Другой Мир

Юноша видел перед глазами лишь кромешную темноту, которая не рассасывалась весьма продолжительное время. Казалось бы, мальчишка всего-то лег спать, но было что-то во всем этом неправильное — что-то, что заставляло сущность Поттера трепетать и наполняться страхом. На затворках сознания он чувствовал запах дыма и гари, а еще казалось, что он задыхается, но глаза по непонятной причине не получалось открыть, слышались как смех и крики, так и обеспокоенный шепот, а затем снова была устрашающая тишина. Гарри не мог понять в какой прострации он находится, но черная пелена упорно не спадала с его глаз достаточно продолжительное время, пока он не начал вновь воспринимать звуки. Они баюкали его, утешали и вселяли надежду на то, что это абстрагированное состояние уйдет. — Он двигается, сэр, — донеся до его ушей до жути родной голос Джинни. Щеку обожгло холодным прикосновением, а на лоб, кажется, погрузили что-то невероятно тяжелое. Однако оно явно было легче, чем веки юноши, которые тот никак не мог поднять, чтобы открыть глаза и посмотреть, что с ним происходит и где он вообще находится. Дополнением ко всему этому служило то, что голова раскалывалась на мелкие кусочки, а тело во многих местах ломило. Пересилив свое состояние, парень все-таки смог раскрыть глаза. — Очухался, — послышался низкий хрип, вынесший данный вердикт, — Мисс Уизли, будьте так добры, принесите стакан воды и зелье фиолетового цвета с третьей полки в моем шкафу. — Ммм… — протянул пострадавший, не понимая все еще, что происходит. Он видел, как Джинни быстро кивнула и побежала исполнять указ. Должно быть, что-то случилось с ним во сне, и кто-то вызвал колдомедика. Но что? Гарри совершенно не мог вспомнить, что произошло после того, как он лег спать. Отлично, сейчас очередной старик в лимонном халате будет отчитывать его за то, что он пренебрегает своим здоровьем, как делали это многие коллеги Поппи, когда Поттер еще находился в замке. С его головы медленно убрали мокрую тряпку, и он протяжно застонал. — Как ты? — вновь раздался мужской голос. Только почему-то вместо старенького колдомедицинского работничка Гарри смог увидеть лишь видение. Нет, ну, а как еще можно назвать то, что с тобой разговаривает мертвый человек? Да и как мальчишка оказался в доме Снейпа, да и еще в той комнате, что раньше занимал, когда уснул он в особняке на площади Гриммо? Вопросов было намного больше, чем ответов — Мерлина ради, Поттер, не смотри на меня так, я не под оборотным зельем. — Как…? Вы же ведь… Вы… Там… — начал шептать юноша, не понимая, почему в его горле застрял огромный ком, мешающий ему нормально говорить. — Права была твоя рыжеволосая подруга, нужно было выпить оборотное, чтобы первое время не волновать, но уж извините, я понятия не имел, когда наш национальный герой придет в себя. Собственно, в отличие от мисс Уизли ты хотя бы не падаешь в обморок, уже хорошо. Обо мне мы еще поговорим, но давай немного позже? Помнишь что-то? — накладывая диагностирующие заклятия, поинтересовался слизеринец. Снейп не спал несколько дней, даже прекрасно было видно по его внешнему виду, что тот явно недосыпал. Под глазами залегли глубокие тени, мешки казались в разы темнее и больше, веки припухли, морщин, кажется, прибавилось. Движения его были неточными и какими-то рванными. Если и раньше зельевар выглядел не самым модным человеком Хогвартса, то сейчас его внешний вид стал в разы неопрятнее. Хотя довольно частые процессы зевания могли сказать намного больше, чем прочие внешние признаки. — Я не помню ровным счетом ничего, только то, что я лег спать. И все, потом была пустота и темнота, я не мог понять, что со мной происходит, — откашлялся ему в ответ юноша, все также не без сомнения смотря на своего умершего профессора, затем его взгляд упал на собственные руки, покрытые еле видными остатками от ожогов, — Как долго я спал? — Почти два месяца. Если брать этот дом, то чуть больше половины из этого. Дело в том, что некоторые из моих бывших, кхм… коллег. Решили отомстить тебе за смерть хозяина, Поттер. Я до последнего надеялся, что у них хватит ума не соваться к тебе, но не все наши ожидания могут стать реальностью. Если бы ты