Мини

Вечер 20 мая

POV Чимина

      Прошло всего ничего с нашей свадьбы, но многое изменилось. Многое! Наши отношения подверглись сильным изменениям. Юнги стал целовать меня каждое утро, а также перед работой и сном. Порой это милые и лёгкие поцелуи не несущие какие-либо подтексты, но иногда из мимолётных поцелуев это переходит в долгие, тягучие и сильно возбуждающие, от которых у меня начинает кружиться голова и внизу всё обдаёт жаром. В такие моменты больше всего мне жаль альфу, так как из-за ребёночка я боюсь переходить на новый этап, а он же страдает и мучается со стояком, который всё чаще и чаще становится больше. Но Юнги, спасибо ему, без ругани и ссор уходит в душ и возвращается в нормальном настроении. — Чимин, когда врач назначил дату родов? — откусив кусочек шоколадной конфетки, я почесал голову и посмотрел на парня. — Через неделю. — Неделя? Я думаю, что ты родишь на днях, так всегда: планируют одно, а выходит другое. Ты боишься? — обхватив живот ладонями по разным сторонам, я немного задумался. — Мини? — А? Н-нет, всё равно же кесарево будут делать, — гладя живот, я немного надавливал пальчиком на вновь пинающегося малыша. — Это хорошо, но зря ты отказался лечь на сохранение, знаешь же, что так было бы безопаснее… Чимин, ты меня слышишь? — Юнги, мне кажется, что началось… — поначалу мне показалось, что я ошибаюсь, но сейчас я точно уверен, что это схватки. — Чего? Что началось? Роды! Чим… Боже, ты это иди сядь, хотя нет… сиди. Я скорую вызываю. Ээээ, чего же ты так неожиданно то а… А я говорил, что раньше времени всё начнётся, сглазил, идиотина, — альфа постоянно бубнил, обеспокоенно глядя на меня и что-то тыкая в телефоне. — Чёрт! Я не туда позвонил. Чима, ты это, нормально? — Всё хорошо, пока терпимо, поэтому давай быстрее — он подбежал ближе ко мне и помог встать со стула. — Я сам отвезу тебя, сейчас почти одиннадцать, уверен, что дороги свободны. Тебе нужно переодеться? — Конечно, я же не поеду в пижаме, — немного прикрикнув, так как боль стала заметно больше, схватил мужа за руку, наклоняясь вперёд. — Блядь, Чимин, не пугай меня, иначе я сейчас сам рожу.       В конечном итоге до машины мы добрались лишь через двадцать минут, когда боль достигла своего пика, хотелось уже избавиться от этого чувства и увидеть кроху, который так отчаянно старается появиться на свет. — Юнги, умоляю, ускорься пожалуйста. — Именно поэтому ты и должен был остаться в больнице.       Зажмурив глаз, я старался дышать как можно глубже и медленнее. Я видел, как альфа нервничал и на максимум вжимал педаль газа. Сейчас в больницу так же, как и мы, едут Гук, Тэ и родители, которые ещё спали, но Юнги всё равно решил их оповестить. Как альфа и говорил, пробок не было и доехали мы быстро. В больнице меня сразу же повезли в кресле в неизвестном направлении. Было тихо, я слышал лишь свои стоны и громкое дыхание. Меня быстро везла молодая медсестра, параллельно стараясь что-то узнать. Я уже ничего не понимал, в моей голове был лишь один тяжёлый туман, прежде, чем куда-то заехать, я увидел огромную табличку с крупными буквами «ОПЕРАЦИОННАЯ»

