Турнир

… смотрит на меня с непониманием. Потом трогает серьгу сладострастия Акари пальцем, перестает хмуриться и нежно проводит ладошкой по моей щеке. - Ты и вправду была готова принять ответственность за чужого ребенка, - не спрашивает, а скорее констатирует факт демоница, - и даже подменила сережку… видимо, чтобы я поверила, что понесла дитя от тебя. - А разве… - кажется, она знает про отцовство Калха и легко раскусила мой наскоро сляпанный обман, но все же делаю еще одну попытку, - с чего ты взяла? - Потому что суккуба всегда знает, чьего ребенка носит под сердцем, - вздыхает Дара, опуская голову, - а еще, потому что я сама попросила Калха не выходить. - Господи, любимая… но зачем? - Не знаю… Мне было стыдно, что я такая шлюха… обманываю госпожу, изменяю вам с братом… дарю ему невинность, предназначавшуюся для брачной ночи… и, знаете, меня это так завело! Я подумала, что хочу пойти до конца и залететь от любовника… чтобы сказать себе, - «что, дура, доигралась?». Мне захотелось попробовать на вкус плоды настоящей измены. Но я не сообразила, что хорошая колдунья, такая как госпожа, способна узнать подробности уже на следующий день. - Ну, хорошо, допустим, я ничего не заметила. Что ты собиралась делать дальше? - Носить последствия измены во чреве и скрывать от окружающих… а когда животик станет заметен - избавиться от плода. Но я надеялась, что госпожа сама сообразит, что мы с братом наставили ей рога и жестоко меня накажет. - Ну что же, вот я и сообразила. Возможно, немного раньше, чем ты ожидала, но я все делаю быстро. - Простите, госпожа, я не подумала о последствиях и сглупила. - Еще как сглупила, - сажусь на кровати, - ты переполнила чашу моего терпения! На колени, Дара, дочь Молоха! Суккуба вылезает из постели и, склонив голову, опускается на колени. Несколько секунд наблюдаю за ней и понимаю, что за внешней покорностью скрывается возбуждение – член демоницы выползает на свет и стремительно твердеет. Кажется, Дару возбуждает предположение, что я собираюсь ее пороть или даже прикажу обезглавить. Ну и как в таком случае придумать наказание? Ладно, есть идея. - Ты признаешь себя виновной? - Да, госпожа. Я обманывала вас… - Ты понесешь самое суровое наказание, которое я могу представить. Ты выносишь и родишь ребенка. Ты не станешь избавляться от него под страхом развода. Слышишь? Я запрещаю тебе даже думать о щелчке пальцами… или о любом другом способе избавиться от беременности, иначе мы тут же расстанемся навсегда. Ты меня поняла? - Да, госпожа, - брови Дары ползут вверх, она явно ожидала, что я накажу ее иначе, - простите меня. Это было глупо… Теперь я не смогу понести фамильяра от госпожи? - Сможешь. Но не раньше чем через пару лет. И это тоже часть наказания. - Госпожа, но я не хочу рожать ребенка от Калха. Это же неправильно… - А это уже не мои проблемы. Раньше надо было думать. - Может, будет лучше, если вы меня казните? А потом я избавлюсь от ребенка и… - И где тут наказание? - возмущаюсь я. – Что это будет за воздаяние, если ты спишь и видишь, как я приказываю тебя обезглавить? Нет уж. Все будет так, как я сказала. - Хорошо, госпожа. Я принимаю вашу волю. - И, да, забудь, что это ребенок Калха. Я собираюсь любить его как нашего с тобой, чего и тебе советую. Считай, что он был зачат от меня в первую брачную ночь. - Вы хотите…? - Да, я собираюсь, как ты выразилась, принять ответственность. Кстати, мы же не знаем точно, могут ли у нас появиться дети, так сказать, естественным путем? Поэтому все к лучшему, - помогаю демонице подняться с колен, - только, умоляю, Дарочка, не