Лабиринт

Во дворце все казалось тихо и спокойно. Словно и не было в нем переворотов и гражданской войны. Тор уверенно вел Дениса куда-то по коридорам третьего этажа. – Куда ты меня ведешь? – спросил мужа Дэн. – Интересно? Веду показать тебе нашу совместную спальню, муж мой. Мне бы хотелось не только видеть наш секс в твоих видениях мне, но и попробовать его по-настоящему, ощутить все и подтвердить наконец нашу с тобой связь. Теперь мы должны спать каждую ночь вместе, а не по любовникам бегать, – ответил Денису Виторий, когда они вошли в спальню. – Кровать такая огромная, что на ней и потеряться можно. – Ложе королей! Специально под заказ для нас двоих делали. Пока ты у родственников гостил, здесь был ремонт и всю мебель заменили на новую. Вот тут в шкафу твоя новая одежда, а этот шкаф мой. Эта дверь ведет в купальню, а эта в бассейн. В камине есть тайный выход из дворца. Сам разберешься со временем, что к чему. – А моя старая комната теперь не моя? – Твоя-твоя. Но общая наша спальня здесь. Дорогу запомнил? Не потеряешься? – Смутно… – Раз мы уже сюда пришли, может, займемся связью? – осторожненько спросил Тор мужа. – Днем? Ладно, как скажешь. Рано или поздно это все равно пришлось бы сделать, – неохотно согласился с неизбежным Соколов. – А сам-то готов? Я изучил этот магический брак вдоль и поперек, когда искал способ пробудить тебя. Так вот, там написано, чтобы связь супругов работала правильно, оба мужа должны подарить себя друг другу. Тем более брак-то у нас равный. Надеюсь, ты понимаешь, что я буду не только ноги расставлять, но и брать? – И как у такого глупого герцога мог родиться такой умный сын? Шустрый какой! Не успел мужем стать, уже права качаешь? – Угум. С тобой покачаешь, раз уступишь, потом всю жизнь пресмыкаться будешь, – съязвил Денис. – Так куда сейчас, в купальню? – Долго. У нас есть магия, ей и воспользуемся. Будем чистенькие и смазанные не хуже чем после ванны. Чур, я первый сверху. – Смотри не обмани, ваше лукавство. Струсишь – изнасилую. Я предупредил. Оба парня давно ждали этой близости, каждый по-своему готовился к ней, но как дошло до практики, растерялись. Им помогли магия и предназначение. Эти две составляющие подтолкнули их в объятия друг другу и зажгли огонь страсти. Искорки похоти и желания летали в воздухе и грозились сжечь все вокруг. Горячие тела двигались, руки и губы дарили нежность, стоны, тихие и громкие, добавляли накала, заставляли продолжать двигаться, сливаться и становиться одним целым. Жизнь и Смерть переплетались, дополняли друг друга, уравновешивались, становясь чем-то большим и очень мощным. Души роднились, тела выгибались, плавились под водопадом похоти и страсти. И теперь обоим было неважно, кто сверху, кто снизу. Они как в последний раз брали и отдавались – сливались, соединялись. Боясь прервать это магическое безумие и связь, они прошли несколько фееричных заходов, пока окончательно не выбились из сил. Только тогда смогли оторваться друг от друга и разорвать объятия. – Это просто потрясающе! Ни с одним любовником или любовницей у меня не было ничего подобного, – отдышавшись, сказал Виторий мужу. – Интересно, так будет всегда или только в наш первый раз, как думаешь, супруг мой? – Мне-то откуда это знать? Я в первый раз в своей жизни столкнулся с предназначением. Теперь и я чувствую себя по-другому. А твои мысли такие громкие, как их выключить, не подскажешь? – Закройся. Во время нашего секса ты открылся, и я чувствовал тебя как себя самого. Да, магический брак это нечто, – сказал Тор и