***два часа спустя***

      Открыв глаза, я немного дёрнулся из-за того, что Юнги смотрел на меня прожигающим взглядом. Нет, это не устрашающий взгляд, а скорее обеспокоенный, словно что-то произошло и он теперь думает, как сказать мне об этом. Накрутив себя до невозможного, я приподнялся и схватил альфу за руку. — Что с малышом? — моё сердцебиение и дыхание резко участились, альфа же сглотнул и переплёл со мной пальцы. — Ты только не переживай, хорошо? — Он что… — даже произносить такое было страшно. — Нет, он жив и здоров, просто… — Просто что? Юнги, не издевайся. — Просто… он не альфа, а омега. — Что… Как? Мальчик-омега? Серьёзно?       Откинувшись обратно на кровать, я дал волю слезам, закусывая нижнюю губу до крови. Омега! Это значит, что он так же будет страдать, как и я. С самого начала беременности я молился, чтобы это не был омегой, не хотел, чтобы на него смотрели искоса и издевались, но как теперь быть то? — Эй, малыш, ну, ты чего? — Это я виноват в этом, если бы столько винограда не ел, то… — альфа засмеялся и откинув одеяло лёг рядом, обнимая меня и нежно поглаживая по плечу. — Дурачок, виноград тут не при чём. Какая разница, что он омега? Зато знаешь какой он супермилый? У него такие же пухлые щёчки, как у тебя, и носик кнопкой, — подбородок трясся от лёгкой истерики, а слёзки продолжали литься. Я только сейчас понял, что мой живот вновь практически плоский, словно вернулся к четвёртому месяцу беременности. — Ты его видел, получается? — Да, не переживай, тебе его утром принесут. Если хочешь, то шрам сможешь удалить через месяц, — задрав голову, я посмотрел на спокойное лицо Юнги, его пальцы обтёрли моё лицо, и он поцеловал меня в губы. — Спасибо за Минки. — Минки? — Да, увидев его, это имя из головы не выходило, прости, что не посоветовался. — Мне нравится.       Немного подвинувшись на кровати, чтобы альфа смог лечь нормально, я уткнулся ему в грудь лицом и обвил талию. Дыхание становилось спокойнее, и сейчас у меня уже не выходил из головы образ Минки.

***

POV Юнги

Минки 1 месяц

— Бу… Бу, — у кроватки стоял Тэхён и игрался с ребёнком, закрывая лицо ладонями, а затем резко открывая и коверкая разные гримасы. Комната была наполнена смехом, но по большей части, конечно же, Чона. — Тэхён, отойди от него, таким поведением ты его пугаешь, — хлопнув его по заднице, в ответ я услышал лишь стон и злой взгляд «родственничка» — Что? Чонгуку расскажешь? — Ты слишком вредный… Я сочувствую тебе КиКи, твой папочка как кусок чёрствой обуви, — парень касается своими длинными пальцами щёчки малыша, который смотрит на него с открытым ртом и сияющими глазами. — Юнги, иди лучше помоги мне.       Из кухни доносится крик мужа, и обернувшись я подбираю соску, валяющуюся на полу, и иду в сторону двери. — Ага, иди, подкаблучник. А я тут потискаю твоего сынулю КиКи, — эта падла прекрасно знает, что меня бесит, когда Минки все называют КиКи, потому что только я могу его так называть.

Минки 2 месяца

— Чимин, он схватил меня за пальчик! — сын лежал рядом со мной на кровати, и пока я водил по его маленькой грудке пальчиком, он схватил меня за него и прижал к губам. — Юнги, ты так орёшь, словно он назвал тебя папой. Он хватал за пальчики ещё в месяц. — Эй, иди спать к нам, сколько ты ещё за конспектами сидеть будешь?       После того, как Чимина и малыша выписали из роддома, омега постоянно зубрил лекции. Я просыпаюсь, он читает, я засыпаю, а он вновь читает, едим мы или едем в больницу — он снова читает. Мне не хватает того милого и стеснительного Чимина, который был при первом нашем знакомстве.