делай так больше. Мне неприятно, когда чья-то жизнь или смерть становятся игрушкой. А теперь пойдем завтракать. Накидываю халат и иду вслед за демоницей к двери. Внезапно чувствую, как невидимые когти цепляются за плечо и а мелкие, но острые зубки прихватывают меня за левое ухо. - А ты сурова, если не сказать больше, - шепчет невидимый Борх, - но так, действительно, будет лучше всего… ... роскошен, ибо очень много вкусностей осталось от вчерашнего банкета. Аппетит после брачной ночи зверский, поэтому накладываю себе полную тарелку салатов и сажусь напротив Дары. Муж (или все-таки жена?) кромсает запечённую свиную ногу и смотрит на меня с улыбкой. - Ты обещала рассказать за завтраком что-то очень сенсационное про Саню. - Госпожа, вы и правда больше не сердитесь? - Не сержусь. Но пусть это не вводит тебя в заблуждение, потому что наказание остается в силе. - Тогда я рассказываю, - Дара лукаво улыбается, - вы ни за что не поверите! Я и сама сначала не поверила, думала, что так не бывает. - Дарочка, я же сейчас лопну от любопытства. - Когда я пришла, Саня уже спала, а Мюллиха очень удачно не оказалось в комнате. Было очень просто сделать ее сон еще крепче, а потом перевернуть на живот и связать руки за спиной. Затем я привязала ее за лодыжки к спинке кровати, подложила под животик несколько подушек и заткнула рот кляпом. - И она не проснулась? - Ну, почему же? Как раз на кляпе она открыла глаза, но сделать уже ничего не могла – я очень хорошо умею связывать. Немного подергалась, да, но ни освободиться, ни позвать на помощь ей оказалось не под силу. Прыскаю. Представляю себе зафиксированную и обездвиженную Саню. Наверное, очень унизительно для домины оказаться в таком невыигрышном положении. Практически в коленно-локтевой позе. Впрочем, она заслужила. - Я подождала, пока она окончательно проснется и осознает произошедшее. Когда Саня возмущенно замычала сквозь кляп, я в нее вошла, стараясь действовать как можно грубее. Жаль, что у меня маленький пенис и ей совсем не было больно. Надо было начать с попки, чтобы еще больше ее унизить, но тогда я не сообразила. - Да, она вроде бы не очень любит в попку… - В любом случае, даже не испытывая серьезной боли, она дергалась и пыталась вывернуться, чтобы иметь возможность нацелить заклинание. Мне кажется, она вообще не поняла, кто на нее напал, потому что когда я заговорила, она сразу же перестала биться. - Да? И что же ты ей сказала? - Я сказала, что мне не нравится, когда кто-то покушается на госпожу, которая стала моей женой. И что я против, когда мою супругу к чему-то принуждают, но еще важнее, что это не нравится и вам тоже. А еще, что она сама придумала, будто вы хотите от нее детей… и скоро ей предстоит распробовать вкус того, что она планировала для вас. - Спасибо, солнышко. А что Саня? - Вы не поверите, госпожа. Она вообще перестала дергаться и замерла. Видимо, очень удивилась постановке вопроса. Тогда я объяснила, что собираюсь накончать ей полную киску по вашему приказу. Чтобы она на своей шкуре могла ощутить как это, когда тебя ставят на четвереньки и, не слушая возражений, пытаются обрюхатить. И что если она не поймет с первого раза – я могу приходить хоть каждую ночь. - Звучит весьма убедительно. - На мой взгляд, тоже, - ухмыляется Дара, - а потом я судорожно задергалась, имитируя подступающий мужской оргазм… вы не поверите, госпожа, как она отреагировала! - Как? Ну не томи уже! - Саня попросила вынуть кляп. Когда я поняла, что она хочет и вынула, она сказала, что наконец-то хоть кто-то догадался ее связать и