Отрицательный герой

Мама с детства учит Арсения не связываться c такими, как Антон. Попов плюет на это правило с семнадцати. Кажется, именно в тот момент, как видит Шастуна впервые. Это четвертый день нового учебного года, и у Арса на уме только предстоящие экзамены, выпускной и поступление. Он хочет уехать в Питер и стать лучшим актером современности, поэтому из кожи вон лезет, готовясь к экзаменам и посещая театральную студию пять раз в неделю. Арсений сидит за партой один, потому что Сережа теперь больше предпочитает компанию Машки, с которой у него, кажется, все серьезно. Брюнет злится на друга первые два дня, потому что «ну мы как бы десять лет сидели за одной партой, Серый», но потом отходит. В конце концов, никто не будет отвлекать его на глупые разговоры. Арсению это только на пользу. До звонка остается десять минут, поэтому все потихоньку начинают подтягиваться в класс. Первый урок у них русский, который ведет Павел Алексеевич, по совместительству их классный руководитель. Он, как всегда, заходит в класс со звонком, вот только в этот раз рядом с ним идет долговязый парень. Добровольский улыбается широченной улыбкой, но светловолосый, что стоит рядом с ним, явно не оценивает его энтузиазма. Он выглядит уж слишком угрюмым и смотрит этим своим мне-плевать-на-всех-вас-взглядом. – Знакомьтесь, дети, это Антон Шастун, – начинает учитель, – он теперь будет учиться с вами. Хочешь рассказать что-то про себя? – обращается он уже к парню, на что тот мотает светловолосой головой. – Нет, – Добровольский хмурится, но не настаивает. – Что ж, тогда садись на любое свободное место, и начнем урок. Антон почему-то выбирает место рядом с Арсением, на что Попов сразу же протягивает ему руку: – Арсений. Новенький странно смотрит на него, но все же отвечает на рукопожатие через пару секунд: – Антон, – на его руке бесчисленное количество колец и браслетов, Арсению хочется расспросить о них побольше, но Антон тут же отворачивается от него, чтобы достать тетрадь и начать старательно выписывать тему занятия. Больше они не говорят.

*

На следующий день он встречает Антона курящего возле входа в школу, совершенно не заботясь о том, что его увидят учителя. Когда Арсений проходит мимо, Шастун делает последнюю затяжку и тушит окурок о кирпичную школьную стену. Попов кивает ему, Антон в его сторону даже не смотрит. – Странный он какой-то, – говорит Сережа, – будь с ним поаккуратней, а то мало ли. Арсений кивает в ответ. Через пару дней Антон приходит в школу с побитыми костяшками и в солнечных очках. Добровольский хмурится и просит парня снять аксессуар, Антон молча снимает очки и откладывает их в сторону, показывая всему классу фингал под левым глазом. Павел Алексеевич неумело скрывает удивление, но решает не устраивать расспрос при всем классе и переходит к теме урока. Антон погружается в свои мысли, пока Арсений тихонько не дергает его за локоть. – Все в порядке? – не то чтобы он очень волнуется, просто они вроде как сидят вместе, и Антон не кажется ему таким уж плохим парнем. – Все зашибись. – Кто тебя так? – Попов клянется, что лезть в чужую жизнь и задавать этот вопрос он не хотел, само как-то вырвалось. – Не твое дело, – рычит Шастун и вновь погружается в свои мысли, не замечая ничего вокруг. Арсений пожимает плечами. Больно надо.

*

Дни идут быстро, темноволосый готовится к экзаменам, ходит к репетитору по литературе и почти не вылезает из театральной студии. Антон иногда прогуливает школу, приходит на уроки с ссадинами на руках и лице и все еще не разговаривает с Арсением. Их общение ограничивается обычным «привет» в начале дня, вопросами типа «какой следующий кабинет?» и таким странным «до завтра». Сережа без умолку рассказывает о Машке, зовет гулять на выходных и приглашает весь класс на свой день рождения в боулинг. Шастун тоже приходит, вручает конверт с пятисотрублевой купюрой, жмет Матвиенко руку и направляется к столу с напитками и едой. К сожалению, из выпивки у них только шампанское, которого, кстати, могло и не быть, потому что им все-таки еще нет восемнадцати, но администратор этого заведения – Стас Шеминов – знает ребят уже давно, поэтому любезно согласился помочь им хоть чем-то. Антон в боулинг не играет, стоит в стороне и молча наблюдает, попивая шампанское из бокала с куском пиццы в руках, зачем он сюда пришел – никто не знает. На нем обтягивающие темные джинсы, старые кроссовки и рубашка жуткой цветочной расцветки. Арсений отчего-то не может оторвать от него взгляд. Попов играть совершенно не умеет. Шар все время катится мимо, как бы он ни пытался. Сережа отпускает свои глупые шуточки, но тем не менее все равно пытается объяснить другу, как правильно держать руку и кидать шар. Спустя час Попов наконец выбивает страйк, Матвиенко хлопает его по плечу. Оксана и Катя аплодируют, а Арсений почему-то смотрит на Антона – тот улыбается ему краешком губ и поднимает большой палец вверх. Арсений улыбается в ответ.

