Мальчик, который мечтал научиться летать

***

      This is the magical road,       Which led us to each other.       And now he is my world,       Can you believe this, mother?       I can’t express my feelings,       There’s just too much of them.       I want to spread my wings,       And fly, but I can’t, damn.       I’ll hold his hand forever,       I’ll hold it till I die.       I won’t let him go, never.       I know: he’s always my. By Margot, 20.07.2018

***

      Когда они вернулись в замок, то Хосоку было немного стыдно за то, как он одет. Но Джин сжал его руку сильнее, одарил взглядом полным надежды и повел к своим родителям. Сокджин представил родителям Хосока, рассказал, насколько сильно он его любит и что прожить без него не сможет. Он даже встал перед ними на колени, чтобы те разрешили им быть вместе. Родители были расстроены, ведь понимали, что люди не примут также любовь принца и простолюдина, как они смогли. Поэтому все же сказали Джину жениться на девушке из тех, что специально отобрал для сына Король, сказав, что это чисто формальности и, что они смогут быть вместе с Хосоком, но им придется скрывать их отношения. Чону дали титул герцога и сделали ближайшим советником Сокджина. Ким же лишь подписал бумаги о его женитьбе с принцессой соседнего королевства, даже не удручаясь устраивать свадьбу. Наконец, в день его 20-летия устроили коронацию и Сокджин стал Королем. Целые дни напролет он проводил в своем кабинете занимаясь делами Королевства, а Хосок сидел рядом на диване. Иногда они прерывались на то, чтобы отдаться друг другу целиком. Новая Королева начала что-то подозревать, ведь они с Кимом спали мало того, что в разных кроватях, даже в разных комнатах, причем, комната Чона находилась ближе к комнате Кима, чем комната королевы. Девушка однажды ночью проходила мимо комнаты мужа и услышала странные звуки. Она подумала, что тот привел к себе девушку и была вне себя от ярости. Поэтому она открыла дверь и хотела было ругаться, но увидела, что в кровати Джина была далеко не девушка, а его ближайший советник - Чон Хосок. Услышала, как двое стонут в унисон, а с губ брюнета срывается имя ее мужа. Хо выгибался, как кошка под ласками старшего, даже закрыл глаза от наслаждения, но потом резко посмотрел на Королеву и показательно простонал громче, затягивая Сокджина в страстный поцелуй. Девушка выбежала из комнаты, стараясь осознать произошедшее. Она была вся красная, непонятно, то ли от ярости, то ли от смущения, то ли от всего сразу. На следующий день в одном из коридоров замка ее остановил Хосок.       - Ваше Величество, прошу меня простить. - громко сказал он, а затем снизил громкость голоса до шепота - Слушай, дорогуша, давай так, вчера ты ничего не видела, хорошо?       - Да как ты смеешь! - почти закричала она, но Чон вовремя сориентировался и заткнул ей рот рукой.       - Тише... нас же могут услышать. - девушка убрала его руку ото рта.       - Дак это из-за тебя мой муж избегает меня? - прошипела она, как змея. - Я вообще-то его жена, но не получаю даже 1/10 долю любви, которую получаешь ты. Ты вообще никто, как ты смеешь уводить у меня моего мужа. Небось так и получил свой пост. А за то, что скачешь на нем получаешь надбавки, да? Ты же никто, простолюдин, тем более мужчина, как Джин мог предпочесть меня тебе? Я же самая красивая девушка в Королевстве, да мужчины к моим ногам табунами падают!       «Чертова истеричка...» - подумал Хосок. - Именно. Поэтому Вас и отымел каждый мужчина в этом доме, кроме меня и Его Величества. К тому же, если бы от Его Величества мне нужны были бы только деньги и титул, то я бы целыми днями проводил время в поместье, которое мне предоставила Королевская Семья, а не сидел бы в его кабинете и не помогал бы ему с работой. Приходил бы только ночами, скакал бы на нем, как Вы выразились и тут же бы уходил, а не оставался бы до утра и не приносил бы ему завтрак, попутно разбирая часть его государственных дел. Но я его искренне люблю, даже сильнее, чем Вы. Насколько я знаю, вы согласились выйти за него лишь потому, что хотели добавить себе такой ценный экспонат в коллекцию тех, кого вы смогли соблазнить, но что-то он не поддается так? А все потому, что тоже любит, причем искренне, а самое главное: не вас.       - Да как ты! - у женщины загорелись глаза от злости, а уши покраснели, она хотела влепить пощечину этому «выскочке», но ее руку остановили. Мужская рука обхватила ее запястье.       - Что не так сделал мистер Чон, дорогая? - девушка услышала голос Сокджина за спиной.       - Д-дорогой? Это правда, что ты любишь этого простолюдина?       - Какой же он простолюдин, он герцог Чон и мой личный советник. Дорогая, кажется, тебе пора отдохнуть. Пойдем в твою комнату. Извините, герцог Чон. Нам пора, буду ждать вас в своем кабинете. - Сокджин обнял свою жену за талию и повел в ее комнату.       - Хорошо, Ваше Величество. - ответил Хосок с победной улыбкой на лице.