благодарно посмотрел на мужа. – Молодец, впервые ты занимался этим по собственному желанию, не то что в твоих видениях, только по принуждению. Осознал наконец, что два парня в одной постели это не трагедия и позор? – Только к тебе у меня было притяжение во всех реальностях. В первой я ее давил на корню, во второй ты мне нравился, ну а в третьей тебе бы еще характер поменять – цены бы тебе не было в базарный день, Тор! – Дерзкий, несносный мальчишка! И этим ты мне нравишься. Может, твоя жизнь на Земле сделала тебя таким, но то, что ты не тихий и покорный, меня и заводит, Дэн. И да, ты прав, меня к тебе тоже притягивает. Я старался не думать об этом, менял любовников и любовниц, но тебя всегда хотел больше всех остальных. Пока ты играл недоступного девственника, измучил и меня, и себя. Выбрось все земные предрассудки из головы и стань таким, как все в Циании. И жизнь будет намного легче, поверь мне. – Попытаюсь. – Умница. Давай вставать, одевайся, и я отведу тебя к отцу. Его и других заговорщиков казнят послезавтра в полдень. Казнь будет публичной, на дворцовой площади им отрубят головы. Помост уже начали строить. Считаешь ты Мишеля отцом или нет, но попрощаться с ним должен, – сказал Денису муж, встал и начал одеваться. – Хорошо, если ты настаиваешь, я схожу. – Поговоришь, и потом слуга проводит тебя ко мне в кабинет, поможешь с бумагами. Пришла пора становиться настоящим соправителем не только на бумагах, но и на деле. – Я ведь ничего не смыслю в политике, Тор, – ответил королю Соколов. – И я не знаю, как мне сейчас подписывать бумаги. Раньше их подписывал за меня регент. Как Роуз или как? – Позор моему мужу и принцу-консорту! Не знать род правящей семьи? Что ты делал на занятиях по королевской этике, когда был королем вместо меня? – Я пытался запомнить всех королей, принцев, принцесс и прочих по обеим линиям, но это так сложно. Они постоянно путаются… Кроме того, откуда мне знать, как после брака изменился мой род? Меня об этом никто в известность не ставил. – Раз так, то теперь ты Дэнис-отт-де-Шойн. К титулу великого герцога добавилась еще приставка "де" – принц или король-супруг. Придумаешь позже красивую закорючку для своей подписи. Если оделся, то пойдем в королевскую тюрьму, – поторопил супруга король и повел в подземелье дворца. Шли они долго, петляли знатно. Денис самостоятельно отсюда никогда не выйдет, точно заблудится. – Пришли, вот его камера. Тебе сейчас откроют и впустят внутрь. Чуть позже я пришлю слугу, он выведет тебя отсюда и приведет ко мне в кабинет. – А графа Дафри тоже казнят послезавтра? – поинтересовался у монарха Дэн. – Да. И всю его семью, включая родственников покойной жены. Он, как оказалось, был правой рукой Роуз и собственноручно убивал людей по его приказу. Наверное, выслужиться хотел перед будущим тестем, получить титул повыше и земель побольше. – А его сын Егорий, кажется? Его тоже казнят? – Нет. Ребенок совсем крошка и в заговорах не участвовал. Его отдадут в монахи. Может, хоть там он не пойдет по преступным стопам отца, – Виторий нехотя поделился новостями с мужем. Он все еще был под впечатлением недавнего секса, а такие подробности могут его отсрочить в будущем. Ведь король должен быть тверд в своих убеждениях. – Иди к отцу. Денис долго не решался войти, даже когда муж скрылся из виду, а охранник открыл ему дверь. Знал ведь, что разговор предстоит не из легких и приятных. Наконец собрался с силами и вошел. – Зачем звал, отец? – не здороваясь, спросил сын отца. – Вижу, брак с Виторием пошел тебе на