*

В Воронеже все заметает снегом, до Нового года остается чуть больше трех недель, и все учителя стараются завалить их контрольными. – Ненавижу химию, – вдруг произносит Антон, и Попов поначалу теряется. Это, кажется, впервые, когда Шастун заговорил с ним сам. До конца урока остается пятнадцать минут, а Антон все еще не может составить уравнение реакции взаимодействия магния с соляной кислотой. Арсений тяжело вздыхает, свою работу он почти сделал, осталось только решить задачу, но четверка у него будет и без нее, поэтому он аккуратно вырывает из тетради листок и пишет для Шастуна решение, а также исправляет парочку его ответов в тесте. Антон благодарно улыбается и переписывает все себе в тетрадь. Он тихо шепчет «спасибо» перед тем, как сдать работу, а у Арсения по спине пробегается табун мурашек.

*

Школьная дискотека, по обыкновению проходящая в актовом зале, кажется безумно скучной, но это их последний год в школе, поэтому почти весь класс выпивает кем-то принесенную водку в кабинете физики на втором этаже, и только потом все идут на танцпол. Арсений немножечко пьян, поэтому, когда видит, как один высокий парень идет к выходу из зала, направляется прямо за ним по школьным коридорам. Антон выходит на улицу в одной футболке, достает из кармана полупустую пачку сигарет и закуривает. Арсений подходит к нему со спины. – Курить вредно, – произносит он, заставляя одноклассника вздрогнуть. – Пить тоже, – отвечает Антон, поворачиваясь к нему лицом и выдыхая сигаретный дым прямо на него. Арсений глушит в себе желание покашлять и тянется к рукам Антона, выхватывая никотиновую палочку и несильно задевая тонкие пальцы Шастуна своими. Он делает неглубокую затяжку и немного морщится, вызывая этим действием улыбку на губах светловолосого парня. – Какая дрянь. – Тогда верни сигарету мне. – Неа, – ухмыляется Попов и снова затягивается. Антон подходит к нему вплотную, но брюнет только прячет сигарету за спиной и с вызовом смотрит на Шастуна, на что тот закатывает глаза и тянется рукой за нужной ему вещью. Попов, отчего-то осмелев, тушит сигарету о стену, а сам подается вперед и, пока не передумал, накрывает губы парня своими. Светловолосый сначала стоит, как вкопанный, но потом вдруг начинает отвечать, несильно сжимая талию Арсения и притягивая его ближе к себе. Попов шире открывает рот, позволяя Антону углубить поцелуй. Он кусает губы парня, зарывается пальцами в мягкие волосы, оттягивая их в сторону, в то время как руки Антона блуждают по его спине, а губы постепенно спускаются ниже, к шее, втягивая тонкую кожу и оставляя на ней следы от зубов. – Тут холодно, пошли обратно в школу, – тихо произносит Арсений, и Антон кивает. Он хватает его за запястье и ведет в первый попавшийся открытый кабинет. Усадив брюнета на парту, юноша вновь целует его, пока Попов обхватывает его ногами и забирается холодными пальцами под футболку, очерчивая едва заметные кубики пресса. Шастун тем временем продолжает оставлять на его шее алеющие засосы, и темноволосый, окончательно осмелев, трясущимися руками тянется к пряжке ремня, но парень напротив одергивает его, получая взамен удивленный взгляд. – Ты же хочешь, – шепчет недоуменно нахмурившийся Арсений и вновь тянется к ремню. – Ты пьян, Арс, – прикрыв глаза и поправляя растрепанные волосы, говорит Антон, делая маленький шаг назад. – Нихуя я не пьян, я прекрасно все понимаю, – он протягивает руку к краю футболки Шастуна и пытается потянуть его обратно к себе, но тот так и остается стоять на месте, потирая переносицу, и еле слышно начинает говорить: – Слушай, это все, конечно, классно, но секс в кабинете биологии с каким-то левым чуваком из класса не то, чего я хочу. – Мм, какой-то левый чувак из класса, – злится Арсений, повторяя только что произнесенные слова, и отпускает парня, спрыгивая с парты. – Пошел ты, Шастун, – говорит он напоследок и выходит из кабинета. Больше в этот день они не пересекаются.