***

      Когда Сокджин зашел в свой кабинет, потирая переносицу, то на своем столе увидел Хосока, сложившего ногу на ногу, а руки на груди. Блондин подошел к нему и поцеловал в надутые губки.       - Не обижайся, Хосоки, она, все таки, моя жена, как ни как.       - А я тот, кому ты клялся в любви - все также обиженно продолжил Чон.       - Я люблю тебя, ты это знаешь. Люблю до безумства. - Ким положил руки на талию брюнета и снова поцеловал, но уже более страстно, так что тот не выдержал и положил свои руки на затылок блондина, углубляя поцелуй, а ногами обвил талию принца.       - Бесит эта сука. - прорычал Чон, но довольно тихо, на ухо Сокджину. Щекоча его своим дыханием, младший укусил блондина за мочку уха.       - Как ты говоришь о Королеве, Хосоки? К тому же, она старше тебя. - наигранно сказал Джин. Ведь он и сам недолюбливал свою жену. Она была слишком прилипчивой, когда находилась свободная минутка всегда вертелась вокруг Кима, да еще и говорила своим противным приторно сладким голоском. Постоянно уговаривала Джина переехать в ее спальню или просилась в его. В общем, была хуже мухи.       - И тебя тоже, между прочим. Бесит чертова старуха. Не хочу, чтобы ты принадлежал ей, даже формально. - сказал Хосок, опуская руки на пуговицы рубашки Джина и медленно растегивая их, открывая себе вид на ключицы и яремную впадинку.       - Прости, малыш, но так надо. - сказал Джин, высвобождаясь из объятий младшего. А еще, надо работать. - Чон только собирался лизнуть и прикусить ключицу Кима, но тот уже высвободился из объятий и поспешил обратно застегнуть пуговицы, усаживаясь за свой стол.       - Но Джин... я хочу... - обиженно сказал советник, неприлично сильно растягивая каждую гласную и говоря полушепотом. Однако король не поддался искушению и не набросился на своего мальчика, а продолжил работать с бумагами.       - Позже, Хосоки. Дел не початый край. - сказал Ким, ставя подпись на документе, тем самым делая предложенную купцами реформу - официальной. - И еще. Сегодня ночью не приходи ко мне, я буду спать с Королевой. - словно невзначай добавил он, откладывая листок в сторону.       - Что? Почему? - возмутился Хосок. Ему сначала показалось, что он ослышался, особенно зная, как Сок старший относится к своей жене. Да, определенно точно, он оговорился, поэтому младший решил уточнить. - В каком плане спать? Ты же не собрался ее...       - Собрался - сказал как отрезал Джин, совершенно не меняясь в лице. Эта серьезность всегда пугала Хосока, ведь означала только одно: Джин так решил, Джин свое мнение не изменит. Все будет так, как сказал Джин.       - Я запрещаю. Ты хочешь изменить мне с этой шлюхой? Зачем тогда рассказываешь? Что я не так сделал. - впервые Хо решил противоречить Джину. Впервые ему хватило сил выстоять против этого голоса, против этого взгляда. Хотя, обычно, все это не использовалось против него, оно не использовалось на перекор его желаниям. Пожалуй, это был первый раз, когда Ким сделал то, чтобы не понравилось Чону.       - Ты ничего плохого не сделал - безэмоциональным, словно ледяным, голосом ответил Сок не отрываясь от бумаг.       - Тогда почему ты так со мной? Небось еще пригласишь посмотреть на это. - голос младшего задрожал, а в уголках глаз постепенно начали собираться слезы, отчего глаза брюнета стали блестеть в свете лампы. Он наклонился ближе к Королю, чтобы привлечь его внимание, всем своим видом говоря: «Вот он я. Смотри, до чего ты меня доводишь. Подумай еще раз хорошенько»       - Нет, ты остаешься в своей комнате.       - А что, если уеду в поместье, которое ты мне подарил на мое 20-летие? - его голос сорвался. Чон перестал быть похожим на себя. Вечно улыбчивый и веселый готов был вот-вот заплакать и послать этот мир к чертям собачьим.       - Если хочешь, езжай. - сказал старший совершенно не меняясь в лице. Но ему было больно, безумно больно, не хотелось вести себя так с Хосоком, с его Хосоком. Хотелось наплевать на все, бросить документы и подойти к младшему, нежно обнять, вытереть слезы, страстно поцеловать и на коленях просить прощения за все это. Но он не мог. Потому что он теперь Король, а у Королей есть правила, есть обязанности, которые приходится ставить превыше собственных или чужих чувств. Приходится ходить по головам, лишь бы страна процветала.       - Приведу к себе девушек. - провоцировал Чон. Сокджин сжал ручку в руке до хруста. А после поднял взгляд на Хосока. От этого взгляда хотелось сжаться в комочек и спрятаться в уголке, но брюнет даже бровью не повел, хотя внутри все сжалось.       - Тогда я после вытрахаю всю дурь из тебя. - холодный голос Сокджина. Он не говорил, он рычал, как лев. Глазами раздевал Чона, изучал его тело, которое знал целиком и полностью. Брюнета это безумно возбуждало, но он все еще знает себе цену, не упадет на колени, не станет терпеть. Пожалуй, бескрайняя любовь старшего его изменила, причем, не в лучшую сторону. Если раньше он был готов терпеть душевную боль, которую бы причинил ему старший, то сейчас он слишком горд, чтобы ползать на коленях и просить передумать. Сейчас он будет провоцировать, давить на слабости блондина, которые знает только он. Однако единственной слабостью Ким Сокджина является Чон Хосок.       - Спасибо, не стоит, лучше суй своей шлюхе, чтобы не спала с прислугой.       - Откуда такая информация?       - Об этом все в замке, кроме тебя знают. - язвил Хосок, а горячие слезы обиды текли по щекам.       - В любом случае, все, что мне от нее нужно - сделать внука для отца. - сказал Ким, не отрываясь от бумаг. Но он слышал, чувствовал, что брюнет плачет. Да ему и самому хотелось заплакать, встать на колени перед Хосоком и просить прощения. Но нельзя, потому что старше. Нельзя, потому что Король. Нельзя, потому что при исполнении обязанностей. Нельзя, нельзя, нельзя.... Как же он устал от этих нельзя. Нельзя любить того, кого хочешь. Нельзя любить простолюдина. Нельзя любить мужчине мужчину. Что за бред? Кто это вообще придумал? Человек может любить того, кого захочет. Будь то мужчина или женщина, бедный или богатый, белый или черный. Все одинаковы в своей различности. Все достойны быть любимыми.       - Ты еще и хочешь, чтобы она от тебя забеременела?       - Не я, а отец.       - Но он же знает о нас, он даже принял меня...       - Однако то, что он хочет внучат никуда не делось, он понимает, что ты ему их не родишь, вот и сказал разок попробовать, раз уж она моя жена.       - Как только кончишь, сразу ко мне, буду тебя отмывать от этой шкуры.       - Хорошо, любимый - Сокджин поцеловал Хосока, стоящего перед его столом, а потом вновь уткнулся в бумаги.

