Тогда я не знал, что наступит конец

Ты — это гениальный шедевр,

Ведь само твоё существование — это уже искусство.

©bts-just one day

***

      Прошло несколько дней, как Чимин всё объяснил Джину и они снова общались как и прежде. Теперь Пак старался следить за словами и не обижать старшего своими шутками. Всё вернулось на круги своя. Было видно, что Киму очень хочется узнать тайну своего ухода, но никто из парней не мог дать ему эту информацию. Никто не знал, что же произошло в тот день на мосту, кроме самого Джина, а тот не помнил таких подробностей. Со временем и он успокоился и, казалось, забыл о том, что хотел узнать. Теперь Сокджин с Хосоком постоянно куда-то уходили, оставляя Чимина в пустой квартире, куда иногда заявлялся Юнги, и то, чтобы переночевать. А уходил рэпер рано утром и мог пропадать где-то днями. Юнги снова стал отрешённым и таким вечно занятым какими-то своими делами, о которых теперь даже не рассказывал. Последний раз, когда Чимин видел его дольше часа, был тот день, когда пропал Джин. Тогда Мин был действительно напуган и растерян, и когда Сокджина всё-таки нашли, на следующий день даже помог старшему с приготовлением еды. И вот снова его нет.       Чимин совсем один в своей крохотной квартирке валялся на диванчике и обдумывал все события, что произошли за последнюю неделю. Слишком многое свалилось на его больную от похмелья голову в последнее время. Совсем недавно они с Чоном выходили в сквер и танцевали там почти каждый день, а сейчас старший стал больше времени проводить с Джином. Нет, Пак никого не ревновал, просто одному пойти на прогулку — было выше его сил, хотя, кто знает, что мешает ему пойти. В очередной раз не найдя для себя никакого занятия, парень вышел на крышу и подошёл к краю. Просто наблюдал за тем, как внизу кипит жизнь: все куда-то торопятся, с кем-то разговаривают, что-то делают.       Внезапно кит, который с детства поселился в животе парня и время от времени напоминал о своём существовании, решил устроить концерт и запел свою любимую песню. Чимин схватился за живот, дабы утихомирить своего певца. Но тот и не думал останавливаться. В холодильнике была готова мышь повеситься, хотя только вчера Сокджин готовил вкуснейший ужин. Но, видимо, в бою с неравными силами еды против трёх опустошённых желудков, победу одержали парни. Когда кит собирался дать повторный концерт, Пак закрыл холодильник, а на кресле рядом нашёл кошелёк, ранее принадлежавший Хосоку. Теперь же бумажник стал общим, и каждый мог использовать деньги из него или же добавлять их. На этот раз там была достаточная сумма для того, чтобы пойти в какую-нибудь ближайшую рамённую и плотно покушать. Чимин быстренько обулся и отправился в излюбленное место — рамённую на колёсах в сквере. Это место, одно из немногих, ассоциировалось у него с приятными мыслями. Именно там некоторое время назад он позволил себе отодвинуть все переживания и проблемы на задний план. Именно там в нём снова родилась надежда на светлое будущее. А ещё там подавали вкуснейший рамён. По дороге парень наслаждался лучами солнца и лёгким ветерком. На секунду он почувствовал себя дома, в Пусане, когда он сидел на качелях, а мама звала его на обед или помочь с домашними делами. Такое умиротворение растекалось по телу парня. Хоть в Сеуле и не такой чистый воздух, но всё же он роднее, чем воздух любого другого города мира. По прибытии Чимин заказал себе лапшу и сел за ближайший столик. На фоне играла музыка, разговаривали люди, щебетали птицы. Ну что за прекрасный день? Почему же Пак пропускал всю эту прелесть, отсиживаясь в квартире? Теперь он об этом сильно жалеет. Чимин всегда знал: красоту и радость можно найти и в самых мелочах; но почему-то так и не удосужился за два года выползти из своей квартирки и насладиться всем этим. Вечно ему нужен спасательный круг, то в виде Юнги, то Джина, или Хосока. Ну вот, наслаждение от происходящего вокруг переросло в самобичевание и терроризированием очередной лапшинины.       