Запах Ладана

Невысокая девушка с длинными чёрными волосами, одетая в голубые джинсы и белую майку на тонких бретельках, стояла босиком возле плиты и делала на противне зверюшек из теста: слоников, кошечек, собачек... Девушка интуитивно обернулась, прежде чем в коридоре раздались шаги и распахнулась дверь в кухню. На пороге возник местный " Ди Каприо " - вечно блестящие зубы, сальные мелированые волосы на пробор и очаровательная попка на подбородке. -Хинаточка, - ехидно ухмыльнулся сводный брат, жестом приглашая своих дружков проходить и мимоходом рассказывая им: - Моя маленькая сестричка любит печь всякие крендельки. Один из дружков окинул девушку оценивающим взглядом и заметил: -Да у неё и самой крендельки ничего себе! Хината отвернулась и крепче сжала тесто в руке. -Даже не поболтаешь с нами? - издевательски рассмеялся сводный брат. -Что тебе нужно, Неджи? - не глядя на него, спросила девушка. Парень заглянул ей через плечо на противень. -Ути, господи, волчат лепит... Хината вздрогнула. -Это собаки. Но Неджи её как будто не услышал и принялся за свой любимый рассказ, он всем своим дружкам его пересказывал. -Пацаны, когда этой цыпе было семь лет, её мамаша и папаша разбились в авиакатастрофе - самолет шлепнулся. - Неджи хрюкнул от смеха. - Приехали люди из социальной службы за нашей Хинаточкой, а у неё дома, пацаны, не поверите, волчара самый натуральный! Сидит такой бегемот на диване и без намордника... На этом месте истории сводный брат всегда хохотал. -А дальше-то чё?! - поторопили дружки. -Люди из соц службы попытались схватить нашу Хинаточку, а она их...она их.. - Неджи заржал. - Покусала, пацаны, покусала! Его дружки загоготали. Девушка стояла не шевелясь, глаза её были сухи. Она давно привыкла к издёвкам сводного братца. Он мучил её с того дня, как она впервые переступила порог шикарной квартиры приёмных родителей. А жалобы не помогли. Мать с отцом лишь вздыхали, упрекали друг друга: " Я же говорил/говорила, она не сможет адаптироваться в нормальном обществе! " - пытались растолковать ей, что любят её как родную дочь и её нет надобности ревновать к Неджи. Уж что-что, а строить из себя хорошего сынка сводного брат умел первоклассно. Один из его дружков положил Хинате руку на плечо, но девушка её скинула. -У-у, злюка! - воскликнул тот. Девушка посмотрела в глаза сводному брату и прошипела: -Отстань от меня! Неджи в примирительном жесте поднял руки: -Отстал-отстал. Хината протиснулась к двери и выбежала из кухни. Она поднялась по лестнице на второй этаж и заперлась в своей комнате. Знала, что братец не посмеет её преследовать, но за закрытой на замок дверью было спокойнее. Неджи побаивался сводную сестру. Ещё с детства за любую причиненную ей обиду он получал сполна. Стоило ему ударить её, и не проходило получаса, как он калечился сам: разбивал себе лоб, нос, колени. Раз сто он только падал с лестницы, около пятидесяти раз попадал под машину, множество раз был искусан бродячими собаками. А однажды в больнице кричал, будто под машину его толкнул белый волк. Родители тогда всерьёз озаботились его психическим состоянием. Неджи не был глупцом, поэтому про белого волка больше не заикался, а в своих нападках на сестру стал осторожнее. Хината подошла к окну и невидящим взором уставилась на ярко освещенный фонарями, витринами и рекламными вывесками проспект. Стекло от дыхания запотело. Девушка нарисовала ноготком сердечко, и в носу закололо от воспоминаний. Одиннадцать лет назад в детском доме она сидела возле окна, слушая, как дождь стучит по подоконнику, и ненавидела весь мир, а больше всех Наруто. За то, что позволил людям из социальной службы забрать её. Он даже не шелохнулся, просто разрешил накинуть себе на шею удавку. НО когда в тот дождливый осенний день он пришёл по окно детского дома, целый и невредимый, девочка ему всё простила. Она рисовала на запотевшем стекле сердечки, а он слизывал из серцевинок капли и смотрел на неё через эти маленькие окошки. Она прикладывала ладони к стеклу, а он белой лапой с потёртыми, загрубевшими розовыми подушечками. Тогда она не знала, что он прощается... На следующий день её удочерили. О поисках какого-то волка приёмные родители ничего не хотели знать. Людьми они оказались неплохими, только ребёнок им был вовсе не нужен. Оба слишком много времени отдавали работе, он - начальник производственного отдела мясного комбината, она - успешный фотограф. По состоянию здоровья Юхи не могла больше рожать, а ей хотелось дочь, потому что семейный портрет, по её словам, не выглядел законченным без маленькой девочки в нарядном платьице. Хината села за стол, открыла ноутбук и зашла в Интернет почитать блоги подружек из института. Некоторое время она болтала с виртуальными знакомыми в аське, а оставшиеся полчаса перед сном посвятила курсовику по " Экономической политике ", который нужно было сдать до конца недели . Под утро девушка приснился сон. Она шла по устланной снегом земле рядом с высоким светловолосым юношей. От спутника пахло лесом. А вокруг ничего не было, лишь бескрайняя белизна. Юноша повернул голову и нежно улыбнулся. Он обладал прекрасной внешностью? светлокожий, с румянцем на высоких скулах, голубоглазый. Глаза, обрамлённые чёрными ресницами, сильно выделялись на лице. От них было невозможно отвести взгляд. Хината чувствовала, что улыбается в ответ и сердце щемит в груди. Юноша остановился, медленно протянул руку, а затем зрачки его, как у зверей, превратились в вертикальные чёрточки. Девушка знала, что за спиной кто-то стоит, кто-то, о кого пахнет ладаном - сладковатым ароматом смерти. Хината проснулась и с тихим криком села на постель. В комнате стояла темнота. Сердце бешено колотилось, руки , лоб, шея взмокли. В носу щекотало от омерзительно сладковатого запаха ладана. Девушка посидела несколько минут и снова легла. Уже много лет ей снились сны с участием голубоглазого мальчика со звериным взглядом и кого-то неведомого, извечно стоящего за спиной. От одного пахло лесом, а когда являлся второй, в воздух тонкой струйкой, удушливо заполняя его, вливался запах ладана. Обладатель голубых глаз не всегда был взрослым - высоким, сильным, когда-то он приходил в её сны маленьким мальчиком. Девушка взрослела, и он тоже взрослел, изменялся. Одно оставалось неизменным: всякий раз он протягивал ей руку, но она ни разу за одиннадцать лет так и не успела до неё дотронуться... Хината взяла с тумбочки сотовый телефон и посветила на спинку кровати. Красная ленточка, как и прежде, была обвязана вокруг деревянной рейки. Лишь убедившись в этом, девушка окончательно успокоилась и закрыла глаза, позволяя себе ещё немножко подремать и закрыла глаза, позволяя себе ещё немножко подремать перед институтом.