пользу, сын. Похорошел, заговорил. Трескаешь там деликатесы, пока я тут, в тюрьме, парюсь. – Ты сам в этом виноват, папа. Тебе было мало регентства, так ты еще убить Тора с Кираем задумал. Сам эту кашу заварил, сам и расхлебывай. – Вытащи меня отсюда, – приказал Роуз старшему сыну. – Ты ведь король! Освободи. Если сам не в состоянии, на мужа надави, но вытащи меня отсюда. – Нет! Это все, что ты мне хотел сказать важного? – Ты не мой сын, Дэнис! Мой бы так со мной никогда не поступил! Мой старший сын вытащил бы меня отсюда даже ценой собственной жизни. Тебя этот… убийца против меня настроил?! – Вы уж определитесь, герцог, сын я вам или нет? Если это все, то я пойду. – Денис собрался уходить, не прощаясь, и уже подошел к двери. – Значит, я правильно с тобой поступил… Сделал так, как посчитал нужным, не верил в тебя как в наследника… Соколов остановился, обернулся и спросил: – Что ты сделал?! Говори! – После того как тебя вернули из дворца покалеченного и сломленного, уже тогда я понял, что от тебя толку не будет… И сговорившись с надежным целителем, взял у тебя бесчувственного кое-что. – Что? – Дэн с угрожающим видом сделал шаг к старшему Роуз. – Говори! – Дожил! Собственный сын-слабак мне угрожает? Думаешь, что я, сидя в тюрьме, не доберусь до твоего любимого Тора? Ошибаешься! У меня оба сына сумасшедшие, влюбились в одного мерзкого и лживого типа. Может, хоть с внуками повезет! – О чем ты? Какие внуки? У кого? – растерялся принц-консорт от услышанного. – Твои пятилетние сыновья, Дэн. Может, хоть они будут мне надежной опорой, когда подрастут в будущем. А ты… я отказываюсь от тебя! Ты мне больше не сын, Дэнис! – У меня есть сыновья?! Сколько их? И где они? – Двое внучков у меня. Артемий и Мартин. Близнецы! Но я тебе не скажу, где они. Надежно спрятаны, сам никогда не найдешь. Вот они мои наследники, а не ты! Старший Артемий станет королем, а Мартин будет великим герцогом после меня! Понял, папашка? – Ты скажешь мне все, Мишель! – Соколов быстро подошел к герцогу и схватил за одежду под горлом. Он разозлился, и силы появились, чтобы хорошенько тряхнуть своего «старика». – Говори, иначе убью! И рука не дрогнет, поверь, папа. Ты о них подумал?! Послезавтра тебя казнят, что с ними станет? Они так и останутся сиротами при живом отце?! – Не дождешься моей смерти, Дэнис! Я выберусь отсюда с твоей помощью или без нее, но выберусь! Попомни мои слова, и тогда мы поговорим по-другому! Денис был зол, удерживая Мишеля, со всей силы ударил свободной рукой в глаз невырывавшемуся герцогу Роуз. Сработал эффект неожиданности, поэтому его удар никто не заблокировал. – Говори, «папочка», где мои сыновья? Или я сам тебя здесь же казню! Задушу собственноручно! Раз жизнь старшего сына тебе неважна, то своим детям я не дам тебе ее сломать! Но им не дали договорить. На громкие крики и голоса прибежала охрана и растащила их. Дениса очень вежливо попросили покинуть тюрьму. И снова парню пришлось смириться. Он шел за слугой и думал: «В каждой из прошлых реальностей у меня был сын или два. Их звали точно так же: Артем и Мартин. Снова все повторяется, только в другой последовательности и при других обстоятельствах. Я ведь принял условия этого мира и смирился с предназначением, значит, выбрался из лабиринта Судьбы?! И как подарок, в этой реальности у меня снова будут дети, только местные. Мой выбор верен!» Так, задумавшись, он даже не заметил, как дошел до кабинета Витория. Король усадил его рядом с собой и попросил помочь с документами. Что-то рассказывал и показывал. Только