*

Новогодние каникулы, как обычно, заканчиваются быстро. Арсению возвращаться в школу особо не хочется. Парочка засосов, что красовалась на его шее с того дня, прошла быстро и безболезненно, а свитера с высоким горлом и шарфы помогли ему скрыть от всех эти следы. Он не видел Антона все каникулы и не видел бы его еще дольше. Но ничего не поделаешь, поэтому они с Сережей все равно идут в ненавистное учебное заведение, периодически тяжело вздыхая и обмениваясь комментариями по типу «как же хочется сдохнуть». Они подходят к воротам, и Арсений уже мысленно готовится к встрече с Антоном, который наверняка опять наплевал на все замечания и просьбы учителей и сейчас курит прямо на территории школы. Но Шастуна там не оказывается, его нет ни на первом уроке, ни на всех последующих тоже. Он возвращается спустя неделю. Они даже не здороваются и демонстративно молчат весь день. Последним уроком у них литература, они проходят Булгакова, и Добровольский увлеченно рассказывает им про образ Понтия Пилата в «Мастере и Маргарите». – По мне, так он полный мудак, – до конца урока остается буквально пять минут, когда Антон вдруг решается с ним заговорить. – Что? – искренне не понимает Арсений, и в какой-то момент ему даже кажется, что это фраза была галлюцинацией. – Понтий Пилат. Нам же про него сейчас втирают, – поясняет парень, даже не смотря на него, а продолжая что-то черкать в своей тетради. – А, это да, – Арсений внимательно смотрит на Шастуна, не до конца понимая, с чего тот вдруг решил высказаться. – Почему ты так смотришь? – интересуется Антон, поджав губы и наконец поднимая на него взгляд. – Просто странно, что мы разговариваем. – Можем перестать. – Нет. Мне нравится. – Хорошо, – Антон улыбается, и если Арсению не изменяет память, то это впервые за всю историю их взаимодействия. – Так почему он мудак? – решает продолжить разговор Арсений. – Потому что мог попробовать сделать хоть что-то. Попов на это только кивает. – Я тоже мудак, кстати, – продолжает Антон, – Потому что не остановил тебя тогда. Арсений моргает и пытается понять смысл сказанного. Ему хочется спросить, когда именно: когда он поцеловал его или когда он уходил из кабинета, – но звенит звонок, и Шастун очень быстро выходит. Кричать ему что-то вслед Попов не собирается, ему вообще-то плевать, что там имел в виду этот придурок, у него и так проблем по горло, экзамены там и прочее дерьмо.

*

Они почти не разговаривают больше. Не то чтобы брюнету очень хотелось, просто Шастун какой-то странный. Никогда ничего не говорит и будто постоянно уходит в себя. Так и заканчивается зима. Весну Арсений любит. На улице становится теплее, больше нет необходимости носить жутко натирающую лоб шапку, все вокруг расцветает, и солнце понемногу начинает согревать. А еще в марте у него день рождения. Закатывать огромную вечеринку, как это делал Сережа, он, конечно, не будет. Ему хватит того же Матвиенко, Маши, с которой он наконец-то начал хорошо общаться, Димы и, возможно, Антона Захарьина. Двадцатое марта выпадает на четверг, поэтому первую половину дня они проводят в школе, все вокруг поздравляют его, обнимают и желают всякой всячины, начиная от успешной сдачи экзаменов и заканчивая нормальным другом, «не таким, как Матвиенко». Шастун молчит весь день, не говорит ни слова и, кажется, совсем не собирается поздравлять его. Тусовку решено проводить в субботу, поэтому в четверг они просто наедаются в маке вместе с Сережей и еле плетутся домой, в который раз обещая себе больше так много не есть. В пятницу, когда они уже идут домой, Шастун подбегает к ним у самых ворот: – Арсений, – он немного тушуется, увидев его с Сережей, но продолжает: – Можно тебя на минуту. – Конечно, – Попов ума приложить не может, что этому парню вдруг от него понадобилось, но все равно отходит с ним в сторонку под пристальным взглядом Серого. – В общем, – немного смущенно начинает он, – это тебе, – и вручает ему какой-то непонятный сверток. – Я просто не знал, что у тебя вчера др был. – Вау, спасибо, – Арсений удивлен, и его лицо, кажется, готово треснуть от улыбки прямо в эту секунду. – Можно сейчас открыть? – Нет, лучше открой дома. – Хорошо, – брюнет убирает сверток в рюкзак, а Антон тут же уходит в сторону своего дома. Попов возвращается к Сереже, который одаривает его вопросительным взглядом. – Он просто подарил мне подарок, не надо так на меня смотреть. – Какой подарок? – Не знаю, сказал открыть дома. – А я тебе говорю, этот Шастун странный. Может, пересядешь от него? – вновь начинает Сережа свою шарманку, на что юноша в очередной раз закатывает глаза. – Меня все устраивает, Серый. Он меня не трогает. – Ну смотри, – пожимает плечами друг. Как только Арсений заходит в квартиру, он сразу же достает из рюкзака сверток и открывает его. С листа бумаги на него смотрят два ярко-голубых глаза. Шастун нарисовал е г о. Арсения. Вся работа выполнена простым карандашом, но не глаза, глаза – голубые, они прорисованы слишком детально, видно каждую черточку, каждую венку, каждый переход из одного оттенка в другой. Арсений даже не знал, что Антон умеет рисовать, но он точно уверен, что это нарисовал именно Шастун, а не кто-то другой. На обратной стороне корявым почерком написано: «С Днём Рождения, Арсений. Можешь выкинуть, если это совсем ужасно». Сережа прав: Шастун странный. Кто сможет выкинуть это чудо? Арсений вешает рисунок над письменным столом и смотрит на него весь оставшийся вечер.

