Другой Мир

Учебный год у Гарри выдался действительно тяжелым, как он, собственно, и ожидал. Нет, программа была вполне себе приемлемой, и он все также спокойно тянул ее, но герой просто чертовски устал. Новый зельевар постоянно нахваливал Поттера на своих уроках, говоря то, как сильно он похож на свою мать по характеру и навыкам в зельеварении. Это было странно, ведь учителя после первого года обучения перестали напоминать ученику о его покойных родителях. Хотя нельзя сказать, что мальчику не нравилось, что его сравнивают не только с отцом. Да, он стал немного упорнее учиться, чтобы забыться от того разговора про душу Волдеморта в его теле и про то, что в конечном итоге он должен будет пожертвовать своей жизнью, чтобы защитить весь Магический Мир. Ночью его все так же настигали самые различные кошмары. Как он не пытался избавиться от них, ничего не помогало, поэтому пришлось снова накладывать на себя заглушающие чары, чтобы не разбудить соседей по комнате, и чары гламура, чтобы никто не смог увидеть истинного состояния гриффиндорца. Рон продолжал обижаться на своего друга, даже несмотря на то, что осень уже подходила к концу. Мисс Грейнджер постоянно приходилось разнимать мальчишек, чтобы те не натворили глупостей. К началу октября, Избранный понял, что Уизли просто напросто ревнует. Нет, не его. А к нему. Гермиону. Он это осознал, когда они с подругой задержались в библиотеке перед очень важным и тяжелым зачетом по трансфигурации, а в гостиной их встретил озлобленный Рональд, который думал, что парочка сбежала на свидание. Впрочем, как гриффиндорка не пыталась убедить парня в том, что между ней и Гарри ничего нет, все попытки были тщетны. В конечном счете, рыжеволосый паренек как-то отдалился от компании и стал больше времени проводить с Лавандой Браун, с которой его познакомила Джинни. Также на мальчонку обрушился груз в виде того, что он узнал о том, что сердце мисс Уизли теперь занято никем иным, как Дином Томасом. Нет, он не ревновал, как Рон, но почему-то боль в области сердца, когда парень видел ее со своим сокурсником, была острой.

***

Вскоре Дамблдор вызвал его к себе в кабинет. Как понял Гарри, тот даже пытался ворваться к нему в сознание во время разговора, но Поттеру после летних занятий окклюменцией наконец удалось освоить искусство закрытия мыслей от чужих, когда Альбус заметил это, то был явно разозлен, хоть и пытался скрыть это. — Как ты себя чувствуешь, мальчик мой? — поинтересовался директор после небольшого чаепития. — Прекрасно, сэр, — соврал он, чувствуя себя не особо уютно. Поттер даже не старался отвечать холодно, все происходило на автомате, ибо доверие к старику куда-то пропало и вряд ли уже вернется. — Близится Рождество, ты снова планируешь провести его в замке? — Да, сэр. — А не хотел бы ты, Гарри, вернуться к своим родственникам? Они ведь наверняка очень сильно скучают по тебе. Да и к тому же там ты будешь под более усиленной защитой, нежели тут, что скажешь? — Я не хочу возвращаться к ним, профессор. Хогвартс — мой истинный дом. Если у меня есть возможность, лучше я останусь тут, чем отправлюсь туда. Я прекрасно знаю о том, что на доме у тети и дяди стоит кровная защита, которая держит меня в безопасности, но мне плохо там, сэр, вы прекрасно осведомлены… — А где тебе хорошо? — как-то резко рявкнул Альбус, от чего юный маг чуть ли не подпрыгнул на стуле от неожиданности, — Хорошо, я понял тебя, прошу прощения. Честно говоря, я позвал тебя не за тем, чтобы говорить о твоих опекунах, а затем, чтобы попросить кое о чем. Пройдем за мной. Подросток поспешно поднялся и они прошли к думосбору, который ютился в не самой видной части кабинета. Директор рассказал парню всю суть крестражей, показал воспоминание о первой встречи старика с юным Томом Реддлом и реминисценцией Слизнорта, заявив, что та является поддельной, а потом вдруг совершено неожиданно упросил Гарри попробовать попросить Горация поделиться истиной. После рассказа Альбуса многое стало понятней, чем после пояснения Гермионы, и от этого становилось намного страшней. — Я боюсь, что у меня не получится, профессор. Я не думаю, что он довериться мне настолько, что отдаст неподдельные воспоминания. Я прекрасно понимаю, что они необходимы вам, однако… — Гарри, ты лучший из его учеников. Он любит таких, как ты. Мне кажется, его главной мотивацией возвращения на прежний пост стала явно не прибавка к зарплате, а возможность обучать такого великого мага, как ты. Быть может, ты не считаешь себя таким, но для профессора Слизнорта ты очень важен. Слышал, он уже приглашал тебя на пару вечеров для избранных? Ну, вот и хорошо. Попробуй только, я не указываю, а всего лишь прошу тебя немного мне помочь, — как-то неискренне улыбнулся мужчина и, погладив ученика по голове, прошел к столу — Скоро ужин. Поторопись, мой мальчик.

