал. Я хрипел, ощупывая грудь перевязанными руками. Это был сон… Всего лишь сон. Я улёгся снова и перевернулся с боку на бок. Я почувствовал, как гигантский груз спал с груди, когда я вздохнул полной грудью. И всё же на всякий случай решил подойти к окну и заглянуть в него. Там никого не было. Ни призраков. Ни фигур. Ничего. Вдруг я услышал шорох за дверью и кашель отца. Дверь была закрыта. Я подошёл к двери, открыл её и выглянул в прихожую ещё раз. Затем спустился и увидел отца, который стоял в жилой комнате и курил. Глубокий, кипящий гнев ударил в голову. Я услышал шепчушие несуществующие голоса в своей голове. «Сделай это! Сделай это!» - скандировали они. Я отвернулся и попробовал удержать себя в руках. Я чувствовал, что сейчас на самом деле контролирую себя, в отличие от нескольких недель после госпиталя. Я действительно имел полную ясность мыслей за несколько мгновений до того, как шепчущие голоса появились в голове. Они повторяли снова и снова: «Убей его! Он там не был! Не был! Убей его! Убей!». Я дрожал, а голоса всё говорили: «Нет. Нет, он не станет этого делать. Он что, окончательно спятил? Нет! Он никого не убьёт! Он не может. Он ненавидел своего отца, но не настолько же, чтобы убить его» «Это оно.» - Последнее, что подумал я прежде чем вновь впасть в состояние транса. Голоса взяли верх. Я безмолвно прокрался мимо отца, достиг держателя ножей на кухне, взял самый большой нож и крепко стиснул его в руке. Я испытывал сильнейшее жжение в груди. Я начал смеялся так сильно, что стало трудно дышать. Отец успел обернуться прежде, чем почувствовал грубую силу, толкнувшую его на пол, хрюкнул, и почувствовал, что ударился солнечным сплетением. «Что!?» - он смотрел на меня, сжимавшего в руке кухонный нож. «Тоби, что ты творишь?!» - отец перекатился и выставил руки вперёд чтобы защититься, но я был быстрее и навалился на него сверху. Я пытался схватить отца за шею, но тот схватил меня за руки. «Стоп! Слезь с меня, маленький сучёныш!» - заорал он и сбросил меня ударом в плечо, но я не остановился. Я крикнул и попытался вонзить нож в грудь отца, но тому удалось снова схватить меня за запястье. Он хотел оттолкнуть меня обратно, но я пнул отца, за что получил тяжёлый удар в лицо. Отец отшатнулся, вытянул руки вперёд, чтобы снова ударить меня по лицу, но я вскочил вонзил нож ему в плечо. Отец издал громкий крик и попытался вытащить нож, но прежде чем ему это удалось, я со всей силы ударил его в лицо. Я бил не переставая, что есть мочи, смеясь и задыхаясь, а затем свернул отцу шею, распорол ножом плечо, и начал в исступлении бить мёртвого отца ножом в грудь, живот, куда попало, заливая потоками крови всё вокруг. Я не остановился, пока тело отца не перестало дёргаться. Я бросил нож в сторону и склонился над трупом, кашляя и задыхаясь. Я уставился на его обезображенное лицо, сел рядом и стал подёргиваться, пока крик не разорвал тишину. Я посмотрел вверх и увидел свою мать, стоявшую в нескольких футах от меня. Она прикрыла ладонями рот, а из глаз текли слёзы. -Тоби! Зачем ты сделал это?! Зачем?! – срывалась она с плача на крик. Я встал и начал отступать от окровавленного трупа на кухню. Я увидел пропитанные кровью бинты на руках, взглянул в последний раз на мать, прежде чем развернулся и побежал вон из дома. Я побежал к гаражу и изо всех сил надавил на кнопку, открывающую дверь. Прежде чем сбежать, я схватил два отцовских топорика, которые лежали на стойке инструментов над столом, заваленным банками с краской, старыми гвоздями, шурупами и прочим хламом. Один был новым, с оранжевой ручкой и острым лезвием, другой же был старым, тупым и с деревянной ручкой. Я схватил оба, и тут мой взгляд упал на коробку спичек и красный бак с бензином, стоявший под столом. Я взял оба топорика в одну руку, спички и канистру в другую прежде чем выбежать из гаража на улицу. Когда я пробежал около десяти метров, и мог видеть окна своей спальни, я услышал в отдалении полицейские сирены. На секунду замешкался, а затем открыл крышку бака и побежал вниз по улице, разливая бензин, после чего рванул в сторону леса. Я вылил последние капли, прежде чем засунул руку в карман, вытащил спички и чиркнул ими. Пламя вырвалось моментально, в мгновении ока оно перекинулось на кусты и деревья вокруг. Прежде чем я успел что-либо сообразить, я оказался в кольце пламени. Силуэты полицейских машин были видны сквозь пламя, так что я начал пятиться в сторону леса. Я обернулся назад. Всё ,что я видел, было расплывчато, сердце бешено колотилось, и я прикрыл глаза на секунду. Это оно. Это конец. Я почувствовал чью-то руку на своём плече, открыл глаза и увидел большую белую руку с длинными костяшками пальцев, лежащую на моём плече. Подняв взгляд вверх, я увидел обладателя руки. Существо возвышалось надо мной и смотрело сверху вниз. Оно было одето в костюм чёрного цвета, лицо было абсолютно пустым, а из спины тянулись щупальца. Это оно. Это конец. Вот так Тоби Роджерс умер. Несколько недель спустя мать сидела на кухне своей сестры. Её сестра, Лора, сидела напротив и пила кофе. Мать потеряла три недели назад мужа и сына, а ещё раньше – дочь в жуткой автокатастрофе. С тех пор она переехала к сестре. Полиция закончила расследование. Эта история прогремела в прессе две недели назад, но потом в мире появились куда более важные новости. Лори переключилась на канал новостей, репортёр как раз читал новый заголовок. «Срочное сообщение! Прошлой ночью было совершено убийство четырёх человек! Подозреваемых пока нет. Жертвы – дети среднего школьного возраста, ушедшие в лес поздно вечером. Они были забиты и зарезаны. Орудие преступления было найдено неподалёку, им оказался старый топорик с тупым лезвием. Фото было обрезано для того, чтобы показать оружие с места преступления. Следователи считают, что это мог совершить Тоби Роджерс, семнадцатилетний парень, который за несколько недель до этого зарезал своего отца, а затем пытался прикрыть своё отступление, устроив пожар на улице и в лесу в окрестностях города. Несмотря на то, что следователи считали, что Роджерс погиб в огне, теоретически он мог выжить, ведь тело так и не было найдено.» Если вы думаете, что я пришёл к матери и тёте, то нет. Их я не тронул. Вот такая вот история!-закончил Тикки. -Здорово... Сколько время?-сказал я. В кухню зашла шатенка, у которой один глаз был закрыт циферблатом часов, а другой был ярко-зеленым. -Куколка моя, ты вернулась!-Тоби вскочил с места и заключил девушку в крепкие объятия. -Тоби... Перестань!- у нее появилась довольно милая улыбка,- Дай хоть руки вымыть! -Клокворк!Следующая история про тебя! Кстати о времени, сейчас 3:27!-сказал Бен, глядя на глаз с циферблатом. -Ну, можно и еще послушать! Куда торопиться. Выспаться можно и утром!-сказал я. Клокворк вымыла руки от крови и села рядом с Тоби. -Вам нужна моя история тогда слушайте... Продолжение следует... .