*

В субботу Арсений подходит к Антону перед уроком, тот курит теперь за воротами школы, наверное, чтобы претензий к нему было меньше. – Привет. Хотел сказать тебе спасибо за рисунок. – Пожалуйста, – безразлично отвечает парень, делая затяжку и, вновь совершенно не смотрит на Попова. – Ты не хочешь прийти ко мне сегодня? Будет Сережа с Машей, Димка и Захарьин, посидим вместе, отметим, – начинает Арсений, и он клянется, что еще никогда не чувствовал себя так неловко. – Извини, но сегодня у меня дела. – Ну как хочешь, – пожимает плечами юноша, решая, что уговоры тут бессмысленны. Весь вечер они выпивают, мама Арсения благополучно отдает квартиру в распоряжение сына, а сама остается у бабушки. Они заказывают кучу еды, покупают выпивку и весело проводят время. Маша приводит с собой подругу, которая весь вечер глаз с Арсения не сводит, и, кажется, потом они целуются где-то на кухне, но дальше этого ничего не заходит. К утру почти все расходятся, остается только Сережа, что клятвенно обещал помочь убраться перед приездом матери Арсения. Матвиенко странно поглядывает на рисунок, но задать интересующий вопрос так и не решается. Арсений этому даже рад, заводить очередной разговор с другом про Шастуна не очень-то хочется.

*

В понедельник уже начинаются каникулы, впереди целая неделя свободы от школы, но вот репетиторов и театральную студию никто не отменял. Арсений просыпается где-то в час дня от противного звука пришедшей на телефон смски. Это странно, потому что смс-сообщениями он обменивается только с родственниками и по праздникам, поэтому не может даже предположить, кто мог ему написать сейчас. Он тянется к телефону, немного хмурится, но все равно открывает смс от незнакомого номера. Неизвестный номер (13:26): Привет

Арсений (13:27): Кто это?

Неизвестный номер (13:27): Это Антон Неизвестный номер (13:28): Шастун

Арсений (13:28): Где ты взял мой номер?

Шастун (13:30): Павел Алексеевич дал. Сказал ему, что ты забрал мой учебник, а мне он срочно нужен. Шастун (13:31): Не хочешь сходить прогуляться? Попов медлит несколько минут, стараясь собраться с мыслями и перечитывая сообщение несколько раз, чтобы убедиться, что это реально, и ему сейчас не кажется.

Арсений (13:35): Ну давай

Шастун (13:36): Подойдешь к школе в 22:30? Шастун (13:36): И оденься теплее

Арсений (13:36): Хорошо, подойду.

Больше Антон ничего не пишет, Арсений откладывает телефон в сторону и решает пока не думать об этом и дождаться вечера.

*

Арсений подходит к школе за пять минут до назначенного времени, а Антон уже стоит там с сигаретой, зажатой между зубов, и машет ему рукой. – Привет, – начинает брюнет, протягивая парню руку. – Привет, – Антон улыбается ему и вместо рукопожатия переплетает их пальцы, выбрасывая окурок в урну. Темноволосый завороженно смотрит на их руки, не в силах сказать хоть что-то, но потом все же приходит в себя и переводит взгляд на Антона, спрашивая: – Куда мы идем? – Увидишь, – просто говорит юноша, пожимая плечами, – надеюсь, тебе понравится. Он ведет Арсения мимо сотен домов и подворотен, пока они, наконец, не подходят к какой-то мегапафосной воронежской многоэтажке. – И что мы тут забыли? – не до конца понимает Арсений. – Сюрприз, – пожимает плечами светловолосый и достает из заднего кармана телефон, набирая кому-то сообщение. Секунд через тридцать, двери здания открываются, и оттуда выглядывает парень в черной кепке и форме с надписью «охрана», он пожимает руку Антону и пропускает их внутрь под удивленный взгляд Попова. – Если кто-нибудь узнает, что я тебя пропустил, меня уволят, так что будь аккуратней, Шаст, – вручая какие-то ключи, говорит этот странный парень. – Не парься, Журавль, все будет в лучшем виде, никто и не узнает, что мы тут были. – Тебе просто повезло, что я уважаю твоего брата и что мой начальник – жмот, который все еще не установил здесь камеры. – Спасибо еще раз. – Напиши, как соберетесь домой, я вас выпущу, – этот самый Журавль уходит куда-то в сторону, а Антон тем временем снова берет Арсения за руку и тащит его в направлении лифта. – Зачем мы сюда пришли? – в голове темноволосого образуется все больше вопросов, пока они едут до 29 этажа, – Ты собрался скинуть меня из окна высотки? – Нет, – смеется Антон, – увидишь, я же тебе сказал. Они выходят из лифта и идут по длинному коридору, а потом поднимаются по небольшой лестнице, пока не доходят до железной двери, которую Шастун открывает отданным ему ключом. – Ты привел меня на крышу? – Да, – он замялся, – Я вроде как совсем не знаю, как должны проходить свидания и все такое. И мой брат предложил сходить на крышу, и вот я подумал, почему бы и… – Стоп, – перебивает его Арсений, не в силах подавить в себе глупую улыбку. – Это свидание? – Да, вроде как. Ты… – Антон отчего-то смущается и опускает глаза вниз. – Я думал, ты понял, что… – Хей, успокойся, и пошли уже, – юноша тянет Шастуна за руку, и они, наконец, заходят на крышу и идут до небольшого ограждения в виде бетонного выступа, который доходит им почти до пояса, – Мне все нравится, здесь очень красиво. Вид с крыши действительно потрясающий, Арсений видит свой дом и их школу. Из большинства окон горит свет, а по близлежащей дороге еще проезжают машины. На дворе конец марта, но кое-где все еще лежит снег, который красиво переливается в свете уличных фонарей. И над всеми домами, конечно же, возвышается воронежская телевышка, которую, кажется, можно увидеть буквально из любой точки города. Арсений достает телефон из кармана и делает несколько фоток, теперь будет, чем похвастаться перед Сережей. – Я рад, что тебе нравится, но тут очень холодно и долго не простоишь, поэтому я взял плед, – Шастун снимает рюкзак и садится на корточки, чтобы достать оттуда обещанный плед, который передает в руки Арсения, но подниматься не собирается. – А еще шампанское, – он достает из рюкзака бутылку, а потом вдруг начинает улыбаться и произносит: – и только не смейся, пожалуйста, я подумал, что нужно взять что-то к нему, но ты, вроде бы, не любишь сладкое, поэтому я взял сухарики. Он вручает Попову пару упаковок «трех корочек» и, откидывая рюкзак куда-то в сторону, поднимается, тут же открывая бутылку шампанского. Он делает пару глотков и только потом, наконец, смотрит на улыбающегося Арсения. – Хватит так улыбаться. – Почему же? – Мне становится совсем трудно себя сдерживать... – он ставит бутылку на выступ и, поднимая пальцами его подборок, нежно проводит по щеке, после чего аккуратно целует. Плед и сухарики тут же падают вниз, а руки Арсения наконец зарываются в мягкие волосы. Он приоткрывает рот, и горячий язык Антона тут же проникает внутрь, скользнув по нижней губе и сталкиваясь с его языком. Они целуются так долго, как могут, чувствуя себя самыми счастливыми на свете. Первым отрывается Антон, заглядывая в глаза напротив. – Знаешь, – говорит Арсений, и его голос немного дрожит, но точно не от холода, – это лучшее свидание, что у меня было. Антон улыбается, и это определенно лучший день в его жизни. Они кутаются в плед, закусывают шампанское сухариками и долго-долго разговаривают. Арсений возвращается домой около двух часов ночи, ругается с мамой из-за того, что не отвечал на ее звонки, но это определенно того стоит, ведь тот странный парень из школы, теперь не просто парень, а его парень.