За соседний столик сели несколько подростков, на вид средняя школа, не старше. Они что-то бурно обсуждали, что не осталось без внимания Чимина. Невольно он стал прислушиваться, хотя мальчуганы говорили достаточно громко, так, как будто разговаривали с Паком. Только парень навострил уши, как школьники поутихли:       — Я всё равно не понимаю, как хён мог нас оставить и уехать, — разочарование и обида чувствовались за несколько метров.       «Что произошло?» — подумал Чимин. Ему внезапно стало так интересно.       Недовоспитала, видимо, мать сына.       — Куда вы пойдете? Я — хочу в агенство, хватит с меня студий, хочу иметь цель, — сильно жестикулируя, сказал другой мальчишка.       — Я не знаю, — промямлил третий, за ним и четвертый поддакнул.       — Хён был лучшим, — подытожил первый.       — Да ну вас, — парень с повышенной жестикуляцией резко поднялся из-за стола и немного отошёл, — не обязательны помещение и хён, который будет за вами наблюдать, танцевать можно где угодно, хоть здесь! Аджосси, сделайте, пожалуйста, музыку погромче.       Дядечка сощурил глаза, но громкость увеличил.       — Смотрите! — мальчишка на секунду замер в поисках ритма, а после начал танцевать. Чимин не мог не отметить то, что движения руками у этого школьника получаются просто великолепно.       Остальные мальчишки присоединились лишь на второй композиции. Когда кто-то рядом танцует, а Пак — нет, у него невольно начинает подёргиваться нога. В итоге он не выдержал и подошёл к мальчишкам, те, заметив его, остановились.       — Я заметил, что вы отлично танцуете. Могу ли я к вам присоединиться?       — А что вы умеете?       — Я, ну, — началась новая композиция и Чимин решил показать себя во всей красе, полностью отдавшись танцу. Выражения лиц школьников сменились с подозрения на восхищение к моменту конца мини-выступления, и они даже поаплодировали. Чимин чувствовал себя просто великолепно.       — Достаточно? Для того, чтобы с вами потанцевать.       После парни побесились возле рамённой, но, когда музыка стала надоедать окружающим и начались бесконечные жалобы, пришлось сменить локацию на ближайший двор и музыку с телефона одного из мальчишек. Теперь Чимин мог услышать все современные хиты, но танцевал теперь меньше. Все его движения были достаточно однообразны по сравнению с тем, что делали школьники. Наверное, это не могло пройти и мимо них.       — Чимин-хён? — пока трое мальчишек играли на баскетбольной площадке, Чимин и один из четвёрки сидели на лавочке, наслаждаясь прохладным ветерком.       — Да?       — А в какой студии ты занимаешься?       — Ни в какой. Я сам хочу ее открыть и быть хореографом.       — Серьёзно?!       — Ага. Пошёл бы ко мне?       — Не знаю. Я же в агенство решил пойти.       — Фигня всё это агенство. Хотя, если пойти в агенство и стать хореографом — то вполне себе можно.       — Ты там был? Говоришь, как будто знаешь.       — Просто знаю, что там есть лишь хорошие люди, а сама по себе слава — не так хороша, какой кажется сначала. Если и хочешь в агенство, то не айдолом. Придется столько гадости через себя пропустить… — Чимин говорил спокойно, как будто просто размышлял. Без единой эмоции.       Мальчишка опустил взгляд.       — Если ты откроешь студию, я приду. Но сначала тебе нужно последить за трендами.       — Что ты имеешь в виду? — Пак повернулся к собеседнику, состроив удивление.       — Как бы это сказать. Ты классно танцуешь, но немного старомодно, что-ли, — школьник улыбнулся, смотря на старшего.       Повисла странная пауза, разрушенная подбежавшими парнями.       — Кён, мы домой, мама звонила. Ты с нами?       — Ага, — обращаясь к Чимину, — подумай на досуге над моими словами. Вот мой номер, — парнишка достал из сумки клочок тетрадного листа и ручку и написал на листочке нужные цифры, после отдал его Чимину, — позвони, когда найдешь студию.       Парни ушли, а у танцора остался осадок. Ещё с полчаса Пак просидел на лавочке, обдумывая, насколько правильно, но всё-таки обидно прозвучали слова Кёна. Прежде чем искать зал, нужно и правда сначала узнать, что сейчас популярно в большей степени, а потом уж вешать на себя звание учителя и хореографа. Парень поспешил вернуться в квартиру и заняться этим поскорее. У него даже есть будущие ученики, которые не против ходить к нему в студию. Нельзя их подводить.

