«Ты бы переспал с ним?»

«Наконец-то день закончился» — подумали бы все студенты после насыщенной половины дня. «Учебный естественно, рано радуетесь, сосунки» — подумал их учитель. А если точнее — Виктор Михайлович Васнецов. Все быстро направились к выходу, самый первый бежал, к всеобщему удивлению, толстый ботаник в очках, который за все время обучения ни разу не пропустил ни одну лекцию. Но не суть. За ним шла сладкая парочка в виде лица казахской национальности и миловидной накрашенной девчушки. Сразу позади, со взглядом готовым испепелить любого попавшегося под руку, шел рыжий парень с каре. Видимо, сегодня был не его день. Однако все это было не важно. Самые последние выходили два студента со второго курса: — Давай быстрее, а. — первый подгонял второго парня в розовой рубашке. — Да подожди ты! — нервно ответил второй что-то быстро чертя в своей записной книжке, исписанной формулами. — Я хочу проверить теорию, я же не успокоюсь, пока не доведу ее до конца! — Блять, мне поебать. Я хочу домой, сука. И бухать. — он порылся по карманам и не нашел там пачки любимых сигарет, отчего громко цокнул, продолжив возмущаться: — Все уже ушли, ты один тут застрял. Не дождавшись ответа и простояв неподвижно еще с минуту, парень развернулся и крикнул в след: — Ну, все, бля, пока, пешком дойдешь. — За мат извинись! — послышалось сзади. — Сори за мат. — и шаги стихли. Крашеный парень, чье имя было Павел, спокойно спустился на этаж ниже, раздумывая, в какой бар лучше зайти. Усердно строя план будущих действий, он не заметил, как случайно врезался в учителя по физике, который вышел из-за угла и явно куда-то спешил: — Ох, Романов. Ты еще не ушел? Странно. — недовольно сказал тот. — Нет, я уже ухожу. — парень попытался как ни в чем не бывало дальше продолжить идти, но его крепко схватили за плечо. — Подожди, где Рудской? — В 305. — ответил без раздумий и задней мысли Романенко. — Отлично. Спасибо. И после этих слов мужчина быстро, чуть ли не убегая, зашагал к лестнице наверх. Павел пожал плечами и скрылся в коридоре, продолжая размышлять на тему алкоголя. «Хоть бы не ушел, хоть бы не ушел» — единственное, что тогда было в мыслях у физика. Зайдя в нужный кабинет, запыхавшемуся мужчине открылась такая картина: его лучший ученик, освященный лишь лучами вечернего солнца, сидел на своем месте и что-то сосредоточенно писал. Он даже не сразу заметил приход кого-то постороннего. А физик, завороженный видом, не сразу решился что-либо сказать. — Ох, — словно опомнившись, громко сказал он, — Никита, что это ты тут делаешь? — А! — Никита испуганно вздрогнул и было видно, как он что-то рефлекторно зачеркнул и ручка упала на пол. — В-Виктор Михайлович, здравствуйте! А… Это! Ничего важного, просто я тут решал кое-что, и… — Я подниму. — перебил мужчина и с улыбкой протянул растерявшемуся парню его письменную принадлежность. — Ты пиши, пиши. Физика? Может, я могу помочь? Виктор говорил слишком мягко для учителя, его голос приятным эхом раздавался по помещению. Его взгляд был как у хищника, смотрящего на жертву, но в то же время такой обыкновенный — только таким взглядом он постоянно смотрел на Рудского. Рубашка была застегнута не полностью, очки немного съехавшие вниз — все в нем было такое притягательное, манящее, сексуальное. «Боже, Никита, о чем ты думаешь!» — попытался выгнать плохие мысли из своей головы студент, показательно зажмурившись и стукнув себе по лбу кулаком, отчего его собеседник задал вполне логичный вопрос: — Эй, ты чего? Все в порядке? Ты весь красный. — как будто издеваясь, сказал он, плюсом ко всему хватая за запястье непослушной руки. «Я влип», — последняя засевшая в голове мысль закрыла доступ к нормальным ответам на вопросы. — Никита, кажется, ты перегрелся. Тебе нужно отвлечься. Физика - это хорошо, но иногда нужно делать перерыв. — с каждым предложением учитель отходил от студента и, подойдя к окну, открыл его и подошел обратно. — Смекаешь? — Нет… То есть да… Да? Или нет… Все в порядке, извините, мне нужно уже уходить, что-то я тут этого самого, ха-ха! До свидания! Но не тут то было, Рудской даже не