*

Они встречаются уже целый месяц. В Воронеже уже во всю светит солнце, они проводят все свое время вместе, и теперь оба мечтают поступить в Питер. Арсений все чаще ругается с мамой, потому что «этот мальчик Антон мне не нравится» и «Арсюш, ты мог бы найти себе друга получше». Попов каждый раз хлопает дверью своей комнаты (или их квартиры), подавляя в себе порыв крикнуть, что «этот мальчик Антон» не только его друг, но еще и его парень. Антон находит общий язык со всеми друзьями Арсения, но со своими знакомить не спешит. Сережа с Димой демонстративно закатывают глаза, когда они целуются на совместных посиделках у Матвиенко дома и играют в приставку. А чуть позже Арсений узнает, что из близких у Антона только брат и бабушка с дедушкой, которые живут недалеко от Воронежа. Антон вскользь упоминает, что родители погибли в автокатастрофе три года назад, что все это время он жил с братом и что недавно Илья перешел на новое место работы, поэтому им пришлось переехать, а Антону перейти в другую школу. У него была не самая лучшая компания на прошлом месте жительства, и первое время он еще помогал друзьям с их разборками, но сейчас они почти не общаются, Антон и не жалеет. Арсений не спешит заваливать парня вопросами, тот и сам расскажет, когда захочет. Чуть позже Антон приводит его к себе домой. Арсений переминается с ноги на ногу в прихожей и немного волнуется, но Антон широко улыбается, берет его за руку и ведет на кухню, где стоит Илья и готовит суп. Шастун-старший улыбается и протягивает ему руку. Попов пожимает ее, пока Антон представляет их друг другу. – Он останется сегодня у нас, ладно? – с надеждой спрашивает Шастун. – Конечно, только слишком громко не стоните, хорошо? – смеется Илья, и Арсений, кажется, краснеет. – Так, у тебя же все равно сегодня смена ночью, – Антон заливисто смеется, хватая парня за руку и тащит его к себе в комнату. – А я не за себя, а за соседей переживаю, – кричит им вслед Шастун-старший. – Мы постараемся, – отвечает Антон, захлопывая дверь в свою комнату. Арсений стоит, выпучив глаза, и боится пошевелиться. – Он знает, что мы, ну… – лепечет себе под нос Попов, пытаясь вспомнить нужное слово. – Что мы вместе? Конечно, знает, – то, с какой легкостью это говорит Антон, позволяет брюнету немного расслабиться. – И как он реагирует на это? Почему ты не предупредил меня? – Он полностью одобряет мой выбор, не парься даже, – Антон присаживается на кровать и протягивает Арсению руку. – Иди уже ко мне. Арсений послушно садится на колени Шастуна, и тот тут же утягивает его в долгий поцелуй.

