Тридцать два желания

— Джису-я, — капризно потянул Чунмен, когда занавеска с окна отодвинулась, и перед ним появилась недовольная девушка в пижамных шортах и спущенной на одно плечо лямкой кружевного топа. Ким открыла окно и сложила руки на груди, всем своим видом показывая, что переборов лень и возмущение готова выслушать своего ненаглядного паренька, а после выпроводить за ворота. — Джису… Парень попытался залезть на подоконник и кое-как у него это получилось. Ким молчала, медленно наблюдая за траекторией брюнета, пока тот не улегся на ее кровать. — Ну что, алкоголичка, по какому поводу сегодня? — спросила Ким и, закрыв окно, села на подоконник по-ребячески болтая босыми ножками. — Мне стало грустно, — выдохнул Чунмен, чувствуя как алкоголь в его крови постепенно ослабевает. Его лицо накрыла пелена задумчивости, но тут же спала, как только он едва не дрожа залез под теплое одеяло. — Как тут холодно…брр… — Кофе будешь? — Джису ловко спрыгнула с подоконника и подошла к двери. Ее рука легла на дверную ручку, а глаза настойчиво смотрели на парня, ожидая его ответа. — Можно чаю? — виновато улыбнулся он. — Ты же знаешь, — Ким протерла сонные глаза, — я не люблю чай, поэтому не покупаю.       Стрелки на часах остановились на единице. Джису уже не хотелось спать, сон кажется отпустил ее стоило увидеть Чунмена. Лежать с ним на одной кровати и пить кофе — высшая степень блаженства. А как это было по-родному… Даже отвратительный запах алкоголя ее почти не тревожил. — А помнишь тот день, когда ты сказала, что не будешь больше со мной разговаривать? — усмехнулся Чунмён. — Который именно? — спросила Джису, поднимая взгляд на парня. — Ты про тот случай, когда оставил меня одну на пляже посреди ночи? — Нет, я про тот, что был до этого. Ну, помнишь, когда ты облила меня водой. — сделав глоток кофе продолжил парень. — Я тогда заболел ещё. Flashback 2 года назад. Спортивная площадка старшей школы Соран.       Драку, которая длится вот уже минут пятнадцать, никто не собирается останавливать. Почему-то вместо помощи двум молодым людям все предпочли насладиться зрелищем. Для школьников, которые всегда пропадают за книгами допоздна, редкость видеть подобное. Кто-то громко кричал слова поддержки одного из них, а кто-то даже делал ставки. И только одна Джису пыталась что-то исправить. Одна хрупкая девушка. Но что она может? Ей казалось, что еще немного и простыми ушибами тут не отделаться. Нос одного из них был разбит, а вытекающая из него бордово-красная кровь наводила еще больше страха, так как она покрыла практически все лицо парня. С другим же дела обстояли получше. Все, за что можно было переживать — это его рубашка, испачканная чужой кровью. И никто не мог понять, почему внезапно вернувшийся Чунмён набросился на парня, который на год младше него. — Ну вот, посмотри теперь, что ты наделал, — Чунмен наконец встал с обездвиженного тела, нанося завершающий удар в живот. Где-то позади был слышен тихий всхлип, но сейчас это было неважно. Он отомстил этому ублюдку, показал, что его людей трогать нельзя. — Знаешь ли, отец привез мне эту рубашку из Италии не для того, чтобы кровь таких как ты касалась ее. — он смахнул с себя невидимую пыль и продолжил, — Так что, будь добр, либо ответь за нее, либо, — парень сделал шаг вперед и склонился над лицом Джинёна, хватая его за воротник, — Забудь о Ким Джису. Наконец Джису, взяв себя в руки, смогла пробраться в центр происходящего. Она с ужасом взглянула в сторону одноклассника и неуверенно подошла к нему. — Джинен, где болит? Скорую вызвать? Можешь встать? — ее монолог был прерван Чунменом, который схватил девушку за руку и поднял с земли, заставляя взглянуть в его глаза своими — запуганными. — Ты серьезно за него волнуешь? За этот кусок дерьма? — сплюнув, прикрикнул Чунмён. Заметив интерес собравшихся на драку людей, он поспешил удалиться в более тихое место, утащив с собой и Джису. А она, видимо, даже и не сопротивлялась. — Жизнь ничему не учит, Ким Джису? — зайдя в помещение, он наконец отпустил ее руку, уставившись на нее. «Уж лучше бы дальше держал за руку и молчал, чем это.» — пронеслось в голове у девушки. — Как ты можешь быть такой глупой? — Чунмен устало потер переносицу и продолжил сверлить беспомощную девушку взглядом. — После того, что он сделал в прошлый раз, ты все еще можешь видеть его поганые глаза? — Он пришел извиниться! — тут уже сорвалось