Delicate.

Сколько времени они уже едут, София не знала, да и знать не хотела. Хотелось домой, снять это проклятое платье, смыть кровь, "подлатать" побои и уснуть, забыв этот кошмар. А ещё девушка волновалась за брата, хоть он и редкостное мудло, но Виктор всё же родной для неё человек. Единственный родной человек, которого терять не хотелось. Правда, он не пылал к сестре добрыми чуствами, постоянно упрекая во всех смертных грехах, а София же не решалась спорить с ним, ибо себе дороже. Неудачи в бизнесе очень потрепали нервы брата, из-за чего он становился всё злее и неуправляемее, иногда заливая горе спиртным и покалачивая, девушке было попросту страшно, когда она видела Виктора в таком состоянии. Сейчас она полулежала на заднем сидении машины Хэнка, укутанная в его же куртку, прикрыв глаза и слушая радио, которое мужчина включил "Только бы тебя, жестянка, не слышать". Всю дорогу София слышала, как Коннор пытался хоть как-то сблизиться с Лейтенантом, расспрашивая того о его жизни, работе, домашнем питомце, да и вообще пытался узнать о нём как можно больше. Конечно, Андерсон не собирался отвечать на вопросы, или отшучиваясь, или отвечая сарказмом, которого бедный андроид не понимал. В конце концов Хэнк психанул и, рявкнув что-то, включил радио. Девушка тихо усмехнулась, с наслаждением закрыв глаза и слушая музыку, но через секунду с удивлением узнаёт одну из её любимых песен и начинает шевелить губами, подпевая: - И даже если весь мир будет против, Я возьму тебя за руку и поведу в небеса. - Господи, ну и бред! - Прошипел Андерсон, переключая станцию. София тихонечко вздохнула, ибо он прав: текст довольно слащавый, но в этой песне ей нравился голос Малетты Дин, которая уже получила положительную оценку молодёжи и не только, и сама музыка, заставляющая улыбаться. - Лейтенант, а разве человек может физически попасть в небо, взяв кого-либо за руку? К тому же, небеса можно увидеть с Земли. - Неожиданно задал вопрос Коннор. Интересно, что он ответит? - Это, Коннор, цензурное описание интима скорее всего. - Уфф, что сейчас будет, девушка даже чуть повернулась в их сторону и приоткрыла глаз, чтобы увидеть реакцию андроида. - Какое же отношение небо имеет к интиму? - Повернувшись к Хэнку лицом, на котором застыло недоумение, спросил Коннор, на что тот хмыкнул: - Некоторые связывают этот самый интим с воспарением на небеса, - снова с сарказмом ответил он, отвлекаясь на какого-то водителя, - куда ты лезешь, уёбок! Прав понакупали и... - Лейтенант! - Шикнул на него Коннор, кивнув в сторону девушки. Тот лишь пробормотал что-то. Не перевелись ещё джентльмены среди людей! То есть, андроидов. Как же ей хотелось, чтобы это поездка не заканчивалась! Вот так тихо, (почти) спокойно, ехать куда-то, слушая радио и ругань Лейтенанта на остальных водителей. Только вот всё хорошее имеет свойство кончаться, и это София поняла, когда машина внезапно остановилась, а Хэнк сказал, что они прибыли. Поёжившись, девушка открыла дверцу, и, с опаской оглядываясь, вышла, идя за Коннором и Лейтенантом. Даже когда они шли, она чувствовала дискомфорт, ибо в этом чёртовом окровавленном платье все, наверное, принимали Софию за обезумевшую невесту, что угрохала женишка. Люди всегда смотрят говорят лишь о том, что они видят, не зная правды, отвратительно. - Сейчас пойдём на допрос, постараемся сделать всё быстро и отпустить тебя. - Наконец сказал Хэнк, с жалостью глядя на девушку. Она кивнула, снова кутаясь в куртку, думая, что выглядит жалко, раз на неё кидают такие взгляды. Отец, воспитывавший её с жестокостью, всегда говорил, что жалость - удел слабаков, но София не умела быть сильной. "Если не будешь сильной, тебя затопчут", - всё, что он сказал тогда, когда несколько мальчиков отобрали её рюкзак и бросили в канаву. За слёзы она получила лишь выговор, от том какая она слабая. Если мама не умерла бы тогда, то она наверняка сказала бы, что это всё ерунда и обняла. Ведь все мамы так делают, да? Пока она шла, погружённая в воспоминания, они каким-то образом успели подняться на четвёртый этаж и пройти контроль на входе. Пару раз, когда она запиналась на ступеньках, ей помогал Коннор, отчего сердечко бедной девушки делало кульбит в груди. Ничего не понимая, София просто шла за Лейтенантом и Коннором, которые возвышались над ней, словно горы. Шли они недолго, дорогу она не запомнила, хотя нужно было потом как-то вернуться домой, но внимательность отключилась, пока в её голове витали самые разные мысли: о брате, об этом сумасшедшем андроиде и о Конноре, конечно. Отрицать то, что надпись на её запястье и надпись на его форменном пиджаке - просто совпадение, будет глупо, поэтому он занимал её мысли. - Ну вот, пришли, сейчас приведут этого андроида, тебе нужно будет просто рассказать свою версию произошедшего, без лжи, естественно, а дальше мы уже сами. Мы вызвали психолога, на всякий случай, он будет здесь, за стеклом. Мы позвали бы тебя позже, но он у нас, нужно раскрыть всё это дерьмо как можно скорее, возможно, он поможет понять причину девиантности. - Устало сказал Хэнк, стоя перед какой-то дверью, Коннор куда-то свалил, а София чувствовала странное волнение, будто перед бурей. - Этот мудак ни хрена не говорит, молчит, сука, сказал только, что буду говорить, когда приведёте девушку и всё! - Буквально подлетел к ним Гэвин, - Надо было втащить ему, - с некой досадой рычит он. Возникает пауза. Внезапно девушке эта ситуация показалась смешной: их странная компашка стояла у двери допросной комнаты, будто что-то затевая, это так глупо выглядит со стороны, наверное. - Может, ты хочешь умыться? - Внезапно спросил Рид. - Хотя бы руки, я знаю, как мерзко ощущать на себе чужую кровь. - Да, было бы неплохо, где здесь у вас туалет? - Протягивая куртку Лейтенанту, спросила София. - Я позвал секретаря, он уже идёт, проводит тебя, всё покажет там. - Буквально в этот же момент подходит темноволосая женщина, назвавшаяся Мэнди, попросила идти за ней, поэтому она уже не слышала разговора Хэнка и Гэвина, которые говорили о том, что Коннор сегодня особенно притормаживает, а диод на виске часто мигает красным.