Теряя голову

      Смириться с тем, что она сама его прогнала, было чертовски сложно. Ника слонялась по квартире с отсутствующих выражением лица, не отвечая на бесконечные вопросы родителей, что случилось. Она сама решила, что им так будет лучше, что же теперь-то жалеть?!       Наступили каникулы, и спрятаться от душевной неразберихи было некуда. Вероника срывалась на всех, кричала, стараясь так скрыть какую-то тупую боль в области сердца. С каждым днем, казалось, становилось тяжелее дышать.       Головин был в таком же состоянии. Он превратился просто в тень, пустую оболочку, не реагирующую ни на что совершенно. На тренировках он, конечно, немного отвлекался, только стоило ему покинуть поле, как реальность накрывала с головой, и бежать от нее было некуда.       Денис изо всех сил старался поддержать друга, постараться привести в чувство, но все было тщетно. Саша замыкался в себе сильнее и сильнее, выстраивать вокруг себя непробиваемую стену.       Когда состояние друга достигло критической точки, Черышев не выдержал. Он с самого утра настроился на серьезный разговор с Вероникой, ведь в том, что именно она была причиной такого состояния его лучшего друга, было ясно как божий день.       Было решено заявиться к девушке неожиданно, без звонка. Денис знал, в какой квартире она живет, поэтому уже через час после принятого решения раз и навсегда во всем разобраться он уже стоял на лестничной площадке седьмого этажа.       Дверь открыла Ника. Вид у нее, конечно, был немного неважный, но молодой человек не обратил на это внимания.       — Привет, — поздоровался Черышев, сверлят ее взглядом.       — Привет, — ответ на выдохе и слезы из глаз.       Денис, не теряя времени, заключил подругу в объятия. Она уже во всю плакала, хватаясь руками за его футболку. Чтобы не привлекать лишнее внимание, хоть на этаже никого, кроме них не было, Черышев прошел в квартиру, не отпуская от себя девушку. Он ее в таком состоянии вообще никогда не видел.       Закрыв за собой дверь и медленно прошагав в комнату Вероники, Денис сел на кровать. Ника только сильнее в него вцепилась, отчего-то ему стало как-то не по себе. Отстранив девушку от себя, молодой человек заглянул ей в глаза и ужаснулся — они были пустыми, будто бы потерявшими жизнь.       — Хватит рыдать, — немного прекрикнул, стараясь прекратить поток слез. Ника вздрогнула и посмотрела на него.       — Зачем ты пришел? — говорить было сложно, но она медленно выговаривала слова, сопровождая частыми всхлипываниями.       — Да вот, хочу понять масштаб трагедии, — Черышев был очень серьезным. — Что у вас с Головиным произошло?       Услышав до боли знакомую фамилию, Ника хотела снова разрыдаться, но Денис вовремя успел присечь ее попытку.       — Я же сказал: хватит рыдать. У меня нет времени выслушивать твои стенания, через час тренировка.       — А тебя никто и не заставляет их слушать. Где дверь ты знаешь. Я тебя не держу, — Вероника даже не смотрела на него.       — Вот же, мать вашу, два сапога пара. Ладно вечером я заеду, прогуляемся, будь готова в семь.       — Я не хочу, — жалкая попытка отвязаться от него.       — А я и не спрашиваю. В семь заеду, — и когда он только стал таким? Чересчур решительным что ли?       В семь вечера Черышев действительно заехал и практически вытащил Нику на улицу. Она не сильно сопротивлялась, ей нужно было проветриться, размять ноги, но и разговаривать о чем-либо девушка не хотела. Вероника знала настоящую причину, по которой Денис позвал ее погулять. И у этой причины была фамилия на букву «Г».       — Куда едем? — Ника не здороваясь, плюхнулась на переднее сиденье.       — В парк, — спокойно ответил Черышев, внимательно ведя машину. Саша был таким же сосредоточенным за рулем. Черт! Снова мысли не туда.       — Хочешь, чтобы завтра все СМИ трубили о том, что у тебя появилась девушка?       — Мне плевать на слухи. Тем более, что это мое любимое место, — молодой человек как раз припарковывался около парка Горького. В последний раз, когда Ника здесь была, она прекрасно провела время с Сашей. Снова Головин! Кругом Головин!       Выйдя из автомобиля, Денис и Ника медленно пошли сквозь главный вход. На Черышева многие оборачивались, несколько ребят просили сфотографироваться, и молодой человек не отказывал. Он улыбался в камеру, расписывался на протянутых листочках и просто излучал вселенское обаяние. Ника следила за этим со стороны, стараясь не попасть в кадр.       Удовлетворив всех, кто желал получить автограф, ребята двинулись дальше. Со всех сторон звучали щелчки фотоаппаратов, но уже они на это не обращали внимания.       — Давай на колесе обозрения прокатимся? — снова улыбнулся Денис. Ника пожала плечами. Подойдя к кассе, молодой человек купил два билета на аттракцион, и ребята устроились в небольшой кабинке.       — Итак, теперь нас точно никто не может подслушать. Рассказывай, — Черышев откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди.       — Я не хочу об этом говорить, — категорически произнесла девушка.       — Ника, хватит себя вести как маленький ребенок. Я хочу вам помочь, — слегка повысил голос Денис.       — Нет никаких нас, Денис, да и не было никогда, — Ника снова была готова разреветься.       — Азарова, хватит! Ты прекрасно знаешь, что между вами есть нечто большее, чем просто дружба.       — Между нами ничего не было и быть не могла. Он с Алиной, а ролью любовницы я довольствоваться не хочу, — сорвалась Вероника. Она соображала, что говорит лишнее, но удержаться уже не могла.       — Да плюнь ты на Алину, — прикрикну Черышев.       — Она твоя сестра, ты ничего не попутал? — удивленно произнесла Ника.       — Ты же знаешь, что у нас с ней не такие уж и радостные взаимоотношения. Она порой бывает просто невыносима, и Сане уж точно не подходит. И к тому же, он нешуточно в тебя влюблен, как и ты в него, не вздумай отрицать.       — У нас с ним нет будущего, — еще одна попытка возразить, но Денис только ухмыляется.       — Зато есть настоящее.       Прошло еще несколько дней, а изменений не было. Головин продолжал хандрить, чем жутко бесил не только Дениса, но и всю команду, включая тренера, который изо дня в день становился злее и злее. На тренировках все занимались до седьмого пота. Саша действительно немного приходил в себя, пребывая на поле. Футбол всегда ему помогал.       — Сань, давай сегодня выйдем куда-нибудь развеяться, а то на тебя больно смотреть, — Черышев переодевался, не в слах держать язык за зубами.       — Может хватит уже? — устало произнес Головин.       — Что хватит?       — Хватит строить из себя Мать Терезу.       — Головин, ты себя ведешь как маленькая капризная истеричка. Подумаешь, девушка его бросила. Это что, конец света? — Денис специально вел себя так, чтобы разозлить друга, чтобы он наконец перестал киснуть.       — Сашу бросила девушка? — присвистнул проходивший мимо Антон.       — Тох, иди, а, — Черышев не хотел, чтобы кто-то посторонний влезал в их разговор. Миранчук только улыбнулся, но отошел.       — Давай не будем об этом говорить, — Саша зашнуровывал кроссовки. — Я сам решу свои проблемы.       — Я вижу, как ты решаешь свои проблемы, — саркастически произнес Черышев. — Если ты и дальше будешь в таком настроении, Станислав Саламович нас прикончит. Он и так уже на пределе своего терпения из-за твоей хандры.       — Я сам разберусь, — бросил Головин, покидая раздевалку.       — Ну-ну, — только и прошептал Денис.

