Другой Мир

После дня рождения Гарри Снейп старался больше не затрагивать тему семьи, прекрасно понимая, что это для мальчишки весьма болезненно и неприятно. Спустя время стало известно, что Пожиратели Смерти устроили нападение на Косой Аллее, и после этого Поттеру стало действительно страшно возвращаться в Хогвартс. Когда он случайно поднял эту тему на дне рождения, Рон уверил его в том, что Дамблдор в любом случае защитит его, но почему-то Гарри в это совсем не верилось. Он вызывал удивление у своего профессора зельеварения, когда просил участить лекции по защите от темных сил, но вскоре мужчина понял, что гриффиндорец готовится к самым страшным случаям, поэтому включил в так называемую программу несколько заклинаний собственного сочинения. Северус зауважал Поттера за то, что тот наконец-то стал подходить к делам ответственно. Честно говоря, когда слизеринец решил выкрасть сына Лили из-под носа Дамблдора, он думал, что совсем никак не сможет поладить с щенком Поттера, что тот будет проявлять свой отцовский характер и пакостить, но во всех действиях подростка отчетливо проглядывались уважение и благодарность учителю. Он стал более собранным и спокойным. Утром он помогал своему спасителю по дому, потом они занимались окклюменцией, которую Гарри хоть немного начал осваивать, вслед за этим шли либо практические, либо теоретические уроки дуэльным заклятиям. Мальчишка жутко удивлялся тому, как Снейпу удается даже с тростью быть таким прытким и изворотливым. После ужина обычно проводили время в саду: Поттер летал за новеньким снитчем, а Северус читал какую-нибудь книгу, больше наблюдая за тем, что происходит с ребенком в воздухе. Подарки своих друзей на день рождения Гарри нес в свою комнату с такой аккуратностью, что казалось, будто это не несколько коробок в красивых обертках, а какие-то слитки золота. А потом его временная комната резко превратилась в что-то домашнее и уютное. На стенах появились плакаты, подаренные Роном. На тумбочке теперь стоял ночник в виде львенка, подаренный Джинни, на полках ютились выложенные из сундука старые учебники, а к ним теперь еще добавились несколько интересных книжек, которые были преподнесены мальчику Люпином и Тонкс. На письменном столе красовалась ваза с различными сладостями, которые Поттеру подарили близнецы, новенький набор для ухода за метлой, который даровал ему Билл, размещался на одной из неиспользуемых полок, а в гардеробе мальчишки появилось несколько сшитых собственноручно Молли футболок и новенький свитер. Когда перед сном в день рождения сына Лили он пришел проведать мальчика перед сном, то просто изумился тому, насколько все… правильно. Будто бы Гарри всю жизнь жил тут, будто бы ему не придется через месяц забирать все свое добро и уезжать в школу. От этих мыслей Северусу почему-то было не по себе. Он абсолютно точно привязался к мальчугану. Просто сжился с тем, что в доме больше не тихо, что Поттер вечно хвостиком бегает за ним, всегда старается помочь или узнать что-то новое… Снейп привык к их вылазкам на улицу, урокам, несерьезным дуэлям, мелким ссорам и разговорам после увиденных кошмаров, когда приходилось избегать приема зелья сна-без-сновидений. Но нужно было как-то мириться с тем, что август не вечен. Скоро будет их ждать учеба, Хогвартс и разговор с Дамблдором.