*

Где-то через час Илья уже уходит на работу, бросив им что-то про то, что суп стоит на плите, и они могут его поесть, когда проголодаются. Они в это время шутливо дерутся подушками на кровати Шастуна, последний сидит сверху и как только слышит хлопок входной двери, выкидывает свое орудие куда-то в угол комнаты и тянется к губам Арсения, зарываясь рукой в его растрепанные волосы. Попов улыбается в поцелуй и кидает куда-то в сторону такую мешающую сейчас подушку. Антон нежно целует Арсения в уголок губ и спускается к шее, аккуратно прикусывая тонкую кожу, а затем оставляя легкие поцелуи в тех местах, где завтра, скорее всего, будут засосы. Руки самым наглым образом забираются под футболку Попова, оглаживая бока, в то время, как губы уже добрались до ключиц. Арсений трясущимися руками хватает края футболки Антона и тянет ее наверх, светловолосый тут же отрывается от него и помогает снять с себя ненужный предмет одежды, кидая его куда-то в сторону подушек, пока брюнет проделывает то же самое, но уже со своей футболкой. Антон оставляет бесчисленное количество поцелуев на теле парня, руками оглаживая бедра, Арсений плавится от каждого прикосновения, выгибается навстречу теплым губам и притягивает его ближе к себе. Шастун кусает его губы, оттягивает нижнюю и усмехается, когда Арсений стонет прямо в поцелуй. Попов обвивает его талию ногами, желая соприкасаться с парнем каждой частичкой тела, и уже тянется к пряжке ремня, когда Шастун вдруг перехватывает его руки. – Ты уверен? – спрашивает он и смотрит с такой всепоглощающей нежностью во взгляде, что Арсений не медлит ни секунды, прежде чем ответить: – Да. Тысячу раз «да». Антону этого достаточно, он втягивает парня в новый поцелуй и наспех избавляется сначала от своих джинс, а потом и от штанов Арсения, оставляет дорожку поцелуев от шеи до пупка, быстро снимает с Попова боксеры, высвобождая возбужденный член, и проводит по нему пару раз рукой, срывая с губ Арсения сладкие стоны. Светловолосый вновь улыбается и вбирает в рот головку члена, Арсений неосознанно толкается навстречу мягким губам и сильнее комкает в руках покрывало. Антон послушно расслабляет горло и спускается ниже, чем заставляет Попова задыхаться от собственных шумных вздохов и стонов. А Илья просил же быть потише. Шастун несколько раз скользит губами по горячей коже, втягивая щеки, и, наконец, выпускает член изо рта, проводя языком по всей длине. Он нежно целует головку и тянется рукой куда-то под кровать, доставая оттуда упаковку презервативов и тюбик со смазкой. Арсений испуганно на него смотрит, на что светловолосый легко целует его в кончик носа, открывая тюбик и выдавливая немного средства на тонкие пальцы. Светловолосый тянется к губам одноклассника, вовлекая его в лёгкий поцелуй и аккуратно проникает пальцем в сжатое колечко мыщц. Арсений вздрагивает и прикусывает нижнюю губу, пока Антон тянется к мочке уха и, нежно прикусывая ее, шепчет: – Всё нормально? – Да, – выдыхает брюнет и немного расслабляется, позволяя Антону добавить второй палец. Шастун медленно растягивает тугое отверстие, задевая костяшками чувствительные стенки, пока Арсений находит его руку и крепко сжимает ее. Через какое-то время Попов немного привыкает и сам начинает насаживаться на длинные пальцы, заметив это, Антон добавляет к ним третий и подается вперед, мягко целуя чуть припухшие губы. Шастун берет подушку, что валяется недалеко от кровати, подкладывает ее под поясницу Арсения, притягивая его еще ближе к себе, и открывает упаковку презервативов, доставая один и раскатывая латекс по возбужденному органу, затем выдавливает смазку и, размазав ее, приставляет член ко входу. Антон нежно целует Арсения в скулу и в этот же момент входит почти на половину и останавливается, когда Попов шипит от боли и впивается короткими ногтями в худые плечи. Шастун вопросительно смотрит на парня, на что тот сразу же кивает, разрешая ему двигаться. Антон движется медленно, стараясь причинить как можно меньше боли, и покрывает тело Арсения бесчисленными поцелуями. Последний пытается привыкнуть к болезненным ощущениям, переключая свое внимание на губы Антона, что выцеловывают каждый миллиметр его шеи. И следующий толчок приносит ему больше наслаждения, чем боли, что он не сдерживается, и сладко стонет. Антон начинается двигаться чуть быстрее, каждый раз попадая в нужную точку и срывая с губ Арсения стон за стоном. Арсений тянется рукой к изнывающему члену, но Антон вовремя перехватывает его за запястье, тут же прижимая к изголовью кровати. – Я хочу сделать это сам, – тихо шепчет он, а после целует искусанные губы. Брюнет притягивает его за спину еще ближе к себе, углубляя поцелуй и зарываясь пальцами в короткие волосы. Арсений чувствует, как приближается момент разрядки, и как только Шастун делает одно единственное движение рукой, он протяжно стонет, кончая на собственный живот. Антон изливается следом и выходит из Попова, выкидывая в урну использованный презерватив. Придя в себя через пару секунд, он подбирает первую попавшуюся футболку с пола и вытирает ей живот Арсения, после вновь кидая ее куда-то в угол. – Мне кажется, или это была моя футболка? – хмурясь, спрашивает Арсений. – Тебе не кажется, – улыбается Шастун и целует его в кончик носа. – Я одолжу тебе свою, не переживай, – говорит он, ложась рядом, и, притянув к себе Арсения, проваливается в сон, не переставая улыбаться.