***

      — Как тебе этот вариант? Сорок квадратных метров. Прямоугольная форма помещения. Зеркало во всю стену, — Хосок ткнул пальцем в экран ноутбука, где располагалось объявление.       — Не маловата? — поинтересовался Сокджин, немного морщась, — хочу для него что-то более стоящее. К тому же, ему там людей учить, а с его умениями учеников у него будет много, — он продолжил листать сайт с объявлениями.       — А вот этот? Сто квадратных метров.       — Вполне, — нажал на предлагаемое объявление, и оно открылось полностью, — где это находится?! — старший поморгал, чтобы убедиться, что ему не мерещатся эти буквы на экране.       — Да не ори ты так, Чимина разбудишь. М-да, Добон — далековато, — Чон шумно выдохнул, — возвращайся на главную.       Спустя час поисков на различных сайтах Хосок уже потерял надежду найти хоть что-нибудь «стоящее», как хотел старший, и от этого просто развалился на диване, рассматривая звёзды. Он был уже готов сам построить это грёбаное здание для зала. Внезапно Сокджин подрывается на месте и пытается полушёпотом вопить о том, что он нашёл. Он плюхается обратно на диван и ставит ноутбук на колени младшему, пока тот офигевает от увиденного.       — Смотри. Восемьдесят квадратных метров. Прямоугольное помещение с зеркалами в две соседние стены, необходимое оборудование плюс прилагаемая раздевалка. Сдаётся в центре развития в тридцати минутах отсюда! Это просто идеальный вариант, — кажется это самый счастливый призрак за всю историю призраков. Джин буквально светился, произнося все плюсы этого танцевального зала.       Они сидели на диванчике в зоне отдыха. Часы показывали 2:16 ночи. Со стороны лестничной площадки послышались шаги. Юнги.       — О, а вы чего не спите? — поинтересовался Мин, заметив вылупившиеся на него две фигуры.       — А ты чего так рано? — съязвил Сокджин, демонстративно глянув на запястье, на котором наручных часов не было.       — Да вот, пораньше отпустили, — рэпер как ни в чем не бывало разулся и зашёл в квартирку.       — Не, ну ты посмотри на него, — возмутился старший, — ни стыда, ни совести.       — Разве ты ещё не привык? Юнги таким скрытным стал в последнее время…       — М-да. Надо хоть показать ему, что мы выбрали.       Юнги вышел из квартиры, готовый ко сну, попивая воду из бутылки.       — Я устал и хочу спать, так что быстренько пересаживаемся на кресла и даём его Величеству отдохнуть после тяжёлого рабочего дня, — медленно сказал Юнги, закручивая крышку и поставив бутылку на столик.       Хосок поспешно освободил место, а Джин начал ворчать, но всё-таки встал.       — С чего бы это? Устал он, может, я тоже устал.       — Начнем с того, что я хотя бы работаю, ибо нечего бы нам было есть, — рэпер не заставил себя долго ждать.       Только Юнги всё разложил, постелил и собирался прилечь, как старший его остановил.       — Подожди. Сначала посмотри, какой зал мы выбрали для Чимина, — он держал перед Мином ноутбук и листал фотографии помещения.       — Восемьдесят квадратных метров и всего в тридцати минутах отсюда., — дополнял Хосок.       — Вообще пофиг, — перебил Юнги и лёг спать.       Возмущению Кима не было предела. Хосок вовремя его остановил, чтобы тот ненароком не отлупил тонсэна.       — Хён, успокаивайся. Лежачих не бьют.       — Ох уж этот гадёныш, в гроб меня сведёт, — не унимался старший. Немного остыв, он плюхнулся в кресло. — Тебя не могут так загружать в одной компании, Юнги, скажи, где ты ещё работаешь?       Молчание со стороны дивана снова заставило старшего начать закипать.       Чон, заметив это, подошёл к Мину и взглянул на него.       — Уже спит, — подытожил он.       — Ох, он у меня ещё получит…