***

      Через несколько месяцев стало очевидно, что Королева беременна, поэтому все Королевство начало праздновать скорое появление наследника или наследницы. Когда прошло 9 месяцев, пришло время рожать. К сожалению, Королева умерла во время родов, но ребенок остался жив. Все Королевство оплакивало Королеву несколько дней, был объявлен всеобщий траур. Но на похороны ни Король, ни его советник не пришли.       С юным наследником начали возиться всевозможные няньки. Когда у Сокджина спросили, собирается ли он жениться во второй раз, тот категорически отказался. Хосок начал воспитывать ребенка, так как Джин был очень занят работой. Но, когда находилась свободная минутка, и они вместе играли с маленьким принцем, то выглядели, как настоящая семья.

***

      Однажды, лежа в кровати, Хосок поднял голову с груди Джина и посмотрел на любимого.       - Мы ведь и правда выглядим с тобой, как семья? Вместе растим твоего сына.       - Нашего сына - поправил того Сокджин. - Он наш, Хосоки.       - Но ведь...       - Никаких «но»...       - Если бы я родился девушкой, то сам бы родил тебе наследника....       - Ты прекрасен таким, какой ты есть. - Ким поцеловал брюнета в макушку. - Давай спать, дорогой.       Каждый день они упивались друг другом и жили вдвоем до самой старости. Растили сына. Ссоры обходили их стороной. Их любовь была слишком идеальной, как в сказке, которую так любил Сокджин. Поэтому судьба так сложилась, что и умерли они в один день.

Конец!

(Теперь точно)