*

Арсений ненавидит время. Оно летит слишком быстро, когда ты этого совсем не хочешь. Экзамены друг за другом остаются позади, и Попов, скрестив пальцы, ждет своих результатов. Первым приходит результат по литературе, Арсений на радостях сразу же звонит Антону и этим же вечером они празднуют его честные 87 баллов вместе с Ильей, баночкой пива и пиццей. Потом они вместе сдают и вместе же празднуют результаты русского. А потом брюнет сдает базовую математику, а Антон – профильную и обществознание. Получив результат последнего, он долго прыгает по квартире, радуется и говорит, что счастливое будущее у них в кармане, он поступит на менеджмент, а Арсений на актерское мастерство, осталось только дождаться профиля. Он говорит, что ему просто нужно перейти порог, и все будет хорошо – пройдет по квоте и даже находит университет, где есть и экономический факультет, и факультет искусств. А потом результаты приходят, Арсений ждет звонка Антона с самого утра, но любимая мелодия на телефоне все никак не раздается. Все одноклассники уже хвастаются баллами в беседе, А Шастун не отвечает на его сообщения. Через два часа на телефон, наконец, приходит смс. Антон :з (13:32): Я проебался. Антон :з (13:32): Извини, что наша мечта теперь только твоя. Арсений все понимает сразу же – Антон не сдал. Все пошло не так, как они планировали, и ничего с этим уже не поделаешь. Он всеми силами хочет поддержать своего парня, но вряд ли тот сейчас хочет, чтобы его кто-то поддерживал.

Арс (13:33): Все нормально, мы что-нибудь придумаем. Встретимся сегодня?

Антон :з (13:34): Давай лучше завтра. Антон :з (13:34): Насчет меня не переживай, в армию все равно не возьмут, останусь здесь и пойду в колледж, доучусь и перееду к тебе.

Арс (13:35): Ладно, до завтра. У нас все будет хорошо, Антон ♥

Он кладет телефон в тумбочку и откидывается головой на подушки, желая проваляться так весь сегодняшний день, а лучше всю жизнь.

*

Они делают вид, что все так же, как и раньше, но все меняется. Они пытаются насладиться каждым мгновеньем, проведенным вместе, и каждый раз целуются, будто в последний. Потом отмечают выпускной, получают аттестаты, Арсений подает одно заявление в Воронежский институт искусств и, сдав там вступительные экзамены, едет вместе с мамой в Питер. Подает оставшиеся четыре заявления туда и успешно сдает вступаки, потому что Антон звонит ему каждое утро и тихо шепчет в трубку: «Ты у меня самый лучший, у тебя точно все получится». Время как обычно бежит быстро, июль сменяется августом, и наступает первая волна поступлений. Арсения берут в три вуза из пяти, два из которых в Петербурге. Во время обеденного перерыва его мама прибегает домой, они вместе анализируют все плюсы и минусы и выбирают подходящий универ. Обед подходит к концу, и его мама, вручив ему деньги и конверт со всеми нужными бумагами, который он должен отправить, вновь убегает на работу. Арсений решает еще раз все обдумать. Он очень медленно собирается и выходит из дома. Когда он почти доходит до нужного здания, мысли, наконец, собираются в кучу, и он понимает – уезжать он не хочет. Не сейчас. Достав смартфон, он набирает номер Матвиенко, устало прикрывая глаза. – Я хочу остаться в Воронеже, – говорит он, как только Сережа подходит к телефону. – Что? – не понимает тот. – Не хочу отправлять документы в Питер, хочу остаться здесь, с Антоном. Сережа молчит несколько секунд, пытаясь переварить полученную информацию, Арс его не торопит и терпеливо ждет, когда тишина в трубке заменится голосом друга. – Ты совсем ебнулся, Арс? – возмущается он. – Нахуй тебе этот Воронеж сдался? Ты лет с десяти отсюда уехать мечтаешь. – А теперь я мечтаю остаться с Антоном. – Арс, не глупи и отправляй документы туда, куда всегда хотел. Будете созваниваться с ним, переписываться… – Ты же сам понимаешь, что расстояние – хуйня, – перебивает его Арсений. – Сколько пар продолжили встречаться, после того, как разъехались по разным городам? – А сколько пар остались вместе, начав встречаться в семнадцать? – Ты же сам остаешься здесь с Машкой, почему тогда мне говоришь уехать? – Арс… – тяжело вздыхает он, – я остаюсь, потому что у меня баллы хуевые, и выбора особо нет, а у тебя есть, но ты хочешь все проебать. – Я не хочу все проебать, я хочу подождать год, а там посмотреть. Пойдешь со мной отдавать документы? – Нет, я дойду с тобой до почты, чтобы их отправить, но если ты собираешься остаться здесь и спустить свою жизнь по пизде, то я в этом не участвую. – Хорошо. Спасибо за помощь, друг, – злится Арсений и сбрасывает трубку. Постояв в ступоре пару минут, он разворачивается на 180 градусов и идет к остановке, дожидаться нужного автобуса. На телефон очень вовремя приходит сообщение от мамы. Мама (15:17): Отправил документы? Арсений отвечает короткое «да» и садится в автобус.