Дэн не слышал мужа. Все его мысли занимали дети. Тор, глядя на все это, возмутился: – Дэн, Дэн, ты меня слышишь? Слушаешь? – А? Что? – Где ты витаешь? Я тут стараюсь, распинаюсь, а ты меня не слышишь. Для чего, скажи мне, я здесь горло надрываю? – Прости, Тор. Работник из меня сегодня никакой. Разговор с отцом… выбил меня из колеи. Такой непростой и гадкий. – Мне уже доложили про твою драку с Роуз в тюрьме, – сказал Виторий мужу. – Ты его знатно приложил, теперь будет фингалом себе камеру освещать. Но ведь дело не в драке, да? Он тебя обидел? Угрожал? – И то, и другое, и третье. Он мне так и не сказал… не открыл тайну… – Поделишься? Вдруг я смогу тебе помочь? Пришлось принцу-консорту все-все рассказать Виторию и поделиться тем, что так волновало. Дети. – Думаешь, он сказал тебе правду про Артемия и Мартина? Или использовал вымышленных детей, чтобы заставить нас выпустить его оттуда? – Он не врал, Тор. Я телепат и понял бы это. У меня есть близнецы, но отец не сказал, где их держит. – Я пошлю дознавателей еще раз его допросить и выяснить это. Поверь, королевские пыточные развязывали языки даже немых. Если понадобится больше времени, отложу казнь на несколько дней, но сделаю это для тебя, Дэн. – Спасибо. Ты ведь помнишь, у меня во всех реальностях были сыновья с такими именами? А в этой, заключив брак с тобой, я думал, так и останусь бездетным навсегда, а тут такой сюрприз, понимаешь? Может, это реинкарнация прежних детей из других реальностей? Вот было бы здорово! – разволновался Денис, делясь самым сокровенным. – Помню и постараюсь поддержать. Твой наследник мог бы помочь нам со следующим королем Циании. Мы могли бы поженить наших детей, и уже наш общий внук стал бы наследным принцем, а позже и королем! И не пришлось бы вводить в нашу совместную жизнь королеву-мать. – Тор, ты уже строишь планы на будущее наших детей, а моих еще отыскать нужно, – еще больше расстроился принц. – Малыш, я постараюсь, чтобы помочь тебе отыскать детей… *** – Кир, ну Кир, пожалуйста! – взмолился Дэйниз. – Как ты не понимаешь? Отца завтра казнят, я должен поговорить с ним, попрощаться. Попроси у короля разрешения для нас вернуться во дворец, пожалуйста! Он же твой друг. – Малыш, если он до сих пор не послал за мной, значит, просить или что-то требовать у него бесполезно. Ты совсем не знаешь Витория… – Тогда попроси Дэниса, он ведь не откажет брату и поможет. У тебя ведь есть кристалл связи, свяжись с ним и попроси его, – не сдавался Дэй. – Я должен увидеться с отцом до его казни. Он столько всего хорошего сделал для меня, хоть я его незаконнорожденный сын. Титул дал и земли. И за это я ему так благодарен! Может, ему что-то нужно… – Я попробую, но не гарантирую, что оба короля выполнят твою просьбу, Дэйниз. Король, естественно, отказал молодоженам в их просьбе, аргументируя свой отказ тем, что Дэю не стоит смотреть, как казнят его отца. Вот только Кирай не остановился на этом, понимая, что младший муж имеет право попрощаться с тем, кто его вырастил. Он связался с Дэнисом, и тот пообещал помочь и надавить на Тора, добиться разрешения для родственников вернуться во дворец ко дню казни. И слово свое сдержал. Дэйниз выглядел таким счастливым, возвращаясь в роскошь дворца. Он так широко улыбался и выглядел настолько милым, что Кирай снова невольно сравнил его со старшим братом. «Они так похожи, но в то же время разные. Дэйниз такой наивный и чистый, что хочется его укрыть от всего мира и защищать до конца дней своих. А Дэнис только выглядит слабым и беззащитным, но