Минки 3 месяца

      Когда Чимин зашёл в комнату тихо подходя к кровати и аккуратно ложась на нее, я перекатился на другой бок и прижался к мужу вплотную. Поцеловав его в шею, за ушком, я не увидел сопротивлений, поэтому перевернув его на спину и устроившись меж его ног, я заглянул в его глаза. — Эй, прекрати, мы Минки разбудим. Он в последнее время плохо спит.       Пропустив его слова мимо ушей, я задрал его ночную рубашку и поцеловал в грудь. От этого он вздрогнул и обхватил мои плечи, отстраняя. — Чима, давай Минки отвезём к родителям на пару дней? Они только рады будут, я жутко хочу побыть с тобой наедине, — если честно, то я ожидал положительный ответ, но он лишь свёл ноги вместе и откинул меня, чего, если честно, я не ожидал. — Он ещё слишком мал, чтобы отпускать от нас. Давай спать.       С момента рождения малыша я чувствую, как омега стал отдаляться от меня. Я не понимаю такой реакции, потому что не считаю, что я как-то напорист и принуждаю его к сексу. Просто мне хочется стать настоящей семьёй, а пока что это больше походит на фикцию.

Минки 4 месяца

— Юнги, по пути домой зайди в аптеку и купи что-нибудь Минки. Поинтересуйся у фармацевта, у него зубки режутся, и температура держится около 38.2, я переживаю. — Хорошо.       Уже как больше двух недель я не сплю с Чимой в одной кровати, так как он ссылается на сына, что у него температура и они практически не спят, и чтобы я высыпался, отправил меня на диван. Но почему-то у меня ощущения, что он это специально делает, чтобы между нами было как можно меньше телесного контакта. Мне тяжело и грустно от этого, так как я стараюсь изо всех сил, но получается лишь хуже. С каждым днём мы становимся лишь дальше.

Минки 5 месяцев

      Вечер субботы, и провожу я его в клубе с несколькими банками пива. На танцполе есть пару людей, но в основном все пьют и ищут пару на ночь. Дома… а что дома? Такое чувство, что меня не ждут. Минки заметно подрос, волосы стали длинными густыми, а щёчки всё такие же большие и милые. Постоянно, когда я смотрю на него, то в голове вырисовывается образ Чимина, который трепетал, когда я касался его, и смущённо опускал глазки, но не тот Мини, который есть сейчас: грубый, резкий, холодный и совершенно не нуждающийся во мне. — Эй, малыш, ты скучаешь?       На моё правое колено уселась наглая омега женской особи, её грудь практически выскакивала из платья, кричащая «обхвати меня и пожмакай». От этого меня чуть не стошнило, но избавляться от неё я не стал. Допив до конца, что было у меня в банке, я обхватил её тонкую талию рукой и посмотрел на неё. — Тебе нужен секс? — она пошло улыбнулась, проходя языком по нижней губе и обхватывая мою шею рукой, наклоняясь ближе, практически касаясь моей шеи. — Мне тоже он катастрофически необходим. — Так в чём проблема? Поехали ко мне, — её ладонь касается моего члена, который вообще никак не реагирует, а её лицо становится противнее, посмотрев на свою руку, где виднелось кольцо, обозначающее, что я занят. Закусив щёку изнутри, я поднёс руку к её лицу. — Я женат, у меня есть малыш, и секса я хочу не с тобой шлюшка, а теперь свали и дай мне допить своё пиво.       Скинув девушку со своего колена, я открыл новую банку и осушил её практически за один раз. Разблокировав телефон, я осознал, что моя омега, так и не позвонила ни разу. Сука. Отыскав номер брата в контактах, я стал звонить ему. — Юнги? — Привет. Я могу переночевать у вас? — Что-то случилось? — сделав пару глотков, я звонко поставил банку на стол и запрокинул голову назад, закрывая глаза. — Походу, я не интересен Чимину, он стал холоден ко мне, и я… я… не знаю. — Ты где? — В клубе, в который ходил каждую субботу. — Я сейчас приеду за тобой, и мы обо всём поговорим. Я думаю, что Тэхен знает, что делать.       Месяц назад братец окончил универ и теперь работает государственным служащим, и я рад за него. Наши отношения и вправду стали лучше, и мне даже не стыдно поплакаться перед ним, потому что он ведь мой брат как-никак.