***

Парень шел по коридорам Хогвартса, раздумывая над словами директора. Разумеется, ему бы и самому было интересно узнать, что именно было подделано в воспоминании его учителя, но он и вправду не имел никаких представлений о том, каким образом можно выудить у Горация то, что нужно Альбусу. Почему директор просит именно его? Да, Гарри прекрасно знал о том, с какой гордостью к нему относится преподаватель, но ведь этого недостаточно, чтобы делиться с учеником настолько личными вещами, разве нет? Он настолько был поглощен в свои мысли, что даже не заметил, как столкнул кого-то с дороги. Какая ирония, это был как раз-таки предмет его раздумий, который из-за столкновения с учеником рассыпал все пергаменты с работами студентов на пол. — Мерлиновы панталоны, мистер Поттер, вы меня испугали, — заверил мужчина, пока гриффиндорец ринулся поднимать все. — Простите, сэр, я не хотел, мне очень жаль, — выговорил Гарри, собрав все, — Может быть, вам помочь донести это? — Было бы очень мило с вашей стороны, спасибо, пойдемте, — кивнул он, и они направились в сторону кабинета. Профессор рассказывал что-то о удивительном милосердии мальчишки, когда тот судорожно думал, каким бы образом ему выманить настоящие воспоминания. В конечном счете, он помог преподавателю с пергаментами, обговорил несколько тем, пытался подобраться к самому главному, но всякий раз, когда он чувствовал, что Поттер к чему-то ведет, резко менял тему. Таким образом, парень остался ни с чем, ибо его послали ужинать.

***

Когда он как раз был на подходе в Большой Зал, то услышал болезненные стоны из Выручай-Комнаты. Насторожившись, он высунул волшебную палочку и прошел внутрь. Помещение очень изменилось со времен тренировок Армии Дамблдора, сейчас оно напоминало местную свалку, ибо повсюду были раскиданы какие-то вещи, книги, метлы, украшения и прочее. Избранный уже и забыл о том, зачем именно зашел сюда, как вновь послышался приглушенный крик. Гарри понял, что звук исходит из дальнего конца комнаты, где стоит шкаф. Зайдя за него, парень чуть ли сам не вскрикнул от неожиданности. На полу перед ним лежал Малфой, его тело словно одолели судороги, безумный взгляд был направлен прямо в потолок, а губы что-то твердили в немом бреде. Гриффиндорец не понимал в чем вообще дело, пока не услышал смех Пивза. — Глупый змееныш, совершенно не умеет играть с темными артефактами, хахахах, ой, умора! Не могу, — призрак взялся словно неоткуда, оторвав Поттера от размышлений по поводу того, что могло случиться с Драко в замке. — Что с ним? — спросил Гарри. — Я тебе о чем говорю, тупой ты ребенок, с темными артефактами играться не умеет, а лезет туда же, ой, не могууу… — продолжало хохотать привидение, наслаждаясь болью студента Слизерина. — Надо звать мадам Помфри! — спохватился тот и, понимая, что от полтергейста помощи ему не дождаться, сиганул в больничное крыло, чтобы позвать колдомедсестру.