***

Однако последний пункт случился значительнее раньше, чем предполагал слизеринец. Гарри как раз заканчивал отрабатывать режущее заклинания, придуманное Снейпом, на трансфигурированном манекене, как закричали сигнальные чары. Причем звук был громкий и резкий, а не как когда к ним приходили гости. Северус метнулся в дом, а мальчик побежал за ним. Войдя в гостиную, они обомлели, к ним пытался прорваться Дамблдор. Чуть ли не вскрикнув, Поттер спрятался за спиной у преподавателя, как будто тот был самой надежной стеной, за которой можно скрыться. — Северус, пусти меня! — проговорил мужчина. — Как вы нашли нас? — Простенькое империо помогает порой лучше всего, пусти меня! Я не трону мальчика, Северус. До учебного года все равно осталась лишь пара недель, поэтому ладно, пусть он живёт у тебя это время. Я пришел лишь потому, что мне срочно нужно переговорить с тобой. Это… — Я впущу вас только при условии, что вы дадите мне непреложный обет о том, что не заберете у меня ребенка и никаким образом ему не навредите, — бесцеремонно оборвал его работник. Дамблдору явно не понравилась манера общения, но он ничего не сказал, потом кивнул. Зельедел махнул рукой и через минуту старик вышел из камина, а затем недоверчиво протянул руку. Гарри пришлось выступить в роли свидетеля — Поттер, марш в свою комнату. Альбус, идёмте в лабораторию. Мальчик в последнее время не совал свой нос, куда не надо, поэтому Снейп даже не подумал плотно закрыть дверь или наложить чары тишины. Гарри этим воспользовался. Нашарил в шкафу отцовскую мантию-невидимку, попробовал наложить на себя невербальные чары тишины, но артефакт не позволил, поэтому пришлось самому блокировать все возможные звуки, когда он крался к нужной двери. Снейп убрал со стула какие-то книги и записи, после чего махнул рукой, призывая Альбуса сесть, а сам стоял напротив него, собрав руки на груди и пронзая его злобным взглядом. — Мальчик мой, вижу, вы с Гарри хорошо поладили… Не думал, что у вас получится с ним хорошо сжиться, — начал старик — Но ты должен понимать, что у тебя нет совершенно никаких прав на него, поэтому следующим летом он все равно должен будет отправиться к тете и дяде. — Исключено, — ровным и достаточно спокойным баритоном проговорил зельедел. — Но ты не имеешь никакого права держать его здесь! — А, быть может, я хочу стать его опекуном, — вздернул бровь маг, наблюдая за сменой эмоций на лице директора. Гарри чуть не пискнул, услышав это от своего профессора. Неужели тот действительно готов сделать такой шаг, чтобы защитить парня от Дурслей? — Нет, это просто какая-то небылица! Ты ещё скажи, что хочешь усыновить его! — кажется, Альбус рассвирепел не на шутку. — А может и хочу? Вам-то какое дело? «Я сплю, профессор не может хотеть усыновить меня. Это же что-то невероятное и невозможное! Главное, не закричать от радости, а то ничего не узнаю, » — подумал Гриффиндорец, вновь напрягая слух. — А такое, что если бы я не рассказал тебе про письмо Лили, ты никогда бы не захотел иметь с сыном Джеймса ничего общего. Ты водишься с ним только потому, что тебя в последнем письме попросила его мать, а не потому, что в тебе горят добрые намерения по отношению к Гарри. «Мама о чем-то просила его? То есть, получается, он действительно выполнял поручение моей матери? О…» — радость куда-то испарилась в один миг. — Хорошо, забудем о мальчике на время. Я не за этим сюда пришел. Хочу сообщить, что на твою должность я взял мистера Слизнорта, если ты помнишь своего учителя. Тихо, не перебивай. Я не собирался и не планирую тебя увольнять, просто мне нужно узнать кое-что у Горация, но ты всё также остаёшься деканом Слизерина и назначаешься на должность преподавателя Защиты От Темных Искусств. Ты добился своего, поздравляю. И, Северус, у меня к тебе очень важная просьба. Помнишь, мы обсуждали кольцо? Я сходил к мадам Помфри, она