Минки 6 месяцев

— Юнги, подай подгузник он в третьем ящичке в комоде.       Крикнул Чимин, пока обмывал Минки в детской ванночке. По правде говоря, ничего не изменилось, но радовало хоть то, что хуже не становилось. Поднявшись с дивана, я достал подгузник и отнёс его в ванную. Чимин тепло улыбался, глядя на сына, который игриво бил ручками по воде, но, увидев меня, малыш стал канючить и показывать пальчиком на меня. Поджав губу, я сел на колени рядом с омегой и невесомо коснулся его коленки, на что он не дёрнулся как обычно, что немного радовало. — Ну, что, карапузик, сейчас папочка тебя домоет, и мы пойдём погуляем, да? — Тебе же на работу сейчас. — Я взял отгул, хочу побыть с моими любимыми омежками.       Мне показалось, или только что Чимин смущённо улыбнулся? Что сейчас происходит? Омега сам только что поцеловал меня в уголок губ и прошептал «спасибо». Неужели он стал оттаивать? Поддавшись чувствам, я притянул его за талию и обнял, на что Минки громко засмеялся и произнёс что-то непонятное и похожее на: «Ця»

***

POV Автора

      На выходных бабушка Минки решила сделать сюрприз его родителям и забрать малыша к себе, чтобы молодые папочки побыли наедине. Знала бы женщина, что это им так необходимо сейчас, то сделала бы это раньше. Когда Чимин увидел женщину на пороге квартиры, то немного опешил, так как обычно она без звонка не приходила, но внутрь женщину пустил и даже чая предложил, пока Юнги пытался одеть сына в комнате. — А где же Минки? — Юнги старается одеть его. Мы погулять собирались. — Так значит я вовремя. Я возьму внука на выходные, чтобы вы могли побыть вдвоём, я прекрасно понимаю, что когда маленький ребёнок, то на мужа времени совсем нет.       Женщина передёрнула бровями и засмеялась мягко касаясь руки парня-омеги, который немного засмущался от её слов. Чимин настолько погрузился в ребёнка, что совсем забыл о том, что у него есть муж и альфе хочется получать больше тепла от своей омеги. Иногда в голове парня закрадывались мысли, что ему могли изменить, но он доверял Юнги да и запаха чужого не чувствовал на нём. Когда Чим проснулся утром, то осознал, что нужно измениться по отношению к Юну, так как был слишком холоден к нему, но то, что совсем скоро они останутся вдвоём, ему не давало покоя. — Мам? Ты чего тут? Минки, смотри, бабушка пришла, — ребёнок счастливо заулыбался, как только увидел родное лицо и стал вырываться с рук отца, просясь в другие. Подойдя ближе, женщина забрала внука к себе на руки и сразу же стала атакована мягкими губками мальчика. — Посмотри на себя, малыш, ты так вырос, Божечки. Бабушка заберёт тебя к себе на пару дней, поедешь? — ребёнок схватился маленькими ладошками за лицо женщины и что-то пропищал. — Мам, ты правда заберёшь его? — А ты что против? Побудьте с Чимином наедине, вы что маленькие, что ли? — Но…       Омега что-то хотел возразить, но альфа его остановил, касаясь плеча и отрицательно кивая. В конечном итоге, Чимин собрал сумку с вещами сына и отдал женщине. Когда они уже собирались уходить, у омеги случился мини-приступ: он не захотел отпускать от себя малыша, но, подержав Минки в объятиях пару минут и практически зацеловав его, женщине удалось уйти от них вместе с ребёнком.       Весь день проходил спокойно. Чимину удалось уговорить Юнги прибрать квартиру, но не за просто так, а за поцелуй. Альфа уже даже знал, когда именно попросит его и что будет дальше. Именно сегодня для них был шанс всё изменить. Ближе к вечеру парням удалось всё же прибрать и даже приготовить ужин, который они съели буквально за пару минут, так как оба были голодны. Когда же омега собрал всю посуду, чтобы помыть её, то морально уже был готов к атаке мужа. Юнги, словно кот, бесшумно и грациозно подошёл сзади и уткнулся в шею мужа, вдыхая его крышесносный запах карамели и попкорна, который вот уже как полгода не давал покоя. — Ты чего?       