***

На следующий час о том, что сына аристократов прокляли, знал весь замок, включая как преподавателей, так и студентов. Спасибо неугомонному Пивзу. И Поттер совершенно не удивился, когда вдруг все сбежавшиеся в лазарет настороженно смотрели на него. Ни для кого не было секретом то, как сильно они с Малфоем ненавидят друг друга. А еще то, что гриффиндорца не было на ужине, сыграло свою роль. Подростка от и до допросила декан, директор, медсестра, а тот уже устал повторять одно и то же, отрицая свою вину. — Вы серьезно думаете, что я мог проклясть Малфоя? — вспыхнул юноша. — Я верю лишь истине, а не догадкам. Мистер Поттер, как вы объясните то, что вас не было на ужине? — вздернула бровь Минерва, буравя мальчишку взглядом, — Как говорит Альбус, он отпустил вас еще до начала принятия пищи. — О, здесь моя вина, — вошел в больничное крыло профессор Слизнорт в компании Снейпа — Я задержал мальчика, он мне очень помог с работами первокурсников. — Это правда, мистер Поттер? — повернулась вновь к нему женщина. — Я вам уже полчаса об этом говорю, мадам! Я собирался идти на ужин, как услышал звуки из комнаты, пришел туда, а там вот это чудо, черт возьми! Пивз сказал, что Малфой игрался с темными артефактами, а я похож на человека, разбирающегося в подобном? — продолжал срываться на крик студент. — Ты всегда завидовал Драко! — послышался со входа голос Панси, которая стояла в окружении остальных слизеринских студентов — У тебя были все основания навредить ему! Исключите его от нас подальше, директор! — Еще слово, мисс Паркинсон, и ваш факультет лишится пятнадцати очков, а вы не слезете до конца семестра с отработок у мистера Филча, это я вам гарантирую, — вступил в разговор бывший преподаватель зельеварения, от чего девушка замолкла, а ее дружки попытались уговорить ее пойти на выход, но та отказалась. — Но, сэр! Он же явно видно, что врет! Как же, случайно он проходил, ага! Случайностей никогда в жизни не бывает. Повторюсь, у Поттера вполне был мотив для того, чтобы напасть на бедного Драко, ведь он ему всегда завидовал! Его немедленно нужно исключить, пока он не стал представлять опасность для нашей школы! — продолжала верещать слизеринка. — Пятнадцать баллов со Слизерина! — рявкнул Снейп — Быстро к Филчу на отработку, а к Малфою будете допущены лишь тогда, когда он придет в себя. Вон отсюда! — Северус, ты очень строг к своим ребятам, — подметил Дамблдор — Ладно, разберись с нашим пострадавшим, мадам Помфри бессильна, а я должен проверить мистера Поттера. Полагаю, веритасерум поможет нам узнать все, как было. — Что?! Да вы издеваетесь, черт бы вас всех подрал! — завопил мальчишка, прекрасно осознавая, что директор обязательно воспользуется возможностью выпросить у ученика не только о случае с Драко. По лицу Альбуса было видно, что он невероятно доволен подобным исходом ситуации. Конечно, ведь можно будет спросить у парня все, что душенька старика пожелает, а он не сможет соврать. — Манеры, мистер Поттер! — упрекнула МакГонагалл — Проклятие это вам не шутки. — Но я ничего не сделал! Я что, должен был бросить этого вонючего хоря умирать там? — Веритасерум все покажет, пройдем в мой кабинет, Гарри, — попросил директор, он уже собирался подчиниться приказу, как вдруг Поттер почувствовал на своем плече тяжелую руку и благодарно выдохнул, увидев Снейпа. — Не думаю, что стоит переводить столь значимые зелья на безалаберность учеников, господин директор. Вы вполне можете воспользоваться легиллеменцией, чтобы увидеть все, что произошло между Поттером и Малфоем. Можете прямо здесь, ходить далеко не надо, — проговорил мужчина, на что даже декан Гриффиндора согласно кивнула. Череда различных эмоций пробежала по лицу Альбуса, но через пару секунд он взял себя в руки, надев на лицо маску безразличия, и погрузился в сознание мальчонки, которому зельедел успел шепнуть, чтобы тот сконцентрировался на моменте с Малфоем, тогда старик не сможет увидеть что-то другое. Ученик так и сделал.