оттрахать. - Ей понравилось? - Да… но почему нельзя было сразу об этом попросить? - Ну, понимаешь… она же претендует на роль лидера, самой главной лягушки в нашем болоте… чуть ли не главнее меня. Такая просьба не сочеталась бы с ее образом. А, может, она и сама не знала, что ей хочется, чтобы ее грубо отымели, не спрашивая согласия… - А разве так бывает? Мне казалось, что невозможно одновременно хотеть кого-то нагнуть и чтобы нагнули тебя. - Одновременно – нет. А вот поочередно, то так, то эдак… Такое бывает, хоть и не часто встречается, насколько я знаю… Ну, ты же хочешь побыть и палачом и жертвой? Казнить Нимбуса на гильотине, а потом и сама быть обезглавлена? - Это совсем другое, госпожа. Мне просто нравится, когда рубят головы, все равно кто, лишь бы у меня на глазах. Мне совершенно не обязательно самой нажимать на кнопку. А вот если бы казнили меня… - Если ты обещаешь не торопиться и не делать глупостей, то я подумаю, как можно безопасно тебя обезглавить. Все равно ведь не отвяжешься… - Спасибо, госпожа! Я буду очень-очень терпеливо ждать и обещаю, что больше не вернусь к этой теме, - ликующе произносит суккуба, - но мы отвлеклись, я говорила про Саню… Признавшись, что ей нравится, она словно бы сошла с ума – стала насаживаться на мой пенис и просить сделать ей больно. - Однако… Неужели… настоящий свитч? - Не знаю, госпожа, что вы имеете в виду… И тут я вспомнила про ее попку и засунула туда освободившийся кляп. Он едва поместился, но это было очень кстати, потому что Саня задергалась от смеси боли и наслаждения. Короче, меньше чем через минуту она кончила, умоляя меня не выходить… - И ты послушалась? - Да, госпожа, - делает хитрую морду суккуба, - но я же помнила про ваш запрет и решила, что он остается в силе… короче, я отложила в нее демоническое яйцо. - Как же я сама не догадалась! Идеальная месть! - Мне тоже так показалось… Теперь Сане предстоит три дня щеголять все увеличивающимся животиком. Готова спорить, что она переспит со всеми, кто сможет поспособствовать росту яйца в ее чреве. По крайней мере, когда я уходила, она категорически потребовала, чтобы Мюллих, вернувшийся за минуту до этого, не вздумал ее развязывать, а грубо оттрахал! Дружно смеемся. - Но знаете, госпожа, я поняла одну вещь… Мне казалось, что я с удовольствием буду причинять боль, но… - Тебе не понравилось? - Да. То есть нет. Меня безумно заводит, когда делают больно мне. Помните, когда вы ломали мне шею? Это было что-то безумное. Сегодня я впервые попробовала сделать что-то похожее с Саней… но это не то. - Пусть тебя это не удивляет. Ты ведь захотела оказаться на ее месте, я правильно поняла? - Да! Я бы хотела, чтобы госпожа меня связала! Засунула мне в попку подарок Даса! Госпожа… я только сейчас сообразила… - И что же? - Почему не остановила тогда Калха. Почему не запретила ему в меня кончить. Он же нагнул меня, совсем как я Саню, и сказал, что хочет видеть, как из моей киски будет вытекать сперма. Понимаете? Он взял меня за горло, сжал, и я тут же кончила, подавившись отказом. - Мне кажется, да, понимаю. Любимый сделал именно то, что ты от него втайне ждала. Но это ничего не меняет – тебе запрещено пытаться избавиться от ребенка. И, да, готовься, этой ночью ты будешь обезглавлена… …на холме, примерно в трех километрах от стен Рыс-Руна. Саня разглядывает замок в подзорную трубу, но даже невооруженным взглядом видно, что он отстроен гораздо лучше, чем Хармондейл или Тристрам. На стенах заметно движение – многочисленный гарнизон готовится к отбитию штурма, намекая, что даже в случае успеха наша