Омега замер с тарелкой и губкой в руках, практически растворяясь от запаха бергамота и ели, усиливавшегося в сто крат. Руки Юнги нежно обхватывают талию и плотно прижимают хозяина всем телом, чтобы передать весь жар, который исходил от него. Чимин нервно облизывает свои губы в пятый раз и кусает щёки, так как чувствует своей задницей стояк мужа и не знает, как быть. — Чимин-а       Больше альфа ждать и терпеть не мог, он припал к такой соблазнительной шее мужа, от чего тот дернулся, так как стало щекотно, но в ту же секунду приятно. Блондин ведёт языком по раковине ушка и тут же обдаёт горячим дыханием, из-за чего у Чимина вся поясница покрылась мурашками, а из рук падает губка и тарелки, которые чуть не разбились о другие предметы. — Юнги, остановись. — Не могу, малыш.       Альфа разворачивает лицом к себе своего мужа и жадно смотрит на его лицо, глаза, губы, шею и вновь возвращается к губам. Чимин старается всё ещё остановить Юнги, хватаясь за его плечи и отстраняя, но единственное чего он добился, это то, что Юнги посадил его на стол, за которым они ужинали, и резко развёл колени, становясь меж ног. Руки альфы держатся за бедра и немного сжимают, поглаживают их, а у омеги уже дыхание стало прерывистым, а меж половинок попы стало влажно. Он прекрасно понимал, что противиться он уже больше не сможет, поэтому, когда Юнги обхватил затылок шатена и притянул ближе, тот и сопротивляться не стал, лишь закрыл глаза и приоткрыл рот.       Юнги, видя действия мужа, не стал больше медлить и жадно обхватил его нижнюю губу немного прикусывая, перемещая руки с его бёдер на округлые ягодицы. Омега стон не сдерживает и лишь скрещивает ноги на бёдрах мужа, тем самым касаясь своим членом, который был плотно обтянут боксерами, и домашними штанами по члену мужа, который, не смотря на всю одежду, но был ощутим. Не в силах больше сдерживаться, альфа подхватывает омегу под бедра и направляется в сторону комнаты, не переставая целовать мужа в губы и властно вылизывая его язык. У альфы просто все тормоза слетели, когда он почувствовал, что запах его мужа стал сильнее. Парень на ходу стянул домашнюю майку с Юнги, так как желание коснуться горячей кожи им преобладало. Пальцы младшего сильнее хватаются за спину, когда Юн проводит языком внутри уха и Чимин тут же чувствует под собой опору; альфа нависает сверху и жадно осматривает припухшие от поцелуев губы и возбуждённый блеск в глазах. Старший подцепляет пальцами резинку штанов и тянет вниз, проходясь по возбуждённой плоти, от чего Мини дёргается и издаёт непонятный стон, тут же закусывая губу и громко выдыхая, от чего у старшего появилась улыбка. Он не планирует больше выжидать, тут же целуя ниже пупка, и омега сжимает простынь и откидывает голову на постель. Юн просунул руку в боксеры мужа и плавно стал водить по аккуратному пенису, тут же припадая к приоткрытым губам, горячо шепча о том, как он возбуждён, а после оттягивает нижнюю губу, цепляя её зубами, а следом с нажимом проходясь по ней языком. Это чертовски заводит и возбуждает их двоих лишь сильнее.       Неожиданно для их двоих Чимин широко распахивает глаза, поднимается и меняется местами с мужем, гордо восседая на его бёдрах и ведя своей маленькой ладошкой, по сравнению с альфой, по впалому, подёргивающемуся животу Юнги. Омега медленно, словно наслаждаясь тем, что дразнит мужа, стягивает с него оставшуюся одежду и, вновь пристально смотря в глаза напротив, погружает два пальца в горячий рот альфы, тут же громко простонав. Обоим это нравится, младший чувствует необычные ощущения скользящих пальцев по подушечкам языка и иногда зубов, которые добавляют контраст. Так пошло и грязно. Юнги с силой сжимает упругую ягодицу, а затем сильно шлёпает её до красных отметин, громкого выдоха омеги прямо на ухо и плавного выскальзывания пальцев изо рта от неожиданности. Длинные пальцы Мина-старшего оглаживают