***

Если учителя и поверили ему, то одногруппники стали держаться подальше от Избранного, даже Невилл на всякий случай отсел подальше. Зато подсела Гермиона, которая была уже не в силах видеть хихикающего Рона вместе с мисс Браун. Первый день зимы для Поттера прошел максимально тяжело, мало того, что утром все слизеринцы обвиняли его в том, что с Драко не могут снять проклятие, вызвала его еще и профессор МакГонагалл, попросив контролировать свой пыл. Подумаешь, он пару раз набросился на Забини и Крэбба с криком, они сами виноваты, что лезут. Перед уроком ЗОТИ у него еще и разразился спор с Уизли. — И что это мы тут чахнем? Ищем очередную жертву для проклятия? — послышался голос друга, который расхаживал мимо под руку с Лавандой. — Уж не думал, что и ты поверишь в эту утку, — буркнул Гарри, отворачиваясь к окну. — А что тут верить? Эта сальноволосая сволочь вполне могла тебя науськать в плане черной магии, — нахмурился тот в ответ, когда его дама пыталась утянуть мальчишку подальше от Поттера. Он в ответ лишь одернул ее и указал ждать у двери. — Как ты можешь, Рон? Тупо предать дружбу только из-за ревности и обиды? Серьезно? За что ты так поступаешь? Да плевать на меня даже, как же Гермиона? Она жутко переживает за тебя. — Переживаете вы, как же. Дождешься от вас. У нас же только мистер Поттер самый бедный. Ой, Гарричка потерял родителей, ой, у Гаррички кошмары, ой, Гарричку истезают родственники! Да твоя жизнь в разы круче и лучше нашей! Ты не знаешь, каково это жить в бедноте и считать каждый кнат и сикль! Тебя любят все и вся, а ты ничего не ценишь и прибедняешься каждый удобный случай! Завидовал мне он, чему интересно? У меня нет ничего! — У тебя есть семья, — дрогнувшим голосом шепнул ему Поттер, понимая, что вряд ли хоть когда-нибудь ему снова удастся подружиться с этим человеком. Столько лет они были Золотым Трио, шли рука об руку, были всегда вместе, а что теперь? Появилась ревность, зависть, непонимание… Грустно понимать, что рано или поздно ты можешь потерять даже тех, кто когда-то был самым близким — Мне не нужна никакая популярность, Рон. Ты сам прекрасно знаешь об этом. Я бы отдал всю эту славу, все свои деньги, все, что могу, просто за шанс побыть с моими родителями или просто, черт возьми, быть нужным хоть кому-то! Все вокруг чего-то ждут от меня, требуют… Даже директор, которому я всегда верил, выжимает из меня пользу! А ты думаешь, что мной быть легко? Нисколько. Я никогда не прибеднялся и всегда старался скрывать боль, ведь никому не нужны чужие проблемы, я прекрасно понимаю это. А ты только и можешь, что желать долбанного узнавания, которое в жизни тебе совершенно ничего не принесет, кроме ответственности. Ты всегда стремился к тому, чтобы оторваться от семьи и доказать им свою силу, но ты абсолютно ничего и никогда не добьешься без… — он не успел договорить, как получил кулаком по скуле и чуть ли не ударился головой о подоконник, но Гермиона вовремя подбежала к ним, чтобы подхватить друга. — Что ты творишь, Рональд? — крикнула она, замечая, как за ними наблюдают почти все ученики, — Не трогай его! — Защитница, — выплюнул тот и направился в сторону своей пассии. — Вот ведь… — рыкнула она, помогая своему другу восстановить равновесие, — Порядок? — Жить буду, щека немного ноет, но пройдет. Спасибо, — постарался улыбнуться Гарри в ту же минуту, когда прозвенел звонок. — Не слушай его. — Не буду. — А ну быстро в класс, я не собираюсь ждать, пока вы соберетесь с мыслями! — откуда-то из глубины класса крикнул профессор и все заняли свои места — Сегодня у нас на повестке дня насыл порчи и проклятий, — после объявления темы все дружно усмехнулись, смотря на покрасневшего Поттера, — Тишина в классе! В связи с последними… событиями наш многоуважаемый директор хотел бы, чтобы я обучил вас защите от этих недоразумений. Так, разбиваемся на пары. Быстро, у нас не так уж много времени, а после уроков я никому ничего объяснять дополнительно не собираюсь, и так много сил и нервов трачу на то, чтобы в ваши пустые головы хоть что-то путное влетало. Поттер, вам что, отдельное предложение требуется? Тот нервно сглотнул, он хотел встать в пару с Гермионой, но ту утянула к себе Кэтти Белл, поэтому он просто стоял на своем месте, оглядывая класс. — П-простите, сэр, мне не хватило пары, — растерялся мальчонка, ловя на себя ухмыляющиеся взгляды Слизеринцев и неловкие от гриффиндорцев. — Значит, будете со мной, — как ни в чем не бывало отозвался тот — Занимаем боевые позиции! И, несмотря на то, что Снейп всеми силами притворялся, что ему противен сын Джеймса, тот был ужасно благодарен ему за все то, что он делал для него. И за то, что спасал от Дамблдора, и за то, что заступался перед своими подопечными. Гарри очень хотелось вернуться в лето, чтобы хоть на немного вернуть те разговоры, уроки, прогулки и так далее. Если бы ему пару лет назад сказали бы, что он Снейпу будет доверять больше, чем директору, гриффиндорец бы тому самолично в лицо плюнул, но сейчас… Как же быстро все меняется.