у Джису. — В отличие от некоторых, он поменялся. И поменялся в лучшую сторону. А ты, как был придурком, так им и остался! — Джису, я… — Чунмен хотел прикоснуться к ее плечу, но она отошла. — Что ты? Что ты можешь сказать в свое оправдание? — Я думал, ты будешь рада меня видеть. Мы не виделись два года и все, что ты можешь сказать мне — это «придурок»? — его тон постепенно становился раздраженным. — Именно. — заключила Ким. — Ты, как и раньше бьёшь людей без причины. Как и раньше никого не слушаешь. Как и раньше… — Чунмен внезапно обнял ее. Крепко. Как и раньше. — Что ты делаешь? — внезапно тихо для самой себя спросила Джису. — Я соскучился. Очень, — он чувствовал, как Джису дрожит в его объятиях. — А кто сказал, что я соскучилась? — ярости в девушке после такого жеста только прибавилось и, схватив стоящую неподалеку бутылку воды, она вылила ее содержимое прямо на голову парня. — Ты сам сказал, что твоя рубашка испачкалась. Не благодари. — и, воспользовавшись озадаченностью Мёна, она ловко вывернулась и поспешила удалиться.       Джису сама понимала, что завтра ей не избежать встречи с парнем. Но она не могла ничего с собой поделать. Спустя два года она впервые злится на него. Лично на него самого, а не на его сообщения. За это время ей почти удалось забыть своего старого друга, но тут он возвращается и вроде Чунмен такой же, почти не изменился, но это бесит. Раздражает то, что для него словно не было этих двух мучительных лет. И это так взбодрило ее, что она вот уже битый час не могла уснуть. — В чем я не права? У меня тоже есть право злиться на него! — кричала возмущенно девушка своему отражению в зеркале, которое беспрекословно выслушивало все её жалобы изо дня в день. — Как он смеет так внезапно появляться и избивать людей? Совсем не поменялся. — Джису отпила немного воды, так как горло пересохло из-за бесконечных «жалоб на парня» и плюхнулась на кровать. — Хотя он немного подрос и подкачался…да и голос его… — Джису поймала себя на мыслях о Чунмене и начала бить ладошками по щекам, — О чем ты вообще думаешь? Если он похорошел внешне, это не значит, что его характер изменился.

***

— Джису, вставать не собираешься? — крикнула мама девушки из другой комнаты. — Мам, — с наигранной хрипотцой в голосе протянула Джису, — Я кажется заболела. — А я говорила тебе не ходить без шапки? Ну, конечно, кто я вообще такая, чтобы меня слушать? Всего лишь твоя мама, — ворчание женщины рассмешило Джису и она чуть не вышла из образа, но вовремя взяв себя в руки, попыталась изобразить кашель. — Так, сегодня ты никуда не пойдешь, — не успела Джису начать ликовать, как ее мать продолжила, — Тем более сегодня у нас ожидаются гости и мне нужна будет твоя помощь. — Какие гости? — Ким приподнялась на локтях и вопросительно уставилась на мать. — А это, моя дорогая, — она обошла кровать и поцеловала девушку в лоб, — сюрприз! Позже сама все увидишь. «Сюрприз?» — подумала Джису, но настаивать больше не стала. Сейчас она должна сделать все, чтобы избежать разговора с Чунмёном. События складывались, что очень даже странно, в ее пользу. — А когда они приедут? — на всякий случай поинтересовалась девушка. — Сказали, что ближе к ужину. Так что приведи себя в порядок. Уверена, ты будешь рада их видеть. — с этими словами госпожа Ким вышла из комнаты, добавив, что это те люди, по которым она сама очень сильно скучает. — Неужели Джина вспомнила о моем существовании? — от своих же мыслей Джису подпрыгнула на кровати и улыбнулась.       Это утро началось лучше, чем можно было себе представить. Фальшивая болезнь Ким Джису тут же отошла на второй план, ведь день обещал быть удачным. Напевая давно заевшую в ее головушке песенку, она радостно распахнула дверца своего шкафа, глазами бегая по красивым, свисающим с позолоченных вешалок нарядам. — Что бы такое красивое надеть? — она задумчиво притронулась к своим губ, которых коснулась теплая улыбка и которая тут же исчезла стоило ей зацепиться за коробку внизу гардероба.       