атака не будет легким и приятным походом в гости. - Нас заметили? - Думаю да, - отвечает Саня, не прерывая осмотра, - внутри тоже какое-то движение, но через стены не видно подробностей. Она щеголяет вполне заметным животиком – ночным подарком мстительной Дары. Надо сказать, что после визита суккубы ее отношение ко мне резко переменилось. Похоже, Саня правильно поняла намек и поспешила зайти извиниться. Прощение было даровано сразу после ее обещания никогда больше не пытаться насильно меня обрюхатить. Однако самым удивительным оказалось вовсе не это. Дара не ошиблась, и Саня действительно обнаружила в себе способность получать удовольствие, не только доминируя, но и подчиняясь. Внезапно. Мне стало интересно, и я приказала суккубе еще раз связать волшебницу, только теперь прямо у меня на глазах. После чего мы здорово повеселились, по очереди уестествляя потерявшую возможность сопротивляться Саню. В результате, яйцо в ее чреве еще больше раздулось, и животик вырос настолько, что стал заметен даже будучи прикрыт верхней одеждой. Лично я не хотела бы рожать демоническое яйцо такого размера. Впрочем, волшебницу это не смутило и, после того как Дара вынула у нее изо рта кляп, выразила надежду, что мы повторим все это завтра в Рыс-Руне. Дело за малым – захватить замок. - Выходить навстречу нам не собираются? – с надеждой спрашивает Турис. – Хорошо бы сойтись с ними в поле. Заметно, что она, командуя обычно всадниками, недолюбливает сражения на ограниченном пространстве. Я ее понимаю – штурмуя вражеский город, сложно реализовывать преимущество в тяжелой кавалерии. - Попробуем их выманить, - отвечаю я, взмахом руки подзывая Мюллиха, - кажется, я поняла, как это можно сделать. Приведи сюда Нимбуса. Вампир кивает и, развернувшись, уходит в сторону нашего лагеря, расположенного сразу за холмом. - Не думаю, что это поможет, - замечает Сола, - отсюда они не услышат его криков. Если вы собираетесь его пытать под носом у Хеора, то стоит подойти поближе к стенам. - Нет, Сола, ты неправильно поняла. Я не планирую демонстративно пытать Нимбуса, а всего лишь хочу вернуть учителю беглого ученика. - Краденую голову тоже вернем? – весело спрашивает Саня, не отрываясь от подзорной трубы. – Кстати, Адочка, покайся, куда ты ее дела? - Я приказала сжечь голову вместе с телом и развеять прах по ветру. Понятия не имею, что будет, если какой-нибудь ушлый некромант попытается поднять мертвую богиню в виде нежити, и совершенно не горю желанием проверять это на практике. Возвращается Мюллих, конвоируя скованного по рукам и ногам Нимбуса. Пленник бледен, временами становится слышно как стучат его зубы. - Пощади… я не хочу умирать… - Я не собираюсь казнить тебя, хотя это было бы самым справедливым воздаянием за все твои преступления. Видишь ли, я уже побывала на казни прошлой ночью и мне не понравилось. Быстро поворачиваюсь к Даре и смотрю на побледневшую суккубу – умирать от неточного удара топором по шее оказалось вовсе не так сладко, как ей представлялось в эротических фантазиях. Будем надеяться, что этот урок она запомнит на всю жизнь. - Что ты собираешься… со мной… сделать? – Нимбус безуспешно пытается совладать с дрожащим голосом. - Ничего. Я просто верну тебя обратно в Рыс-Рун, - улыбаюсь я, активируя заклинание Дверь измерений, - думаю, ты сможешь быть достаточно убедительным, объясняя Хеору причину своего отсутствия. - Не надо! – Нимбус пытается отступить подальше от портала, и цепь, другой конец которой держит Мюллих, угрожающе натягивается. - Он же меня убьет! - Не хочешь обратно к