остался жить здесь, то они ни под каким предлогом не смогли бы тебя найти, хотя… Теперь им это уже и не понадобится. Долохова и его шайку поймал Грюм с его ребятами. Видимо, охранные чары на Гриммо эти идиоты отключить смогли, а до сигнальных попросту не додумались. Они погрузили тебя в более глубокий сон, пока ты действительно спал, затем знатно поиздевались над твоим телом, но апогеем всего этого дурдома стало то, что они посмели поджечь особняк при помощи адского пламени. Как рассказывала твоя подруга, к ее родителям тебя в бессознательном состоянии перетащил Кричер с чем-то из спасенных вещей, Молли сразу же отправила патронуса Минерве, а та в свою очередь поспешила оповестить весь преподавательский состав школы. Знаешь, тебе серьезно повезло с домовиком, Поттер. О том, что произошло с тобой, мне рассказал Слизнорт, поэтому и я поспешил к тебе. Не двигайся лучше некоторое время, тебе нужно как можно больше отдыха после того, что перенес твой организм. Миссис Уизли замечательно справилась с оказанием первой помощи, так что, большая часть повреждений давно устранена, — проговорил зельедел, аккуратно взлохматив вихрастую макушку парня. Гарри долгое время перерабатывал полученную информацию, а потом разговаривал с Джинни, которая помогала ему есть, пока ребята вытурили Северуса поспать хотя бы пару часов. Тот для вида сопротивлялся, но вскоре сдался и нехотя оставил своего гостя на попечение мисс Уизли, не упустив шанс прочитать пару наставлений и нотаций. Поттер надеялся на то, что в той реальности он просто умер, а возродился здесь, где профессор еще жив, а Джин не встречается с проклятым Дином Томасом, ведь всё это выглядело как совершенно другой мир. И ему очень не хотелось просыпаться. Джиневра рассказала ему почти обо всем, что происходило за эти два месяца, о переживаниях его друзей, о своей семье, обо всем. Она также поклялась своему другу не говорить никому о том, что он пришел в себя, чтобы его не беспокоили до того момента, как он хоть чуточку окрепнет. Но, кажется, ее широкая улыбка могла сказать намного большее, чем глупые слова и отмашки. Она ничего не говорила про профессора, как бы гриффиндорец не старался пролезть к этой теме. А потом, когда его рыжеволосой подруге пришлось идти обратно в Нору в виду позднего времени, мальчишка все-таки попытался выпытать у слизеринца, каким образом тот смог спастись и не умер ли сам Гарри. — Вот как был идиотом, так и остался, — незлобно ответил ему Снейп, поправляя подушку, — Ты живее всех живых, Поттер, хочешь — верь, не хочешь — дело личное. Я понимаю, как ты удивлен тому факту, что мне удалось выжить, ведь, как я понимаю, хижину сожгли вскоре после того, как мне в горло достался укус Нагини. Да я и сам особо не могу смириться с этим фактом. Помнишь, я говорил тебе об одном проекте с Горацием, подробности которого мне не хотелось выдавать полностью? Дело в том, что мы со Слизнортом вполне предполагали, что Темный Лорд натравит на меня свою дражайшую тварь, ибо сладость от угощения авадой для него уже давно превратилась в неприятную приторность. Нам нужно было незаметно убить Нагини, ведь она была очередным крестражем в копилке Лорда. Что? Не смотри на меня так, я тоже не знал об этом до того, как Дамблдор рассказал. Мы с Горацием отлично сработались и, когда яд для нее был готов, Слизнорт сказал, что можно попробовать смешать зелье вместе с тем, что я разработал для тебя, тогда разработка была бы действительно очень интересной. И мы решили рискнуть. Зелье было успешно сварено за три дня до того рокового дня, уже тогда перед каждым собранием я начал принимать эту гремучую смесь… Знаешь, Гарри, я был так рад, что последние минуты своей жизни я провел с тобой, что просто был до последнего благодарен судьбе за то, что вижу тебя живым и здоровым. Для меня оказалось весьма сильным шоком то, что ты проклял Лорда, ведь ты же никогда не считал убийства — достойной местью человеку. Ну… или существу. — Он убил вас, — едва слышно прошептал ему в ответ пострадавший — Я не мог просто сдерживать в себе ту злость, что накопилась во мне за все эти годы. Я терпеть не могу применять непростительные, да, но черт возьми, сколько можно? Он