Раньше она ее никогда не замечала, но после вчерашнего случая игнорировать уже было невозможно. Присев на корточки девушка вынула небольшую коробочку. Маленькие пальчики ласково погладили шершавую поверхность, а после сжались в кулачок, словно почувствовали боль. Джису все же открыла эту коробку и едва улыбнулась, далекие воспоминания на какое-то мгновение перекрыли обиду, так давно таившуюся в её сердце. Черное худи со старым, потрескавшимся принтом хранило в себе гораздо больше, чем можно было себе вообразить. Наверное потому, что в нем не было каких-то определенных воспоминаний, оно хранило в себе целого человека, который и был одним, сплошным воспоминанием. Это худи так сильно ей понравилось, что она стащила его у Чунмена и совсем не собиралась отдавать. Оно было полностью пропитано им. Такое теплое и родное, каким для нее был и сам Чунмен.       Их детство наполнено обществом друг друга, ни один день из прошлого не мог существовать, если бы в нем не было Кима. Они вместе пережили многое. Джису широко улыбнулась, вспомнив как однажды, наплевав на запрет матери играть с мячом в доме, они разбили очень дорогую статуэтку. Мама потом много кричала на Джису, но Чунмен за нее заступился, заявив что это он сломал элемент декора. Как же это было по-рыцарски! Папа Чунмена тогда сильно его наказал, но мальчишка так и не сказал никому, что во всем виновата была именно Джису, которую он так настойчиво уговаривал поиграть на улице.       Ким Чунмен всегда казался заботливым и добрым, но таким он был лишь для одного человека в его жизни. Других он не очень любил, поэтому драки были совсем не удивительны. Джису всегда ругалась с ним, когда он приходил к ней в гости побитый и грязный. Но что тут было поделать? Таков у него был характер. Самый настоящий задира.       В подростковом возрасте можно даже сказать Чунмен «испортил» Джису. Она всегда была нежной и крайне застенчивой, но однажды он зашел в ее класс, пока учитель проводил урок и, схватив удивленную девушку за руку повел к выходу, заявив, что покажет ей самую прекрасную вещь. Удивленные ученики и сам учитель остались за дверью, которую Мён так грубо захлопнул. И то, что он показал ей и вправду было прекрасным. Ровная, поблескивающая гладь реки Хан и падающие лепестки цветущей вишни, которые подобно снегу ложились на её заплетенные в косичку волосы. Ким была счастлива. С ним она всегда была счастлива.       И даже когда родители кричали на них после этого случая, она все еще была счастлива. Он всегда чувствовал ее настроение и почувствовал его и тогда. Откуда ему было знать, что в тот момент, сидя за своей партой, после того как вредный учитель на нее накричал, ей хочется выбежать из этой ужасной школы и прогуляться по улицам Сеула? Правда подобные прогулки по Сеулу в обществе Ким Чунмена после этого повторялись неоднократно.       Он был ей так дорог! И чем дороже вам человек, тем чаще вы на него обижаетесь. Джису прикусила губу, когда в ее голове всплыли самые последние воспоминания с ним. В тот день было на удивление холодно, хотя осень едва только начиналась. Весь день Чунмен не отвечал на сообщения и не поднимал телефон, когда она ему звонила. В школе его не было, а его дом пустовал. Уже вечером, захлебываясь в слезах, она наконец дошла до дома, где родители сказали ей, что он…уехал. В другую страну. Он уехал и не сказал ей об этом ни слова. Даже не попрощался… Засранец. Обида кажется перекрыла ей горло, Чунмен был для нее лучшим другом, разве может лучший друг так поступить? — Придурок, — фыркнула девушка, подавляя в себе чувство радости от его возвращения. Может быть она и пыталась показать, что Ким для нее уже в прошлом, но будь он в прошлом надела бы Джису его худи?       Время близилось к вечеру, а это значит, что гости скоро придут. Довольно улыбнувшись себе в зеркало, девушка побежала вниз, уже готовая встретить свою двоюродную сестру, которую так давно не видела. В дверь постучали, госпожа Ким пошла открывать, Джису последовала за ней, чтобы обнять тетю и сестренку прямо с порога, но как только дверь открылась, брюнетка удивлено замерла. Их взгляды пересеклись. Он — весь интеллигентный в идеально выглаженном синем костюме с белой рубашкой. Она — в джинсах и толстовке, которая на несколько размеров ей велика. И как только Чунмён понял, чья кофта сейчас на Джису, неловкая улыбка сбежала с его губ и это не осталось незамеченным для остальных. — Вы чего как не родные? — возмутился отец Чунмёна. — То вас друг от друга силой не оттащишь, то вы даже не здороваетесь. — Мён, наконец-то ты приехал, — Джису изобразила подобие улыбки и протянула руку в знак приветствия. — Я так скучала. — в ее словах было столько желчи, но лишь человек знающий ее, могу уверено сказать — они не были лживы.       