смог встать, как его тут же посадили обратно. «Пиздец влип». — Никита, ты напряжен… Даже больше скажу: возбужден. И после этого говоришь, что все в порядке? — преподаватель хитро усмехнулся и наклонился так, что их лица были в паре сантиметров друг от друга. Рудской, не желая сгорать со стыда дотла, закрыл лицо руками и уткнулся им в тетрадку. — Виктор Михайлович! Пожалуйста- — Просто Витя. Снова перебил. И снова попал в самое сердце, которое в любую секунду готово было схватить инфаркт. — Господи!.. — Просто Витя, говорю же. — Виктор… Витя! — решительно поднялся Никита и, встретившись взглядом с Витей, снова изнеможенно сел, уже на парту. — Молодец. Умница. — Виктор потянулся к своему ученику и погладил того по мягким светлым волосам. — Быстро учишься. — Виктор Михайлович, что вы делаете… — обессиленно простонал парень в свои мокрые ладошки. — Хочу тебя. И в этот момент весь мир блондина словно обрушился, перевернулся с ног на голову, он умер от инфаркта и переродился вновь, родился геем и жил долго и счастливо со своим любожаемым учителем. Но нет, все было не так. Он просто громко, что есть силы, выдохнул от безнадежности и безвыходности ситуации и понял одно — он не натурал. Да, именно в этот момент осознания происходящего он схватил Виктора за галстук и потянул на себя. »… — Если хочешь хотеть — хоти, как говорится. — Вообще-то иди. — Разучился считать до ста. — Тебя научить? — Если хочешь ебать — еби! — наконец собрался с мыслями Никита и закончил этот мини-цирк. — Хорошо. Но сначала… — Виктор Михайлович убедительным жестом указал на нижнюю часть своего тела. — Ну что, Никита, пора пососать. Думал, одними извинениями отделаешься? Ха-ха, не мечтай. Никита заплетающимися пальцами спустил его узкие брюки, но, тем не менее, делал все это решительно и с дерзким взглядом. — О да, спускай мои штаны. О, ты такой резкий. — закусывая губу прошептал Виктор, глядя, как его ученик уже достал его хуй и сразу же взял в рот. — Оаоаоаоаоаоаоаоаоаооаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаооаоааооаоаоааооаоаоаоаоааоаоаооааооаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаооаооаоаоаоаоаоааоаоаоаоаооаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаооааооаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаооаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаоаооаоаоаоаоаооааоаооаоаоаоаоааоаоаоаооааоаооааораараооаоаоаоаоаоаооаоаоаоаоаоааооаоаоаа. — спустя пару минут он кончил. — Хорошо сосешь… » Все выглядело примерно так в мемном мозгу Никиты еще в самом начале года, когда Павел показал ему этот мемас «нушто никита пора посасат…» Да, он представил себя и Виктора Михайловича. Да, он всегда испытывал к нему нечто большее, нежели простое уважение и восхищение. Да, он определенно испытывал к нему симпатию. Да, он, черт возьми, влюбился в своего учителя по физике. Но разве любовь знает границ? Любви все возрасты покорны. «Любовь — это химическая реакция», как говорил один великий философ Марк Левитин. Эти великие строчки даже в такой кульминационный момент посетили разум нашего героя. — Ты стал решительнее. Люблю, когда инициативу переводят на себя. — Васнецов предварительно снял очки одной рукой, а другой коснулся горячей щеки студента и прильнул к его губам. «Слишком нежный поцелуй стоило нарушить укусом, правильно, Никита?», — даже собственные мысли стебались над ним, над его одновременно удачей и неудачей. Но что поделать, когда целовался всего пару раз, и то с девушкой? Он не знал, что партнер может быть так горяч. Мужчина тем временем полностью разложил его на парте и навис сверху, ожидая реакции. «Реакции в химии, а тут нужно действовать!», — заранее решил для себя Рудской и снова потянулся за поцелуем, но Виктору, судя по всему, было этого мало; он уже гладил парня по не самым приличным местам, медленно расстегивал его рубашку и спускался к брюкам. Никита сладко простонал прямо в рот и отстранился, чтобы вдохнуть глоток воздуха, а после опять примкнул к желанным губам. «Слишком охуенно, чтобы быть правдой», — думал первый. «Надо быстрее его выебать», — думал второй.