на самом деле сильный и крепкий духом и телом. Оба красивые и милые, только душа все равно рвется именно к Дэну. Любовь к одному не так просто выбросить из сердца и заставить душу полюбить другого», – думал герцог Варуз, пока они добирались до своей комнаты во дворце. – Дэй, я схожу к королю за пропуском в тюрьму для тебя, а ты жди меня здесь и не носись по дворцу один, хорошо? – попросил Кирай Дэйниза, когда они пришли к себе. – Будь умницей. У королевской семьи столько врагов, открытых и скрытых, что и не сосчитать. – Буду умницей и подожду тебя здесь, муж мой. Только ты возвращайся побыстрее. Мне одному в комнате будет скучно без тебя. – Постараюсь вернуться как можно скорее, а потом лично отведу тебя к отцу. Дэйниз был готов к встрече с отцом и в то же время нет. Он готовил речь, полную благодарности, но когда подошел к его камере, растерялся. Горестно вздохнул и шагнул за дверь. Слова застряли комом в горле, видя такого бледного и сломленного Мишеля. – Папа, я… – едва выдавил из себя младший муж Кирая. – Дэйниз? Зачем ты пришел? Тоже, как твой брат, посмеяться надо мной? Я все сделал для вас, своих сыновей и внуков, а вы?! Чем отплатили мне вы? Черной неблагодарностью! Радуйся, смейся, почему не смеешься, видя меня таким слабым и беспомощным? – Папа, я пришел к тебе узнать, может, могу чем-то помочь? Тебе, возможно, что-то надо? – Ты? Не смеши меня. Чем может помочь младший и бесправный муж советника короля? Ты всегда был для меня пустым местом, Дэйниз. Я взял тебя в свой дом только для того, чтобы спасти Дэниса. Но он, неблагодарная свинья, отказался помочь и вытащить меня отсюда. Или хотя бы вытребовать у Витория отмены казни и замены ее на ссылку или пожизненное заключение. У меня было бы больше времени на подготовку побега… Завтра уже казнь, а я… – Я понимаю, папа, ты вправе злиться и говорить мне сейчас гадости в свои последние часы, но ты всегда был добр ко мне и я так благодарен… – Засунь свою благодарность, знаешь куда, бастард? – разозлился на бесполезность этого разговора старший Роуз. – Папа… Я хотел… думал… – Слезы потекли по щекам младшего сына герцога от несправедливости и обиды. Парень искренне хотел помочь отцу, только не знал чем и как. – Хотя… – Мишель подошел к сыну близко-близко. – Ты можешь мне помочь, Дэй, и выказать благодарность… Перстень. Тот перстень, что я тебе подарил на шестнадцатилетие, у тебя с собой? Он нужен мне, отдай… Глаза отца были в тот момент какими-то безумными, горящими злобой и решительностью. Дэйниз испугался его и соврал: – Нет, не с собой… Мишель не знал, что его подарок парень носил не на пальце, а на шее, на веревочке, потому что тот был немного большеват и сваливался с пальца. А вот сходить к ювелиру и уменьшить всегда забывал. Дэйниз понимал, зачем перстень отцу. Это не просто кольцо, а разовый портал к охотничьему домику в лесу герцогства Роуз. И раз на старшем Роуз были антимагические браслеты, то сам он колдовать в данный момент не мог. А вот кольцо могло помочь освободиться. Но Дэй хотел жить, а отдай он разовый портал отцу, его тотчас казнят за измену короне. А он не мог так рисковать. Жизнь только стала налаживаться. Он поднялся в титуле с князя до младшего герцога, да и муж к нему относится с нежностью. Чего можно еще желать от жизни? Все и так есть! – Глупый мальчишка! Хотел помочь?! Тогда почему перстень с собой не взял?! Бесполезный ублюдок! Убирайся вон! Дэйниз выскочил из камеры как ошпаренный, не стал больше выслушивать проклятия и оскорбления в свой адрес. Заплаканный, с