говорит, что проклятие с чудовищной силой ускоряет свой ход. Мне осталось жить не больше года… И я нашел способ вернуть тебе доверие твоего хозяина. НЕ ПЕРЕБИВАЙ, ПРОШУ ТЕБЯ! Мы оба прекрасно помним, что совершенно недавно Темный Лорд принял в свои ряды некоторых детей Пожирателей, среди которых оказался и юный Малфой. Ты знаешь, что ему было поручено убить меня любой ценой, иначе его семье грозит неминуемая гибель. Но я более, чем уверен, что у Драко просто не поднимется рука сделать это самостоятельно. Тогда и придёшь ты, готовый показать хозяину свою верность. Да, Северус, ты должен убить меня, — на одном выдохе проговорил мужчина, буравя задумавшегося Снейпа взглядом. Гарри же стоял ни жив, ни мертв от такого количества новостей. Действительно, лучше бы слушался хозяина дома и не лез не в свои дела. Малфой теперь Пожиратель. Дамблдор может умереть от руки своего работника. Снейп приютил его только по просьбе мамы. Что ещё он не знал?  — Северус? — Я не буду этого делать, Альбус. Нет. Даже не думайте. — В ночь, когда ты пришел ко мне, чтобы молить о том, чтобы я защитил семью Поттеров, ты кое-что пообещал мне, мальчик мой. Забыл? Ты обещал, что если я обеспечу Лили и Джеймсу защиту, то получу от тебя все, что угодно. Пусть у меня и не получилось спасти их жизни, но свое обязательство я выполнил. Так вот, я бессовестно пользуюсь тем моментом и прошу тебя убить меня. Поверь, мальчик мой, это единственный выход из ситуации. Нам необходимо сделать так, чтобы Волдеморт полностью доверился тебе. И, в конце концов, мистер Малфой ещё так юн, неужели ты хочешь запятнать его невинную душу осадком осознания того, что он убийца? Поттер неслышно привалился к стене, понимая, что до безумия хочет ударить сейчас Дамблдора. Весь поток новой информации впитывался очень тяжело, он просто не мог поверить и спокойно все взвесить. Гарри задумался о чем-то и совершенно пропустил часть, когда бывший преподаватель зельеварения с неохотой согласился выполнить приказ своего хозяина. — Что-то еще или вы уже уберетесь из нашего дома? — рявкнул Слизеринец. — Нашего? О, как, — усмехнулся он — Я думал, что он твой. Ладно, есть ещё кое-что, о чем мне бы хотелось поговорить с тобой. Вернее, попросить. Не начинай беситься, Северус. Дослушай. Когда меня не станет, а Лорд Волдеморт утратит свою мощь, ты должен будешь рассказать Гарри о том, что… Ладно, начну с начала. В ту роковую ночь, когда Лили заслонила мальчика своей грудью, заклятие отскочило и, когда это произошло, осколок души Волдеморта переместился в беззащитного ребенка. Я думаю, ты прекрасно знаешь, каким образом создаются крестражи, Северус. Помолчи, я сказал. Я долго искал логическое объяснение тому, почему мальчик умеет говорить на парселтанге и почему они с Темным Лордом настолько сильно связаны ментально, и ответ пришел оттуда, откуда я даже не ожидал. Воспоминания той ночи от мальчика. Он является одним из неопределенного количества крестражей. — Нет! — кажется, декан змеиного факультета планировал крикнуть погромче, но получилось лишь что-то сиплое — Вы же не хотите сказать, Альбус, что в своё время он должен быть уничтожен, как дневник Тома и кольцо его отца? — Увы, Северус. Частицу души злодея нужно уничтожить, но это, сам понимаешь, невозможно без… Убийства. — Нет, нет, нет, нет, — как в лихорадке зашептал он, нервно плюхнувшись на стул и закрывая глаза руками. «Вот тебе, Поттер, получи и распишись. Хотел ведь сдохнуть. Черт возьми, зачем я это подслушал? Что вообще такое крестраж? И что во мне делает душа этого безносого урода? Мне срочно нужна Гермиона, при первой же встрече надо будет переговорить с ней. Черт, нужно уходить отсюда, пока ещё какой-то пучины ужаса не узнал и пока меня не обнаружили. Мерлин, наложите на меня самый сильный обливиэйт!» — подумал гриффиндорец и тихим шагом скользнул в свои временные покои, уже