***

      На следующий день, пока Чимин спал, а Юнги уже ушёл на работу, Хосок и Джин быстро собрались и пошли на встречу с арендодателем, смотреть выбранный зал. На руку сыграло и то, что Пак — беспробудный соня, спящий до полудня. Поэтому парням ничто не помешало назначить встречу на раннее утро и не шататься по городу, лишь бы в квартире с младшим не сидеть.       — Давай на автобусе поедем? Всё-таки быстрее, чем пешком, и дешевле, чем на такси, — предложил Хосок, когда парни уже подходили к трассе.       — Ну, давай.       На остановке всё прошло тихо мирно, пока они не зашли в автобус. Сначала Хосок хотел сесть на задние сиденья, но Джин не дал ему этого сделать, потому что дорога предстояла быть близкой. В итоге маленькая словесная перепалка между Чоном и пустым местом порядком напрягла добрую половину пассажиров. Все так и пялились на ненормального парня, стоявшего притесненным к поручню и продолжающим как ни в чем не бывало болтать со всё тем же пустым местом. А в конце и водитель удивился, когда танцор заплатил за двоих, хотя вышел один и последний.       — Вот и приехали.       — Этот район так изменился. Меня будто целую вечность не было, раз тут столько зданий повыросло и переделалось, — Сокджин по дороге к центру разглядывал всё вокруг, как будто попал в совершенно другой город.       — Ага. Здесь многое изменилось. Вот и пришли, — парни завернули за угол и, пройдя несколько метров, встали у входа.       — Ну, пойдем, чего застыл? — открыв дверь и пропуская старшего, проговорил Хосок. Приемная в этом центре оказалась достаточно маленьким помещением с одной лишь стойкой, парой дверей и выходом на лестничную площадку. Обычные белые стены, деревянная стойка с администратором за ней и минимум излишеств.       Чон быстро подошёл к стойке:       — Здравствуйте! Добро пожаловать в центр развития «N». Чем могу помочь? — молодая женщина за стойкой выглядела весьма добродушно и совсем ненавязчиво.       — Здравствуйте. У нас запланирована встреча с господином Кимом на 11:00. Администратор покосилась на Чона, потому что видела в комнате только его, но, решив, что парень просто странный, ответила:       — Пройдёмте за мной, господин уже вас ожидает, — женщина вышла из-за стойки и направилась в сторону лестницы. Кабинет арендодателя и, как было написано на табличке на двери, главного управляющего оказался прямо напротив лестничной площадки.       Администратор завела парней в кабинет и удалилась.       — Здравствуйте! — господин Ким, стоявший у шкафа с бумагами и листавший какую-то папку, подошёл к Хосоку и протянул ему руку для рукопожатия. Танцор, тут же кланяясь, пожал руку.       — Здравствуйте, — приняв прежнее положение, и после некоторой паузы, — нам бы хотелось посмотреть на зал…       — Вам? — мужчина был крайне удивлен, — с Вами всё хорошо, у Вас кружится голова?       И тут Чона осенило, почему у пассажиров автобуса, прохожих и администратора была такая странная реакция на употребление парнем местоимения «мы». Они все не видят Джина, который почему-то затих. Танцор обернулся и увидел поникшего старшего. Все эти ситуации постепенно напоминали ему о реальности и сыпали соль на его не затянувшиеся раны.       — Хосок-и, давай быстрее, пока он не подумал, что ты псих и не выгнал тебя из здания… — Джин говорил очень тихо и быстро, как будто сдерживался. Его кулаки за спиной были сжаты до предела.       — Со мной всё хорошо, просто оговорился, — Хоби снова повернулся к мужчине и глупо заулыбался, — раньше я всегда ходил на подобные встречи с кем-то, не могу избавиться от этой привычки.       Управляющий хмыкнул и направился к двери.       — Давайте я покажу Вам зал.       Помещение оказалось гораздо больше, чем казалось на фотографиях. Белые стены, множество софитов, пол застелен паркетом. Как и было указано в объявлении, две соседние стены напротив входа и слева от него полностью отделаны зеркалами. Вход в небольшую раздевалку находился справа от входа в сам зал. В углу разместился музыкальный центр. Такой вариант полностью устраивал парней, и они тут же обговорили оплату аренды и оплатили её часть.

***

      На обратном пути ни Хосок, ни Джин, не проронили ни слова. Только подходя к дому, Чон остановил старшего, взяв того за плечо.       — Хён, всё нормально?       — Да, всё просто отлично! — Сокджин повернулся к младшему и выдавил из себя улыбку.       — Я же вижу, что это не так, — он нахмурил брови.       — Хосок-и, — убирая со своей руки чужую, — просто, находясь рядом с вами, я забыл о том, о чём забыть достаточно сложно. И это точно произошло не от того, что что-то не так, а от того, что всё настолько хорошо, что я забыл о том, что не существую ни для кого больше кроме вас, — теперь это была не поддельная улыбка, — пойдём, Чимин наверняка нас потерял.       — Угу, — всё, что и смог выдавить из себя Чон, растерянный от самой сильной стороны своего хёна.       Пока они поднимались по лестнице, до парней все отчётливее стали доноситься звуки музыки. Причём не той, что предпочитал слушать Пак, будучи отставшим от современности. Добравшись до крыши как можно скорее, они застали Чимина, работающего над современной хореографией под новые треки известных исполнителей. Младший почти сразу заметил вернувшихся хёнов.       — Привет! Где вы были? Столько всего произошло! — младший стремительно подошёл.       — Извини, что ушли ничего не сказав… — начал было издалека Хосок, пока Сокджин протягивал Паку ключи.       — Что это? — поинтересовался младший, задрав футболку и вытирая ей пот с лица.       — Ключи, не видишь что-ли? Совсем зрение упало?       — Вижу, что ключи, от чего?       — Чтобы ты не занимался здесь со своими учениками, тебе нужен зал. А этими ключами ты сможешь его открыть, — закатив глаза, говорил Джин. Хосок хихикнул в кулак от сложившейся ситуации и глаз Чимина, размером с блюдца.       — Серьезно?!       — Да. Давай быстрее, пока не передумал и не отдал их Хосоку, из него тоже неплохой хореограф может получиться.