***

»… Девушка подбежала к своей сестре и что-то восторженно выдала ей, побежав дальше. Та самая сестра, София, подошла к Никите и передала ему информацию: — Тебя тут кинуть хотят, кажется. Не завидую. — Чего? В смысле? Ты о Саше?! Брось! У нас все в порядке! Или… Погоди, она тебе что-то на этот счет сказала?! — Проебался ты, Никит. Предлагаю умереть. Минута молчания. — Нет, спасибо… — Я не голодный. — продолжила Соня. И через пару дней прогнозы от Сони и правда сбылись. Никита впал в недолгую депрессию, не верил в то, что полюбит так же сильно еще раз хотя бы когда-нибудь в жизни. «Нет, никогда никого не смогу полюбить! Вообще!..» Как же он ошибался. …»

***

С небес на землю вернула рука на его возбужденном члене. Виктор был настроен решительно, и без этого было не обойтись. «Надо показать себя с лучшей стороны!», — выдвинул окончательное решение Рудской. Он тут же выпрямился и без раздумий потянулся к паху Виктора. Быстро разделался со всеми мелочами и уже был готов приступить к делу, как его тут же приободрили. — Ты всегда был таким сообразительным, мой мальчик. Что ж… «Пора пососать?» «Черт, нет! Он не так сказал! Мемасы, уйдите, я тут почти поебался!» Никита все прослушал и уже как будто по врожденному рефлексу взял член в рот и начал делать все профессионально, как дорогая опытная шлюшка. Слушать хриплые стоны собственного учителя, объекта влажных фантазий на протяжении многих месяцев, было так… Невероятно приятно и возбуждающе, хотя куда еще больше? Физик взял Никиту за голову и начал что-то невнятно говорить вперемешку со стонами, направлять и наставлять, как правильно. «Даже тут меня учит», — подумалось Никите.

***

Павел шел по весеннему, но от того не менее холодному и дождливому Питеру. О да, дождь опять начался. «Блять, я же свою ручку ему оставил. Надо позвонить, напомнить, а не то своими формулами испишет и даже не додумается отдать, заебал.» — поразмышлял Романов и достал телефон. К, Л, М, Н… Павел случайно пролистал и наткнулся на букву «С», где красовался номер с названием «Сережа». «Ой, да пошел нахуй этот Никита» — подумал Павел. Не зря, говорят, мысли реализуются. Он ведь реально пошел…

***

— Виктор Михайлович, ну поставьте зачет, у меня уже задница онемела! — неизвестно зачем простонал Никита. Его уже знатно оттрахали и он был реально уставший и измученный, потому не контролировал, что говорил. Он кончил уже давно и сейчас, по-видимому, должен был повторить это. Виктор, однако же, абсолютно ничего не ответил, сосредоточившись на его заднице. Сначала было и правда очень больно, но сейчас на обоих в который раз накатила волна наслаждения и они почти одновременно кончили, уже на этот раз наконец-то выдохлись окончательно.

***

»… — Бля, Никита, ты завис, что ли? Парень, мечтательно смотревший в одну точку с глупой улыбкой, тут же потряс головой и посмотрел на человека, который задал вопрос. — Что? В смысле? — Да бля! — он наклонился к самому уху и прошептал, — только долбоеб не заметит, как ты на него смотришь. Смотри, бля, не пались так сильно. Реально нездоров, подумают. Геи у нас в стране… — Паша! Отъебись! — размахнулся линейкой Никита, благо, инстинкты самосохранения у Павла сработали быстро. — Да не кипятись. Слушай, скажи честно: ты бы переспал с ним? «Не шути так, пожалуйста» — ответил он тогда. «С удовольствием бы еще раз» — ответил бы он сейчас. …»

***

«Срочно нужна проститутка» — подумал Виктор, только-только придя домой. Он не мог поверить в содеянное. Он выебал своего ученика, который сначала отсосал ему. Звучит невероятно, не правда ли? Но все было на самом деле, и было — ключевое слово. «Правильно ли это? Вроде он сам полез… Был таким взволнованным, разгоряченным… Я просто не смог сдержаться…», — раздумывал Васнецов, уже набирая знакомый номер. «Через пару минут буду». Преподаватель положил трубку и начал блуждать по дому, судорожно перебирая и выкидывая назойливые мысли в сторонку. Теперь ему нужно отвлечься. Проходит 17 минут, через открытую дверь заходит женщина средних лет с немного растрепанной прической. — Я здесь. — как бы напоминая о себе сказала она, облокотившись на стену и смотря на мужчину, уже знатно выпившего. — Я в курсе. Раздевайся. — Я уже раздета. — Тц. Шалавы, что с них взять. — шикнул мужчина, нехотя оборачиваясь. — Я вообще-то все слышу. Сейчас будет наказание за такие громкие слова, молодой человек. — Давай, удиви меня. Женщина почти под сорокет, чье имя было Марина, и которая в своей жизни не раз двигала пипой у незнакомых мужчин, изнасиловала молодого учителя по физике. HAPPY END.