красными от слез глазами он стал искать Кирая. К нему подошел стражник и сказал: – Ваш старший муж ожидает вас у выхода из тюрьмы. Если вы готовы, я провожу вас. Вот тут-то Дэй и вспомнил, что завтра казнят не только отца, но и бывшего жениха. Алан все четыре года был с ним обходителен и любезен. Щедро осыпал подарками и водил, куда Дэйниз хотел, пока он учился в военной академии. Несмотря на грубость отца, Дафри не будет так же грубо с ним разговаривать. Что если и с ним попрощаться, раз уже пришел в это жуткое место? – Постойте, – ответил он стражнику. – Я бы еще хотел поговорить с графом Дафри. Он был моим женихом, до свадьбы с герцогом Варузом… Я хотел бы попрощаться с ним и поблагодарить за все… В пропуске у меня указано, что я могу навестить всех родственников. А жених – это почти родственник. – Не знаю, ваша светлость… могу ли я… – Я щедро заплачу вам. Денег у меня с собой нет, но вот, возьмите браслет в качестве платы. Он платиновый и дорогой, – сам не зная зачем, настаивал Дэй на встрече с Аланом. С его стороны было бы полной неблагодарностью не зайти к тому, кто был так добр и щедр с ним. Стражник, увидев красивое и дорогое украшение, сразу согласился. Выхватил браслет из рук парня и отвел того к бывшему жениху. – Алан, мне так жаль, – сказал он Дафри, когда вошел. Тот был тоже бледным, осунувшимся и испуганным. – Дэйниз, ты пришел? Ты не забыл меня, не отвернулся, спасибо, – обрадовался, увидев жениха, граф. – Ал, я сам не знаю, зачем здесь… Был у отца и вспомнил о тебе. Ты был все эти годы добр и щедр со мной, спасибо за все. Хотел узнать, может, тебе нужно что-то такое, чего здесь нет? Я бы, наверное, смог тебе передать и отплатить добром за все, что ты сделал для меня. – Слишком поздно, малыш. Мне уже ничем не помочь, – ответил Дэйнизу Дафри и тяжело вздохнул. В глазах мужчины было столько боли и тоски, что парню стало его искренне жаль. Поддавшись порыву жалости, он снял с шеи перстень-портал и отдал Алану. – Возьми. Это портал в наше герцогство, в лес. Дождись ночи и уходи. Мне так жаль, что из-за меня и моего отца ты стал предателем… Дэйнизу не дали договорить, а тотчас втянули в открывшийся портал. Дафри жмурился на яркое солнце и счастливо улыбался. – Спасибо, родной! Свобода – это самый лучший подарок для меня! Теперь мы с тобой всегда будем вместе, малыш. – Ал, зачем ты меня с собой взял? Мне нельзя, нужно вернуться. Меня будут искать… – Дэй, не надо тебе никуда возвращаться. Мы вдвоем сядем на корабль и уплывем из этого королевства к нашим южным соседям. У меня там есть хорошие знакомые. Они помогут нам и на первое время всем обеспечат, – вдохновился этой идеей граф Дафри. – Тебе надо пробраться в свое поместье и взять оттуда лошадь. Потом поедем в ближайший порт, сядем на корабль… – Нет! Я не могу! Не должен… Его не стали слушать и заткнули рот поцелуем. Парень смутился, покраснел и стал вырываться, понимая, что это измена Кираю. – Дэй, я удивлен. Ты за время учебы так и остался чистым и непорочным женихом. Я так горд, что у меня мальчик девственник и будет только моим на всю жизнь. – Ал, ты не понимаешь! Я не могу! – Солнышко, ты обещал мне помочь, вот и помогай. Давай беги домой и возьми на конюшне для нас лошадь. Будь умницей и поторопись. Я буду ждать своего малыша здесь. Дэйниз согласился сходить за лошадью, но вот потом… собирался отказаться ехать дальше с бывшим женихом. И правда, раз взялся помогать, надо идти до конца. Он добудет лошадь для Дафри, попрощается и вернется во дворец, раз уж так получилось…