Хеору? - Нет! - Хорошо, но мне ты точно не нужен. Мюллих, можешь выпить его. Досуха. - Спасибо, владычица, - вампир сгибается в низком поклоне, и вроде как случайно выпускает из рук конец цепи, - вы позволите обратить его? Отвечать не требуется, потому что Нимбус, почувствовав, что цепь больше не удерживает его на месте, с громким ревом бросается к порталу. В два безумных прыжка преодолев десяток метров отделяющих его от сомнительной свободы, он головой вперед ныряет в мерцающую синевой сферу и исчезает. - Так и только так, - ухмыляется Дас, - добровольно и с песней. Хотя я бы посмотрел, как вампир выпьет его и обратит. Интересно же. - Вот уж спасибо, только мне и не хватало для полного счастья вот такого младшего по крови, - кривится Мюллих, - вообще-то, я предпочитаю юных девственниц… - Адочка, а ты в курсе, что выходной портал открылся в ста метрах над Рыс-Руном? – спрашивает Саня, то ли не услышав, то ли проигнорировав явно провокационное заявление мужа. - А Нимбус сейчас пытается научиться летать. - Успешно? Дай-ка посмотреть, – протягиваю руку за подзорной трубой. - Пока не очень… - начинает Саня, передавая мне трубу, но тут ярчайшая вспышка заставляет нас зажмуриться и прикрыть глаза руками, - что это было? Вслед за вспышкой приходит ударная волна, буквально сметая все сомнения в том, что же все-таки случилось. Умудряемся устоять на ногах и теперь дружно отплевываемся от взвешенного в воздухе мелкого песка. - Как хорошо, что ты забрала у меня трубу, - надсадно кашляя, произносит Саня, - если бы я продолжала смотреть через нее, то взрыв выжег бы мне правый глаз. - И тебя стали бы называть одноглазой ведьмой, - как и все остальные, я тоже отплевываюсь, одновременно пытаясь проморгаться, - потому что у тебя из глазницы торчала бы палка со стекляшкой на конце. - И все же, что случилось? – Дас потешно мотает бычьей головой, вытряхивая из ушей песок. - Заклинание с самого начала было с дефектом – выходной портал мог сместиться на произвольное расстояние без ведома заклинателя… и вот, не помню на каком по счету применении, он наконец сместился… но откуда взрыв? - Это был ответ на вопрос, зачем Хеор прислал к нам Нимбуса, - поясняет вампир, практически не пострадавший ни от вспышки, ни от ударной волны, - видимо, сработало дремлющее заклинание, которое обнаружила, но так и не смогла идентифицировать Саня. - Очень похоже. Думаю, это действительно был сюрприз от Хеора, присланный вместе с Нимбусом. Так сказать, в комплекте. - Ты хочешь сказать, что если бы мы его казнили, то он вот так и взорвался бы? - Очевидно, да. Думаю, заклинание активизировалось при серьезных повреждениях тела. - Хорошо, что ты запретила причинять ему вред, - Саня забирает у меня трубу и осторожно (словно опасаясь новых вспышек) наводит на грибообразное облако, расползающееся на месте замка, - очень плохо видно, но мне кажется, что нам надо атаковать, пока они не опомнились. Несколько минут мы отбираем друг у друга зрительный прибор, пытаясь рассмотреть подробности. Пыль понемногу оседает и становится понятно, что Рыс-Рун очень сильно пострадал от взрыва. Внешняя стена оказалась разрушена практически на всем протяжении. Цитадель большей частью устояла, но несколько башен обвалились, и оборонять ее становится очень сложной задачей. Судьба гарнизона не ясна, но сомневаюсь, что солдаты (даже пусть изначально они и были не вполне живыми) могут быть крепче каменных стен. - Дарочка, сон-то оказался, что называется, в руку, - улыбаюсь я демонице, - Нимбус раздулся и лопнул, забрызгав не только учителя, но и все вокруг…