***

Поздним вечером, когда Северус направлялся в свои апартаменты от профессора Слизнорта, он уже хотел зайти в гостиную своих змеек, чтобы проведать тех перед сном, как за одной заброшенной статуей в конце коридора послышались странные звуки, насторожившие мужчину. Стараясь не шуметь, он подошел поближе, как по голосам понял, что это Крэбб и Гойл в компании Панси Паркинсон. — Ну и что делаем с этим дурнем? — разминая шею, поинтересовался Винсент. — Полагаю, — растягивая, неприятно хихикнула девушка — Он уже получил своё, мальчики, будет знать, как нападать на нашего Дракошу. Что ж, вы проделали очень хорошую работу, завтра ждите от меня сюрпризик. А с этим… расколдуйте нашего избранного мальчишку, которому все нипочём. Пусть ковыляет в свою вонючую львятню. О, и заклятие забвения наложить не забудьте, нам ведь не нужны проблемы. — Вам они не нужны, но они у вас обязательно будут, дорогие мои, — прошипел декан, злостно смотря на своих подопечных, за спинами которых валялось почти бездыханное тело гриффиндорца, — Сколько раз я просил вас оставить эту ситуацию с мистером Малфоем? У вас имеются твердые доказательства того, что ему причинил вред именно мистер Поттер? — злость в зельеваре нарастала все сильнее, от чего пальцы резко сжимались в кулаки, впиваясь ногтями в ладонь, а в глазах вспыхивал неистовый огонь. Ребята дружно отрицательно помотали головами в ответ — Тогда какого черта вы творите? Кто вам разрешал приносить вред ученику другого факультета? Кто за вас отвечает? Именно, я! Почему из-за ваших мелких пакостей я должен отчитываться и краснеть перед своими коллегами и директором? — П-простите, с-сэр, мы не хотели… — всхлипнула слизеринка. — Не хотели они, брысь в гостиную! Десять баллов с каждого из вас за причинение вреда ученику соседнего факультета. Каждому из вас добавляется по отработке у Хагрида. Свободны! — Сэр… — начал Грегори. — Пошли вон с глаз моих, пока не отхватили по двойной порции наказания! — вышел из себя мужчина и, проследив, что троица скрылась из виду, повернулся к Гарри, тело которого подверглось ступефаю. Два идиота отлично постарались над «украшением» физиономии подростка. Губа была разбита, как и очки мальчика. Под глазом красовалась гематома, на скуле синяк, кажется, ребенку прямо везет на побои. Еще неизвестно, что из травм внутри. Он сел на колени и достал волшебную палочку — Энервейт! Поттер моргнул и сдавленно простонал, пытаясь хватать ртом воздух. — Помогите мне, прошу, — еле слышно шептал он, пока из глаза вытекала слеза. — А куда я денусь, несчастье? — спросил учитель, чуть наклоняясь и обвивая свою шею рукой мальчугана — Сможешь дойти пару шагов? Нам за поворот. Тот ему ответил еле заметным кивком и оба поковыляли к комнатам зельедела. Внутри декана закипала злость на своих подопечных, которую он всеми силами старался подавлять, ибо с ними он сможет разобраться и завтра, а сейчас нужно оказать ребенку, которому везет на приключения, первую помощь.