Чунмён ответил на приветствие и повторил ее слова. И все. Больше они друг с другом не разговаривали. Несмотря на это, ужин проходил в оживленной обстановке и, когда дело дошло до алкоголя и разговор перешел на новый уровень, Джису и Чунмена попросили покинуть комнату. Парень спокойно встал из-за стола и пошел на второй этаж. Когда до Джису дошло, куда он направляется, она поспешила за ним, обогнала и оперлась на дверь, блокируя вход в свою комнату. — Не веди себя так, будто это твой дом, — небрежно бросила девушка. — А когда-то ты называла его нашим общим домом. Здесь, кстати, много «моего», — он внезапно развернулся и уставился на стены в коридоре. А точнее на фотографии, которые висели в маленьких самодельных рамочках. — Надо же, они все еще здесь. Вон ту, например, — он указал на самую дальнюю, — сделал я. А эту мы с тобой сделали вместе, так что половина от нее уж точно моя, — Чунмён самодовольно улыбнулся и продолжил, — И еще кое-что. — Что? — выпалила Джису, — Что еще здесь твое? Перечисляй, не стесняйся. Я распоряжусь, чтобы завтра же, — она сняла со стены те самые фоторамки, — Твои вещи отправили в твой дом. И он без слов указал пальцем на нее, тем самым введя девушку в тупик. — А, толстовка, да? Не бери в голову, случайно под руку попалась, — Джису стянула ее с себя, оставаясь в футболке и протянула парню, — Вот, больше не оставляй свои вещи в моем доме. Но Чунмён все никак не убирал указательный палец, продолжая держать его напротив девушки. — Больше и не оставлю, — все, что успел сказать парень, прежде чем сомкнул губы обоих в поцелуе. Джису не растерялась и отошла от парня на пару метров, а когда он снова подошел влепила ему пощечину. — Если ты думаешь, что можешь вот так бесцеремонно заявляться и творить все, что тебе вздумается, то ты ошибаешься. Мои родители безусловно считают тебя членом семьи, но не я. И я требую извинений за твои наглые действия. — Не думаю, что есть за что извиняться, — ответил Чунмен, потирая горящую от удара щеку. — И с каких пор ты такая сильная? Насколько я помню, всегда приходилось тебя защищать. — Не уйдешь? — А ты хочешь, чтобы я ушел? — Это же ты у нас мастер уходить. Как тогда, два года назад, когда ты внезапно пропал и даже не попрощался! Учеба за границей была важнее меня? Как ты мог так легко перечеркнуть ту дружбу, которой мы так дорожили? Или я одна ценила ее? — Так мне уйти? — Чунмен снова повторил свой вопрос. — И сейчас ты так спокойно себя ведешь, как будто не мы пережили два года разлуки! — Джису перешла на крик. — Уходи и больше никогда не говори со мной! — Ухожу. — заключил Чунмен и развернулся. — Только попробуй, — послышался за его спиной дрожащий голос и ее хрупкие руки обвили талию парня, не позволяя ему совершить побег. Чунмен запрокинул голову вверх и довольно улыбнулся. Вот такая она, его малышка Ким Джису. End Flashback — А, так ты об этом. — очередная порция чизкейка отправилась ей в рот. — Точно! Почему ты тогда ударил Джинена-оппу? — Ну это, — Чунмен едва подавил желание скривиться от слова «оппа» в совместительстве с этим гадким именем, — он мне на обувь наступил, там… Ну ты сама понимаешь, что за белые кеды не прощают, — от волнения Мён прокашлялся. — Что, серьезно? Тогда это тебя полностью оправдывает. — звонко засмеялась Джису, конечно, не веря парню, но решила, что пока лучше не вмешиваться, раз он сам не рассказывает. Для самой себя девушка отмечает, что позже, она сама все узнает. — Эх, а Джинен хорошим парнем был… — она посмотрела на него. — Те два года пока тебя не было, я за ним как дурочка бегала, хах. — Если бы знал вернулся раньше, — пробурчал Чунмен. — Что, серьезно? — Джису приподнялась с кровати. — Тогда мне стоило написать тебе об этом! Ах, да…я кажется вспомнила. Просто кое-кто игнорировал мои сообщения, — надув губки, девушка снова улеглась. — Я ничего не игнорировал! — возмутился парень, откладывая чашечку кофе на прикроватную тумбочку. — Это ты мне не писала! — А ты видимо протрезвел? — вскинула девушка бровью. — Тогда вали с моей комнаты, засранец! — Не хочу, — улыбнулся Чунмен и, заключив Джису в объятия, лег вместе с ней на кровать, укрывая одеялом обоих. — Рядом с тобой мне хорошо. — Мне тоже. — Ким чмокнула его в щечку, уголки ее губ счастливо поползли наверх. — Как и раньше. — Как и всегда.

Pov Jennie

— Джису и Чунмен? — я задумалась. — Не знаю. Никто об этом не знает, — пожимаю плечами и медленно иду вперед.