лишил меня всего: детства, родителей, многих близких мне людей, но вы стали последней каплей. Нимфадора говорит, что у меня просто случился аффект, ибо я до сих пор не помню многих деталей с того происшествия. Я лишь помню то, что вы умерли у нас на руках, но никто ничего не сделал. Если даже такой талантливый в зельях человек говорит, что выхода нет, то это действительно так. Простите, сэр, но как вы выбрались из хижины? — Я не помню, Гарри, но как рассказывает Гораций, ему было любопытно понаблюдать за тем, как сработает наша наработка, поэтому принял свой анимагический облик. Я сам не поверил в то, что он анимаг, но он доказал мне это, на моих же глазах превратившись в летучую мышь, черт возьми. А потом, когда никого не осталось на так называемом месте преступления, аппарировал вместе со мной в свою временную лачугу, где выхаживал несколько дней подряд. По идее, мне стоило несколько дней еще проторчать под присмотром профессора и его знакомого из Мунго, но как только я узнал про тебя… Думаю, инвалидом останусь, но этого вечно влипающего в неприятности ребенка в беде не оставлю. Как бы я хорошо не относился к семейству Уизли, мне как-то спокойнее, когда ты под моим присмотром. — Я точно не умер? — еще раз спросил он, все-таки не веря в то, что все в действительности не так плохо. — Поттер, умоляю, — устало протянул зельевар — Если бы ты умер, я бы тебя и на том свете самолично нашел, а затем надрал бы уши за то, что твоя живучесть не оправдала ожиданий. Твой организм сильно ослаблен, не желаешь поспать, чтобы восстановить силы? — Я наспался на год вперед. Сэр, вы не представляете, как я рад видеть вас, я ведь… Я думал, что там, в хижине… В горле жутко запершило, глаза наполнились соленой влагой, по коже пробежались мурашки, а ожоги на коже, кажется, стали немного печь. Снейп встал со своего стула, пересев на край кровати мальчишки, как делал это все те разы, когда Гарри снились кошмары. — Забудь это, Гарри. Все в прошлом. Тебе нельзя волноваться после того, как твой организм испытал совершенный шок. Не забивай голову ненужным мусором. В твоих интересах быстрее прийти в себя, если хочешь, как можно скорее увидеть своих друзей помимо мисс Уизли. Кстати, она довольно-таки сносно вела себя, когда помогала мне ухаживать за тобой, — зная о симпатии юноши к сестре Рональда, Северус старался переключить внимание пострадавшего на что-то другое, что не касается войны, страданий и хижины. Хоть он и прекрасно понимал, что без расспросов, воспоминаний, страхов, сомнений Гарри и уточнений не обойдется, ему действительно хотелось, чтобы Поттер для начала хорошенько окреп — Хорошая из нее жена получится, как думаешь, герой-спаситель? Мальчишка смешно покраснел, от чего профессор незлобно хмыкнул. — Ну, пап! — воскликнул он, чуть приподнимаясь на локтях и шипя от несильной боли. Ему было настолько неловко говорить с зельеваром о Джинни в подобном ключе, что тот даже не заметил фамильярности в своем тоне, а когда до него дошли собственные два слова, краснота на лице усилилась — Ой… — Вот тебе и «ой», — усмехнулся тот в ответ. — Один к одному. — Что? — Один к одному говорю, я обложался сейчас, а вы меня сынком назвали. Там, в хижине… — Лежи давай, сынок. — О!!! Хоть и казалось, что директору откровенно весело со стороны, но внутри все перевернулось кругом. Наконец-то пришло то осознание свободы, которое мужчина не мог ощутить уже довольно продолжительное время. Сейчас именно в его руках была дальнейшая судьба мальчонки, да и его самого. — Шею свернешь, ребенок, — пробурчал он, отвлекаясь от мыслей, когда юнец ни с того, ни с сего обнял зельедела — Кому я говорил лежать? Ладно, усек, слушать меня не собираются. Хорошо, как тебе такая мотивация? Как только ты полностью восстановишься и окрепнешь, мы сходим в отдел опеки, чтобы попробовать снова оформить усыновление? Может, в этот раз нам повезет. Ну, в крайнем случае, можно воспользоваться магией. Глаза молодого человека загорелись настолько сильно, что могли в данный момент заменить светофор и напомнить пешеходам о том, что пора переходить дорогу. Он кивнул, а затем улегся обратно, показывая, что такой исход его совершенно устраивает.