чувственное тугое колечко мышц, немного пульсирующее, когда первая фаланга проскальзывает внутрь. Чимин упирается лбом в грудную клетку альфы, тяжело дыша и немного жмурясь от новых ощущений, Юнги чувствует невероятную узость, но в то же время и влажность, а также страсть, которая заполонила всю голову. Смелея, альфа начинает двигать пальцем внутри, вынимая его совсем немного и резко толкает обратно. Чим скулит ему в шею, заставляя мурашки сбегать по плечам к низу живота. Боясь нанести вред хрупкому созданию, Юнги не спешит добавлять второй палец, но, почувствовав, как омега старательно подмахивает бёдрами, парень решается ввести его, и, когда он толкается до конца, младший громко стонет тут же, прикусывая шею мужа острыми зубами, двигая бедрами и провоцируя альфу на дальнейшие действия.       Когда с растяжкой было покончено, Юнги нежно перекладывает парня на спину рядом с собой, а сам же устраивается сверху, сразу припадая к его губам. Чим обхватывает торс альфы ногами, прижимая тела ближе друг к другу, из-за чего мычит в губы. Юн спускается поцелуями по шее к груди, чтобы обвести языком сосок своего карамельно-попкорного мальчика. Тот почти мурчит, прикрывая глаза, и нетерпеливо ёрзает под альфой, проезжаясь своим членом по его, заставляя старшего дергаться, как от ударов током, глупо улыбаясь. — Ах, Чима, я сейчас с ума сойду… Ты такой горячий, так и хочется в тебя проникнуть… ах… — Так чего ты ждёшь?       Немного нервничая, альфа приставляет головку к его входу, аккуратно и плавно толкаясь. Слишком набухший от возбуждения член чувствует боль от узости и удовольствия, что желание кончить появлялось в голове чаще. Чима зажмуривается и быстро дышит в попытках расслабиться и привыкнуть к новому ощущению; две слёзки скатываются, и альфа спешит их стереть, ведя шершавым языком по щёчке, настырно смотря в глаза своему мужу, который лежит и немного подрагивается. Юнги набирает в грудь побольше воздуха и плавно входит до конца, и оба парня замирают, стараясь привыкнуть друг к другу. В комнате тишина, которая прерывается хриплым дыханием и сладкими стонами. Буквально через несколько секунд младший подаётся бёдрами назад, а потом снова насаживается, и его ресницы дрожат, когда он тихо стонет от незабываемых эмоций. Альфа же целует его скулы, шею, ключицы, пока тот привыкает к движениям в нём.       Чимин изгибается в пояснице, издавая самый громкий стон своим звонким голосом, сразу опуская руку на член и начиная рвано дрочить. Юнги немного давит на уже плоский живот мужа и настраивает нужный темп — средний. С каждым новым толчком младший не сдерживаясь стонет громко, хватаясь за плечи мужа и интенсивно надрачивая себе, поэтому уже через пару минут он сладко, медленно протягивает имя альфы и кончает первым, замирая. Юнги, сделав ещё пару толчков, чувствует подступающий оргазм и успевает выйти из омеги прежде, чем кончить в него.       Некоторое время парни молча лежат до того, как омега поворачивается на бок, обхватив талию мужа рукой и нежно целуя в грудь, поднимая взгляд и по-детски улыбаясь. — Нужно забрать Мочи у твоего брата, — альфа медленно поглаживает оголённое плечо родного человека и закрывает глаза. — И после такого секса ты вспомнил про собаку? По сути, это наш первый раз… Я люблю тебя, Мини. — А я люблю тебя, — парень также закрывает глаза, но улыбаться так и не прекращает, потому что чувство окрылённости его переполняет целиком.

***

      Если судьба и вправду существует, то всё, кому это запланировано, рано или поздно, но встретятся. Тогда каждый сможет получить ту любовь, которую заслуживает. Все люди разные, но каждый достоен счастья и чувства нужности, ведь быть любимым иногда всё, что нужно для полной гармонии. Вот и Чимина с Юнги застала судьба врасплох, но все те плохие моменты, которые они пережили, всё же привели их к самому главному — к настоящей любви.