***

      Алина наяривала подруге уже не первый час, но та видимо и не собиралась брать трубку. С момента их последнего разговора прошло около трех недель. С Головиным Алина не помирилась, он полностью погрузился в тренировки. Морозова и ему звонила, но молодой человек либо сбрасывал звонки, либо просто их игнорировал. Девушка злилась на саму себя за свою несдержанность и за то, что так и не поняла причины их нелепой ссоры. Она не знала Сашиного адреса, ведь никогда не была у него. Они встречались в основном на улице, гуляли, но вот до квартиры дело не доходило. Алина неоднократно намекала ему, что была бы не против провести с ним время не только на по сути открытой местности, но и наедине. Головин не реагировал на ее намеки, делая вид, что не понимает их. На самом же деле он был не дураком и прекрасно осознавал, к чему Алина клонит. Только вот одно большое НО — его к ней совершенно не тянуло. Одно дело целоваться, а другое — испытывать притяжение. Головина отчаянно тянуло к другой девушке, и ему требовалось слишком больших усилий, чтобы удерживать это притяжение в узде.       Ника по-прежнему скрывалась, а поделиться своими переживаниями Алине нужно было с кем-то. В какое-то мгновение ей на ум пришло имя двоюродного брата.       Позвонив Денису и попросив его о встрече, девушка очень понадеялась на то, что Черышев даст какой-нибудь дельный совет, ведь Головин — его лучший друг, и он, Денис, точно должен его хорошо знать.       Денис ехал на встречу к сестре, отчетливо зная, что от него хочет Алина. Она в отчаянье. От нее ушел парень, а она такого никогда просто так не прощала. Саша запутался в себе, в своих чувствах, в конце концов, он запутался между двумя девушками, когда необходимо было делать четкий выбор, а не заниматься не пойми чем.       Встретились ребята в любимом кафе Алины. Девушка уже была за столиком и пила кофе, когда Денис вошел внутрь. Заказав себе черного чаю, Черышев опустился на стул напротив сестры.       — О чем хотела поговорить? — его тон ей не понравился, уж слишком официальным он был.       — А разве я не могу просто выпить кофе с любимым братом?       — Алина, я, конечно, знаю, что ты меня любишь, но эта твоя любезность сейчас совершенно не к месту. Что ты хотела?       Официант принес чай, и Денис сделал глоток, слегка обжигая горло. Алина смотрела на него, непонимающе хлопая глазами.       — Ладно, я смотрю ты серьезно настроен. Я хочу помириться с Сашей.       — И чем я здесь могу помочь? — Черышев, конечно, знал, чем он может помочь. Сто процентов план Алины был довольно простым — она попросит его поговорить с Головин и убедить того, что Алина — лучшая девушка в мире, и только с ней он будет счастлив.       — Ну, ты же можешь с ним поговорить? Он тебя послушает, мне кажется, что ты для него — авторитет.       «Ну вот, что и требовалось доказать. Сестричка своим методам не изменяет»       — Алин, а может оно того не стоит? Зачем он тебе?       Девушка смотрела на него, не веря своим глазам.       — Я люблю его, — прямолинейный ответ. И что теперь с этим делать?! Чертов любовный треугольник. Девушка любит парня, который любит другую девушку, которая усиленно пытается скрыть свои тоже не совсем дружеские чувства к этому парню. С ума можно сойти.       Черышев несколько минут обдумывает ее слова, медленно попивая чай. В голове пусто, как на зло ни одной дельной идеи. Он тяжело вздыхает и крутит головой, в надежде придумать хотя бы что-то. И, вот оно — в голове будто бы загорается лампочка, и мысль о том, как заставить Алину распрощаться с чувствами к Головину пронзает его мозг. Давно бы так!       — Ладно, — Денис поворачивает голову к сестре и смотрит ей прямо в глаза. Алина очень ценит, когда собеседник смотрит на нее, буквально просверливая взглядом. Сейчас же, когда молодой человек решил кое-что ей доказать, зрительный контакт был просто чертовски необходим. — Я помогу тебе. Пока не знаю как, но обязательно придумаю.       — Спасибо, ты самый лучший брат на свете, — Алина уже просто светится от счастья, а Денис делая последний глоток, отставляет чашку в сторону, кладет на столик пару купюр и поднимается на ноги.       — Мне пора. Созвонимся, — разворачивается и уходит.       «Сомневаюсь, что после того, что я придумал, она все еще будет считать меня самым лучшим братом»