не слыша возмущений своего учителя. Он убрал мантию папы на свое место, а потом юркнул под одеяло, слушая, как хозяин дома со всей мощью орет: «Вы получили то, что хотели, а теперь вон!». Мысли крутились в голове, подобно детской карусели. Информации было слишком много, чтобы спокойно переварить. «Он хочет усыновить меня, неужели? Но ведь с другой стороны, он мог специально сказать это директору, чтобы позлить его. На какой черт ему на плечи груз в виде шестнадцатилетнего сына школьного врага? Жалость? Или все-таки мама действительно просила его, и ему это нужно было выполнить? Судя по его копии, мама была ему хорошим другом, так что, вполне возможно… Мерлин, я ведь всегда был на стороне Дамблдора. Защищал и отстаивал его права, а он, оказывается ничем не лучше простого убийцы. Заставить ни в чем не повинного человека убить своего наставника… Это ужасно. А если бы я не подслушал? Я бы думал, что Снейп действительно злодей, но ведь если бы он был не на нашей стороне, он бы сразу же отдал меня Волдеморту, но…» Из мыслей мальчишку вывел сильный стук и последующий за ним вскрик. Отбросив одеяло, Гарри побежал в гостиную, где на полу возле камина увидел зельевара. Трость валялась за несколько шагов от него, а сам он прислонился спиной к камину, закрыв глаза и вцепившись в свои волосы. Упал. Он никогда не видел своего преподавателя в таком состоянии. — Сэр, все нормально? — чуть севшим голосом спросил Поттер. — Нормально, — сжав веки, прошептал зельедел. — Давайте я вам помогу, — подал ему руку. Тот загнанно посмотрел на сына возлюбленной и взялся за кисть, принимая помощь. В Снейповой голове происходила целая буря эмоций, ему действительно стало плохо после того, как к ним явился Дамблдор. Почему все не могло продолжаться тихо и спокойно? Хотя о чем можно говорить? Всё хорошее рано или поздно заканчивается. Гриффиндорец помог мужчине сесть на диван и поднес тому трость. Он уже хотел идти к себе в комнату, чтобы не мешать профессору думать, тот не особо любил, когда его отвлекают от подобных процессов, но его руку вдруг легонько схватили. — Посиди со мной, Гарри, пожалуйста, — голос Северуса дрожал, на лице была его обычная маска, но глаза все выдавали. Боль, тонущая в них, была настолько страшной и глубокой, что передалась даже юноше. Снейп впервые назвал его по имени, а не по фамилии отца, это было слишком эмоционально, хотя и до ужаса приятно. Ему хотелось все обсудить с ним, но он прекрасно понимал, что в таком случае учитель не упустит возможность наложить заклятие забвения, ведь тайны действительно очень весомые. Львенок кивнул, сжал руку учителя и уселся рядом, ничего не говоря. В такой тишине они и просидели непонятное количество времени. — Я не отдам тебя Дурслям, — вдруг услышал он спустя несколько минут. Поттер ему ничего не ответил, а просто обнял, уткнувшись носом в плечо. И почему он верил отставному Пожирателю Смерти? Хотя… Пусть это только по маминой просьбе, пусть это все не по-настоящему, но по крайней мере, в доме слизеринца ему было в разы спокойнее, чем теперь будет в Хогвартсе. Как теперь учиться, когда знаешь такое? — Пойдем, мы не ужинали. Приготовлю тебе что-нибудь. — Можно вам помочь? — Сам же знаешь ответ, — тихонько улыбнулся он, от чего у молодого человека защемило сердце. Он видел его усмешки, ухмылки, полуулыбки, но такое… Еще и после слов директора. Насколько же сильным нужно быть? Гарри лишь улыбнулся в ответ, помог Снейпу встать и они направились на кухню. Дамблдора они больше вообще не обсуждали, хотя в мыслях по несколько раз все анализировали, боясь заговорить на эту тему. Северус не знал, что сын Лили подслушал разговор, но этот факт почему-то Гарри совсем не радовал, хотелось с кем-то обговорить услышанное. Дальше дни шли в обычном русле, но теперь меняться стал хозяин дома, все больше и больше смягчаясь по отношению к студенту.