*

Он приходит домой за час до того, как вернется мама, и заранее начинает собирать вещи. Предстоящий разговор точно не закончится хорошо. Он это знает. Брюнет закидывает в чемодан все накопленные деньги, наушники, зарядку от телефона и всякую мелочь. Арсений мысленно прокручивает разговор с мамой в голове, ставит чемодан в прихожей и садится на диван в гостиной, решая дождаться ее здесь. Он вздрагивает, когда слышит в коридоре знакомый голос, и встает с дивана, чтобы встретить женщину. – Арсюш, а почему чемодан у входа стоит? Ты уже в Питер собрался? – немного напряженно произносит она. – Я не поеду туда, мам, – начинает он, хрустя за спиной пальцами, – Я решил остаться в Воронеже. – Отличная шутка, Арсений, – смеется она, натянуто улыбаясь и присаживаясь на пуфик, чтобы снять обувь. – Нет, я сегодня уже отдал документы ВГИИ. – Ты, наверное, просто растерялся. Мы завтра же заберем документы и вместе отправим их, да? – Нет, мам, – тут же отрезает парень, выдерживая строгий взгляд, – Я останусь здесь. – Это все из-за этого парня, да? Из-за Антона? – начинает свою шарманку она, – Сколько раз я просила тебя перестать общаться с ним? Так и знала, что ваше общение до добра не доведет, – она устало потирает глаза и встает с пуфика: – Мы завтра же идем забирать документы, и это не обсуждается. А с Антоном ты больше не будешь общаться. Арсений внимательно смотрит на уходящую на кухню женщину, понимая, что сейчас он все окончательно сломает. – Антон – мой парень, мам. Мы вместе. Женщина вновь поворачивается к нему лицом, хмуря брови. – Что? – Я гей, мам. – Господи, что этот мальчик с тобой сделал? – тихо шепчет она, делая шаг ближе и начиная поглаживать его по щеке. – Мы все исправим, ладно? Парень видит, как по ее щеке течет слеза, и он аккуратно вытирает ее большим пальцем. Он хочет сказать ей, что сделает для нее все, что она захочет. Но он уже все решил, и менять ничего не собирается. – Меня не нужно исправлять, – совсем тихо говорит он. – Я люблю его и хочу остаться здесь. – Ты же испортишь из-за него все будущее. – Не испорчу. Без него – да, но с ним – нет. – Собрал вещи, чтобы переехать к нему? – юноша кивает в ответ, опуская взгляд вниз. – Хорошо, хочешь ломать свою жизнь – ломай. Переезжай, оставайся здесь, но от меня больше ничего не получишь. Я подожду, когда ты прибежишь без денег и будущего и будешь просить о помощи. – Мам… – Собирался уходить – уходи, – она кивает на чемодан и скрывается где-то на кухне. Арсений уверен, что она отойдет совсем скоро, но пока он только обувает кроссовки и, взяв с собой свои вещи, выходит из квартиры.

*

Арсений подходит к дому Антона через час, позади него чемодан с вещами, а во взгляде полно решительности. Открыв дверь, Шастун только выпучивает глаза. – Что случилось? – Я вроде как ушел из дома? – скорее спрашивает, чем утверждает Арсений, продолжая: – Я не отправил нужные документы в Питер, отнес их в наш театральный. – Арс… – Не перебивай, пожалуйста. Я поругался с мамой, рассказал ей о нас. И с Сережей тоже. Можно у тебя пожить? – Боже, Попов, – тяжело вздыхает юноша, проводя рукой по волосам, – забери документы и отдай их туда, куда изначально хотел. Мы будем общаться, я закончу учебу и приеду к тебе, если все будет хорошо, – он закусывает губу, – Я не хочу, чтобы вся твоя жизнь пошла по пизде из-за меня. – Нет, я отучусь здесь год, подготовлю тебя, и мы поступим вместе, понимаешь? – Это же город твоей мечты, ты же все уши мне про Питер прожужжал, и вдруг у меня опять не получится? – Значит попытаемся еще, – Арсений протягивает руку, переплетая их пальцы, – Я хочу остаться тут с тобой, найду работу, чтобы не сидеть у вас с Ильей на шее. Просто пусти меня, пожалуйста. Мне нахуй этот Питер без тебя не сдался. – Ты такой придурок, – Антон притягивает его за руку к себе, закрывая дверь. Он целует его, и по всему телу Арсения разливается тепло. Брюнет своей жизни без Шастуна уже не представляет, и поэтому у него вырывается: – Я люблю тебя, – Антон моргает несколько раз, смотрит прямо в глаза и прижимается еще ближе, глупо улыбаясь: – Я тоже тебя люблю, – шепчет совсем тихо. Арсений себя таким счастливым еще никогда не чувствовал. Он с Антоном, и это главное. – Разувайся давай и пошли в комнату. Илья, поставь чайник, – кричит Шастун, и старший выглядывает из комнаты, кивая Попову в знак приветствия. – А еще Арсений теперь с нами будет жить, – говорит Антон, даже не спрашивая разрешения, и так знает, что брат согласится. – Я это уже понял, – по-доброму улыбается тот, – Тут стены тонкие, знаешь ли, поэтому мои условия все те же: не стоните громко, я хочу высыпаться перед работой. Антон смеется, крепко обнимая брата, а у Арсения улыбка с лица не сходит. – А ты чего там встал? – смотрит на него Илья, – Иди и тебя обнимем. Арсений все еще счастлив и надеется, что так теперь будет всегда.